Garras y aspas

- Адам, - Эллисон, кажущаяся неуместно маленькой и хрупкой, инфернально изящной среди представителей остальных охотничьих кланов, поднимает взгляд на внука Араи Калаверас. Питер, наблюдая за происходящим, невольно разминает пальцы, будто проверяя их сохранность. - Пойдешь с Питером Хейлом. Хейл приветственно скалится, когда смуглый молодой мужчина поднимает на него взгляд тёмных глаз. Эллисон, убедившись в том, что её услышали и поняли отходит к следующему охотнику, сверяясь со списком. Большая охота. Питер скучающе оглядывает собравшихся на поляне людей и оборотней. Три охотничьих клана и всего одна стая, стая Дерека, единственные пока что, кого Эллисон смогла уговорить на эту свою новаторскую идею совместной охоты на обезумевших вервольфов. Был шанс, что если ближайшие пара-тройка охот пройдут нормально, то Девкалион с новой стаей присоединится к ним. Дев умный, предпочтет присмотреться, что и как будет происходить, Питер, если бы имел возможность, поступил бы так же, но возможности такой нет - это Дерек дал четко понять. Спорить с Дереком нужды не было. Хейл медленно ощупывает взглядом молодого Калавераса, вопросительно приподнимая бровь по мере того, как охотник подходит ближе. - Адам, - белозубая неискренняя улыбка и крепкое рукопожатие. - Питер, - Хейл почти безразлично скалится в ответ. - Обращаться не будешь? - Калаверас не менее откровенно и внимательно оглядывает волка, укладывая ладони на рукояти покоящихся на поясе ножей. Волк внимательно принюхивается, различая запахи металла, аконита, кожи, но не находя одного довольно-таки важного. - Брезгуешь огнестрелом? - оборотень приподнимает одну бровь. - Предпочитаю справляться вручную, - охотник расправляет плечи, выпрямляясь и кривясь. На полдюйма ниже волка и лет на пятнадцать младше. Слабый, но отчетливый запах чужой крови - Питер уверен, что каждый из ножей, которых он пока успел насчитать шесть, вычищен до идеального состояния, но запахи боли и крови въедаются в сам металл оружия, их не вывести, не вычистить, они всегда будут сопровождать охотника. Эллисон еще раз поясняет цель охоты - стая из пятерых омег без альфы. Опасны, не контролируют себя. Живьем не брать. Питер замечает, как на этих её словах волчата помладше нервно ежатся, поглядывая на своего альфу. Дерек вполне спокоен, только постукивание пальцев по бедру выдает легкую нервозность. Инстинкты - волку не нравится происходящее, не нравится обилие оружия вокруг, несмотря на то, что к присутствующим оборотням никто не проявляет ни малейшей враждебности. Питер думает, что сам он, по всей видимости, сумел в себе эти инстинкты заглушить - волку даже любопытно, что получится из всей этой идеи. Обращаться Хейл не собирается, просто когда Эллисон кивком показывает, что она закончила, тянет носом воздух и идет в ту сторону, откуда веет чужим безумием. Этот запах Питеру хорошо знаком, лучше, чем любому из присутствующих, поэтому разливающаяся в воздухе слабая горечь с вяжущим, короткой дрожью отдающимся вдоль позвоночника привкусом ему представляется вполне отчетливым следом. - Уверенно идешь, - едва слышно произносит человек, бесшумно передвигающийся в паре шагов от волка. Питер скашивает взгляд на матово-черное лезвие в его руке, пожимая плечами, а через несколько метров замирает, поводя носом, внимательно прислушиваясь к происходящему. Охотник понятливо замирает рядом, с интересом наблюдая за трансформацией оборотня и не забывая прислушиваться к происходящему поблизости. Инстинкты молчат, но это лишь означает, что оборотень предсказуемо слышит то, что происходит намного дальше. Волк прикрывает отсвечивающие неестественным багрянцем глаза, подаваясь вперед и наклоняя голову. Адам старается даже не дышать, чтобы не сбивать волка, рассматривая хищника, привычно любуясь диким зверем, заключенном в человеческом теле. Неприязни Араи к оборотням молодой наследник клана не разделял, для себя решив, что “профилактические” зачистки всех без разбора ни к чему хорошему не приведут. Идеи юной Арджент по сотрудничеству ему нравились, как и большей части молодежи в кланах, но у неё единственной была реальная возможность реализовать свою задумку, поэтому, когда Арджент пригласила его на охоту, Калаверас согласился не раздумывая. Это было интересно, ново, полезно. - Бегаешь быстро? - волк насмешливым взглядом окидывает человека. - Достаточно, - Калаверас равнодушно не обращает внимания на пренебрежение, прекрасно понимая, что для волка это повод досадливо щелкнуть клыками. Питеру всё же нравится в нём, что парень не опускается до упоминания Араи и того чертова случая с пальцами. - Тогда пойдем, - хищник пригибается к земле, срываясь с места, не в полную мощь, достаточно медленно, чтобы человек, выкладываясь по полной, успевал за ним. Впрочем, забег длится недолго - Питер вспарывает когтями землю, тормозя, и охотник, бегущий в нескольких метрах позади, успевает затормозить как раз возле него, тоже пригибаясь к земле, и без пояснений Питера зная, куда смотреть. Омега, беспорядочно крутящий головой в попытке решить, куда ему двигаться дальше, балансирует на грани обращения - неестественно вытянутая морда, удлиннившиеся конечности, криво выгнутый позвоночник, заостренные уши, длинные, не помещающиеся в рот клыки - такими их зачастую и рисуют в фантастических фильмах. Охотник замечает потеки уже засохшей крови на нижней части морды, на шее, на груди и лапах с удлинившимися когтями, вспоминая что именно эту стаю подозревали в чудовищной гибели нескольких туристов неподалеку в лесу. Омега внезапно замирает, принюхиваясь, по-собачьи вываливает язык, опускаясь на четыре конечности, тяжело тянет воздух не до конца трансформировавшимся носом и взрывает землю когтями глядя сквозь густой подлесок ровно на охотника. Теперь уже Питер с интересом наблюдает за человеком, пока что не собираясь вмешиваться. Шесть насчитанных Хейлом ножей остаются нетронутыми, но через секунду один входит в грудь метнувшегося вперед омеги по самую рукоять. Это немного тормозит хищника, но, скорее всего меньше, чем рассчитывал поднявшийся на ноги человек, потому что обезумевший от жажды крови зверь почти успевает впечататься в охотника всем весом, одновременно издавая громкий, призывный вой. Питер запускает когти в покрытый шерстью загривок, успевая уловить в глазах охотника огнем вспыхнувший азарт, и на дюйм оттаскивает сопротивляющегося, рычащего сквозь текущую по подбородку черную кровь оборотня от Адама. Через пару мгновений зверь обмякает на когтях Питера, и Хейл отбрасывает безжизненное тело в сторону, оценивая глубокую рану от живота до горла, залитую черной густой кровью. - Спасибо, - Калаверас ровно кивает Питеру, рывком вынимая нож из груди оборотня и каким-то будничным, но медленным движением перерезая слабо дернувшемуся омеге глотку. Питер кивает в ответ, втягивая горький от ядовитой крови воздух. - Сейчас еще придут, если их не перехватят по пути, - Хейл прислушивается. Охотник с веселым оскалом подкидывает нож.

