Turning Left

Сердце забивает грудную клетку, ударяясь о нее снова и снова. Я несусь домой на огромной скорости по непримечательным дорогам, где меня не засекут. Резко торможу и выбегаю из машины, даже не успев поставить ее на сигнализацию. - Лана! Лана! Вбегаю в свою квартиру, заглядывая во все комнаты. Ее нет в гостиной, в кухне. Она сидит в моей спальне в наушниках, закрыв глаза. - Господи, Лана. Я присаживаюсь на край кровати и крепко обнимаю ее, прижимая ее голову к себе как можно ближе. Нервно выдохнув, я глубоко вдыхаю запах ее волос. Я мог ее потерять. - Майкл, - смеясь, сказала она. - Ты чего? - она отпрянула, искренне улыбаясь. - Я мог тебя потерять, - прошептал я, все еще не веря, что она здесь. Но потом я вспомнил еще одну вещь. - Нам надо уехать. Срочно. Я резко встал и начал искать свой чемодан. Потом открыл шкаф и начал кидать туда все свои вещи. - Мааайкл, - она все еще улыбалась, но еще секунда и улыбка спала с ее лица. - Может объяснишь? - Тебя ищут. Они хотят. Люди в белом, - я говорил отрывками, часто дыша. В этот же миг глаза Ланы забегали по комнате, она начала часто моргать. - Они...- начала она, посмотрев в окно. - Мне хорошо без лекарств, Майкл. Мне хорошо здесь, с тобой. Она облизнула губы и слезы тонкой струйкой побежали по ее щекам. - Эй, - я вытер большими пальцами мокрые дорожки слез на ее щеках. - Все будет хорошо, я не отдам тебя им. - Я смотрел ей прямо в глаза. - Моей зарплаты хватит только на перелет, но есть еще и некоторые сбережения...- я прикусил нижнюю губу, размышляя. - Роб поможет нам! - вдруг вскрикнула девушка. Я лишь нахмурил брови, пока Лана кинулась на поиски небольшого листка и карандаша. Быстро написав что-то, она показывает листочек мне. Там написан адрес и это всего лишь пара часов езды отсюда. Перед глазами возникает строчка: "психически больна" и вопрос: "А стоит ли ехать?" - Я доверяю тебе, через три минуты в машине. Так как вещей у Ланы почти и не было, она помогла мне. Быстро закидав все как попало, я закрыл чемодан, а Лана повесила через плечо спортивную сумку. Ну вот, возможно, я сейчас уеду навсегда и больше никогда не увижу эту квартиру, больше никогда не позову Мер к себе... Мер. Может стоит к ней зайти и попрощаться? Я сжал кулаки и все-таки решил: - Лана, одну минуту. Ты можешь посидеть здесь одну минуту? Девушка закивала головой и присела в прихожей. Я пересек лестницу буквально в два шага и уже звоню в такую знакомую дверь, которую тут же открывают. - Ааа, красноволосый парнишка. Я потерял дар речи. Ну почему именно ее отец открыл дверь? - Я это...Вы можете сказать Мер...Вы можете позвать ее? Я сам все скажу. Мистер Касл стоит скрестив руки на груди, облокотившись о косяк дверного проема. И его поза не сменилась с самого начала, когда он открыл мне дверь. Мне вообще кажется, что он даже не моргает. - Нет. - Все, что говорит он и дверь закрывается перед моим носом. Вздохнув, я спускаюсь на этаж ниже. - Лана, выдвигаемся. Взяв вещи, мы вместе спустились к машине. Я обернулся на окно Мер, надеясь, что отец хоть что-то ей сказал обо мне. Но силуэта девушки я так и не увидел.

