Она изменилась навсегда...

По мере того, как до Кузнецовой доходил смысл сказанного Максом, её глаза расширялись, а во взгляде читались непонимание и обида. — Макс, может… — неуверенно начал Андрей, угадав эмоцию Вики. Почувствовав, что вера в вину девушки угасает, Рома снова решил взять ситуацию в свои руки. — Смотрите, как она испугалась! Значит, чувствует, что виновата! — от ощущения безысходности уже не понимая, что говорит, закричал он. И от этого фраза, изобличающая "подлую" Вику, прозвучала совсем не твёрдо и обвинительно, как хотел этого сам Павленко. Вместо этого получилось нервно и как-то безумно, с истерикой и отчаянием. Указательный палец, который предатель в школьной форме выставил в сторону Кузнецовой, трясся, как в лихорадке, описывая в воздухе невообразимые круги и зигзаги. От этих слов глаза Вики полезли на лоб, но от возмущения и обиды нужные слова никак не шли в голову. — Ну чего ты молчишь? Это что, правда ты? — Морозов с силой опустил палец Ромы, со стороны это выглядело так, как будто он отмахнулся от назойливой мухи. Но всё это время его глаза, не отрываясь, прожигали дыру в Кузнецовой. В голосе Макса слышалось разочарование и скрытая смесь из боли, обиды и слабой надежды. Андрей стоял рядом и не решался вмешиваться. — Это не я, — тихо, чуть слышно дрожащим голосом, начала девушка. Она уже почти не видела лиц друзей — в глазах стояли слёзы страха и бессилия что-нибудь доказать. — Рома тебя видел, — так же тихо, как и она, продолжил Морозов. Ему дико хотелось, чтобы всё это вдруг оказалось ошибкой, но факты по-прежнему говорили о совершенно другом. Неожиданно дверь открылась, и в комнату зашла Лиза. Увидев Макса, Андрея, Рому и чуть не плачущую Вику, она растерялась: — Что случилось? — А мы, кажется, предателя нашли, — ответил Макс. — Я её видел, — порывисто добавил Рома, кивая на Кузнецову, вспотевший от волнения палец снова пошёл описывать круги в сторону Вики, но опять был перехвачен Морозовым. Глаза Лизы расширились: — Вика? Это что… п-правда ты? И тут терпение Кузнецовой попросту лопнуло, болезненное неверие, смешавшееся в голосе Виноградовой с нарастающим ужасом, сделало своё дело. Мир перед глазами закрыла горячая красная пелена. Девушка задрожала, от переполнявшей её гаммы негативных эмоций обрывки слов в голове отказывались складываться в предложения, её хватило только на одну фразу. — Да как вы можете так говорить?! — вскрикнула Вика и вылетела из комнаты.

***

После этой ситуации на протяжении дня Вику никто не видел. К Даше заходили все, кроме неё, и Старкова, в последнее время мучительно присматривающаяся к любым мелочам в поведении Кузнецовой, не смогла оставить этот факт без внимания. — Ты не знаешь, где Вика? — спросила она у Андрея, который только что зашёл к ней в комнату. — Я не знаю. Мы все с ней поссорились, — сказал он, и, увидев непонимающий взгляд девушки, объяснил: — Есть версия, что она предатель, и мы ей об этом сказали. В глазах Даши появилось удивление вперемешку с грустью. Одно дело — ставить знаки вопроса напротив имён друзей, но совсем другое — слышать реальные факты. — Мне кажется, мы должны это проверить, — неуверенно сказала девушка, пытаясь взять себя в руки.

