A Circus To Call Our Own

      Забытьё Риза было тяжёлым, его грудь поднималась и опускалась, а рядом с лицом, там, где губы соприкасались с матрасом, осталось небольшое мокрое пятно слюны. Он дёрнулся, двигая ногами и сворачиваясь в клубок, бормоча что-то сквозь явно плохой сон.       Внезапно в запертую дверь спальни громко ударили три раза, явно пытаясь вырвать парня из тяжёлой алкогольной дремоты, но заставляя его только слегка прийти в себя. Риз перевернулся на другой бок, негромко бурча на того, кто стоял за дверью и прося его уйти.       — Эй! Чувак, уже два часа дня, ты там что, умер?! — крикнул Вон через дверь, стуча на этот раз чуть громче.       — Я иду за ланчем! Взять что-нибудь тебе? — продолжил он, вжимаясь ухом в поверхность двери в попытке уловить хоть какое-то движение по ту сторону.       Риз ничего не ответил, утыкаясь лицом в слишком большую для него подушку и пытаясь снова уснуть. Вон, стоя за дверью, тяжело вздохнул. Он страдальчески закатил глаза, хватаясь за дверную ручку и обнаруживая, что створка не была заперта. Парень раздражённо дёрнул дверь и заглянул внутрь комнаты, щурясь от нехватки освещения и морща нос при виде оголённых ягодиц Риза.       — Ради бога, Риз, — простонал он, вновь закатывая глаза и сбрасывая домашние тапочки прямо возле двери в комнату соседа.       Вон подкрался к спящему парню, шлёпая того затем прямо по заднице и заставляя испуганно встрепенуться, просыпаясь. Риз пронзительно взвизгнул, буквально подпрыгивая на месте и недоуменно осматривая комнату.       — Ч-что... Я встаю... Встаю! — рявкнул он, неловко пытаясь сориентироваться в пространстве.       Взгляд его усталых глаз остановился на соседе; парень недовольно скривил губы.       — Какого хрена, Вон?! — простонал он, с громким вздохом откидываясь обратно на кровать и накрывая ладонями глаза.       Вон упёрся руками в худые бёдра и посмотрел на Риза далеко не восторженным взглядом.       — Это ты у себя спроси! Какого хрена ты голый? — язвительно сказал он, пытаясь подавить смешок.       Риз в ответ на это только раздражённо фыркнул, сердито дёргая одеяло на себя, прикрывая наготу от назойливого соседа.       — Это моя комната, я могу ходить тут голышом, когда захочу... Бо-оже, — жалобно застонал парень, натягивая одеяло и на голову тоже, пытаясь закрыть глаза от света.       Вон в очередной раз закатил глаза за толстыми линзами очков и вздохнул.       — Хорошо. Раз уж я всё равно иду за ланчем, хочешь бургер или что-нибудь ещё? — легко усмехнувшись спросил он.       Риз медленно кивнул из-под одеяла, сворачиваясь затем в клубок.       — Пожалуйста. Мне нужно что-то, что впитало бы в себя весь тот алкоголь, которым я вчера упился... — пробормотал он из импровизированного одеяльного укрытия.       Вон фыркнул.       — Чувак, тогда не удивительно, почему ты проспал весь день. Ладно, я возьму тебе бургер и картошку... и по возвращении я надеюсь услышать всё-ё-ё о прошлой ночи. Я так понимаю, это будет достаточно интересно, — Вон усмехнулся, пошевелив бровями, прежде чем выйти за дверь, осторожно затем её за собой закрывая.       