Ну что сказать....

Ну что сказать, умение влипать в неприятности в семье Уитвики явно передавалось по наследству. Сначала дед отличился и из всех мест Арктики выбрал для эпического падения именно то, где замерз Мегатрон. Затем сын из всех имеющихся машин выбрал в подарок именно ту, от которой больше всего проблем. Тоже робота, стоит заметить. Но всех переплюнул внук. Его страсть к роботам достигла апогея. Он не только умудрился подружиться с ними, поучаствовать в масштабной войне, но и отстоять их право жить на Земле. Ту эпичную речь про детскую площадку до сих пор передавали друг другу по записи все военные, так или иначе соприкасающиеся с НЭСТом. Поэтому он не особенно удивился, когда на стоянке возле института заметил поджидающий его серебристый Мерседес. Мерседесов среди его знакомых не было. Зато имелись в рядах черного, озлобленного на весь свет и полковника Леннокса в частности истребителя. Поэтому Сэм сделал самое разумное, что могло быть в данной ситуации. - Нет, нет, нет, - покачал он головой и прошел мимо. - У меня на сегодня другие планы. Мерседес поехал за ним и за ближайшим поворотом преградил путь. Свистнули металлизированные шнуры, обхватили Уитвики и перетащили его внутрь салона. Умирать не хотелось. У него еще диплом не защищенный, Оптимусу он не признался, да и вообще завещание не составил. - Цель: поговорить о том, что белковые единицы называют деликатным вопросом. Брови Сэма поползли сливаться с линией волос. Что же это такое за дело, если даже для беспринципных десов - деликатный вопрос. И при чем тут Сэм Уитвики? Выходя посреди ночи из офф-лайна и шагая на подозрительный шум с выдвинувшимся лезвием, меньше всего Оптимус Прайм ожидал увидеть за компьютером Сэма Уитвики. Старательно взламывающего систему. - Что ты делаешь, Сэм? - возмущения нет, скорее, любопытство. - Тише, остальных разбудишь! - возмущенно зашипел и замахал руками программист. - Почему не войдешь под собственным паролем? - Чтобы он меня вычислил и грохнул? - скептический взгляд. - Кто "он"? Вместо ответа на экран выскочило личное дело Роберта Эппса. - Меня Саунд попросил, - словно извиняясь, развел руками Сэм. - Ты собираешься передать личное дело Эппса десептиконам? - поразился Оптимус. - Нет, только увлечения, хобби, что любит или не любит, - Сэм старательно отсеивал информацию. Затем внезапно хитро улыбнулся. - Про боевые характеристики - пусть сюрпризом будет. - Что у вас тут? - из темноты вышел Айронхайд. - Решаем деликатные проблемы десептиконов, - бодро отрапортовал Сэм, не отрываясь от работы. - Да? И какие? - Микаэла выглядела бодрой, как кипяток. Впрочем, как и пришедший за ней Рэтчет. - Саундвейв запал на Эппса. - Да ладно! - присвистнула Самира. - Ничего себе! - Что у вас тут за ночные посиделки? - появился сонный Леннокс. Оптимусу казалось, что происходящее все больше напоминает человеческую трагикомедию. Мало того, что никто из ключевого состава не спал, так еще и спокойно обсуждали интерес десептикона к сослуживцу. - Саунд положил оптику на Эппса. Леннокс подавился зевком. Оптимус решил брать дело в свои руки. - Кхм, Сэм, а тебя не смущает, что он робот, а Эппс - человек? И отметил странно загоревшиеся глаза, напрягшиеся плечи присутствующих людей. Остальные не могли нарадоваться. Дело наконец-то сдвинулось с мертвой точки. Они все никак не могли придумать, как же донести до избранников свои чувства. Ксенофобия на Земле цвела и процветала, что значительно мешало боевому человеческому составу базы налаживать личную жизнь. Ведь не известно, как к самой идее относятся избранники. А тут так удачно подвернулся Саунд, и Сэм, который, погруженный в работу, всегда говорит только правду и не контролирует свою речь. Вот и сейчас будущее светило военного программирования не обмануло возложенных на него надежд. Обрабатывая фотографию Роберта с гавайской гирляндой на шее, выдало: - Не-а, любви покорны все биологические виды. Пока Оптимус обрабатывал результат, Микаэла успела одернуть вниз кофточку и прицельно расстрелять медика автоботов горячими взглядами из-под ресниц. Будь у нее хоть капля пси-таланта, в Рэтчете уже появились бы ровные, аккуратные дырочки. А так - только завентилировал часто. Микаэла довольно улыбнулась. А Сэм добил: - Мне тоже автобот нравится, между прочим. Откинулся на спинку кресла. - Я все. Ой, - вышел из рабочего транса, покраснел. - Вы меня не выдавайте, ладно? - Конечно-конечно, нет проблем, - хлопнул по плечу парня Леннокс. - Как это "нет проблем"? - возмутился Хайд. - Идем, я тебе поясню, - полковник утащил за собой напарника. - Проводишь, а то я еще споткнусь ненароком? - Микаэла действовала похожим образом. Ушла задумчивая Симмонс. Ведь главное-то они узнали: подобные отношения возможны для кибертронцев. На остальное плевать. - Так кто из автоботов тебе нравится, Сэм? - вернулся к оставленному вопросу Оптимус. Почему-то Уитвики почувствовал себя на допросе. - Ну... я это... Я спать! Мне еще завтра инфу передавать. - Вот со мной и передашь. В первый раз в жизни Сэм решил рискнуть. - Только если у тебя в ангаре. А на следующий день сцена на парковке до ужаса напоминала шпионский фильм, где происходил обмен заложниками или данными. С одной стороны стоял тягач, с другой мерседес. А между ними - Сэм Уитвики. Он быстро положил флешку на переднее сиденье Саунда и отошел, залез в кабину к Оптимусу. Заурчал двигатель. Прайм подождал, пока десептикон уедет, и направился в другую сторону. - Главное, чтобы теперь Саунд ничего не испортил, - задумчиво произнес Сэм, поглаживая приборную панель и руль. - Все-таки признаваться вам в любви - очень деликатная проблема.