К черту все!

— Я же ничего плохого не делал, — пробормотал я, пытаясь придумать путь к отступлению. Этот светло-русый омега, ростом под Свонсона, мог запросто меня прямо тут в клумбе и закопать. Нужно знать хотя бы за что. Сирил мягко рассмеялся, прямо как смеются скромные омежки. Кого ты обманываешь, а? Ты явно не из тех, кому нужно помогать тащить тяжелые сумки или залезать в высокие машины. Сирил, хоть и с полным отсутствием грации, даже не испытывал дискомфорта, выходя из своего мерседеса джи класса, в который я бы не сразу залез, даже используя ступеньку. — Верю. Ты же такой миленький! — Сирил запищал и принялся меня тискать. — Я всегда хотел быть таким низеньким и мимимишным омегой! То есть, меня пока не собираются убивать? Это радовало. — Прости, но... кто ты? — меня наконец-то отпустили, теперь я не тыкался лицом в белый мех шубки Сирила. — О, прости, я не сказал? — улыбнулся он. — Я омега Кея. Сначала до меня не сразу дошло, кто такой Кей. Э?! Свонсон?! — Не удивляйся ты так, — махнул рукой он. — Думаю, тебе можно раскрыть эту тайну. Учти, что почти никто не знает правду. Мы встречаемся не по-настоящему. Это просто игра. Я удивленно похлопал глазами, не в силах переварить эту информацию. Что вообще происходит? — Ты, наверное, замерз. Выбежал без куртки, да еще и весь заплаканный. Идем ко мне в машину? — предложил Сирил, наклоняя голову чуть вбок. Я смог только кивнуть. Сейчас лучше всего быть тем, кем меня видит Сирил: няшным омегой. В противном случае у меня могли бы быть проблемы. Как я и предсказывал, залезть в его мерседес, даже наступая на специально придуманный для этого выступ, для меня оказалось совсем не просто. Сирил тут же включил печку, и я отогрелся. — Кей о тебе много говорит. Последние два дня только о тебе и трещит, хотя обычно он скрывает от меня всех своих любовников, — скромно произнес омега с покрасневшими то ли от холода, то ли от смущения щечками. — Думаю, ты произвел на него впечатление. — А мне кажется, что он только секса от меня и хочет. При слове "секс" Сирил как-то вздрогнул и опустил голову. Неужто такой большой омега стесняется? Я иронично приподнял брови. — Нет, я как раз так не думаю. Да, Кей из тех, кто привык, что его любят все. И он этим активно пользуется. Но тут появляешься ты: омега совсем не в его вкусе. Не обижайся, но он любит ярких, смелых и активных. Ни ты, ни я не такие, что уж греха таить? Однако, — Сирил улыбнулся мне прямо-таки обворожительной улыбкой, — Кей привык выражать свои чувства чуть иначе. Не думаю, что он знает, что такое любовь. Он знает, как выразить ее своим телом. Но он сам запутался. Поэтому я бы тебе советовал не верить в его слова. Он ведь сказал что-то обидное, да? Не принимай это близко к сердцу, хорошо? Я ничего не ответил, просто смотрел на него, ожидая продолжения. Глазам своим не верю. Омега Свонсона просит меня на него не обижаться? Пусть и не настоящий омега, но все-таки его омега. — Он просто расстроен, что я ему не даю, — от такой моей грубой реплики, ушки Сирила покраснели еще сильнее, хотя, казалось, что сильнее некуда. — Он бесится, что я отказываю ему, и хочет потешить свое самолюбие, соблазняя меня. Как такой уродливый омега, как я, может его не хотеть? Как только мы переспим — он забудет обо мне. Я наблюдаю за этим каждый день. Моего друга Джона пытаются склонить к сексу по сто раз на дню, потому что он еще ни с кем не спал. Они хотят победить его, но все закончится, когда кто-то его победит. Для того, чтобы это прошло, я просто должен переспать с ним. Но я на это не пойду. Сирил с интересом слушал мой психоанализ и кое-где кивал. — Но ты упускаешь одну деталь, — заметил светло-русый омега. — Кей может получить удовольствие, когда захочет. Желающих стать партнером Кейя, даже на одну ночь, очень много. Он не только популярный, хороший любовник, по словам омежек, и красавчик, но он еще и жутко богат. Разве не мечта? Кей никогда никого не добивается. Если ему отказывают — он идет дальше. Его самолюбие тешится каждый день: когда к нему пристают омежки модельной внешности, не давая ему прохода. Зачем ему тратить время на тебя, если есть они? Я молча погрузился в раздумья. Может, он прав, но это ничего не меняет. — Я чувствую, что у тебя уже есть альфа, — отозвался Сирил на мой непреклонный взгляд. — Но просто дай ему шанс. Не отталкивай его. Если это то, что я думаю, а