Соблазнитель

**** – Немного несвоевременный вопрос: как я буду с ним разговаривать, если не знаю немецкого? – задаю вопрос, который уже несколько часов крутится у меня в голове. Мы едем в аэропорт, откуда уже через пару часов самолет увезёт нас на другой континент, к другим устоям, людям и интересной жизни. Думаю, скучать не придётся, ведь такое у меня впервые – работа на заказ. Обычно я всё делаю только для себя. Но меня убедили – мало того, что это оплачивается, так еще и привычному устою жизни я почти не изменю. Поменяется лишь страна и язык. Тем интереснее. – Он родом из Америки, и не думаю, что успел забыть свои корни. Тем более по должности он обязан знать языки, ведь встречи с иностранными инвесторами никто не отменял. Так что не о том ты беспокоишься, Том, – спокойно сказал Коннор, откидываясь на сиденье такси и смотря на меня. – Подумай лучше, как быстрее всего заполучить его, его доверие и нужные данные. – Думаешь, у меня с этим будут проблемы? – выгибаю бровь. Он что, сомневается? – Нет, даже и в мыслях не было. Просто продумай всё заранее. И кстати, созваниваться мы не будем и встречаться тоже. Никаких сведений, никакой помощи. Встречаемся лишь раз – после выполнения твоей работы. Ты отдаешь нам флешку с данными, а мы тебе деньги. Всё просто. – Заметь, я и не просил твой номер, – отвечаю я. Вот нахал. У меня и в мыслях не было просить помощи. Большой мальчик уже, как ни крути. – Отлично, мне нравится твоя самонадеянность. – А мне нравится, когда ты молчишь. Слышу фырк со стороны Коннора, но не поворачиваюсь. Давай уже, такси, отвези скорее в аэропорт, я всё выполню и больше не пересекусь с этим мучительно-красивым, но не менее самонадеянным человеком. Общество таких людей хорошо, но в меру. Слишком долгое пребывание рядом начинает напрягать. **** В каком-то фильме в детстве наткнулся на картинку, где главный герой приехал, по-моему, в Париж. Выходя из вокзала, он видит перед собой площадь с памятником, много туристов. И все это приправлено сумерками и дождем. На нём плащ, в руке кейс, в зубах сигарета. Вот сейчас передо мной открылась точно такая же картина. С поправкой на то, что были мы уже около отеля в Берлине, и этим человеком был Коннор. Он улыбнулся мне, вручая конверт с авансом, а затем просто сел в такси и, опустив стекло, сказал: – Удачи тебе, красавчик. Буду с нетерпением ждать следующей нашей встречи. И помни, чем быстрее это случится, тем лучше. Его белые зубы сейчас, кажется, осветили этот мрак. Видимо, кто-то очень пристально следит за своей внешностью. Я лишь вздохнул и, взяв чемоданы с вещами, отправился внутрь здания. Сейчас заселюсь, а потом буду искать себе квартиру. Я еще не придумал, как зацепить свою цель. Но то, что я не должен при этом жить в отеле – это точно. **** Для человека, никогда не бывавшего в Европе, я неплохо справился. В основном, все работники агентств, связанных с недвижимостью, знали всемирный разговорный язык. Поэтому уже на следующий день я переселился в снятую мной на минимальные полгода квартиру. Кстати, очень прекрасную, хоть и однокомнатную. Квартира-студия мне понравилась сразу. Я не знал, что ищу, но первые несколько вариантов отмел в первую же минуту нахождения в них. А здесь было всё: и пространство, и огромная кровать рядом с окнами, которые тянулись от потолка до пола. С одной стороны окна, открывающие вид на такие же квартиры в здании напротив и вид на город, а с другой – балкон, выходящий на внутренний двор. Странной планировки дом давал возможность переноситься из современного и огромного города в маленький уютный двор с балконами напротив. Сразу же сказав свое ёмкое «да», я приобрел себе место для прекрасного времяпрепровождения на одиннадцатом этаже. Вечер приближался; я сидел на огромной кровати и листал новости компании этого парня. И теперь точно знаю, что у них намечается какой-то корпоративный ужин, куда приглашаются все шишки их союзных компаний. Пройти туда будет сложно, особенно, когда не знаешь, по какому принципу здесь даются взятки. Но чтобы это меня остановило? Да