Переворот в Лихолесье

- Какой неприятный запах. – Первое, что пришло на ум – химическая дезинфекция, которую обычно используют в больницах и клиниках. Именно этот отвратительный запах, я ненавидела во время своей учебной практики больше всего. И спустя столько времени, я совсем не ожидала ощутить его вновь. На секунду, показалось, что я слышу очень знакомый и родной голос. Прислушавшись как следует, я уже с полной уверенностью могла утверждать, что он принадлежал - маме. Он был почти невнятным и глухим, но услышав его, я никак не могла унять свое трепещущее сердце, хотелось сорваться и побежать вслед за ним, ухватиться за эту невидимую нить всеми силами, и не отпускать. Но стоило мне приблизиться, как невидимая сила окружала меня серой волной и оттолкнула назад. Ноги не слушались, тело немело и даже при всех моих усилиях, не получалось сдвинуться с места даже на один метр. Эта незримая сила держала меня в своих тисках и не позволяла вырваться, казалось, она не хотела выпускать меня, чтобы я не встретилась с мамой. Мысленно, я понимала, что, скорее всего, нахожусь в бреду, и все это – мираж, а не нечто иное. Однако надежда все еще теплилась, и даже если это простая иллюзия, мне хотелось хоть на одно короткое мгновение ощутить тепло своей матери. Собрав силы в кулак, я стала пробиваться вперед, даже когда водоворот серой массы отталкивал меня еще дальше, я шла напролом и пыталась пробиться сквозь незримую брешь. Не знаю, сколько времени прошло, и прошла ли в реальности хотя бы одна минута, но я продолжала попытки и в один миг мне это почти удалось. Как только пелена из серой пыли исчезла, впереди показался яркий свет и по носу ударил уже знакомый, больничный запах. Я шагнула вперед, и в ушах все зазвенело: невнятный галдеж, чьи-то крики, рыдания, шепот, шаги и скрипы – все это, одним сплошным эхом зазвучало в один миг и превратилось в жуткий комок острой боли. Казалось, моя голова разорвется на части, и я умру на месте, но все прекратилось так же резко, как и началось. Мир, точно замер. И стоило мне пошевелиться, как сгусток серой массы вновь окружил меня своей пылью, и словно в наказание за неповиновение, стал сжимать меня в еще более узкое кольцо, сквозь которое не было видно ничего кроме крохотных крупиц, напоминавших – пепел. Резкое головокружение, мрак и отчаяние. Прежде, чем меня покинуло сознание, я ощутила невыносимую печаль и отчаяние – они застыли в моей памяти, и оставили за собой такой четкий след, что я никак не могла избавиться от этого чувства даже поле того, как пришла в себя и поняла, что нахожусь в своей каюте, на уже знакомом корабле. Еще некоторое время, я была не в себе и до конца не могла осознать происходящего. Вокруг меня кружились какие-то люди, в странных нарядах. Они о чем-то увлеченно спорили и казалось, ничего не заметят даже если мимо них пробежит толпа индейцев. Они были повернуты спиной в мою сторону, и я никак не могла понять – кто они такие. Я пыталась обратиться к своей памяти, но в голове кружились осколки фрагментов последних событий и у меня никак не получалось собрать их воедино. Стоило мне пошевелиться, как их внимание сосредоточилось на мне и они все дружненько ринулись в мою сторону: среди них была красивая молодая девушка с длинными темными волосами и большими голубыми глазами, высокий светловолосый и невероятно изящный сероглазый мужчина с эффектным жилистым телосложением и длиннобородый седой старик в белоснежном одеянии, в правой руке которого виднелся деревянный магический посох, излучающий еле заметный приглушенный свет. - Похоже, ее сознание еще не восстановилось. Александра – ты не узнаешь нас, верно? – Обратился ко мне старик. Он подошел к моей постели вплотную, слегка наклонился и заглянул мне в глаза. Его взгляд казался таким знакомым, но, я никак не могла его вспомнить, поэтому старик решил помочь прояснить ситуацию, для начала представив мне всех присутствующих в комнате. – Меня зовут – Гэндальф, светловолосый эльф – Трандуил, - указал он на оставшегося позади мужчину, - вы были весьма к-хем, - Откашлялся он, – близки. Думаю, не стоит уточнять насколько, Король