Спорт на шпильках

Обстановка на поле накалялась с каждой секундой. После выхода Аомине игра стала непредсказуемой. Даже не смотря на то, что Поколение — это команда гениев, Мэйдзи ни в какую не хотела уступать. Но, как бы они не старались, любая их попытка к нападению прерывалась на корню, а если им и удавалось пройти к кольцу, то центрового пройти не удавалось. Защита их млела перед неудержимостью тяжелого форварда вкупе с расчетливостью разыгрывающего защитника и хорошей передачей распасовщика. Действительно завораживающее зрелище. — Рика, что думаешь? — спросила у тренера Момои, не отрывая взгляда от поля. — Считаю, что они в отличной форме. Особенно меня радует, что Аомине все-таки пришёл. Больше всего мне было интересно посмотреть на него, — серьезно ответила Айда, — на этот матч я согласилась только из-за того, что это хорошая тренировка для ребят, но когда он заявил, что не участвует, сложность усилилась. Даже Акаши не может предугадать, что выкинет Ханамия, что уж о других говорить. — А причём здесь Дай-чи? — не понимала менеджер. — Он не замечает этого, — теперь Момои даже повернулась в Айде, все ещё недоумевая, — Аомине не пытается предугадывать поступки Ханамии, хоть его это ужасно бесит. Из-за его необычайной силы и такого напора, противники просто боятся к нему подходить. Тем самым он защищает команду, сам того не понимая, — закончила Рика. — А ты брала в расчёт, что может случиться что-то такое, — Сатсуки перевела взгляд на Кисе, который увлечённо наблюдал за игрой. — Это уже моя оплошность, — немного грустно призналась тренер. — Нет-нет, я не об этом, — менеджер усиленно замахала руками. До конца игры оставалось около пяти минут, счёт был семьдесят шесть — пятьдесят один. Страсти на поле не остывали ни на минуту, держа в напряжении и зрителей. — Никогда не думала, что баскетбол это так интересно, — сказала Хито, внимательно наблюдая за парнями на площадке. — Ага, тащусь, — сказала Така, лежащая на коленях у подруги. Она уткнулась лицом в согнутую руку. — Така, ты как всегда, — покачала головой Шина. — Да я уже знаю исход этой игры, так зачем смотреть? — приподнимая руку, сказала девушка. — Вот именно, но вот только разницу в счете ты никогда не предугадаешь, — хитро протянула Тора. А Такако только застонала в руку. — Вон смотри, как Аомине яростно играет, прям отсюда чувствую, насколько там горячо, — подначивала Хито. — Я, конечно, не подстрекатель, но я бы такого не стерпела, — заговорщицким тоном, сказала Миса. — Хито, нельзя изменять Кисе, фу-фу такой быть! — не осталась в долгу Така. — Завидуешь? — растянула лыбу Хито. — Жалею, — притворно-грустно сказала Така. — Ты помнишь, что у меня завтра первая пара сопромата, и я там должна блистать, — слегка ударила по голове Хито подругу. — Надень все свои украшения, будешь ярче солнца, — усмехнулась Такако, но тут же осеклась, — какой завтра день недели? — Понедельник, — аккуратно сказала Миса. — Твою мать! — с громким криком Такако упала на пол. Игроки на поле на мгновение остановились и посмотрели на неё, — у меня завтра семинар по переводоведению, а я ни капли не готова! — И что? — удивилась Саки. — А то, что препод просто прямым рейсом из глубин Ада, и, если я не буду завтра активной, то не видать мне зачета, как и Хито по сопромату без моей помощи! — Такако вскочила на ноги, схватила рюкзак и куртку Аомине. — Ты куда собралась? А как же поощрительный приз? — оторопело спросила Мисаки. Така на несколько секунд обернулась и посмотрела на табло. Несколько секунд на лице девушки была глубокая задумчивость. — Разница в двадцать пять очков и до конца три минуты, он не успеет, — сказала