никогда. Именно поэтому на завтрашний вечер пятницы планы у меня грандиозные. Кстати, думаю, из компании отца Коннора там тоже кто-то будет. Ведь их компании пытаются уживаться и контактируют в любом случае. Что ж, остается надеяться, что это будет не сам Коннор. А вечер следующего дня наступил на удивление быстро. Наверное, оттого что я большую его часть провел, шатаясь по улицам. Да, я не слишком боялся и волновался перед «заданием», предпочтя этому ознакомление с Берлином. Перекусив в какой-то кофейне и забежав в павильоны с магазинами, уже к нужному времени я был одет и нацепил новые ботинки и часы. У кого как, а я при знакомстве уделяю внимание сразу этим деталям. Обувь и аксессуары. Недолго думая, заказываю такси и уже через полчаса (благодаря пробке), оказываюсь на месте, куда мог дойти минут за десять. Только вот мрачная погода и лужи не способствовали этому. В холл я попал без проблем. Кроме как двух охранников на входе никого больше не было. Пара человек прошли мимо меня и отправились по коридору. Я пошел за ними. И каково же было мое удивление, когда, повернув за угол, я обнаружил двух девушек за стойками по бокам от массивной двери, что проверяли приглашения. У каждой на столе писалась категория граждан, какие есть в данном списке. Ругнувшись про себя, подхожу к девушке с надписью «Партнёры 2014-2015 годов». – Добрый вечер, - улыбаюсь, облокачиваясь на стойку. – Добрый вечер, герр..? – вопросительно смотрит девушка на меня, готовя ручку и списки, чтобы отметить. – Трюмпер. Томас Трюмпер. Сосредоточенное лицо блондинки, проверяющей списки, у которой из высокого хвоста не посмеет выбиться ни единый волос, дабы не разрушить образ, удивлённо поднялось ко мне. – Вас нет в списках, герр Трюмпер, – настороженно проговорила она, но тут же улыбнулась подходящей паре, находя их в списке и провожая с улыбкой. Повернувшись ко мне, она вновь приняла образ камня. – А если посмотреть хорошенько? Не думаю, что это составит для вас много труда. Даже наоборот – принесет пользу, - киваю я ей на свой карман, где отчетливо виднелся сверток денег. – Нет, герр, у нас не положено. Прошу вас покинуть помещение, – серьёзно проговорила она, вернувшись к своему делу и отмечая прибывающих людей. Чёрт. Отойдя от нее, я вспомнил, что есть же ещё вторая девушка. Только вот они находились недалеко друг от друга и в принципе видели, кто кого пускал. Вот ещё проблем мне не хватает, если она вдруг сдаст меня охране. А что такое возможно, я и не сомневался. Но тут меня подхватила женская рука и повела по направлению к выходу, специально громко говоря: – Герр Трюмпер, кажется, вы указаны в другом списке. Вход с другой стороны зала. Улыбаюсь и позволяю девушке, что уже обогнала меня, вести нас сквозь коридоры компании. И правда – с другой стороны была такая же массивная дверь и так же по бокам стояли две девушки. Одна из которых подвела меня к её стойке и поставила галочку напротив одной из фамилий. – Прошу, герр Трюмпер, в зал, – ослепительно улыбнулась она, а я лишь взял её руку и отвел вниз, дабы никто не увидел. Оставляя в ней сверток с деньгами, поднес её к губам и слегка поцеловал. – Спасибо. Вы так прелестно выполняете свою работу, было приятно иметь с вами дело. Девушка смущенно улыбнулась и зарделась, а я, улыбнувшись в ответ, отправился внутрь зала. Как и предполагалось, внутри были все шишки компаний. Это было ясно, как день, по их стилю в поведении и по их одежде. Официантов даже не замечали, а если и замечали, то обращались с ними по-хамски. Между собой разговаривали громко, смеялись показательно и из надобности. Везде дым от сигар, прекрасные платья в пол на дамах и бриллианты – показатель богатства и влиятельности. Тут уж как и в Америке – чем больше, тем круче. Но вот зачастую самые главные шишки, наоборот, оказываются менее вызывающими. На дамах, в основном, минимум косметики и разных украшений, всё ближе к натуральному. Ведь они понимают, что выделываться не перед кем. Все возможные и невозможные вершины уже достигнуты. Мужчины же вели себя