***

- Все, пятого пристрелили, - Адам смотрит на экран мобильника, пробегая глазами сообщение об окончании охоты. - Можно двигать обратно. Питер кивает, равнодушно глядя на лежащего у его ног мертвого волка со сломанным позвоночником и вскрытым горлом. - Полезная привычка, - Хейл кивает на еще сочащийся вязкой черной кровью разрез на горле. - Но не всегда помогает, да? - от молодого мужчины остро пахнет охотничьим азартом, он с едким весельем поглядывает на Питера. - Ну, для этого, - Хейл проводит когтем по собственному горлу, невольно заражаясь настроением весело кривящего губы мексиканца, - нужны особые отношения… с вашей семейной покровительницей, - Питер выразительно смотрит на виднеющийся из-под ворота рубашки фрагмент яркой татуировки. Из-под разодранного рукава улыбчиво скалится череп с вырисованными в глазницах цветами. - Или просто быть очень везучим. - Это одно и то же, - Калаверас делает глубокий вдох, задирая голову, чтобы посмотреть на небо сквозь сплетения ветвей и сонно подрагивающую листву. - Да, возможно, - Питер издает короткий смешок, помогая охотнику присыпать волчий труп листьями. - Не знаешь, когда следующая охота? - охотник бегло проверяет кончиками пальцев рукоятки своих ножей, разворачиваясь в нужном направлении, чтобы выйти к дороге. - Через неделю, - Питер прижимается спиной к стволу дерева - идти к дороге он не собирается, но и показывать охотнику, куда хочет пойти, тоже не желает, просто инстинктивно. - Удачи, - коротко бросает на прощание парень, пожимая оборотню руку. Питер заинтересованно смотрит в черные, словно огнем изнутри высвеченные глаза, втягивая в легкие запах чужого азарта, эмоционального возбуждения и явного удовольствия от хорошо сделанной работы. Адам не отводит взгляда, вглядываясь в озерно-голубые радужки, скрывающие собой неестественное свечение волчьих глаз. - Удачи, охотник.