она, поворачиваясь к девушкам. — Три минуты — целая вечность, — сказала Тора, и прозвучал свисток. Это Мидорима забил ещё один блестящий трехочковый. Такако только закатила глаза. — Если он сейчас забросит, ты фиг сможешь уйти, — откидываясь на следующее сидение, философски заметила Миса. — Знаешь, я ему за сегодня добрую половину нервов попортила, так что потерпит ещё немножко, — бросив это, Такако на второй космической. — Она чувствует себя бессмертной? — спросила Тора. Вопрос был риторическим. Она вернулась к просмотру матча, тем более там началось кое-что интересное. Судья, курирующий игру, наконец-то заметил, что команда гостей играет подло, и поймал их форварда на подножке, из-за чего Поколению назначили два штрафных броска. Поставили Аомине. Итак, первым же броском он попал точно в кольцо. — Теперь я поняла, что чтобы добиться серьёзных результатов, нужна просто хорошая мотивация, — засмеялась Шина, когда парень и второй раз попал в цель. — Мне позвонить Такако? — спросила Хито. — Не, не надо. Пусть это будет сюрпрайз для неё, — продолжила Шина. — Победила команда Токийского университета со счётом восемьдесят один — пятьдесят один, спасибо за игру, — судья поспешил смыться, ибо напряжение ничуть не спало. — Будем с нетерпением ждать вашего выступления на Межуниверсититском, — сказав это, команда Мэйдзи ушла в выделенную им раздевалку. — Мутный типчик, — сказала Миса, как только они подошли к Поколению, — поздравляю! — Миса, ты разобралась с вторым составом? — неожиданно спросила Рико, а девушка только потупила взгляд, — а с менеджером? У вас скоро соревнования, а вы вообще не готовы! Программа тренировок? А что насчёт дружеских матчей? — Айда, почему я должна этим заниматься? — пыталась отнекиваться Миса, — и вообще, соревнования у нас в одно время с ними, — девушка кивнула на баскетболистов. — А ты видишь здесь Такако? Я — нет! Тем более, мне кажется, что она не сможет разобраться со всем этим, — тренер смягчилась. — Попытка засчитана, пойду разбираться, девочки, не ждите, — Мисаки, скрепя сердцем, пошла в тренерскую, предвкушая очень «интересную» работу. — Я домой пойду, — сказала Тора, — а то завтра не проснусь. — Так только около восьми, какой спать? — удивилась Хито. — А кто сказал, что я иду спать? — Тора задорно подмигнула и быстро направилась к выходу. — Мне надо ещё на дополнительные, — тяжело выдохнула Саки, — тебе, Хитоми, тоже. — Мне?! Да Боже упаси! — отсалютовав, она пошла к своей сумке и вытащила оттуда папку, — могу я тебя попросить просто отдать это профессору? — Это не бомба? — С чего такие вопросы? — нервно хихикнула Хитоми. — Да вся группа знает, какие у вас с Хашиоми-сенсеем отношения, — Саки медленно протянула каждое слово. — И не только группа, — сказала Шина. — Ой, да ла~адно, — Хито засмущалась, — не вгоняйте в краску за мои заслуги. — Я пойду домой, — зевнув, сказала Шина. — Я тоже, — повторив действие подруги, сказала Хитоми. — Нет, — сказал Мурасакибара. — Предлагаешь здесь ночевать? Напомню тебе, у нас есть опыт, — произнесла Шина. — Что? — ужаснулась Момои. — Спокойно-спокойно, ничего серьезного, — поспешила заверить её Хито. — Вы ждёте нас, — ответил на вопрос Кисе. — А если нет? — нагло спросила Шина. Но сразу замолчала, потому что поймала тяжёлый взгляд Атсуши, — понял-понял, ждём, так ждём. Парни ушли переодеваться, а девушки улеглись на маты, лежавшие неподалёку. — Хито, я спать хочу, — ныла Шина. — Поверь, я сегодня работала не меньше твоего и тоже ужасно хочу, — ответила подруга. Но продолжения не последовало, повернув голову, она увидела спящую Шину, — вот сурикат индоевропейский, офигеть ты быстро