Невеста из формалина

В лаборатории было тихо. Настолько тихо, что создавалось впечатление, что там вымерло всё живое, хотя, это было не совсем так. На самом нижнем уровне лаборатории по-прежнему горел свет, даже когда стрелки на часах перевалили за полночь. За письменным столом сидел невысокий мужчина в белом халате. Его чёрные волосы упали ему на лицо, мешая записывать свои наблюдения или что-то другое. Недалеко от стола стояла высокая капсула, накрытая чёрным покрывалом. Что там находилось, нельзя было понять до того момента, когда незнакомец решил снять покрывало, чтобы полюбоваться своим творением. Там, в бледно-голубой жидкости формалина, плавало женское тело с растрёпанными каштановыми волосами... Она, плавает в формалине Несовершенство линий Движется постепенно. Кёрсти Коттон, девушка, избежавшая Ада; девушка, прошедшая через Ад; девушка, возлюбленная демона, сейчас была мертва. Мертва несколько дней, с того момента, когда черноволосый учёный ударил её по голове и привёз сюда. Тело в некоторых местах лишилось кожи, являя миру миру белоснежные кости.На бедрах, которые стали приобретать мертвенно-голубоватый оттенок, были видны синяки от больших мужских ладоней. Да, Эрика Приншера, так звали этого учёного, не заботило о том, что Кёрсти мертва. Ему нравилась её покорность, её несопротивление, поддатливость её тела... Но одного он не знал наверняка: пока он развлекался с прекрасным трупом, Ад следил за ним. Чёрный Священник жаждал мести, и Ад с удовольствием готов был предоставить ему эту возможность... Она, плавает в формалине Двигаясь постепенно В мутном, белом тумане Эрик громко зевнул, потирая уставшие глаза. Время было два ночи, и пора было уже ехать домой, где его ждёт жена. Живая жена. Но на прощание он просто обязан поцеловать свою безжизненную любовницу. Аккуратно, будто ценное ювелирное украшение, Приншер достал Кёрсти из формалина, укладывая на расправленное на полу одеяло. В свете нейлоновых ламп она была так прекрасна. Почувствовав прилив возбуждения, Эрик потянулся к своим штанам, как вдруг из темноты в его сторону полетели цепи. Они свисали с потолка, словно змеи ползли из стен, струились по полу... - Так вот как ты проводишь время, Эрик Приншер, - из неоткуда раздался глубокий холодный голос, в котором всё равно можно было расслышать нотки ненависти и ярости. В свете ламп появилась фигура Пинхэда. Взгляд его чёрных бездонных глаз не предвещал ничего хорошего, а когда он наткнулся на тело любимой, бездыханно лежащей на холодном одеяле, с бледных губ сорвался тихий рык. Цепи подняли сопротивляющегося учёного вверх, в нескольких метрах над землёй; оплели его руки, ноги, шею... Пинхэд садистки улыбнулся, что выглядело ужасающе. - Так это ты тот смертный, что посмел убить дорогого мне человека? Тот глупец, что надеялся остаться безнаказанным? Та уродливая мразь, не стесняющаяся ничего и никого в попытках добиться своего? И ты ли тот самый насильник, что коснулся невинного, пусть и мёртвого человека? Можешь не отвечать, я и так знаю. Моя возлюбленная на самомм деле просто спит и внутренне преображается. Жаль, что ты уже не увидишь её нового образа, смертный, - притворно скорбным голосом заявил сенобит, делая еле уловимый пасс рукой. Цепи с крюками, следуя командам своего хозяина, тут же сильнее сжали тело мужчины, мигом выкручивая ему ноги и руки. Дикий крик боли прошёлся по лаборатории, достигая высших этажей здания. В тот же миг из ниоткуда появились копья, сделанные из серебра и олова. Всего их было шесть штук, три длинных и три коротких. Также в воздухе висел острый кинжал, поблёскивающий в уже тусклом освящении. - Пока эти копья будут вонзаться в твоё прогнившее насквозь тело, кинжал отрежет тебе то, что стало причиной боли не только Кёрсти, - говорил Пинхэд, размеряным шагом подходя к возлюбленной, в которой определённо что-то поменялось. Цвет её кожи стал молочно-голубым, как у мертвеца; волосы выпрямились и стали ярко-красными, отливающими чёрным. Пока она не подавала признаков жизи, но Пинхэд был уверен в том, что скоро произойдёт чудо. В это время копью воткнулись в живот, грудь, плечи Эрика, заставляя его уже выть от боли.Он даже не заметил, что его кровь капала на мёртвую Коттон; не видел, что в комнате сразу стало холоднее, а откуда-то подул сильный ветер. Единственное, что заметил перед своей смертью мужчина, были поддрагивающие веки Кёрсти...