***

Вечером Лиза, Рома, Макс и Вика обнаружили на своих кроватях записку с надписью " Я знаю, что ты предатель". Там же говорилось, когда и куда приходить… … Спрятавшиеся в комнате Андрей и Даша ждали, что первой придёт Вика. И поэтому их удивлению не было предела, когда на пороге появился испуганный Рома с пистолетом в руке. — Даша, я… я правда, не хотел, чтобы так получилось, — тихо начал он, подходя к инвалидному креслу, где, по его мнению, находилась Старкова. Вместо этого там сидел манекен, очень кстати подвернувшийся Андрею на чердаке в комнате Кирилла. Сама же хозяйка комнаты сидела на стуле за ширмой, кажется, забыв, как дышать. — Я даже не понял, как это произошло, — продолжал свою речь Павленко. — Просто я испугался и… и толкнул тебя. Нет, я правда обрадовался, когда узнал, что ты выжила, но с того момента постоянно боялся, что всё раскроется. И поэтому сегодня я обвинил Вику. Я знаю, что это подло, но… я опять испугался. Но я не хочу, чтоб меня раскрыли. Поэтому… прости, но я должен всё это закончить, — как будто вспомнив, что у него в руках пистолет, Рома поднял оружие, наставляя его в область "Дашиной" головы. Дрожащий палец занял своё незаконное место на спусковом крючке. Даша потеряла дар речи, боль от предательства захлестнула её с новой силой. Казалось, девушка просто отказывалась верить своим ушам и глазам. — Он хочет меня убить?! — шёпотом еле выговорила она, в глазах блестели солёные слёзы. Старкова схватилась руками за голову и тихо всхлипнула. Но, быстро выпрямившись, она прошептала: — Это надо остановить, пока он не наделал шума. Андрей согласно кивнул, после чего резко отдёрнул ширму. В этот самый момент что-то щёлкнуло, и включился свет, изобличая ещё одних свидетелей этого спектакля — на пороге, с застывшими на лицах гримасами шока, ужаса и презрения, стояли Лиза и Макс. С ними не было только Вики. Похоже, они слышали всё. Рома, как ошпаренный, отскочил в угол комнаты, на ходу выронив пистолет. — Ты прав, Павленко, — пугающе тихо кивнул Морозов. Его глаза метали в теперь уже бывшего друга разъярённые молнии. — Всё это пора заканчивать. И прежде, чем Лиза, Андрей или Даша успели хоть что-то сказать, Макс вихрем налетел на предателя. Удары посыпались градом, безжалостно раня в лицо, живот, и снова в лицо. Лиза перешла к Даше и заключила её в свои утешающие объятья. Старкова, почти не мигая, смотрела перед собой большими, полными слёз, глазами. Она ответила на жест подруги, рассеяно обхватив её неестественно дрожащими руками. В конце концов Андрей оттащил друга от Ромы, который всё это время даже не прикрывался. Ему хотелось убить его не меньше, чем Максу, но ради девушек Авдееву пришлось вести себя более сдержанно. Всё, что он позволил себе — пнуть Павленко ногой. — А где Вика? — вдруг опомнилась Виноградова, отчаянно завертев головой, как будто ожидая, что упомянутая ей одноклассница может появиться в любом месте комнаты. Макс сорвался с места и побежал искать Кузнецову. Лиза проводила парня взглядом, после чего последовала его примеру. Андрей снова усадил Дашу на её законное место, предварительно скинув манекен прямо на пол. Дойдя до порога комнаты, он обернулся и спросил, обращаясь к девушке: — Ты идёшь? Побитый, униженный Рома виновато посмотрел на Старкову. Она тоже посмотрела на него — в её взгляде были разочарование и безграничная боль. Словно только сейчас услышав, что сказал ей Андрей, она перенаправила свой взгляд на него: — А, да, конечно… После этого она поехала туда, куда только что выбежали все остальные и вышел Авдеев. Через несколько минут все они, кроме, разумеется, Ромы, встретились в комнате девочек. Появившись последней, Даша увидела, что Лиза вытирает слёзы, а Андрей и Макс мрачно стоят возле кровати Вики. Вещей Кузнецовой не было, а на кровати лежала записка: "Если вы читаете это письмо, значит, я уже не в школе. Много лет мы дружили. Все вместе. А сейчас… наша дружба закончилась. И всё из-за предательства! Но не моего. Я не знаю, кто на самом деле предатель, но точно не я. Я не знаю, убедило ли вас это письмо, но я не стала ждать вашей реакции. После того, как вы обвинили меня в предательстве, я поняла, что больше не смогу учиться с вами в одной школе. Прощайте. Вика." — Какие же мы… — Макс не договорил, а только взмахнул рукой в воздухе и вышел из комнаты. Лиза и Даша заплакали, а Андрей остался с ними. Он был так поражён, что чувствовал — сейчас никакие слова не будут иметь ни малейшего смысла. Ранним утром Рома тоже уехал из школы…