засыпаешь! Но уже через каких-то пять минут сама мирно посапывала, развалившись на треть мата. POV Мисаки Бумажки, бумажки, ещё бумажки, и снова бумажки, ах да, забыла, бумажки. Какого их так много?! Что за адский труд! Почему мне не платят? Кое-как разобравшись с матчами и отправив сообщения всем потенциальным соперникам, я начала разборку составов. Нам нужен обязательно второй состав и ещё замена в первый. Такако там горела желанием обучать с нуля. Завтра с утра повешу объявление о наборе в команду. В менеджеры я бы с радостью взяла какую-нибудь девушку, чтобы спокойно разбиралась с этой мутотенью. Так, а куда вешаются эти объявления? Ниче, придумаем. Интересно, а осталась здесь программа тренировок прошлых команд. Знаю, это нечестно, но тратить время своего драгоценного сна на составление программы тоже не хочется. Окинув взглядом кабинет, я пришла к выводу, что эти бумажки должны храниться или на шкафу, или в шкафу. Но круг поисков значительно сузился. Та~ак, значит, начну с лазанья под потолком. Из стульев я нашла только офисный, крутящийся такой. Опасность возросла, но блин, я же русская. В хрен-знает-какой-по-счёту папке, наконец, нашлись нужные мне документы. Они были подписаны ещё в девяносто девятом. Да это ж раритет! То есть по этой программе тренировалась волейбольная команда пятнадцатилетней давности, получается? Не спускаясь со стула, я облокотилась на шкаф. «Двести приседаний в начале тренировки, сто в конце, планка пять минут…» — это что за трешовое расписание? Да мы после первой лапки сложим и будем неделю отсыпаться. Надо что-то делать… Пока я размышляла над упрощением тренировок, в комнату кто-то вошел. Без понятия кто, да и мне какое дело. Так, значит, если сократить количество силовой нагрузки, увеличив при этом время на растяжку, то… — Что ты делаешь? — не уж-то Ваше Высочество соизволило спуститься до простых смертных? Нет, не верю. Я развернулась вполоборота к Акаши. Смешно смотреть на него сверху вниз. Теперь я понимаю, какой кайф Такако получает от этого. — А на что похоже? — обведя папкой комнату, обратилась к парню. — Слезь, надо поговорить, — спокойно сказал Сейджуро. — Ага, может мне за чайкой сбегать или подушечку поправить, а? Иди в … — Хватит так выражаться! — твою налево, он повысил голос. Пойду доставать тёплые вещи, зима близко. — Я не выражаюсь, а всего лишь употребляю ненормативную лексику в целях более полного и лаконичного выражения своих эмоций, — не зря психологию на пять знаю. Кстати, завтра она первой парой, — да и вообще, какая тебе разница, как я разговариваю? — Мне не нравится, когда моя девушка выражается хуже сапожника, — он поднял на меня свой пронзительный взгляд. Все, выносите меня. — Это я — сапожник? Ты в России с сапожниками не встречался, а моя лексика меня устраивает, и плевать мне на твоё мнение! Во-вторых, с какого я стала твоей девушкой? Насколько помню курс Японского права, то без обоюдного согласия двух сторон никаких контрактов не заключается, так когда я успела дать своё согласие? — все ещё стоя на стуле, сказала я. Сейчас понимала, если отведу взгляд, то проиграю. — Потому что я так сказал. Мои приказы абсолютны. — Вот твоя проблема! Тебе нужна безвольная кукла, готовая ради тебя в огонь и воду ползти! Я не такая. Не буду никогда никому покоряться, — повышенным тоном сказала я. Он меня довёл. — А как же сейчас? Ты подчинилась приказу Айды, — заметил Акаши. — Ты прав, но она попросила именно меня, и я понимаю, что делаю это для своей команды. Если бы мне было плевать на это, вынесла бы мозги похуже Такако, но нет. — Так чем эта ситуация отличается от той? — интересный вопрос. — А тем, что