тоже сдержаннее. Не старались кого-то рассмешить, к кому-то подмазаться. Показывали себя истинного, и нужно им было от этого вечера лишь одно – появиться. И, может, решить пару важных вопросов в неформальной обстановке. Перевожу взгляд на отдаленную компанию, где в кругу стояло несколько людей. – Я уж думал, что придётся помогать и провести тебя сюда, - донёсся тихий голос сзади. Слегка оборачиваюсь и вижу Коннора, что стоял сзади и брал бокал со стола. – Но ты справился, молодец. И да, ты на верном пути. – Он кивнул на компанию, на которую я смотрел и отошёл, делая вид, что мы не знакомы, и он просто что-то сказал из вежливости. Ну, куда же без него, на что я надеялся? Поворачиваюсь вновь к компании и вижу, как к ним подходит высокий брюнет. О да, я точно на верном пути. Брюнет был невероятно красив. Тонкие черты лица, пухлые губы, большие глаза – всё так, будто его слепили и оживили. На фото он был прекрасен, но вот здесь, в реальности, ты попадаешь ещё и под его чары. А в том, что оказавшись рядом с ним никто не останется равнодушным – я и не сомневаюсь. Черные волосы собраны в низкий хвост сзади, красная рубашка выделяется контрастом на фоне угольно черного костюма. Не было ни бабочки, ни галстука. Да и кто смотрит на эти мелочи, когда перед тобой такой парень? Улыбаюсь в бокал и иду мимо них, стреляя глазами в брюнета. Который, к слову, заметил меня, но не повёлся. Я обычно называю этот момент решающим. Если ты попытался, но человек не клюнул, с вероятностью в девяносто девять процентов, этого уже не случится никогда. Будь ты плейбоем и самым прекрасным и смазливым – если ты не зацепил человека с первого взгляда, то тебе уже ничто не поможет. К сожалению, в нынешнем мире этот момент всегда определяет судьбу дальнейших отношений. Ты просто видишь человека, и в мозгу всплывает либо «да», либо «нет». Это неконтролируемый процесс, и этот случайно всплывший результат будет закреплен в сознании. Но не тут-то было. В Америке я бы сдал назад и пошёл искать новую жертву. Но здесь играет два фактора. Первый – у меня задание, и второй – он просто дико хорош. И эта игра мне по плечу, я же себя знаю. Именно поэтому я встаю напротив и продолжаю наблюдать за ним. Не взял лицом? Возьму харизмой. Уж она-то у меня явно есть. А брюнет, тем временем, уже в третий раз смотрит на меня и его явно забавляет, что кто-то так на него таращится. Он легко улыбается и качает головой. Наверное, думает, что я странный. Хм, возможно. Но я упорно продолжаю смотреть, лишь иногда отвлекаясь на окружающих. К слову, Коннор пару раз мелькал в толпе и один раз даже кивнул мне. Вот что ему надо? Контролёр хренов. Договорились же без встреч. Ладно, если всё получится сегодня (а всё непременно получится), мне больше не нужно будет ходить на эти приемчики, и я не буду видеть это лицо. Хорошенькое, конечно, но не такое, как у брюнета. Который снова случайно натыкается на мой взгляд и удивляется, как и прежде. Видимо, ему надоедает, и он уходит в другой конец зала, приветствуя вновь прибывших. Ну что за человек? Почему нельзя сразу подойти, пообщаться, и чтобы закрутилось-завертелось? Надо ведь всё усложнить и поиграть. Вздыхаю и подхожу к официанту. Мне нужна помощь. – Осторожнее надо быть, – громко и нервно кричу официанту, что, споткнувшись и ударившись об меня, опрокинул на мой костюм все напитки. – Не кричите на него, он новенький, – просит голос сзади, и я оборачиваюсь. Ну да, этот новенький только что за мои же деньги угробил мой костюм. – Просто неприятно получилось. – Возьмите, – брюнет протягивает мне салфетку, что принёс другой официант. – Спасибо. Никак не думал, что знакомиться с вами мне придется в таком виде, – нервно усмехаюсь и вытираюсь, наблюдая за парнем напротив. – Я в принципе не думал, что вы подойдете, герр…? Да что у немцев за привычка очень тонко узнавать имя? – Трюмпер. Томас Трюмпер. – Очень приятно, моё имя Вильгельм Каулитц, – говорит он и протягивает руку. Вытираю свою о полотенце и пожимаю в ответ. – Кажется, я где-то видел это имя, – улыбаюсь. – Наверное, на