Где твои крылья, которые так нравились мне?

      Леви с печальной улыбкой смотрела на Гажила, сегодня им не надо никуда спешить, не надо возвращаться в дом, который давно стал чужим. Теперь для них начнется совершенно другая жизнь, но все же девушка чувствовала, что приближается что-то страшное и пугающее. Она не могла объяснить это, но все её естество содрогалось от беспричинного страха.       — Мелкая, что с тобой? — Демон недовольно заглянул в карие глаза. — Или ты передумала и не хочешь, чтобы я тебя украл? Ну так учти, я все равно тебя никуда не отпущу. Ты моя!!!       — Глупый, — ангел обняла брюнета, — больше всего на свете, я хочу быть с тобой. Просто мне немного страшно… все же мы нарушили закон.       — Да, и вы будете наказаны за это!!!       В следующее мгновение Леви отлетела в сторону, и между ней и Гажилом образовалась пропасть, из которой извергалось пламя. Девушка в ужасе закричала, когда увидела, что прямо из-под земли появились раскаленные металлические цепи, что сковали демона, не давая ему пошевелиться и причиняя нестерпимую боль. Она хотела броситься ему на помощь, но что-то придавило её к земле, не давая встать. Подняв взгляд, ангел увидела перед собой Мавис. В зеленых глазах правительницы она увидела злость, ярость и печаль. Леви виновато опустила голову; она понимала, что её накажут… и не только её.       — Госпожа, — заговорила девушка, поднимая на блондинку глаза полные слез и отчаяния. — Прошу, накажите меня, но пощадите Гажила. Он ни в чем не виноват. Я первая нарушила закон и направилась на темную луну… прошу…       — Молчать!!! — звенящий голос правительницы был полон силы и боли, было видно, что ей нелегко далось это решение, но закон есть закон. — Ты будешь наказана, судьбу демона решит владыка Дракура.       Мавис прикрыла глаза, она не хотела быть жестокой, не хотела причинять вред ангелу лишь за то, что та полюбила. Она знала, каково это... но, ради всеобщего блага, она должна принять меры, чтобы подобное никогда не повторилось вновь. Два сильных ангела, облаченных в золотые доспехи, поставили Леви на колени и заставили её посмотреть на блондинку.       — Ты будешь казнена! — голос Мавис был холоден, как никогда. — Но перед этим ты лишишься своих крыльев.       — Нет!!! — взревел Гажил пытаясь вырваться. Ярость и злоба полностью овладели им, придавая демону сил. Он разорвал цепи, что сковывали его, и бросился вперед, намереваясь растерзать любого, кто прикоснется к его Мелкой. Пусть он сам умрет, но он должен защитить своего ангелочка. Но на его пути встали этериас, что сопровождали владыку. Они пытались убить брюнета и просто не давали ему приблизится к ангелу. Демоны играли с ним, ведь его приговор был более жесток, он должен был увидеть смерть той, кого любил. Брюнет продолжал прорываться вперед, но он уже не мог успеть, огненные мечи отсекли два белоснежных крыла ангела. Раздался душераздирающий крик Леви, но она все еще была жива, и это заставляло мужчину продолжать бороться.       — Ты будешь перерождаться вновь и вновь, — не скрывая грусти, говорила Мавис, смотря на окровавленную девушку, стоящую перед ней на коленях. — Но ты никогда не вспомнишь Гажила, никогда не полюбишь его вновь. Таково твое наказание.       Как только правительница закончила говорить, тело Леви объяло ярко-синее пламя, что причиняло адскую, нестерпимую боль. Новый крик вырвался из её груди, девушка умирала медленно и мучительно, но все же она жалела лишь об одном, что по её вине Гажил тоже будет наказан.       — Я вспомню тебя, — из последних сил прошептала ангел, — обязательно вспомню…       Демон рухнул на колени, алые глаза были полны отчаяния и боли. Зачем бороться дальше? Зачем жить, если её больше нет? Все потеряло всякий смысл. Теперь он хотел лишь умереть, перестать существовать.       — Нет, — произнес Зереф, подходя к разбитому и сломленному демону, — ты не умрешь. Ты будешь жить вечно, никто и ничто не сможет убить тебя. Ты будешь скитаться по Фиору, ища своего ангела в каждом её новом перерождении. Но она никогда не вспомнит тебя и не полюбит вновь.       Несколько сильных ударов обрушились на демона, оставляя на его лице и теле безобразные шрамы и отсекая рога. Теперь Гажил уже никогда не сможет вернуться на Дракур, но это не имело значения. Ничто уже не имело значения. Медленно поднявшись на ноги, он подошел к тому месту, где горело синее пламя, что полностью уничтожило тело Леви, теперь у него осталось лишь одно маленькое перышко, о котором не знал никто кроме них. Из глаз демона текли слезы, а взгляд стал безжизненным и остекленевшим. Еще никогда он не испытывал такой боли, его душа рвалась на части, горела в агонии.       Ангелы и демоны поспешили удалиться — нарушители закона были жестоко наказаны, и теперь никто уже не решится повторить подобную ошибку. Гажил же продолжал сидеть на месте, не зная, что теперь делать. Он хотел умереть, перестать существовать, переродиться вслед за Леви, но это было невозможно. Теперь его тело неуязвимо, он будет жить вечно… жить и страдать, вспоминая этот день. ***       — Зереф, — Мавис глазами, полными слез, взглянула на мрачного повелителя Дракура. — Правильно ли мы поступили?       — Ты же знаешь, что да, — мужчина не смотрел на блондинку, старательно отводя взгляд. — Ангелам и демонам не дозволено любить друг друга, не дозволено быть вместе, иначе обе луны погибнут.       — Да, я помню… - ангел взмахнула крыльями и направилась к Церре. Она знала это, как никто другой, ведь именно их с Зерефом любовь однажды чуть не погубила и темный, и светлый мир. А значит, они приняли верное решение. Но почему тогда сердце рвется на части? Почему слезы, не прекращаясь, текут из глаз? Почему так хочется прижаться к нему, в поисках утешения?       На полпути Мавис резко развернулась и устремилась к Фиору. Пусть это глупо и безрассудно, но она должна это сделать. Когда она вернулась на поляну, то увидела, что Гажил до сих пор лежит на земле, его взгляд был потухшим и безжизненным, словно он умер вместе с Леви. Ангелу казалось, что она и сама испытывает эту боль.       — Послушай, — голос блондинки звучал тихо и успокаивающе. Она понимала, что это не поможет демону, но все же хотела утешить его. — Если в одном из её воплощений ты сможешь вновь пробудить в ней любовь… тогда вы сможете переродиться вместе и уже никто не сможет разлучить вас. Но учти, она должна признаться тебе в любви сама, искренне, от всего сердца. Три слова, всего три слова могут изменить вашу судьбу.       За всей этой картиной наблюдал Зереф, он не сомневался, что женщина, которую он любит, поступит именно так. В этом была вся Мавис, она верила в то, что любовь может все спасти.       — Глупышка, — тяжело вздохнул брюнет, — неужели ты думаешь, что я позволю им быть счастливыми в то время, когда мы вынуждены страдать?