должен сам изъявить желание объясниться. – Его взор пал на бледноликую девушку, она казалась сильно обеспокоенной и взволнованной, - Арвен, будь добра – подойди ближе. Девушка без колебаний, уверенно зашагала вперед, и вскоре сравнялась с Гэндальфом. Она казалась мне такой знакомой, но, я все так же не могла вспомнить, что она для меня значила, и кем мы друг другу приходились. - Мы родственницы? – Спросила, я первое, что пришло мне на ум. После чего в комнате повисла неловкая тишина, а на лицах присутствующих появился легкий румянец, за которым последовали еле заметные смешки. - Мы близкие подруги, но, увы, не родня, - она мило улыбнулась и взяла меня за руку, а затем в моей голове раздался оглушительный звон, который принес такую острую боль, что казалось, моя голова разорвется на части. - Что ты сделала?! – Вмешался Король Трандуил. Он быстрым шагом приблизился к напуганной девушке, заставляя ее отойти в сторону и усевшись на кровать, заключил в объятья корчащуюся от боли, возлюбленную. – Гэндальф, что с ней творится? Сделай же что-нибудь! – Его голос звучал надрывно, он явно нервничал. Колдун обдумывал всевозможные варианты, но никак не мог найти подходящего решения, так как не знал, чем именно вызвана такая острая боль. Да и вообще, странно все это. Отрава, которую изготавливают орки, не имеет таких свойств, которые способны вызывать потерю памяти и жуткие головные боли. - Здесь что-то другое, - подумал Гэндальф. - Явно что-то темное… Ему вспомнился случай произошедший во владениях Элронда, тогда девушка потеряла сознание, и проспала больше суток, а когда очнулась, ничего не помнила. Колдун припомнил заклинание, которым ему пришлось воспользоваться, и незамедлительно приступил к его чтению. Очнулась, я уже под вечер, когда солнце уже практически село, и на его смену стремилась почти полная, едва заметная луна. Красно-желтое небо озаряли тускло светившие звезды, слышался шум разбивающихся об корабль волн и настырное кряканье беспардонных птиц. Теперь мое сознание казалось ясным, пробелы в памяти понемногу заполнялись, и воспоминания казались четче. Последним воспоминанием с острова, была внезапная, острая боль и чей-то крик. Я помню, как мы бежали к обрыву, и как в меня попала стрела, кажется, было что-то еще, но я не могу вспомнить… Я уселась поудобнее, обхватила колени и уткнулась в них лбом. Пытаясь сосредоточиться на последних воспоминаниях, я старалась вспомнить, что произошло дальше, меня не покидало чувство, будто я забыла о чем-то очень важном. В дверь вежливо постучали. После того, как я пригласила войти, у порога возник аккуратный женский силуэт. Немного помешкав, она все же прошла внутрь, а затем остановилась посреди комнаты. - В чем дело, Арвен? Почему ты не подходишь? – Удивилась ее поведению я. - Фу-х. – Облегченно выдохнула эльфийка, - Мы не были уверены, что заклинание подействовало как надо, и ты все вспомнишь. – Она уверенно зашагала вперед, и присев рядом, заключила меня в крепкие дружеские объятия. Ее прикосновения были едва ощутимы, но так бережны и нежны, что хотелось ухватиться за нее всеми руками и ногами, собрать в охапку и уснуть. Но вовремя опомнившись, я нехотя отстранилась и, дождавшись пока меня освободят, наконец, смогла расспросить обо всем, что меня интересовало. Вопросов было много, ответов гораздо меньше, и это заставляло волноваться еще больше. Как сказала Арвен, меня доставили на корабль истекающей кровью, но к тому времени Гэндальф уже предотвратил распространяющееся заражение, и оставалось лишь обработать и залатать кровоточащую рану. И все бы ничего, но я никак не приходила в себя, даже после того как удалось полностью исцелить тело, я все равно не просыпалась. За те три дня, что я прибывала в бессознательном состоянии, наш корабль успел миновать Мыс Андраст, и вышел в глубины Великого Моря. С помощью камня феникса, который раздобыл отряд Гэндальфа, удалось исцелись Арвен, и хоть ей и не удалось восстановиться полностью, недуг все же отступил и ей стало гораздо лучше. После прибытия на борт, Трандуил и Леголас так и не разговаривали, как поняла Арвен, мы сильно