Риз услышал звяканье снимаемых с крючка на стене ключей, звук открываемой, а затем закрываемой входной двери, и, наконец, урчание запускаемого двигателя машины Вона. Парень выполз из-под одеяла, ему стало слишком жарко. Он медленно сел. В голове словно тяжело били барабаны, а сам череп пронзала пульсирующая боль. Риз застонал в ладони, пропуская растрёпанные волосы сквозь пальцы и зарываясь в спутанные пряди на лбу. Он развёл пальцы в стороны, измученно смотря через них, а затем до хруста с удовольствием потянулся. Дальше была размята шея, после — руки. Риз попытался сбросить с себя сонливость, лениво свешивая ноги с кровати, двигаясь медленно и устало. Его босые ступни соприкоснулись с древесиной пола и, вздохнув, парень провёл рукой по простыням. Внезапно он наткнулся ладонью на что-то жёсткое. Риз в замешательстве нахмурился, с любопытством смотря на ткань. Он провёл пальцами по сухому, твёрдому пятну, издавая затем понимающий звук. Чёрт, он запачкал своё постельное бельё.       Риз поднялся с кровати, потирая голову. Он нетерпеливо стащил простыни, комкая их затем в руках. Как, мать вашу, он умудрился запачкать их? Ему ведь уже довольно давно не снились мокрые сны…       Риз выпрямился и разжал пальцы, роняя кипу постельного белья. Воспоминания хлынули на него, словно вода сквозь прорванную плотину. Слишком много выпитых бокалов вина, возвращение домой после свидания, то, как Джек неистово его целовал, пьяные СМС поздно ночью...       Риз издал панический возглас, начиная в отчаянии ползать по комнате, судорожно ища телефон. Парень почти споткнулся о кипу одежды, с самой ночи валяющейся на полу, и неуклюже завалился на край кровати. Сердце заходилось боем в груди, пока он осматривал комнату на предмет мобильного телефона, и наконец его глаза остановились на полу рядом с кроватью. Устройство лежало экраном вниз, будучи сброшенным ночью с постели. Риз поднял сотовый с пола, натыкаясь на него пальцами и снова чуть не роняя. Он сел обратно на голый матрас, нажимая на экране кнопку «домой», отчего телефон ожил. Аппарат замигал уведомлением о низком уровне заряда батареи и трёх новых текстовых сообщениях. Риз через кровать бросился к зарядному устройству, торопясь подключить его к розетке и вставить штекер в порт. Парень в смятении сполз на пол рядом со стеной, сомневаясь, действительно ли он хочет просмотреть всё то, о чем спешил уведомить его сотовый, или всё же нет. Он громко простонал, его худое лицо исказила гримаса. Он догадывался, что на самом-то деле выбора нет. Он должен посмотреть. Увидеть, насколько всё плохо.       Риз нерешительно открыл новые сообщения.       Первое было от мамы, желающей узнать, собирается ли он всё ещё устраивать на следующих выходных праздник по поводу Дня рождения отца, а также то, смазывает ли он должным образом свою роботизированную руку. Ничего особенного.       Риз закатил глаза и решил, что ответит позже.       Следующие два были от одного и того же человека. Оба... от Джека.       Парень тяжело сглотнул и открыл первое сообщение, вздрагивая тогда, когда всё же заставил себя его прочитать.       «Утречка, малыш! Надеюсь, ты чувствуешь себя хорошо, потому что судя по тому, как ты напился вчера ночью... Полагаю, тебе сейчас отнюдь не жарко. Выпей побольше «Гаторейда»* и прими горячий душ! Это подлатает тебя в мгновение ока, приятель» — значилось в первом сообщении.       Риз не мог удержаться от лёгкой улыбки в ответ на подобную дружелюбную заботу со стороны Джека, но одновременно с этим он чувствовал себя невыносимо неловко из-за того, что так напился перед Красавчиком Джеком, да к тому же на их первом свидании. Парень хлопнул себя по лбу ладонью, проводя затем ей по щеке. Чертовски неловко.       Риз, колеблясь уже меньше, открыл следующее сообщение.       «О, и просто чтобы ты знал, я поставил то твоё фото на заставку домашнего экрана.» Второе прочтено.       Риз в замешательстве нахмурился, лихорадочно проматывая вверх историю отправленных им Джеку сообщений, пока, наконец, не наткнулся на единственное изображение. Парень резко вдохнул, хлопая ладонью по рту. Он отправил Джеку фотографию своей дырочки. И ягодиц.       «Великолепно», — подумал Риз, тяжело вздохнув.       Он просмотрел журнал вызовов и обнаружил тридцатиминутный звонок от Джека в три часа утра. От вернувшихся воспоминаний парень застонал — он занимался грязным, восхитительным сексом по телефону со своим начальником.       С НАЧАЛЬНИКОМ.       Риз хныкнул и позволил телефону выпасть из пальцев, корча затем гримасу устройству, что так подло предало его прошлой ночью. В том, что он напился, была только его вина. Только его, мать вашу, вина. Он выставил себя полным дураком перед самым могущественным человеком в компании. Второго свидания точно не будет, — ныл Риз, уткнувшись в ладони... Только если Джек не был заинтересован в неловких менеджерах по продажам, которые даже пить не умеют. Парень поднялся с пола и поплёлся к двери спальни, и, прежде чем отправиться в душ, ища свежее бельё. Он решил для себя, что просто-напросто позволит тёплой воде смыть то, что осталось от его чёртова чувства собственного достоинства. Которого осталось не так уж и много.       Риз уже вышел из душа и бродил по кухне, когда входная дверь распахнулась и зашёл Вон, неся с собой жирные и совершенно восхитительные «средства от похмелья». Он криво усмехнулся Ризу, бросая на стол пакет с фастфудом; бумажное дно уже промокло от масла, натёкшего с бургера. Риз при виде пищи облегчённо вздохнул, дёргая пакет, открывая его и жадно начиная копаться в содержимом.       Вон небрежно облокотился на край стойки, смотря на друга и приподнимая тонкую бровь.       — Ты выглядишь ужасно, бро, — прокомментировал он, поворачиваясь к холодильнику и, обхватывая пальцами бутылку красного «Гаторейда», осторожно перебрасывая её Ризу.       Тот же только чудом поймал тару, зыркая затем на парня.       — Оу, премного благодарен за это, — проворчал Риз, со щелчком скручивая крышку и делая глоток жидкости.       Он вздохнул от ощущения холодного напитка на сухом языке и сделал ещё глоток, на одном дыхании осушая половину бутылки.       Вон только пожал плечами и рассмеялся в ответ на реплику ворчащего соседа. Риз же достал из пакета гамбургер и контейнер с картошкой, в очередной раз раздражённо зыркая на друга. Парень обошёл диван и скользнул на пол, опираясь затылком на сиденье. Вон также взял свою порцию, присоединяясь к нему.       — У-у, какие мы обидчивые, — поддразнил он Риза, разворачивая бургер и делая большой укус.       — Итак... как всё прошло? — пробубнил Вон с набитым ртом.       Риз тоже откусил от своего гамбургера и тяжело сглотнул; его плечи в поникли в смятении.       — Всё шло отлично... до тех пор, пока я не напился и не выставил себя полнейшим дураком, — негромко пожаловался он.       Вон заинтригованно посмотрел на парня.       — О, да ладно тебе, я уверен, это было не настолько уж и плохо, И что же ты сделал? Споткнулся на пороге или что-то в этом роде? — слегка усмехнулся он.       Риз посмотрел на него и вновь откусил от своей порции, набивая рот ещё и картошкой.       — Намного хуже, — простонал парень, беря пульт и щёлкая им перед экраном телевизора.       Вон посмотрел сначала на прибор, потом вновь на друга.       — Тебя стошнило в его машине? — вновь попытался угадать он, тщательно пережёвывая свою картошку.       Риз хихикнул в ответ на предположение, а Вон, казалось, был доволен своей небольшой победой.       — Нет. Меня не тошнило в его машине. Это... это было просто ужасно. Надеюсь, от этого мне станет хоть чуточку легче, — Риз усмехнулся, делая длинный глоток перед тем, как снова вгрызться в свой гамбургер.       — Я писал ему по пьяни, — наконец выдал он, медленно выдыхая.       Вон тихо фыркнул и шлёпнул его по колену, хихикая:       — О господи, что же ты написал-то ему такого?       Риз гортанно застонал, сильнее откидываясь на диван.       — Я занимался с ним виртом, — прошептал он в гамбургер.       Вон в неудержимом припадке смеха почти выплюнул свой напиток.       — Ты ЧТО?! — воскликнул он, только сильнее смеясь от того, как щёки Риза залились краской.       Тот же одарил друга убийственным взглядом, вновь набивая рот картошкой.       — Что слышал, — пробормотал он.       Вон легко ударил себя по груди, когда неконтролируемый приступ смеха перерос в не менее неконтролируемый кашель. Он махнул рукой, пытаясь успокоиться и вновь не расхохотаться.       — Боже мой, Риз. С фото или без? — спросил Вон, утирая выступившие в уголках глаз слёзы.       — О, ну ты меня знаешь, я сделал всё, что было в моих силах — отправил ему великолепное фото моей задницы, — сквозь силу со стоном выдал Риз.       Вон согнулся от смеха, роняя на пол несколько ломтиков картофеля. Он собирался было прокомментировать реплику друга, но новый приступ хохота помешал ему сделать это. Риз же закатил глаза и с досадой проглотил свою пищу.       — Спасибо, Вон... нет, правда... спасибо, — негромко проворчал парень.       Вон наконец-то отдышался, всё ещё немного хрипя.       — И как же он... отреагировал? — хихикнул он, смотря на друга.       Риз пожал плечами и пробормотал:       — Ну, он... был не против...       Вон слегка шокированно посмотрел на него.       — Эй, тогда всё не настолько уж плохо, верно? — с нажимом произнёс он, пытаясь заставить друга увидеть в произошедшем светлую сторону.       — Всё очень плохо! Я не должен был пить столько! Особенно, если надеюсь на ещё одно свидание с ним! Я выставил себя идиотом, который даже опьянение своё контролировать не может! — проскулил Риз.       Вон закатил глаза в ответ на слова драматизирующего друга.       — Он писал тебе сегодня? — проворчал он, строго смотря на парня.       — Что ж, хм... да... Я ещё не ответил ему... Я не знаю, — прозаикался тот.       Вон усмехнулся.       — Значит, ты всё ещё интересен ему. Если он написал тебе сегодня, не думаю, что ты облажался тогда, — сказал он, пожимая плечами и обращая взгляд на фильм, мелькающий на экране.       — Да, но... но вышло чертовски неловко... Я показал себя идиотом... перед самим, мать его, Красавчиком Джеком... — простонал Риз.       Вон нахмурился и сощурился.       — Это звучит очень патетично, — он хихикнул.       — Ага... — пробормотал Риз в ответ, доедая гамбургер.       Парень поднялся с пола, выбрасывая оставшийся после еды мусор и идя в спальню, снимая телефон с подзарядки и снова затем плюхаясь на большой диван. Он угнездился в подушках удобнее, перевернулся на бок, чувствуя себя намного лучше благодаря перекусу. Физически он чувствовал себя отлично, но его эго всё ещё оставалось уязвлённым. Риз вздохнул и посмотрел на оставшиеся без ответа сообщения. Должен ли он вообще заморачиваться с ответом? Положив телефон экраном вниз на кожаную подушку рядом с лицом, парень устало прикрыл глаза. Кажется, с ответом он немного затянет, позволив себе сначала отоспаться и избавиться от навязчивой головной боли. * — «Гаторейд» является наиболее ярким представителем группы спортивных напитков, созданных и выпускаемых специально для любителей и профессионалов спорта. Его основная цель — восстановить неминуемые потери жидкости, углеводов и глюкозы спортсменом — во время тренировки или матча.