Однажды нужно проснуться

      Райвер положил на стол расписание пассажирского лайнера и с грустью заметил, что спокойная жизнь закончилась: приезжает мама. Нет, он любил свою мать, всё еще очень красивую котиссу, но ирс-э Норрая была чрезмерно заботливой, обволакивая любовью всех, кто не успел убежать. Райверу бежать было некуда, это Лисси умудрялся как-то ускользать от цепких лапок ирс-э. Спасатель же давился по утрам постной полезной пищей, завидуя супругу уплетающему что-то вкусненькое. Вчера он сообщил Лиссару о приезде мамы, увидел на лице лёгкую панику, попытался объяснить, что пару-тройку месяцев они как-нибудь выдержат.       «Как же! Прошлый раз она полгода гостила», — мрачно заметил Лисси.       «Что, всё так плохо?» — с сочувствием поинтересовалась Лиза.       «Очень! Ирс-э Норрая меня терпеть не может, потому, что я не подходящая партия для Райвера».       «Очень знакомо. Ворчит? Или поучает?»       «И то, и другое. А ещё строит из себя роковую красавицу, кормит ми асте всякой несъедобной гадостью и всё время говорит, что я плохой муж и не забочусь о нём, как нужно».       «Вы любите друг друга, я же вижу. Что ей ещё нужно?»       «Котиссу из хорошей семьи. Видишь ли, ирс-э приходится очень дальней родственницей нынешнему кирео императора».       «Ого! И это так важно?»       «Она считает что – да. А я обычный книсс из скромной семьи, да ещё и сирота. Я не хочу про неё говорить».       «Не нужно, мы справимся с этой напастью. Пошли, нужно поддержать Райвера» — Лиза решила, что милый, пусть и немного неприспособленный к жизни книсс, нуждается в помощи. Ведь даже пьяному ёжику ясно, что Райвер разрывается между любимым мужем и матерью, не зная, как защитить одного и не обидеть при этом другую.       Маму следовало встретить лично, ритуал был давно отработан до мельчайших подробностей и корректировке не подлежал. В здании космопорта, среди редкой толпы встречающих, рослый чёрный книсс выделялся невозмутимостью и спокойствием, он один не вытягивал шею, высматривая прибывших, не заглядывал в двери так называемого «отстойника»: прибывших проверяли медики — не все хорошо переносили резкий спуск с орбиты, где висел огромный лайнер. Райвер тоже не любил эти небольшие челноки, где и ноги-то толком нельзя вытянуть. Он искренне не понимал, почему нельзя воспользоваться комфортабельными небольшими пассажирскими кораблями, которые приземлялись прямо на планету. Но ирс-э считала иначе — разница в пол аурра очень существенна для её бюджета. То, что потом она три дня отлёживается после экстремального спуска, в расчёт не принималось.       Дверь открылась в очередной раз, и Райвер поднял глаза вверх, давя желание сбежать из зала. Матушка выглядела… Непонятно как и кем. Длинная пёстрая юбка широким колоколом опускалась до самого пола. Поверх пелеринки висели звенящие ожерелья из монет, бусин и бубенцов. Шёрстка на голове, выкрашенная в ярко-розовый цвет, стояла дыбом. — М… Мама? — икнул Райвер. — О! И это мама? — прошептал знакомый голос сзади.       «Великая Мать! А что это случилось с ирс-э?» — Райвер! Мальчик мой! — энергичная ирс-э притянула к звенящей груди голову сына, глядя поверх неё на его супруга. Цепкий взгляд обшарил скромно замершего книсса и остановился на округлившихся глазах. — Лиссар! Как ты… Постарел… Прости, повзрослел с нашей прошлой встречи!       Райвер мысленно схватился за голову: муж очень болезненно воспринимал напоминание о прибавляющихся годах.       Лиза тихо сатанела, слушая котиссу. Как это так, и здесь на неё наезжают? И кто? Раскрашенная и разряженная старая кошка? Ну уж нет, это себя Лиза никогда не могла защитить, а Лиссара она в обиду не даст! Да разве можно с ним так? С мальчиком, у которого даже родителей нет; ууууу, злая, драная кошка, ну, погоди! — Что поделать… Мама… — постным тоном проговорила Лиза, которой внезапно стало весело, — годы идут, вот и ваш сын уже давно не юный книсс, да и вы не молодеете. — Лисси, что ты говоришь? Я ещё молода! — Не сомневаюсь, тем более, что для своего возраста вы выглядите очень неплохо.       «И зачем я только пирог пекла?»       «А я говорил — ирс-э та ещё штучка. Всегда меня бесила. И ненавидела».       «Уж кто бы говорил! Ты для этого дал все поводы, какие только можно. На её месте я бы тебя вообще убила!» — Лиза напомнила книссу о залежах мусора по углам комнат, грязной пелеринке, покрытой плесенью, запиханной за трубы в ванной, засохшем покрытом толстым слоем горелого жира противне.       «Ну, подумаешь, оставил кое-что грязное».       «Ну да, ну да! Так, по мелочи».       Ирс-э подхватила под руку сына и рванула из космопорта, решив хоть так поставить на место его супруга, но не тут-то было: Лиза успела ухватить Райвера, и тому пришлось замедлить шаг, чтобы не быть разорванным пополам. — Рай, нам нужно заехать в магазин, — говорила она, повиснув на муже, — твоей маме в этом возрасте нужно специальное диетическое питание. Мы должны заботиться о её здоровье! — В каком это возрасте? — возмутилась ирс-э. — Имея взрослого сына, трудно считать себя юной котиссой.       «Ой, как ты её! Слушай, а почему? Ты всегда была такая смелая?»       «Нет, — вздохнула Лиза, — у меня никогда не хватало духу высказать всё, что я думаю, своему мужу и его маме».       «А сейчас почему?»       «Потому, что она обижает и тебя, и Райвера. А вы мне нравитесь. Не волнуйся, я постараюсь не слишком усердствовать».       «Я уже хочу на это посмотреть!» — засмеялся Лиссар.       «Ну что ж, наслаждайся!» — Нет, нет! Никаких грибов! Маме от них может стать плохо, ведь она уже не молода, пищеварительная система работает с перебоями. Давай возьмём еще вот этих пастилок, для улучшения стула. Мама, как у вас со стулом? Регулярный?       Райвер безропотно складывал в корзинку продукты, смотрел, как сердится мать, как безукоризненно вежливо и со всей возможной заботой — так чтобы слышало полмагазина — общается с ней его робкий муж. Он догадывался, откуда у Лисси столько смелости противостоять нападкам матери, и, если раньше тот молча делал по-своему, то теперь отстаивает интересы обоих. — Ты так заботишься обо мне, Лиссар, а не хочешь быть более внимательным к собственному мужу? Или вы всё так же питаетесь полуфабрикатами и готовыми обедами? — Ну что вы, ирс-э Норрая, о своем любимом супруге я забочусь днём и ночью. Особенно — ночью! Райвер, давай возьмём этот окорок? Я запеку его в духовке, с овощами. — Бери, — кивнул обречённо Райвер, уверенный в том, что мать не даст ему съесть этот восхитительный, жирненький кусок мяса.       Так и есть, та тут же возмутилась и попыталась вытащить из корзины. Не тут-то было, Лиза бдила, перехватив цепкую лапку в самом начале. — Не беспокойтесь, ирс-э, я не позволю портить ваш нежный желудок такими вещами. — Значит, моему сыну ты это позволишь? — Конечно! Овощи заберут лишний жир, а белки, которые содержатся в мясе, необходимы ми асте в его трудной работе. Ой, а вы знаете, что Райвер лично прилетел спасать меня на кошмарную планету? Я же там едва не погиб!       Судя по мимике, ирс-э очень об этом жалела. — Нет-нет, ми асте, мы не будем брать этот сок, лучше возьмём свежих фруктов, это гораздо полезнее. Правда, ирс-э Норрая?       Вместо ответа супруги услышали отчётливый скрежет зубов.       Загрузив полный кар продуктами — Лиза постаралась расположить их так, чтобы оставить как можно меньше места для почтенной матушки супруга, книссы покинули, наконец, магазин. Ездить впереди ирс-э боялась, а сзади предпочитала расположиться на половину сиденья. Теперь она никак не могла устроиться удобно, то в бок упирались овощи, то какие-то бутылки, что-то ещё очень угловатое. — Вам удобно, ирс-э? Вы уж извините, что мы вас потеснили, но, сами понимаете, вас нужно кормить диетическими продуктами, а мой супруг любит хорошо поесть. Да нам тут ехать-то всего ничего, правда?       Райвер не слушал, что ответила мать — впервые со времени своей свадьбы наслаждаясь её общением с Лиссаром. Но ирс-э не была бы сама собой, если б не попыталась отвоевать утраченные позиции, и начала это делать с первых же шагов по дорожке к дому. Презрительно поджав губы, она осматривала всё вокруг, выискивая непорядок. Всё было придирчиво оценено и занесено в личную записную книжку, вернее в память — Норрая при каждом удобном случае говорила, что она у неё абсолютная.       «Как же, — хихикал Лисси, — она оставит где-нибудь нужную вещь, а потом ищет по всему дому!» — В вашей спальне, когда вас нет?       «Да… а как ты догадалась?» — Знаю таких людей.       «Она котисса!» — Одно другому не мешает, — отрезала Лиза и сделала вид, что поправляет ветку вьющегося ратхи на стене.       Ирс-э не сводила глаз с никчёмного супруга сына, осмелел, паршивец. Стал дерзким, научился огрызаться. И, кажется, не только этому: во дворе чисто, ратхи аккуратно подстрижены и красиво расположены на стене, а у порога лежит круглый коврик. Ирс-э наклонилась, рассматривая его — странно, будто нитки цепляли одну за другую. Захотелось спросить, как это связано, однако Норрая сдержалась. В доме, в отличие от прошлого раза, пахло не пылью, а выпечкой, уютом и немного красками. — Что, твой, по-прежнему, мнит себя великим художником? — ядовито спросила ирс-э. — Ну что ты, мама. Его работы хвалят преподаватели, говорят, что у него талант. — Он пошёл учиться? — удивлению Норраи не было границ. — Рано или поздно все захотят научиться чему-нибудь полезному. Мой супруг после окончания академии сможет работать на росписи посуды или стен. Говорят, что у него очень необычная техника, — ответил Райвер, открывая дверь в гостевую спальню. — Проходи, мама. Лиссар вчера постелил свежее бельё на кровать. Если тебе понадобится что-то ещё, стоит только сказать. Отдыхай, ты, верно, устала с дороги. Мы пригласим тебя, когда будет готов диетический ужин. Лисси уже начал его готовить специально для тебя.       Ирс-э не успела и рта раскрыть, как оказалась в чисто прибранной комнате одна. Она впервые за всё время не знала, что ей делать! Сын и его муж вели себя безукоризненно, но происходящее всё больше напоминала ей дикий фарс. Вместо того, чтобы покорно выслушивать её нотации, Райвер говорит сам и так, что слова не вставишь. А этот низкорожденный паршивец, вместо того чтобы неумно дерзить или прятаться, спокойно занимается своими делами, да ещё так отвечает, что она не знает что и сказать. Из кухни меж тем тянуло привлекательными аппетитными запахами. Котисса постояла в раздумье: спуститься самой или милостиво позволить пригласить себя. Решила, что подождёт, потратив время на приведение себя в порядок. Новое увлечение, которое в модных кругах называли «Дети природы» вызывало своеобразные проблемы, например, шёрстку требовалось красить в разные яркие цвета, носить длинные юбки, браслеты и ожерелья в таких количествах, что иногда Норрая напоминала сама себе витрину магазина. Но что не сделаешь ради моды? Она тщательно смыла временную краску, расчесала шёрстку и надела что-то домашнее, оставив большую часть украшений на столе. И когда уже собралась выйти, не дожидаясь официального приглашения, в дверь постучали. — Мама, ужин на столе, ты уже готова? — А ты не видишь? — проворчала ирс-э.       Она величественно кивнула сыну и стала неторопливо спускаться по лестнице. — Не туда, мама. По случаю твоего приезда Лисси накрыл стол в гостиной.       Ужин выглядел великолепно. Круглый пирог с ягодой в центре, небольшие запеченные фашшхи, красиво уложенные на блюдо овощи, свежевыжатый сок в высоких бокалах. И скользкая серая масса в красивой миске. — Садитесь, ирс-э, — паршивец повел рукой, приглашая как раз к этому комку каши. — Для вас исключительно полезная пища. В вашем возрасте нужно особенно тщательно следить за своим здоровьем. Позвольте, я подам вам немного овощей. Совсем немного, уверяю вас, такое количество не принесёт вреда. Нужно же иногда баловать себя, не так ли, ирс-э?       «Подменили его, что ли?» — котисса с раздражением ковырялась в каше, даже не догадываясь, насколько она близка к истине.       Райвер следил за раздражённой матерью и думал, что столько завуалированных оскорблений за один вечер она не получала никогда. Но странно было другое — Норрая молча глотала обиду, продолжая любезно улыбаться Лиссару. Книсс даже и подумать не мог, ради чего в этот раз решила посетить его мать.