life doesn't wait.

Кое-что необычное, вполне не то, что я обычно творю, но это специально для тебя, Ани, которая не любит мои фанфики, и для Ксении, которая просто не любит меня.

•••

Одна из тех поездок в Лос-Анджелес - глянцевые постеры, старые музыкальные пластинки, все-таки засохший цветок и книги Джека Керуака - и я счастлив вернутся сюда, домой. Домой, технически. Коннор говорит про обязательную уборку и что-то про выкинуть мусор, когда я тарабаню по столу незамысловатую мелодию, а после насвистываю ее же. Мне нужно в студию уже через неделю, а в голове слишком много этих самых чувств, эмоций, ну, Коннора. Музыкальный менеджер хочет меня убить, но я поделать ничего не мог - мне не пишется, не играется в такой привычной Австралии, и к двенадцатому дню разлуки Коннор все же не выдерживает и покупает билет. Ожидаемо, улетаю с ним, и вот уже Америка встречает меня капучино и теплотой кровати Коннора. Впрочем, не сплю. "Иногда мне кажется, что он не знает, как сильно я его люблю" поселилось в голове еще в Австралии больше месяца назад, и это убивает изнутри, пока Коннор танцует под очередную хиппи-группу, свежий и счастливый после перелета, сомневаюсь, что он вообще настоящий. - Хорошо, но мы должны пойти на этот концерт, потому что если нет, то мы расстаемся, - важно заявляет Коннор, запрокидываю голову, фыркаю на всю квартиру. - О, ты не проживешь без меня и дня, - я вообще не проживу без тебя ни секунды. Коннор лишь подмигивает. Такой идиот. Раскачиваться под знакомые мелодии, слегка толкаясь локтями, конечно, снимать видео и смеяться, выходя на улицу - кругом счастливые парочки, улыбки на все лицо. - Давай побудем безумцами, - шепчет мне в шею, когда прижимает к стене, идиот, какой идиот, и ставит очередной засос чуть ниже ключицы, который мне придется прятать. - Ты ужасен, - смеюсь, но все еще не отталкиваю, разве это возможно? Мы никогда не были чем-то обычным: он, прекрасный и пугающий одновременно, со всеми чертиками внутри, которые он так умело скрывает, и я, немного разбитый, но собранный им же, он так идеально дополнял меня, скрывая все мои недостатки, что мне иногда становилось невыносимо страшно. - Что это? - недоуменно смотрю на предмет у него в руках, а он улыбается, чеширский кот, и протягивает мне. - Сигарета! - шепчет словно настоящий преступник, а я закатываю глаза, потому что, конечно, электронные сигареты, только он мог это придумать. На ходу запрыгиваю в твой автомобиль, этот город настоящая дыра, Электронные сигареты в круглосуточных магазинах. Квартира Коннора со временем стала для нас чем-то вроде собственного укрытия от всего мира - мы творили тут настоящее безумие: арт-ночи, занятия любовью в самых неподходящих местах, драки поп-корном за право выбирать фильм или обычные тихие посиделки на кухне по ночам, когда делились секретами, собственные клише в нашем собственном туре, но самое главное - я впервые понял, что люблю его до безумия тоже, кажется, тут. Это не было чем-то...Я, по правде, не часто говорю ему эти слова. Это Коннор умел словами и фразами переворачивать внутри меня все, да так, что восстановить ритм сердца становилось сложно, но я - нет, никогда не умел делать это так. Впрочем, он знал, он меня читал вдоль и поперек. Тебе не нужно говорить 'я люблю тебя', чтобы сказать это. Вваливаемся домой, целуемся и смеемся все еще счастливые и полные энергии после танцев и музыки, на часах за полночь, но спать не хочется совершенно. Пытаемся не спать до самого утра. Предлагает заказать что-то из нашей любимой забегаловки, включить тот ужасный фильм, который мы не досмотрели еще в прошлый раз и, может, прокрутить ленту тамблера, и я не хочу ничего больше, кроме как делать с ним это всю оставшуюся жизнь. Сначала это пугает. Ты отдаешь свое сердце в руки другому человеку, о, боже, как банально звучит, и никогда в жизни я не думал, что такое может произойти со мной. Но это и не произошло - я никогда не отдавал ему частичку себя, и никогда не брал ничего в ответ. Мы не были такими, нет, никогда, потому что мы с ним как две половины одного сердца. Утром направимся в какое-нибудь кафе, где он закажет свой отвратительный кофе и заставит меня позировать для своих фото, я буду громко смеяться и забывать обо всем на свете, клише. Мы не выставляем всё напоказ для других, Мы идём выпить кофе и оставляем моменты только друг для друга. Долгая работа в студии Лос-Анджелеса, и вновь перелеты - я потерял им счет в последнее время, но Коннор рядом, и город за окном становится совсем не важным, а осознание того, что дом - это вовсе не квартира Коннора в Лос-Анджелесе, дом - это сам Коннор, ударяет в область легких. Вот оно - как. Мы строим наши маленькие дома в трёхзвёздочных отелях. Когда работа над песней закончена, я не знаю, что мне с ней делать. Начать петь посередине его монологов было бы безумием, так что отправить ему диск - самое лучшее, что я мог придумать. Скромно подписываю "для него" и большего - не надо, никаких текстов о любви до гроба, это никогда не про нас, и я чувствую, что все делаю правильно, когда он звонит мне и тихо поет: Только ты, Мне нужен только ты.

•••