я думаю, что Кей начинает по-настоящему влюбляться, то ему будет очень больно, если ты его оттолкнешь. Я знаю его, пожалуй, лучше чем он сам себя знает. — Вы давно знакомы? — интересуюсь я, окончательно успокоившись. Сирил улыбнулся мне очень тепло, как будто я был его младшим братиком. Ох не стоит доверять таким милым омегам. Хорошее прикрытие для чего-то плохого... Не думаю, что Сирил такой, но вероятность такая существовала. Либо он правда такой, либо просто идеально играет свою роль. — Мы знакомы с самого детства, — ответил он. — Мы жили по соседству, когда он жил с родителями. В восемнадцать я остался в родительском доме, а Кей переехал, и живет с того времени один. Но мы хорошо дружим. — Уж, холодрыга же, как этот глупый может ходить без куртки? — с этими словами в салон на переднее сиденье ввалился Свонсон собственной персоной. — Я искал его, но, как видишь, безрезультатно. Спасибо, что приехал, Сирил. Я удивленно наблюдал за тем, как Свонсон сложил мою куртку и пристегнулся, совершенно не замечая меня. — Кто это тут глупый? — спросил я недовольно, чтобы дать понять о своем присутствии. Блондин дернулся и с ужасом обернулся. — Сирил? Ты его нашел? Альфа тут же отдал мне куртку и неловко прокашлялся. — Сирил мой фальшивый омега. Родители решили все за нас, — принялся объяснять он, хотя я его об этом не просил. — Как они любят постоянно говорить: У богатого сына должна быть богатая пара, — эти слова Свонсон и Сирил произнесли одновременно. Затем оба рассмеялись. — Бесят, — признался Свонсон, снова оборачиваясь ко мне. — Я попросил Сирила нас подбросить. А то это метро — ужасная вещь! И... насчет того разговора. Извини. Я поторопился. Я лишь только хмыкнул и отвернулся от него, делая вид, что рассматриваю улицу за окном, хоть за окном и была настоящая темень. Сирил завел мотор и аккуратно выехал на главную дорогу. Не знаю, откуда, но омега явно знал мой адрес. Надеюсь, Гейба еще нет дома. Он явно будет переживать, если увидит, как я выхожу из мерседеса. — Нико, рад был познакомиться, — Сирил с улыбкой смотрел на меня своими большими глазами, и я словил себя на мысли, что он слишком красив для альфы, но слишком силен для омеги. — Вот мой номер, если захочешь пожаловаться на Кея. Омега подмигнул мне и помог выбраться из машины. А когда я вышел, вновь уселся на водительское кресло и уехал, не дав Свонсону возможности со мной попрощаться или что-то сказать. Я устало вздохнул и увидел машину Гейба в гараже. Упс, сейчас могут быть проблемы. — Чего так долго? — не успел я еще открыть дверь, как услышал это. Гейб с недовольной миной стоял в прихожей, скрестив руки на груди. — Должен был помочь Кристиану, ты же знаешь, — отозвался я, снимая с себя куртку и пытаясь забыть, что ее только что в руках держал Свонсон. — Получилось дольше, чем я планировал. Как работа? Альфа молча наблюдал за тем, как я снимаю кроссовки. Злится, и без это ясно. — Идем, — тихо ответил он, заходя в спальню. Мда, мне сейчас было совсем не до этого: к заданиям на завтра я даже не притронулся. Гейб лег на кровать, смотря на меня уже знакомым взглядом. А я уже знал, что делать. Я медленно расстегнул рубашку, отстегивая пуговицы одну за одной. Спустя столько времени я больше не стеснялся Гейба. Затем я снял джинсы, стараясь забыть прикосновения Свонсона к моей попке. Не время сейчас об этом думать! Я лег прямо на альфу, потянувшись за поцелуем. Гейб очень любит, когда я делаю все сам. В последнее время мы только так этим и занимаемся. — От тебя... пахнет другим, — в перерывах между поцелуями заявил он, царапая мою спину. — Имбирное печенье или вино? — переспросил я, входя во вкус; сильный запах горького шоколада действовал на меня мгновенно. — Это знакомые омеги. Гейб прижал меня к себе и уткнулся в плечо, прямо в место укуса. — Нет. Пахнет сеном, — с этими словами альфа стиснул мои ребра так сильно, что сомневаться не приходилось: останутся синяки. Так, лучше всего сейчас отвлечь его. — Ты же знаешь, что я люблю тебя. И я тебе не изменял. Просто он рядом стоял, — ответил я, покрывая поцелуями его пресс. Если я расскажу Гейбу, что Свонсон лапал меня, то проблем не оберешься! Но я ему не соврал. Я ему не изменял, так и есть. Я уже подобрался к его члену, который стал твердым. Гейб нетерпеливо толкал бедрами, прося поскорее начать. А меня долго просить не приходилось. Я оттянул резинку