***

- Он натуральный психопат-садист, - едва слышно шепчет Маккол в ухо Эллисон, касаясь губами кожи и прикрывая глаза, видимо, чтобы коротким взглядом не выдать себя тому, о ком говорит. Питер заинтересованно прислушивается, в целом догадываясь, кто сейчас отбирает у него этот заслуженный титул. - Скотти, - Эллисон со вздохом пожимает плечами, тоже говоря едва слышно и поворачиваясь к своему парню. - Я знаю. Питер сдерживает улыбку, наблюдая за Дереком, вправляющим сломанную руку Эрике и шепотом отчитывающим её за невнимательность. Адам разговаривает с кем-то из незнакомых Питеру охотнику чуть дальше и правее, но Питеру все равно прекрасно его видно. В этот раз Хейл насчитывает восемь ножей, на очередном движении охотника угадывая очертания ножен на руках. - С кем ты ставила его в прошлый раз? - Питер, прислушиваясь, улавливает намек на легкую нервную дрожь, смешанную с отвращением в голосе Маккола. Эллисон отвечает, все так же спокойно глядя на своего бойфренда и слабо улыбается, подставляя щеку для поцелуя, когда он кивает с одобрительным смешком. - Как охота? - знакомый голос раздается над ухом дюжиной минут позже, когда почти все машины разъезжаются, а Питер садится на капот своей тачки, закуривая и раздумывая, не наведаться ли сегодня куда-нибудь, где крепко пахнет алкоголем и случайным сексом. В конце концов, время еще недостаточно позднее - до рассвета несколько часов. Взлетевший в воздух нож ровно ложится в подставленную ладонь - это Питер тоже слышит. - Скучно, - Хейл протягивает охотнику портсигар и тот, задумавшись на секунду, вытягивает длинную темно-коричневую сигариллу, принюхиваясь к ней и, с довольным кивком прикуривая. Густой табачный дым из-за отсутствия ветра мягкими клубами опускается к земле, а охотник садится рядом с вервольфом, согласно кивая: - Скучно. Это ведь и был тот самый Истинный альфа? - Тот самый Истинный альфа, - Хейл лающе смеется, кивая и затягиваясь. - Он и был. Разочарован? - Не питал особых надежд, - Адам стряхивает пепел на землю. - Кубинские? - указывает взглядом на сигариллу, получая в ответ кивок. - Хорошо еще охота сегодня была - одно название. - Следующая будет серьезнее, - Питер прищуривается, делая глубокую затяжку и кидая взгляд на растущую луну. - Намного, - охотник кивает, оттягивая ворот черной майки с изображенным на ней смеющимся черепом. - Охота с оборотнями в полнолуние… это должно быть интересно. За ровным тоном, глубоко под слоями мрачного профессионализма скрывается чисто юношеское любопытство. Тщательно скрывается, но Питер его чует, Хейлу нравится такое сочетание. - Не слишком отличается от того, что ты уже видел. А вот мне будет интересно. В Мексике я еще не охотился, - Питер провожает взглядом последнюю отъехавшую машину. Калаверас оскаливается не хуже изображенного на майке черепа, откидываясь на капот на локти, при этом умудряясь сохранять напряженность во всем теле, словно сжатая пружина или хищник готовый к рывку. - Здесь совсем не так, как в Мексике… - Местность мало имеет значения, - Питер оглядывается, окидывая взглядом фигуру молодого мужчины. - Все дело в запахах. Одного возраста с Дереком и даже телосложение похоже - охотник поуже в плечах и чуть пониже ростом. Не хмурится - прищуривается, пренебрежительно кривя тонкие, но красиво очерченные губы. - Чем жарче, - Питер спрыгивает с капота, щелчком отправляя докуренную сигариллу в канаву, и разворачиваясь к Адаму, - тем насыщеннее и ярче второстепенные запахи. Калаверас делает еще одну затяжку, не сводя взгляда с усмехающегося, стоящего ровно напротив мужчины, но не предпринимает попыток сесть, по-прежнему полулежа опираясь локтями на капот. - Отвлекает? - новая долгая затяжка и вспыхивающий в темноте ярко-оранжевый уголек. - Наверное так же, как вас отвлекает новая местность. Можно быстро привыкнуть, - волк усмехается, убирая руки в карманы джинс, дожидаясь, когда охотник докурит и краем глаза прослеживая траекторию полета еще тлеющего уголька. Поза охотника судя по всему не смущает, он продолжает смотреть на волка с напускным равнодушием нарочито плохо скрывающим вызов. Питер думает о том, что если бы перед ним в такой откровенно приглашающей позе разлегся… да кто угодно, кроме этого парня, он бы, при желании, не раздумывая просто взял то, что ему предлагали. У волка отличные инстинкты, и Питер им верит - не стоит даже на дюйм наклоняться над раскинувшимся на капоте молодым мужчиной. Хейлу несложно уследить, что показушно расслабленные ладони лежат в полудюйме от пропитанных аконитом кинжалов, и вызов в темных, кажется, даже черных глазах охотника это не банальное “попробуй возьми”, это приглашение к куда более жестокой и жесткой игре. Питер довольно скалится, этим волчьим оскалом принимая приглашение, заранее зная, что постоянного победителя в ней быть не может.