Цепная реакция

      Идя по эти улицам. Чувствуешь себя уязвимым. И уязвлённым, зная, в какую ловушку попал поневоле. Не по своей воле. По воле властителей Запада. Великих экспериментаторов.       До Великой войны ядерного потенциала России хватало, чтобы уничтожить Землю семнадцать раз. И, как оказалось, чтобы стереть с лица Земли Штаты. Не Микронезии, естественно. Американцы поступили хитро. Они погрузили весь мир в ядерный хаос. С одним исключением. Их философия такова: есть вещи похуже смерти. На нас испытали оружие. Ради опытов над нами. Они были бы бесполезны, если б никто не выжил. Значит, есть надсмотрщики. Они следят за нами. Наблюдают.       Мой небольшой городок и, возможно, его окрестности стали социальным экспериментом. Взрослых нет. Детей нет. Только подростки. Большинство возрастом около пятнадцати лет. Реже лет двенадцати. Старше семнадцати не встречал. Этот город слишком мал, я много кого здесь знаю. И это меня когда-нибудь убьёт…       Типичные целые «хрущёвки», зеленеющие кусты и деревья, асфальт, лишь немного испещрённый трещинами, словно морщинистый старик… Можно подумать, что никакой войны не было или город её чудом пережил, если бы не пустынные улицы. Жизнь застыла здесь, как и воздух, несущий в себе запах мертвечины. И такая же мёртвая тишина…       И вот на улице появился человек. Средний рост, среднее телосложение. Зелёный камуфляжный костюм с капюшоном, ступни, обёрнутые тканью защитного цвета, лицо, не видимое за мелкой сеткой маски, трава, дополняющая костюм, пустой грязный зелёный рюкзак за спиной. У левого бедра в такт ходьбе покачивается огромный нож, у правого — пистолет.       Человек шёл у края дороги вдоль кустов, пригнувшись, в то время как некоторые другие выжившие ходили посередине дороги, после чего исключались из ранга выживших. А трупы убирать некому…       Этот парень несколько привык к новым правилам жизни. Он с опаской проверял кусты, не затаился ли там кто, оглядывался по сторонам. Сейчас путь был свободен. Человек в камуфляже свернул в переулок, на котором его не могли бы засечь с главной дороги. Он держался правой стороны. Шёл по тротуару, скрываясь за рядом кустов от автомобильной дороги. Правее тротуара вились густые заросли, скрывавшие первый этаж ранее жилой пятиэтажки.       Именно здесь, на тротуаре, нарушилось царившее ранее спокойствие: из зарослей выпрыгнул юноша, напав на нашего героя. Юноша был ловчее и сильнее камуфлированного, но пустил в бой одни лишь кулаки, позабыв о висящем в ножнах оружии — обычном столовом ноже. Реакции вооруженного можно позавидовать; в тот же миг он выхватил свой тесак, но нападающий схватил его за запястья и всем телом прижал свою жертву к асфальту. Сразу же последовала попытка сопротивления, которая привела к менее выигрышному положению. Замаскированный дёрнул правую руку, но нападающий скрутил своего противника и выбил из руки оружие. Охотник победно улыбнулся, вытащил свой нож и замахнулся, но в тот же миг бывшая жертва перехватила руку врага и повалила на спину, обезоружив его.       Теперь охотник стал добычей.       Нападавший был немного выше и в лучшей спортивной форме, причем и одет он был в спортивный костюм. Даже своей силой он не смог столкнуть сидящего на нём.        — До чего ты докатился, Никита, — послышался приглушённый маской вздох.        — Кто ты и какого чёрта меня знаешь?        — Лишь одно слово…

***

      В конце переулка находилась цель странника, на чьих руках еще не засохла кровь — магазин, а именно служебный вход внутрь. Эта серая дверь оказалась открытой очень кстати.       Юноша зашёл и оказался в темной подсобке. Он достал из кармана фонарик и включил его. Перед ним была закрытая дверь в зал магазина, другая дверь, ведущая в другой отдел, что находилась справа, в конце длинного помещения, была открыта. С полок было много чего сметено, но кое-что и осталось, в основном несколько десятков тухнущих яиц, сладости, таблетки от комаров, бытовая химия, алкоголь, и еще некоторые товары. Искатель ресурсов и приключений на своё здоровье продвигался, собирая в рюкзак всё, что считал необходимым: шоколадные батончики, семечки, шампуни с гелями для душа, бутылки со спиртным, удачно закатившуюся и сохранившуюся банку консервов. Он двигался всё дальше и дальше, пока не услышал злобный рык. Парень повернулся и увидел перед собой пса-бродягу, который тут же накинулся и получил нож в горло.       В рюкзаке еще было место, потому юноша решил пройти через магазин. В неработающих витринных холодильниках, окруженных лужицами своего былого холода, таяли и портились жалкие остатки мороженого, полуфабрикатов, курицы. Над ними были полки с еще не разобранными соусами, вмиг ставшие никому не нужными. Рядом пустовали стеллажи. Обойдя холодильники и попутно захватив несколько пачек кетчупа, парень прошёл к полкам с крупой. Он набрал всего, что было, понемножку, взял ещё пару пакетов соли и сахара, чудом оставшихся. Так он прошёлся по всему магазину, нагрузив себя также растительным маслом, шоколадом, жвачкой, зажигалками и спичками.       Вытащив пистолет, он вернулся в подсобку, вышел и направился домой, скрываясь за зеленью растений…