ты подавляешь меня, заставляешь меняться, ломаешь мой характер. Но знай, — я ловко спрыгнула со стула и положила папку в сумку, — тебе, конченному эгоисту и излишне самоуверенному человеку, я никогда не подчинюсь, — сказав это, прошла мимо него и направилась домой. Честно, не считаю, что сказала что-то неправильно. Не собираюсь встречаться с таким человеком, для которого моё мнение все-равно, что дуновение ветра. *** Как только я зашла домой, то поняла, что Хито и Шина спят, ибо было слишком тихо. Да и света почти нигде не было, только что в прихожей и у Такако в комнате. Вот туда и направилась, но как только я подошла ближе в меня прилетел учебник переводоведения. — Да чтоб тебя на девятый круг без очереди пропустили! — преследовал его этот громкий шёпот. — Будни сурового студента, — сказала, заходя в комнату. — Ты уже пришла? — Такако посмотрела на часы. Половина одиннадцатого. — Только что. А остальные спят? — Ага, прикинь, их парни принесли уже спящими, — подруга вертелась на стуле. — Ничего себе, — я хотела выглядеть как обычно. — Что случилось? — смотря в потолок, спросила Така, что вызвало у меня улыбку. Развалившись на её кровати, я сказала: — Вот с Акаши поругалась. Сильно. Очень сильно. — Перебесишься и пойдёшь мириться, — подруга вернулась к конспектам, — я тебя знаю. — Ты права, но в этот раз все по-другому, — грустно заметила, погружаясь в свои мысли. — Ну, по моему мнению, исход будет тем же, — грызя ручку, сказала Такако. — Кстати насчёт исходов, они выиграли, с разницей ровно в тридцать, — наблюдать за её реакцией просто неземное удовольствие. Сначала она застыла, потом уронила голову на стол. — А вы, мадемуазель, долго еще будете раздражать меня своим нелегитимным присутствием? — пробурчала она. — Эй, гонец, принёсший плохие вести, ни в чем не виноват. У Аомине была хорошая мотивация, — будет прикольно, если она в меня сейчас кинет учебник, с учётом того, что я полностью готова. — Гонцам, принёсшим плохие вести, рубили головы, — сказала Така, поворачиваясь ко мне, — какие есть предложения? — Моей казни? Или чего делать с Аомине? — Первый вариант заманчив, но второй интересует больше, — она собрала вещи в сумку и кинула её у входа. — У меня всего одна идея, и она тебе не понравится, — я резко села на кровати и достала бумаги, которые прихватила с собой из тренерской. — А вдруг? Слушаю, — Такако скрестила пальцы и села по-турецки напротив меня. — Короче, мы с Хито перекрашиваем тебя в шатенку, нет, лучше в брюнетку, ты надеваешь линзы, наверное черные, ну или карие. С помощью моего друга делаем тебе паспорт на другое имя и покупаем билет до Мексики. Там, в Мехико, по истечении трёх дней, когда ты убедишься, что за тобой нет хвоста, ещё один мой друг сделает тебе паспорт гражданина Португалии, и, через два года в Мексике, где ты работаешь пастушкой овец, тебя департируют в Португалию. Там встретишься с Пьером Конгельтоном, он сделает пластическую операцию и определит тебя в стюардессы, с того момента тебя будет невозможно отследить, — я закончила, жадно хватая воздух. — Мать, ты че курила? — выдавила из себя Така. — Предупреждала, тебе не понравится, — вернувшись к планам тренировок, ответила я. — Согласна, сама виновата. Это у тебя что? — Тренировки бывшей волейбольной команды, ещё с девяносто девятого. Довольно сложные, вот и решила их слегка упростить. — Ну удачи, че, вот только занимайся этим в своей комнате, — меня сейчас тонко послали в свою комнату? — Вообще-то я надеялась на твою помощь. — Надежда умирает последней, — но под моим взглядом она все-таки сдалась, — ладно, помогу. Этак и началась наша весёлая ночка; ночка тех, кому