Половое воспитание

      Еще одна изнурительная тренировка подошла к концу. Команда в полном составе потопала в сторону раздевалки, потеряв по дороге Тэхена и Чонгука, отсутствие которых никто не заметил. Юнги стянул с себя футболку и развалился на диване, смотря в потолок. Ему казалось, что сегодня все против него. Чимин сегодня был просто фантастически соблазнителен, даже полудохлый. А его усталость только подливала масла в огонь. Как бы его где-нибудь… куда-нибудь… не сопротивляющегося… Мин подметил, слегка повернув голову в сторону шатена, что даже Майкл Джексон у того на футболке, смотрит на него с укором. Нет, ну, а что такого? Идет уже какой месяц воздержания, такими темпами у кого-то точно начнется спермотоксикоз. А Пак весь такой из себя лапочка. Размышления зашли в тупик, а соблазнительная картина переодевающегося Чимина выйти из него не помогала.       — Ты уходить собираешься? — подал голос объект вожделения рэпера.       — А где все?       — Ушли уже.       Как оказалось, фантазия увела блондина настолько далеко, что он даже не заметил, как в раздевалке остались только они вдвоем.       — А это чьи шмотки?       — Тэ и Гука.       — А они где?       — А я откуда знаю?       — Так пойди, узнай.       Чимин закатил глаза и развернулся спиной к блондину с видом «тебе надо, ты и ищи». На что Мин в воспитательных целях запустил в него футболкой.       — Ладно-ладно, иду, — и с видом великого мученика парень вышел из раздевалки.       В отсутствие неосознанной проститутки Пак Чимина, Мин смог немного расслабиться. Но вместе с расслаблением в голову пришла мысль, что рыжий с макне-переростком могли свалить не просто так, а уединиться для вполне понятных целей. В конце концов он ли не гений-мин-юнги, чтобы не догадаться, что эти двое голубее некуда.       — Сердце невинного Чимина не выдержит такой картины, — с этими словами, блондин подскочил с дивана и поплелся спасать Чимина.       А тем временем вышеупомянутый бедный мальчик приближался к эпицентру разврата, сам того не зная. Услышав шум из кладовки и знакомые голоса, он счастливый до безобразия направился к двери. Она оказалась заперта.       — Парни, вы там?       Звуки за дверью на секунду поутихли, а потом раздался голос:       — Занято!       Судя по всему, голос принадлежал Тэхену. Только вот, кажется, говорить ему явно что-то мешало. И это отнюдь не сбитое дыхание. В этот момент Юнги схватил за руку откровенно тормозящего Чимина и повел прочь от раздевалки.       — А они же там, — тихий голос шатена заставил остановится возле дверей зала.       — Я знаю, что они там. И они очень заняты.       — Чем? — большие глаза придавали пухлощекому еще больше наивности и невинности. Но почему-то в данный момент это вызвало крайне смешанные чувства у рэпера. Вроде хотелось объяснить, а вроде хотелось показать… Уж очень хотелось верить, что этот двадцатилетний качок, действительно, так невинен. Усталость, недотрах и прочие компоненты сложились в мысль, что все-таки надо показать. И хрен знает, от чего конкретно у Юнги все же сорвало тормоза и включился режим похотливого кобеля.       Так и не ответив на вопрос обладателя шикарного пресса, Мин толкнул дверь зала и впихнул туда танцора. Света в зале не было, только слабая подсветка над зеркалами. И даже это кричало об интиме. Правда, кричало в голове у блондина, а усталый Пак подумал о том, как сильно ему хочется спать.       — И что мы здесь забыли? — выдернув руку из захвата старшего, он хотел было вернуться обратно в коридор, но сильная рука Мина несильно толкнула его назад.       — Вроде большой мальчик, а так много не знаешь. Тебя следует наказать за непросвещенность в данном вопросе, — сознание вопило «чувак, ты что порно пересмотрел?!», но как-то похер. Халк валить и трахать.       — Каком вопросе? — откровенно тупил Пак, и в его голосе явно слышалось раздражение, ведь мысленно он давно уже спал в своей теплой кровати. А его драгоценное время отнимал этот сексуальный парень с прищуренными глазками. Мысли о его сексуальности пришли в голову благодаря телепатическим способностям блондина и его полуголому виду. За то время, пока младший от смущения залип на созерцании стены, блондин приблизился к нему на непозволительно близкое расстояние.       — В таком вопросе, — жаркий шепот на ушко и с помощью простых маневров рэпера группы, Пак оказывается прижат к зеркалу. Выйдя из ступора, парень пытается оттолкнуть блондина, но последний только сильнее прижимает его к себе, зафиксировав запястья в своей ладони.       — Ты какого хрена вытворяешь?!       — Собираюсь заняться твоим половым воспитанием, Чимин, — при чем это было сказано таким томным голосом, что если бы могли, то покраснели даже темные волосы Пака. Паника у юноши дошла до отметки «мне точно пиздец» и он начал вырываться с удвоенной силой. Но парню с угрозой спермотоксикоза его сопротивление напоминало барахтанье мухи в чае. Так что резво перевернув того лицом к зеркалу, Шуга принялся стягивать с него футболку.       — Юнги, мать твою, немедленно отпусти меня! — голос танцора был слегка истеричным, наверное, от того, что расстался с любимой футболкой…       — А тогда кто, если не я? — сладкоголосый совратитель запустил свободную руку в боксеры младшего и способность последнего к сопротивлению слегка снизилась. Резко вздохнув, парень неосознанно застонал и вцепился ногтями в руку Юнги. Страх с новой силой завладел им, правда, теперь и от того, что его могут увидеть в таком амплуа. Зато резко стало понятно, чем был занят рот Тэ. Как бы ему тем же самым не подавиться… А вот на этот счет у Шуги мысли с ним не совпадали. Орудуя шаловливыми ручками в боксерах Чимина, он начал покрывать его шею слегка грубоватыми поцелуями, изредка покусывая нежную кожу. При всем этом, Чим пытался хотя бы освободить руки, но к печали, его даже еле держали ноги, какие уж тут силы к сопротивлению. В голове крутилась мысль, что его сейчас точно изнасилуют. И она как раз совпадала с планами рэпера. Для их реализации пришлось перевернуть Чимина обратно лицом к себе и, запустив руку в его волосы, впиться в его губы до жути страстным поцелуем, ответа на который не было. При чем больше из-за того, что Пак просто не умел целоваться, убеждая себя в том, что он все еще сопротивляется. Поняв, что импровизированная жертва больше чем на бессмысленное барахтанье не способна, Юнги отпустил его руки и активно начал лапать Пака, проходясь прохладными пальцами по выступающим позвонкам. Но скоро запас нежности у сурового Юнги иссяк и незамысловатой подножкой, он поставил танцора на колени. Романтика.       — Прости, красавчик, но придется поработать на благо группы.       Наполненные истинным и неподдельным страхом глаза Чимина бегали от ремня Шуги до его глаз. Поняв, что так дело быстро не решится, до безобразия возбужденный блондин дрожащими руками спустил до колен штаны вместе с нижним бельем и стал ждать. С его стороны это было крайне опрометчиво, так как созерцание члена, бедному Чимину не принесло успокоения, а только придало силы к сопротивлению. Но благо старший успел схватить подрывающегося сбежать парня за волосы. А роковой ошибкой танцора было открыть рот от боли. Детородный орган рэпера нашел там свое место. И на то оно и воспитание, что без кнута иногда никак. Пак пытался отвернуться, оттолкнуть, но не пытался откусить, что несказанно радовало. В конце концов, несчастному Чимину пришлось сдаться и подчиниться старшему, так как подавиться чужим членом ему не хотелось, но уже хорошо получалось. А блондин наслаждался процессом и тихо постанывал, не спеша двигая бедрами. Все-таки изнасилование изнасилованием, а доставлять парню больше боли ему не хотелось. Он воздержался даже от советов. Через несколько минут орального насилия младшего, блондин решил, что пора приступать к более приятной части обучения. Вытащив член изо рта младшего, он заставил его подняться и вновь прислонил лицом к зеркалу. Тот тяжело дышал, приоткрыв рот, что не помешало Юнги засунуть туда еще и пальцы. Возмущения со стороны младшего особо не было, либо смирился с безысходностью своего положения, либо решил, как истинный бро, взять удар от недотраха рэпера на себя. Правда, он все еще пытался дергаться, когда Юнги стянул с него штаны вместе с бельем. Кстати, Юнги еще обязательно позже пострадает, так решил для себя шатен. А вот Мин решил, что тот достаточно насосал и вытащил пальцы из его рта, приставив их к его же анусу. Когда один палец вошел в не менее бедную, чем Чимин, кишку, последний вскрикнул, за что получил укоризненный взгляд сексуальных глаз. Спустя некоторое количество болезненных стонов, к первому добавился второй палец, а так же была найдена волшебная точка, от соприкосновения пальцев с которой, Шуга чуть не оглох от вскрика танцора. Губы старшего растянулись в неописуемо пошлой и сладкой ухмылке. Когда настал черед третьего пальца, подошел тот момент, когда шатен сам начал искать продолжения. Посвящение во взрослую жизнь обещало быть успешным, а наказание приятным. Правда медлительность процесса наталкивала блондина на мысль, что наказание уже переходит на него. Так что, когда фантазия в голове Юнги голосом Чимина прокричала«Вставь мне!», он не смог сопротивляться. Заменив пальцы членом, он в два толчка вошел в своего обожаемого Пак Чимина, который сейчас слегка подвывал от боли. Поцеловав размазывающего сопли по зеркалу парня в каждый шейный позвонок, Шуга начал двигать бедрами. Крышу ему снесло основательно, особенно от вида танцора в зеркале: закушенная губа, мокрые дорожки от слез, приоткрытый рот… Когда послышался первый более менее сладкий стон, крыша слетела окончательно и старший начал вбиваться в податливое тело все яростнее. Стоны Чимина стали более откровенными и громкими, а ноги и вовсе ватными, хотя, казалось бы, куда уж… Деваться было некуда и чтобы не упасть, он отклонился назад и обхватил руками шею Юнги, за что получил красивый засос на свою шею. Когда темп стал воистину бешеным, блондин опустил руку на стоящий член Чимина и начал водить по нему в такт толчкам. Тот не продержался и минуты и, громко простонав, фонтанировал в руку своего мучителя. А Шуга продолжал вбиваться в ослабленное тело еще несколько минут, а затем, кончив прямо в такого желанного Пака, позволил ему осесть на пол, устремившись следом.       А в это самое мгновение за дверью репетиционного зала, пока танцор строил в голове планы мести, а Юнги мысленно представлял второй раунд, парочка из маннэ-лайн тихонько охреневала. Они-то хоть дверь закрывали…