POV Мер

Я заблокировала телефон, сладко зевнув. Хотя еще очень рано, чтобы лечь спать, но я очень вымотана и поэтому сама не замечаю, как засыпаю. Когда я проснулась уже смеркалось. По шорохам на кухне можно догадаться, что мама занята готовкой ужина. В коридоре слышен папин голос, он очень громко отчитывает подчиненного по телефону. Я сладко потягиваюсь и, проверив уведомления в телефоне, вышла из комнаты. Быстрым шагом прошла мимо разозленного отца и направилась на кухню. Вдыхая ароматные запахи, я взяла с разделочной доски кусочек свежего огурца. В воздухе чуялось некое напряжение. Мама на мгновение обернулась на меня и стиснув челюсти продолжила мыть посуду, так ничего и не сказав. Может опять дело в отце? Я не стала расспрашивать подробности, поэтому просто взяла бутылку воды из холодильника и пошла в свою комнату. За дверью послышались тяжелые шаги, а затем сразу же разговор на кухне на повышенных тонах. Глубоко вдыхаю и печатаю Люку новое сообщение, но неожиданно звонит Калум, и я сбрасываю звонок. Я все еще не настроена на разговор и вообще не хочу его видеть, в отличие от Майкла. Интересно, как он там? Я уже была готова позвонить ему, но так и не нашла в себе сил нажать на кнопку "вызов". Новый крик. Звук бьющейся посуды. Громкий плач и все проклятия, что есть на свете, произнесенные срывающимся голосом. Хлопок двери. Тишина. Я тихо встаю с кровати и медленно подхожу к двери, затем открываю ее и скрип проносится в коридор. Зажмуриваюсь от такого громкого звука среди гробовой тишины, царствующей в доме. Почти на носочках выбираюсь из своей комнаты, оглядываясь по сторонам. Не хватало что бы я еще наткнулась на кого-то из родителей. Кажется, дома никого. Снова набираю Клиффорда, но в ответ лишь длинные гудки. Тогда я решаю проведать его. Беру ключи и телефон и уже выхожу из квартиры, как слышу мамин голос с кухни. Кажется, она говорит с кем-то по телефону и жалуется на отца. Осторожно заглядываю из-за угла и замечаю, что она сидит ко мне спиной, поэтому у меня есть шанс быстро смыться незамеченной. На подъездной площадке вижу отца. Он выдыхает клубы сигаретного дыма, уставшие глаза смотрят на меня. - Куда намылилась? - Я...это...никуда. Уже разворачиваюсь, чтобы пойти домой, как вдруг отец говорит мне: - Приветик тебе от красноволосого парнишки, кстати. Я приоткрыла рот, чтобы что-нибудь сказать, но слова так и застряли поперек горла. - Он вроде как с чемоданом был, и, наверное, пришел попрощаться. - Он делает еще одну затяжку в то время, как я на него смотрю с недопониманием и легкой улыбкой. - Да нет. Ты шутишь. Он не мог съехать, - все так же улыбаясь говорю я, но слезы уже подходят к глазам. - Он не мог просто так уехать, - мотая головой из стороны в сторону, повторяю я, быстро спускаясь по лестнице. Дрожащими пальцами достаю запасные ключи из кармана и только с третьего раза у меня получается открыть дверь квартиры Майкла. В нос сразу же ударяет запах незнакомых женских духов. Я прохожу в квартиру и понимаю, что слова папы - правда. Перед глазами так и возникает образ Майкла, в спешке собирающего вещи по какой-то неизвестной мне причине. Он звонит мне, хочет попрощаться, но я, думающая только о своей глупой обиде, так и не отвечаю на тот звонок. Все еще не веря, я пробегаюсь по квартире, заглядывая в каждую комнату, открываю один ящик за другим, чтобы увидеть хоть намек на то место, куда он уехал, но все шкафы пусты. Попытка номер два. Снова набираю Майклу, и в этот раз женский голос говорит, что данный номер недоступен или заблокирован. Тогда я опять прохожусь по квартире, вспоминая наши веселые деньки, проведенные тут. Коробки пиццы на полу, ужастик на ноутбуке...Вспоминаю, как выгоняла его очередную даму на ночь; как он облил меня из водного пистолета, притаившись за углом; рисунок пиццы у меня на животе и как он не хотел меня отпускать к Калуму. Я помню его улыбку и те дни, когда она пропадала. Громко вздыхаю, потирая глаза и немного разлохматив волосы пальцами. Окидываю взглядом опустевшую гостиную и сразу же вспоминается запах зеленого чая, который Майкл постоянно заваривал, когда я оставалась у него из-за ссор родителей. Комната становится размытой и я легким движением пальцев вытираю набежавшие слезы, присаживаясь на край дивана. Разум немного затуманен и до меня не сразу доходит, что в дверь упорно звонят. Голова кружится, ноги подкашиваются, но я, ударившись всего лишь раз об косяк двери в гостиной, ровно иду в сторону входной двери. Калум. Он тяжело дышит, безмолвно открывая губы, будто хочет что-то сказать, но не может набраться храбрости. Его глаза мечутся по полу, избегая моего взгляда. Уже хочу сказать ему что-нибудь или хотя бы поздороваться, как он поднимает голову и целует меня. Его руки обхватывают мое лицо, поцелуй становится все настойчивее. Казалось, что все это время, когда мы не разговаривали друг с другом длилось целую вечность. Тут не нужно каких-либо слов. Спустя какое-то время я отстраняюсь, чувствуя на своих щеках слезы. Глубоко дыша, я смотрю в глаза Калума. Большим пальцем он вытирает очередную слезинку и снова целует меня, на этот раз нежно и мягко. Жажда просыпается внутри него, и поцелуй становится все жестче и настойчивее. Положив руки мне на талию, он ведет нас к стене, не разрывая связь. Легко подхватив меня, словно я не вешу ничего, он прижимает меня к себе еще ближе. Наши тела горят, каждое его прикосновение отдается дрожью по коже. На секунду отрываюсь от желанных губ, чтобы взять лишний вдох. Меня все еще трясет после слез, плечи нервно дергаются, глаза ужасно щиплет весь мир кажется размытым. Калум снова целует меня, нежно поглаживая плечи. Затем его пальцы переходят на верхнюю пуговицу моей рубашки. Одним движением он растегивает ее и смотрит на меня, ожидая моей реакции. Я лишь сильнее притягиваю его к себе, завлекая в поцелуй. Указательный палец парня опускается до второй пуговицы, слегка касаясь кожи чуть ниже ключиц. Распахнув рубашку, Калум пытается сдернуть ее, долго мучаясь с пуговицами на рукавах. Его глаза медленно скользят по моей оголенной коже, он наблюдает, как с каждым вздохом вздымается грудь. Он медлит, будто взглядом спрашивая не против ли я. Я быстро киваю, и Калум снова подхватывает меня, направляясь в спальню.