завтра к первым парам. *** Господи, где я так нагрешила-то? Мало того, что легли мы сегодня в половину шестого утра из-за этой конченной тренировки, так и сейчас, когда я пришла на психологию и уже заснула, меня кто-то настойчиво продолжает будить. Не волнуйся человек, я позабочусь, чтобы твоя смерть была долгой и мучительной. — Мисаки-сан, просыпайтесь, — это оказался всего лишь мой одногруппник с парты впереди. Аудитория у нас была весьма обычная. Всего семь парт, каждая из которых поднимается над предыдущей. Три ряда, в каждом по семь трехместных парт. Большая в общем аудитория. Так вот, я сидела на четвёртой парте первого ряда от окна. И, так как мои постоянные соседки не пришли сегодня, что очень странно, места рядом пустовали. — Мисс Миура, я понимаю, что мы отвлекли вас от очень важного дела, но будьте добры встать и поприветствовать наших гостей, — раздался голос со стороны стола учителя. Только сейчас заметила, что все стоят. Ну, кроме меня. — Это президент? — спросила я, в упор смотря на преподавателя. — Нет, — с некой опаской ответил тот. — Это Миша Коллинз? — наседала на него я. — Нет, — вся группа следила за нашей маленькой перепалкой. — Ну тогда какого лешего вы меня подняли? — возмутилась я. — Мисаки, хватит препираться с профессором, — послышалась русская речь справа от учителя. Русская! Переведя взгляд, я увидела Акаши собственной персоной, блондина, стоящего рядом и ещё Хренова туча народа за ними. — А что они тут делают?! — вскочила и крикнула, не обращая внимания на недавнее замечание. — Если бы ты не спала на уроке, то знала бы, что их преподаватель заболел, а так как у них тоже должна быть психология, я решил объединить ваши группы, — расставил мои мысли по полочкам. То бишь, теперь Акаши будет с нами? — О~о, ну раз у нас такие гости, грех их не поприветствовать, — сказав это, я перелезла через два пустующих места, встала и сделала исконно русский поклон. — Гой еси, добры молодцы да девицы красавицы, добро пожаловать в обитель нашу скромную, извините, но хлеб с солью дома забыла, так что питайтесь знаниями да воздухом нашим, — после этих слов я поднялась и встала прямой. Лица людей, находящихся в аудитории, надо было видеть. С учётом того, что понял меня всего один человек здесь, то остальные наверное подумали, что я послала их куда подальше. — Хватит вести себя так, — снова на русском сказал Акаши. — Не мни себя всесильным, Сейджуро. Ты сейчас на моем поле и на моем языке. Если на японском я не могу прямо указать направление куда идти, то на русском ты сейчас обзаведёшься парочкой слов, которым ни один учитель не научит, — фыркнув, я вернулась на своё место к окну и решила заниматься прерванным делом. — Занимайте свободные места, через пять минут продолжим лекцию, — учитель вышел, а новенькие начали медленно растекаться по аудитории. За окном было ясно, и солнышко светило своими лучами прямо на меня, отчего ещё больше хотелось спать. Но не судьба. Вдруг рядом со мной кто-то положил сумку, а как только я подняла глаза, думая куда лучше послать пришельца, наткнулась на ответный взгляд зелёных глаз, внимательно изучающий меня. — Ты не против? — мило улыбнувшись, спросил парень. Это же тот самый блондин. — Вообще против, но если не будешь шуметь, говорить и мешать мне спать, то оставайся, — сев ровно и потянувшись, ответила я. — Бессонная ночь? — ненавязчиво спросил он. — Не представляешь насколько, — закатив глаза, сказала я. — Парень? — секунду до меня доходил смысл слов, но потом пришёл приступ смеха. — Расписание тренировок, — пытаясь не засмеяться в голос, произнесла я. Парню тоже стало смешно. — Ты