подпортили их план, и рисковали не только своими жизнями, но и поставили под удар целую миссию, которая была настолько важной, что им пришлось пойти на обман. Все эти дни, что я пробыла без сознания, меня регулярно навещали все члены нашего отряда, все, кроме Леголаса, которому было запрещено переступать порог моей комнаты. Трандуил разозлился не на шутку, он обвинил во всем и без того корившего себя принца, в том, что он организовал наш отряд «спасателей», и велел ему держаться от меня как можно дальше, до тех пор пока я не очнусь и не пожелаю его видеть. Сам же – он посещал меня по несколько раз в день, иногда задерживался подолгу, а иногда заглядывал лишь на несколько минут. Казалось, вернулся прежний Трандуил, который отбросил все свои эмоции, и его лицо снова стало надменным и злым. Поболтав еще некоторое время, мы распрощались, и Арвен покинула мою каюту, вернувшись к своим насущным делам. Оказавшись за дверью, эльфийка печально вздохнула. День выдался действительно тяжелым, все эти тайны сильно усложняли и без того тяжелую жизнь, но ради благополучия своей подруги, ей придется скрывать от нее правду о том, что с ней произошло. Александра не помнит ни того, что виделось ей в бреду, ни того, что было после ее пробуждения. Гэндальф воспользовался довольно сильным заклинанием, ради ее спасения ему пришлось вмешаться в человеческую память, и теперь мы вынуждены скрывать все, что может спровоцировать ее пробуждение. Пока он не выяснит причину, мы должны оберегать ее память и не позволять задумываться о том, о чем ей не стоит знать. Стоило ей отойти от двери, как впереди показалось знакомое лицо. - Она спит, не стоит тревожить ее. – Соврала Арвен. Лесной Король ей точно не нравился, особенно сейчас, когда он ведет себя так непредсказуемо. Подругу надо огородить от него хотя бы на некоторое время. - Неужели? – Эльф недоверчиво покосился. Посмотрел на нее и так, и эдак, оценил ситуацию, заметил, что девушка нервничает, и сделал вывод – она лжет. Но спорить совершенно не хотелось, он решил отступить. По крайней мере на время. Спать совершенно не хотелось, и я решила немного размяться, и каково было мое удивление, когда я не смогла нормально встать. Ноги обмякли, голова закружилась, и все вокруг куда-то поплыло. Мне повезло, что я успела ухватиться за край тумбочки и облокотиться на нее всем телом, иначе непременно рухнула бы на пол, и заработала бы сильный ушиб. Когда головокружение стихло, я попыталась пошевелиться и сделать шаг в сторону кровати. Удостоверившись, что все в приемлемой норме, я медленными шажками подошла к окну, и стала любоваться ночным пейзажем. Тихое море, яркие звезды и одинокая луна приятно успокаивали и грели душу. Голову стали посещать различные воспоминания, как приятные, так и не очень, и все же, это лучше, чем копаться в бардаке своих нынешних мыслей. Любуясь звездным небом, я продолжала предаваться приятным воспоминаниям, и совсем не заметила, как скрипнула дверь и позади меня оказалась чья-то тень. - Кто здесь? – Насторожилась я, и стала всматриваться в отражение. Тень шевельнулась, и совершенно бесшумно зашелестела вперед. Она становилась все ближе, а я затаив дыхание ждала, пока появится его отражение. Я понимала, что окажись это враг, у меня не окажется и единого шанса, и сердце стучало как ненормальное, но внутри что-то подсказывало, что вреда мне не причинят, и я просто себя накручиваю. Интуиция не подвела, и опасалась я, как выяснилось, совершенно зря. Как только показалось знакомое и любимое лицо, улыбка нарисовалась сама собой и я не в силах сдержать переполнявшие меня чувства, со всех сил бросилась к нему на шею. Трандуил оставался на месте, он даже не шевелился, его рука коснулась моей талии и легким движением притянула к себе чуть ближе, но было в нем что-то настораживающее, что-то холодное и чужое. Отстранившись от него, я заглянула в его глаза, и хотела было завязать разговор, но прежде чем я успела произнести первое слово, его язык яростно вторгся в мой рот, а руки стали блуждать по откровенным местам моего тела, попутно срывая с меня ночной пеньюар и белье. Все