Верить

Они могут болтать часами: о науке, математике, магии, космосе и людях. Лира любит болтать о людях, рассказывать об их анатомии, культуре и мире, в котором они живут. Доктор только скептически смотрит на кобылку и утвердительно кивает, показывая этим жестом, что верит ей. И от этого Лира готова взорваться салютом от счастья. Доктор объясняет ей сложные математические формулы, научные теории и принцип неопределённости. Большую часть всего этого она не понимает, но всё же заворожено вслушивается в каждое его слово, смотрит, как он размахивает рукамикопытами и строит разные мордочки, пытаясь объяснить ту или иную теорему. Лира рассказывает немного о магии, зная, что Хувс не любит всякие волшебные штуки, и большее время уделяет историям о людях. Доктор спокойно смотрит да слушает, как его подруга, не сдерживая порывов эмоций, разглагольствует о странных загадочных существах, что ходят на двух ногах и имеют не менее странные штуки, называемые «руками», которые они используют практически везде, заместо копыт или рога. Она объясняет их культуру, то, как далеко они продвинулись в прогрессе, а ещё ненавязчиво намекает, что с такими же умными людьмипони, как Доктор, Эквестрия давно бы опередила остальные страны в плане техники и стала более менее похожа на людскую. А Хувс, подмечая этот намёк, лишь невольно краснеет, совсем слабо, но похвалу принимает и как-то загадочно улыбается. Их рассказы плавно перетекают в болтовню о космосе, и они начинают спорить друг с другом о том, есть ли там жизнь или нет, приводя в доводы различные аргументы. Разговаривают о друзьях, интересуются, как у кого жизнь, кто чем занимается. И так каждый день: приходят в одно и то же кафе, в их особое место, и беседуют либо о людях с наукой и космосом, либо ни о чём. Но всё привычное кончается тогда, когда однажды Хувс зовёт Лиру к себе домой, говоря, что знает, как исполнить заветную мечту Хартстрингс. И она бежит за ним в его дом-лабораторию, веря, что он действительно может исполнить её. Сам дом ей кажется очень странным, что, однако, как она считает, придаёт ему некую загадочность и интересность: ей кажется, что изнутри он намного больше, чем снаружи. Но недоверия это не вызывает, лишь наоборот. Осматривая помещение внутри, она видит звёзды, превращённые в маленькие светящиеся шарики, радугу, ставшую жидким градиентом, плавающим в пространстве колбы, и почти технологию людей. Совсем немного не дотягивает до идеала, думает она. И пока Доктор шарится где-то в уголке, что-то тихо шепча себе под нос, Хартсрингс оглядывает помещение раз за разом и не верит своим глазам — она будто в сказке, будто попала в другой мир, будто Хувс исполнил её мечту наполовину, отчего её сердце заливается приятным теплом. И она верит ему ещё больше. А он верит ей. Иначе бы ведь не позвал. Жеребец подзывает её к себе и показывает разные чертежи и схемы, где чёрным грифелем выведены самые разные фигуры, буквы и цифры. Лира пробегает взглядом по бумажкам и слышит, как Доктор шепчет ей в ухо: — Когда-нибудь, с помощью этих схем, мы попадём в мир людей. Я обещаю. И она оборачивается в его сторону с блеском в глазах, всем сердцем веря, что он сможет исполнить её самую заветную мечту. И Хувс тоже верит, что они найдут этих «людей», где бы они ни были, и он осчастливит её. Лира обнимает его, становясь на две свои ноги, и быстро целует в нос, но этого хватает, чтобы всё понять — границы размыты. Два сердца, в одно сплетённые, будут верить вместе. И когда-нибудь у них и вправду получится.