спортсменка? — Да, волейболистка. Слушай, как мне к тебе обращаться? — он интересный. По крайней мере с ним интересно разговаривать, и он достаточно забавный. — Хаяма Котаро, зови меня Хаяма, — одарив меня лучезарной улыбочкой, сказал парень. — Миура Мисаки. Называй меня Миса, — я улыбнулась в ответ. — Знаешь, никогда не любил психологию, и не ожидал ничего хорошего от этого урока, но твоя выходка сделала мой день. Кстати, что ты сказала, когда встала? — мы с ним разговаривали уже минут десять. — У Акаши спроси, он понял, — отведя взгляд, сказала я. Парень развернулся. Я проследила за его движениями. И приз «Самый внимательный человек года, нет десятилетия, » достаётся мне, ибо я и не заметила, что Акаши тоже уселся рядом с нами. Браво, Миса, браво. Пока ребята что-то ещё обсуждали, моё внимание рассеялось по периметру комнаты. — Миса-чан, а ты хорошо знаешь психологию? — пока я растекалась амёбой на парте, спросил Хаяма. — Это единственное, что я знаю хорошо. Ибо увлекалась этим предметом как-то, поэтому и много учили и читала, а тебе зачем? — Да, думал, поможешь мне? А то я не тум-тум, — он почесал затылок и тепло посмотрел на меня. — Ой, ну я подумаю, — делая задумчивый вид, приложила пальцы к подбородку, — хорошо, помогу. — Спасибо, — Хаяма приобнял меня за плечо, что слегка смутило. Дальше, всю пару, мы разговаривали обо всем. Оказывается, он баскетболист и играл с Акаши в старшей школе, а сейчас находится в запасном составе нашей команды. Никогда его не замечала. Как только прозвенел звонок, я пошла на следующую пару, но в дверях Хаяма и Акаши догнали меня. — Миса-чан, какая у тебя сейчас пара? — мы с Котаро разговаривали, а Акаши просто существовал рядом. — Насколько помню — история журналистики, кажется, — память моя решето. — Ого, а это интересно? — Так себе, местами, — пожала плечами. Мы остановились около подоконника, на который я и села. — Пить хотите? — спросил Хаяма. — Да, зелёный чай, пожалуйста, — нет, надо бы кофе, но его вообще не хочется. — Нет, — сказал Акаши, а Котаро, кивнув, ушел. А мы остались стоять. Я тупо уставилась на плакат о вреде наркотиков. — Миса! — вдруг к нам подлетела Хито и, спихнув меня с подоконника, встала за мной, как за щитом. — Хито, что происходит? Ты че творишь? — рыкнула я на неё. — Не задавай лишних вопросов, если ты сейчас не поможешь мне, меня растерзают парни. Просто соглашайся со всем, что сейчас услышишь! — не успела я осмыслить ситуацию, как к нам подошли три парня, аналоги наших гопников, только не в спортивных костюмах. — Ну и где же она? — спросил центральный рыжий, взглянув мне за плечо. — А вот и она, — подруга развела руками, показывая на меня. — Ты девушка Акаши Сейджуро? — я аж воздухом поперхнулась. — Чт. Ай, — Хито больно ударила меня по копчику, — да, я, — сквозя зубы прошипела я. — С чего мы должны тебе верить? — усмехнулся беловолосый. Я же, поборов ярость на подругу, посмотрела на парней. — Чего-то не понимаю? У вас какие-то проблемы? Если жить надоело, только скажите, разберусь, — ледяным голосом сказала я. Чувствую, как у них мурашки пробежали по спине. — Н-ничего, — немного заикнувшись, рыжий развернулся и почти побежал от нас. За ними поспешили его друзья. Я же, усмехнувшись, развернулась к подруге, зло приподняв бровь. Хитоми же обняла меня за шею. — Обожаю тебя, спасибо! — задобрить пытаешься, инфузория? — Покромсаю на кусочки, — по слогам прошептала ей на ухо. — Ой, на лекцию уже пора, ужас какой, — Хито ретировалась, будто её и не было. Умеет же найти приключения на жо… ягодицы. Сдув надоедливую челку с глаз, я собралась вернуться на место, где находилась до этого. Но пункта назначения не