произошло так неожиданно и быстро, что, я не сразу поняла, как мы оказались в моей постели. И внутренний голос подсказывал, что с ним что-то не так – он совершенно другой, но страсть не позволяла задумываться об этом всерьез, хотелось поддаться порыву чувств и раствориться в объятьях своего возлюбленного мужчины. Поначалу, он позволял мне делать то, что мне хочется, но затем, его поведение стало меняться. Страстные поцелуи, жесткие и напористые движения, резкие смены поз и никакого намека на прежнюю ласку. Передо мной был прежний тиран, который когда-то взял меня силой, он, как и тогда, крепко хватал меня за волосы, совершенно не заботился о моем состоянии и чувствах. Словно хищный зверь, он загонял свою добычу лишая ее воли, и испытывал от этого большое удовольствие. Минула ночь, наступило утро. Открыв глаза, я обнаружила, что в кровати нахожусь одна, и постель давно остыла. Оглядевшись по сторонам, поняла, что в комнате тоже никого нет. Вся эта ситуация мне совершенно не нравилась, ни то, как он заявился без единого слова, ни то, как ушел. Не говоря уже о том, каким был наш секс, он ведь даже не поинтересовался моим состоянием, ни до, не после. Делать было нечего, надо было собираться, приводить себя в порядок и выходить в свет. Близился завтрак, а это означало, что я смогу увидеть всех присутствующих и заодно отвлечься от дурных мыслей, которых заметно прибавилось Как выяснилось, провизию стали сильно экономить, за столом уже никто не собирался, и питались по случаю, уже на кухне. Тауриэль любезно проводила меня на нижнюю палубу, рассказала, что к чему, а после вернулась к своим делам. Мне удалось отыскать эльфийский хлеб, салатные листья и несколько помидоров. Получился неплохой, вполне сытный бутерброд и я бы даже сказала, что вкусный, но желудок все еще помнил вкус настоящего сочного бутерброда с нежной ветчиной и сыром, а еще желательно добавить сырного соуса, красного лука, огурчиков и кунжута. – Ммм, - посмаковала я, предавшись вкусным воспоминаниям. После этого, этот эльфийский кусок постного теста мне показался еще более невкусным, чем он был. Но выбирать не приходилось, приготовив себе еще парочку вегетарианских ужасов, я уныло заковыляла вверх, обратно в свое логово. Первая половина дня пролетела быстро, погода была теплой и я выходила на палубу подышать свежим воздухом и погреться в лучах теплого солнца. Потом набежали тучи, закапал дождь, и капитан судна, извещая нас о приближающемся шторме, попросил всех разойтись по своим каютам. Остаток дня не предвещал ничего хорошего, и я планировала завершить его за чтением одной из книг, которыми меня спонсировала Арвен. Новая книга, которую я получила от подруги, была о могучих воинах с севера. Они были простыми людьми, но обладали нечеловеческой силой и волей. И стоило мне углубиться в чтение, как на пороге нарисовался нежданный гость, от которого я хотела бы услышать несколько объяснений. Отложив книгу в сторону, я скрестила перед собой руки, и стала дожидаться, пока он заговорит первым. Эльф прошел вперед, обошел комнату, подошел к окну, полюбовался видом и только потом повернулся, и посмотрел мне в глаза. Отношение его было двояким и неясным. С одной стороны, казалось передо мной все тот же так горячо любимый мужчина, а с другой, он стал таким далеким и чужим, что мне с трудом верилось в то, что я действительно смогла полюбить его всем сердцем. - Объясни наконец, что происходит? Явился ночью, не сказав ни слова, набросился на меня и ушел. Мог бы хотя бы записку оставить. – Внутри меня кипела злость и обида. Еще недавно, он был со мной так нежен, так мил и вежлив. А теперь снова заставляет чувствовать себя униженной и использованной. Он долгое время молчал, а затем холодно ответил. – Ты меня разочаровала. – Его густые брови сомкнулись практически в одну линию, губы сжались в тонкую ниточку, а в глазах застыл лед. – Заставила меня вспомнить о немыслимой боли, которую я переживал не один век. А теперь, хочешь, чтобы все было как прежде? – На губах появилась злая ухмылка, эльф недовольно цыкнул, и, не произнеся больше не единого слова, направился к двери.