его домашних штанов и аккуратно погладил его член. Понимая, что этого мало, я взял в рот головку и принялся ее посасывать, полизывать, водить по ней языком и дразнить уздечку. Как и обычно, реакцию Гейба можно было увидеть только по состоянию его члена: сейчас он влажный и твердый, а смазка обильно выделяется, наполняя мой рот легким шоколадным привкусом. Значит, нравится. Вот только никаких эмоций на лице: губы сжаты, глаза крепко зажмурены. Гейб нечасто активничал в сексе, в последний раз это было месяца три назад, если не больше. Не ругаться же с ним из-за этого? Тем более, я уже привык к своей роли. У меня во рту начало выделяться все больше слюны, что помогало мне сосать. Но сейчас есть более важные для нее применения. Я выпустил плоть Гейба изо рта, вызвав у него недовольство, граничащее с раздражением, и потянул его длинные пальцы к себе в рот. Альфа заинтересованно приоткрыл один глаз, когда мой язык коснулся подушечки его среднего пальца. Я трахал свой рот его пальцами, с удивлением замечая, что Гейб смотрит уже двумя глазами на то, как его два пальца то появляются, то исчезают у меня во рту. После нескольких минут таких действий, от которых я, кстати говоря, немало завелся, я вытащил его пальцы и придвинулся ближе, чтобы рука Гейба с легкостью могла достать моей дырочки. Когда я приложил его пальцы ко входу, альфа недовольно зашипел и отдернул руку. Точно, как я мог забыть? Когда он не пьяный, он не лазит туда руками. Я виновато пробормотал: "Прости", и вернулся к прежнему занятию, только теперь я ласкал свой рот самостоятельно. Смазка уже начала выделяться из меня, но не в период течки ее было не достаточно для секса, хотя, вроде как, я был достаточно возбужден. Второй рукой я принялся изучать член Гейба, который я, в принципе, и так хорошо знал, однако сравнивать его с чьим-то другим я все равно не мог, так как Гейб был моим первым и единственным партнером. Гейбу явно больше нравился мой рот, но нужно было немного потерпеть. Когда я понял, что достаточно хорошо смазал пальцы, выпустил их изо рта и уверенно отвел назад, просовывая внутрь себя указательный палец. Да, давно мы этим не занимались. Было так узко, что даже мой небольшой палец не без труда туда проскользнул, хотя и было приятно. Стон сам собой вырвался из моего горла. Гейб пошевелил ногой, как будто говоря: "Не отвлекайся там, ты про меня забыл!". Я виновато улыбнулся и снова взял его член в рот. Если честно, секс с пьяным Гейбом даже нравился мне чуть больше. Может, он просто стеснительный, поэтому и не проявляет инициативы обычно, только с алкоголем, и то не всегда. Мне пришлось многому учиться, чтобы доставлять ему удовольствие. Я двигал головой, принимая его плоть так глубоко, как только мог, но и одновременно разрабатывая себя. Смазка с моего члена начала выделяться сильнее, а дырочка с каждым моим движением становилась все податливее, а в самые особенные моменты я даже выгибался, касаясь членом ног Гейба. После второго такого прикосновения Гейб резко отодвинул свою ногу. Я не специально, извини, я не хотел испачкать тебя. Когда своих собственных прикосновения стало мало, я подвинулся к Гейбу и стал на колени, затем, аккуратно поддерживая его член, опустился на него, с легким чпоком. Больно. Того, как я себя растянул, оказалось мало. Приятно тоже было, но пока нужно постараться, чтобы выделилось больше смазки, иначе ни Гейбу, ни мне хорошо не будет. Я начал медленно двигаться, плавно скользя по его члену. Пришлось даже держать свой член, чтобы смазка с него не капала на Гейба, который особенно не любил, когда я пачкал его живот. Через некоторое время стало лучше, теперь я уже спокойно двигался в довольно быстром темпе, только ноги начали уставать... Мой оргазм пришел быстрее: я со стоном выгнулся, очень быстро двигаясь на Гейбе. Свою сперму я успел собрать к себе в кулак, а моя дырочка сжалась и пульсировала. Альфа выругался и вытащил из меня член, бормоча что-то о том, что я эгоист. Точно, я не сдержался. Нужно было сдерживаться, пока он не кончит, почему я об этом забыл? Я, в который раз за сегодняшний день извинился, и взял его член снова в рот. Через несколько минут Гейб затрясся всем телом и излился мне в рот, заставляя проглотить содержимое, к чему я привык. Я дрожащими ногами дошел до ванной и встал под душ. И, почему-то, сейчас я совсем не чувствовал себя счастливым.