достигла, ибо была перехвачена крепкими руками и прижата спиной к чьей-то груди. Точнее, прекрасно знала к чьей. — Акаши, тебе руки мешают? — ядовито бросила я. — Повтори, что только что сказала, — он сильнее обнял меня. — Если у тебя со слухом проблемы, то к ЛОРу запись за неделю, — повернув голову, я случайно черкнула носом по его скуле. — Что там насчёт моей девушки? — Акаши хитро улыбнулся. — Какая девушка? Не знаю такой! — сильно ударив его по рукам, я схватила сумку и направилась прочь отсюда. — Ты сама не знаешь, чего хочешь. Разберись наконец, — догнали меня его слова. — Оставь свои советы для детей, а меня учить не надо! — и я наткнулась на Котаро. Ну коне~ечно, почему нет. — Миса, что-то случилось? — парень обеспокоено посмотрел на меня. — Придурков в жизни стало много, а так все хорошо, — песенкой чую, что спину сейчас прожигает взгляд Акаши, — Хаяма, не хочешь погулять сходить? — Э? — не понял парень, — а~а, да с радостью! — Отлично, — какая же у него милая улыбка. — Тогда завтра в шесть, около института? — он отдал мне мой чай. — Договорились, — подмигнув, я поспешила на пару. Конец POV Мисаки POV Такако Оказывается, семинары это не так страшно. Я даже пятёрку умудрилась получить. Но уже на выходе преподаватель, такой милый старичок с длинной бородкой, попросил меня отнести книги в учительскую. Зря я считала его адским выходцем. А, если учесть, что я не знаю, где находится этот кабинет, то фактически отправил меня в кругосветное путешествие. Книжек было много, и они были тяжёлые. По дороге мне удалось поймать Саки. — О, Такако, давай помогу, — она взяла половину моей ноши. — Их нужно отбуксировать в учительскую, но где она мне никто не сказал, — я хихикнула. — Ну да, это только для избранных проводили экскурсию по зданиям университета, — с сарказмом сказала Саки. — Я не знаю, где было в этот день, но у меня была уважительная причина, — гордо подняв подбородок, пошла вперёд, пока Саки не крикнула мне. — Конечно, понимаю, ты гордая, но нам в другую сторону, — сделав вид, что так и должно быть, я пошла за ней. *** Распрощавшись с подругой, мы разошлись. До конца перемены оставалось пятнадцать минут. Не зная чем себя занять, я пошла просто гулять по зданию. Но на это меня долго не хватило. Как и ожидалось, через пять минут, просто изнывая от безделия, меня привлекла большая толпа около стенда объявлений. Подойдя ближе, я увидела, что все записываются на отборочные в женскую волейбольную команду. Что, блин? Когда? Миса… Только почему здесь ещё и парни? Неужели тут ещё и потенциальные менеджеры? Зашибись. Сегодня, в четыре, в зале. Ну прелесть, что могу ещё сказать. — Така-чан, — ко мне подлетела Момои, а меня, в который раз, передернуло от такого обращения, — ты должна помочь! — Я к твоим услугам, — улыбнулась я. Вдруг рядом появился Куроко. Сердце моё, сердце, уже где-то около Окинавы, — доброе утро, Тетцуя. — Мы не можем заставить Дай-чи пойти на пары, — проныла Сатсуки. — Пока, ребят, — я развернулась, что бы поскорее уйти, но Момои схватила меня за руку. — Такако, пожалуйста, поговори с ним, — попросил Тетсуя. — А вы? Момои, ты его друг детства и имеешь на него влияние, а ты, Куроко, вообще играешь с ним в одной команде! Так вот, к чему я веду, — держа драматическую паузу, отвела взгляд в сторону окна, а потом резко вернулась к ним, — не пойду с ним говорить! — Но вчера же смогла привести! Попробуй сегодня, он тебя каким-то магическим образом слушается, прошу! — повиснув на моей руке, сказала Момои. — Он меня с крыши сбросит, — прошептала я. — За что? — спросил парень. — Да та~ак, — расплывчато ответила я. — Мы уже были у него и ничего не