вывеске при входе, – серьезно-иронично говорит он, а я не сдерживаюсь и смеюсь. – Да, Вы правы. Может, перейдем на «ты»? – Не думаю, что такое возможно, герр Трюмпер, – лицо брюнета сразу стало серьёзным, а взгляд холодным. Оп-па. Этого я не ожидал. Что, совсем не интересуют знакомства? – Вот даже как. Очень жаль, герр Каулитц, мне было бы приятно, – специально делаю ударение на слово и тоже становлюсь серьёзным. – Я и не сомневался, – говорит Вильгельм и отходит от меня, направляясь к другим гостям. Чтож. Придётся постараться, чтобы заполучить эту птичку. – А как по мне, то ты сыграл идеально, - проходя мимо, кинул Коннор и пошёл к выходу. Туда же, спустя пару минут, направился брюнет и, видимо, генеральный директор. Вечер закончился, а начало делу так и не было положено. Да, иногда не стоит полагаться лишь на своё обаяние и следует продумать план. Но ведь это было бы слишком скучно, не правда ли? Сейчас, выходя из здания корпорации Миллера и Каулитца и попадая под дождь, я уже не ловлю такси. Костюм испорчен, и что теперь мне мешает прогуляться до дома? С этой мыслью выхожу прямо под ливень и медленным шагом направляюсь в нужную сторону. Ладно, не сегодня, так завтра. Мне дали время, примерно, месяца четыре до какой-то важной сделки, после которой фирма Каулитца укрепится на своём месте, и подвинуть её будет уже невозможно. А значит, максимум три месяца для того, чтобы всё провернуть. **** Когда тебе пятнадцать лет, ты думаешь, смотря на двадцатилетних, что в этом возрасте все какие-то взрослые, умные, и даже не рассматриваешь возможность отношений между тобой и этим человеком. Когда тебе двадцать, ты смотришь на тридцатилетних и испытываешь то же чувство, как и в пятнадцать. Но границы возраста начинают потихоньку размываться, и ты, может, и боишься, но можешь согласиться на отношения с тридцатилетним. Когда тебе тридцать – ты забиваешь на все. На все законы возраста, на все косые взгляды. Конечно же, ты видишь, что ты всё такой же молодой и глупый, и почти не изменился с тех давних пор, когда был подростком. Ты не будешь встречаться с маленькими, тем, кому меньше двадцати, только потому, что это наказуемо. А общаться можно. И ты не прочь встречаться с тем, кто тебя старше. Границ нет. Они все это время были в твоей голове. Мне почти тридцать и за это время я успел узнать много чего. В основном, это было связано с отношениями, с психологией, и упор был, конечно же, на бизнес. Я не притворялся со своими пассиями в том, что мне было интересно слушать их рассказы о работе. Это действительно интересно и поучительно. И это мне многое дало. И именно поэтому я сейчас смотрю на молодых людей, по типу Каулитца, восседающих на местах вице-президентов крупных компаний и не удивляюсь. Если они там, значит, заслужили. Ведь тот толчок, когда ты приходишь в компанию на место своего родителя, всего лишь толчок к чему-то. Остальное уже дело твоих рук – либо развиваться самому и развивать компанию, либо потонуть. Совет директоров не даст тебе делать то, что ты хочешь, и, в конце концов, если ты никакой пользы не несёшь, тебя отстраняют от совета. У тебя всё ещё есть твой пакет акций, деньги всё ещё капают к тебе в карман, но сам ты не имеешь к компании никакого дела. И вот, смотря на молодых людей, которые именно управляют, можно понять, что они чего-то стоят. Особенно Вильгельм, который сам дослужился до того места, на котором восседает. За одиннадцать лет работы в компании он достиг такого. Это ли не сказка? Кому как. В моем случае это значит, что он уверенно идет к своей цели, не сворачивая. Что плохо. Ведь раз он дал понять, что не заинтересован во мне, то так и останется. И да. Выкрасть данные, даже если и сблизиться с ним, будет стоить гигантских усилий. Ладно, я – человек момента. Не загадываю, решаю проблемы по мере их поступления. Сейчас цель – сблизиться с Вильгельмом. Тем более что аванса за дело мне надолго не хватит, а жить на что-то надо. Давай же, Том, хватит валять дурака и прохлаждаться. Пора выводить игру на новый уровень.