добились, Така-чан, умоляю, — глаза Сатсуки стали такими… щенячьими, что ли. Не смотри на меня так. Не смей! — Нет, Момои, нет, только не это~о… Хорошо, попробую, — на что я только что подписалась? — Спасибо! — правильно, задуши меня. — Спасибо сосуды не расширяет, — прохрипела я, — пойду, пожалуй. Пока! — пока мне ещё не прилетело, в качестве благодарности. Почему я такая слабохарактерная? Вот почему? Именно такие мысли посетили мою голову, пока я поднималась на крышу. Да, мне никто не говорил, где Аомине, но я точно знала, что он там. Как только моя тушка вышла наверх, то голова сразу прояснилась. И теперь я поняла, что хрен я вернусь отсюда без последствий. Так, обозначим миссию. Привести Аомине на пары, при этом с минимальными потерями. Хорошо хоть, что додумалась сегодня надеть штаны, и ветер мне не по чем. Тяжело вздохнув, я снова залезла на место, где по моему мнению должен был быть баскетболист. И вот, чуйка меня не подвела. Сейчас он был похож на кота. Такого большого котика. Где там мои маркеры? — Аомине, подъем! Солнышко давно встало! — пропела ему на ухо я и упивалась его реакцией. — Сатсуки, отстань, — он повернулся на бок. — Для протокола: я пыталась по-хорошему, — сказав это, достала бутылку воды из сумки и, не испытывая никаких угрызений совести, вылила её на Дайки. Он мгновенно подскочил и посмотрел на меня таким убийственным взглядом. Не, заинька, у меня уже иммунитет. — Что глазами хлопаешь? Меня, как тяжёлую артиллерию, попросили привести тебя на пары, — стоя над ним, я сложила руки под грудью. — Хорошо, — захотелось отойти от него. Тут явно подвох! Куроко с Момои не смогли тебя привести, а мне ты «хорошо»? — только, если ты исполнишь вчерашнее обещание. — Я вчера обещала себе ложиться в десять вечера, так что, как скажешь, сегодня именно так и лягу, — один — ноль. Я слышала, как Аомине рыкнул, и поняла, пора эффектно уходить. Но не успела уйти с крыши в здание, как меня прижали к стене, расставив руки по бокам от головы. Дайки навис надо мной, обжигая дыханием макушку. — Нельзя, чтобы долги накапливались, — ухмыльнувшись, он впился в мои губы. Опять я понимаю, что даже если захочу, не смогу его оттолкнуть. Он полностью отрезал меня от внешнего мира. Запустив пальцы в его волосы, удивилась, насколько они мягкие. А по их виду и не скажешь. С кончиков капала вода, капельки которой изредка попадали на меня. И вновь, он ломает все мои принципы, и почему я не против. Любое другой, на его месте, уже давно огреб бы по полной. А тем временем его слегка грубоватые губы терзали мои, воздух был наполнен смесью запахов: мои любимые духи, такие лёгкие, с ноткой сирени, и его, насыщенные, такие свежие, словно морской прибой. Но пора было заканчивать, или мне окончательно снесло бы крышу, именно поэтому я укусила его за губу. Когда он отстранится, сделала вид аля сам виноват. — Пошёл быстро на пары! — дав ему подзатыльник, выпуталась из окружения и пошла вниз. Через какое-то время Аомине догнал меня. — Умеешь кайф обломать, — сказал он, следуя за мной. — Ага, а еще я умею ломать не только кайф, — самодовольная улыбка. — Не сомневаюсь, — не успел он ещё что-либо сказать, я свернула в другую сторону. — У меня лекция вот-вот начнётся, чао бамбина! *** Без пяти четыре я уже была у зала. Дело в том, что меня опять задержали преподаватели. Пытались уговорить меня стать организатором конкурса талантов, но мне давно известно, что это за дичь. В зале оказалось очень много народу. Одна треть парней, а все остальные — девушки. Сказать, что мои глаза чуть не вылезли из орбит, не сказать ничего. — Мисаки! — раздался на весь зал мой крик. Конец POV Такако