i hate everything about you

I hate everything about you... Why do I love you? (Three Days Grace - "I hate everything about you") Яр­кий свет мно­жес­тва про­жек­то­ров лил­ся на на­ши с ним ли­ца, ос­ве­щая нес­коль­ко на­иг­ранные, но всё же при­вет­ли­вые улыб­ки, пред­назна­чен­ные друг дру­гу и, преж­де все­го, Зри­телю. Ух­мыль­нув­шись в от­вет на оче­ред­ную за­учен­ную им шут­ку, я про­дол­жил: -...И, ес­тес­твен­но, мне бы­ло чрез­вы­чай­но ин­те­рес­но, кто же сыг­ра­ет Пи­тера Пар­ке­ра. Ког­да я уз­нал, что им ста­нешь ты, я бук­валь­но вы­дал: "Иде­аль­но! Прос­то иде­аль­но!". - Бо­же мой! - рас­тя­нув­шись в удив­ленной улыб­ке и под­няв бро­ви, уго­щен­ный лестью Эн­дрю на­конец вы­пус­тил паль­цы из деб­рей сво­их во­лос. - Для ме­ня бы­ло очень важ­но, что­бы всё выш­ло слав­но, и, уз­нав твою кан­ди­дату­ру, я по­думал: "Эн­дрю - за­меча­тель­ный ак­тер, он пре­вос­ходно по­дой­дет на роль но­вого Че­лове­ка-па­ука; как я рад, что он бу­дет сни­мать­ся в этом филь­ме!". Лу­кавил ли я? Пов­то­рял ли сло­ва про­писан­но­го ди­ало­га? Го­ворил ли прав­ду, на­конец от­да­вая стес­ня­ющую дви­жения шку­ру Пар­ке­ра в ру­ки дру­гого? Не знаю. - Очень ми­ло с тво­ей сто­роны, - от бла­годар­ной улыб­ки на ще­ках юно­ши по­яви­лись ям­ки. Пе­ресек­шись взгля­дом с тем­но-ка­рими гла­зами, я ода­рил его при­выч­ной при­тор­ной улыб­кой и, сде­лав гло­ток из ста­кана, во­зоб­но­вил про­писан­ное сце­нарис­та­ми ин­тервью. Бе­гая гла­зами по ли­цу Гар­филда, я вов­се не сос­ре­дота­чивал­ся на его сло­вах, а он - на мо­их, ведь мы зна­ли пред­на­чер­танные от­ве­ты друг дру­га, да и они не име­ли осо­бого смыс­ла, так как вряд ли бы­ли ис­крен­ни­ми. Бук­ва за бук­вой, сло­во за сло­вом, спле­тались в крас­но­речи­вые пред­ло­жения, сле­тая с мо­их губ пря­мо в уши но­во­ис­пе­чен­но­го Пи­тера Пар­ке­ра и мик­ро­фон не­пода­леку. Ес­ли быть чес­тным, я буд­то спра­шивал, при­жилась ли до­нор­ская поч­ка, вы­резан­ная про­тив мо­его сог­ла­сия, но и с моль­ба­ми на­конец из­ба­вить ме­ня от нее. До то­го не­од­нознач­ные эмо­ции одо­лева­ли мое соз­на­ние, что я ни­как не мог ра­зоб­рать­ся с их спу­тан­ны­ми уз­ла­ми. Сто­ило по­тянуть за нить ра­дос­ти — хлес­та­ло огор­че­ние с прив­ку­сом нос­таль­гии. Слиш­ком, слиш­ком за­путан­но. - Ра­ди тех, ко­му Че­ловек-па­ук так же до­рог и не­без­разли­чен, как и мне, я хо­чу вдох­нуть в не­го жизнь и убе­дить­ся в том, что фа­наты ос­та­лись до­воль­ны нас­толь­ко, нас­коль­ко это воз­можно, - я по­нимал, что он лишь чи­тал текст, но, Бо­же, его сло­ва зву­чали столь убе­дитель­но, что я не­воль­но по­верил в их ис­крен­ность, осоз­на­вая то, ка­кой же он ре­бенок. Двад­ца­тиде­вяти­лет­ний ре­бенок. …. Сей­час, наб­лю­дая за съ­ем­ка­ми "Но­вого Че­лове­ка-па­ука", я не­хотя по­тяги­ваю чер­ный ко­фе из нев­зрач­но­го плас­тмас­со­вого ста­кан­чи­ка и не пе­рес­таю мыс­ленно спра­шивать се­бя, за­чем я при­шел сю­да; По­чему не про­иг­но­риро­вал бес­смыс­ленное приг­ла­шение? Же­лание пос­ме­ять­ся? Нос­таль­гия? Прос­тое лю­бопытс­тво? Не знаю. Шу­точ­но ух­ва­тив ртом воз­дух, Эн­дрю на­тяги­ва­ет об­ле­га­ющую мас­ку крас­но-си­него рек­ви­зита и, раз­ми­на­ясь в ла­тек­сном кос­тю­ме, вста­ет под при­целы мно­жес­тва ка­мер. Да, я ни­ког­да не за­буду, до че­го не­ком­фор­тно жар­кое об­ле­га­ющее каж­дый мил­ли­метр ко­жи три­ко. Сла­ва Бо­гу, те­перь кто-то дру­гой му­ча­ет­ся в этом ис­ча­дие ткань­ево­го Ада. Кив­нув при­ветс­твен­но мах­нувше­му ру­кой опе­рато­ру, воз­вра­щаю взгляд на фи­гуру ре­пети­ру­юще­го саль­то Гар­филда, лег­ко удер­жавше­го рав­но­весие нес­мотря на от­сутс­твие стра­хов­ки, и не­воль­но про­вожу срав­не­ние с со­бой. Вы­ше ме­ня сан­ти­мет­ров на де­сять, ра­ду­ет глаз рель­еф­ной мус­ку­лату­рой, по­лон сил и юно­шес­кой энер­гии. В его воз­расте нам­но­го лег­че под­держи­вать фор­му. По­жалуй, он дей­стви­тель­но спра­вит­ся с ролью сту­ден­та луч­ше ме­ня. Хо­тя на се­бя со сто­роны не взгля­нешь, так что от­ку­да мне знать?.. Нес­коль­ко лет я тщет­но пы­тал­ся сод­рать с се­бя кос­тюм Че­лове­ка-па­ука, что­бы вы­бить­ся в ро­ли, дей­стви­тель­но вы­зыва­ющие ува­жение; на­конец моя тай­ная меч­та осу­щес­тви­лась: я пе­редал об­ре­меня­ющий кос­тюм в чу­жие ру­ки. Ко­неч­но, сей­час Эн­дрю не по­нима­ет, как тя­жело бу­дет выс­во­бодить­ся из об­ра­за Пар­ке­ра... А мо­жет, ни­ког­да не пой­мет. Смот­ря на но­вого се­бя- на но­вого Пи­тера Пар­ке­ра, я про­тив во­ли осоз­наю, что моя сво­бода от жгу­тов Marvel — лишь ма­лень­кая, но убе­дитель­ная ил­лю­зия. Прес­ный и, на мой взгляд, че­рес­чур пред­ска­зу­емый пер­со­наж стал частью ме­ня... Или, быть мо­жет, я его частью?.. Сма­хива­ет на со­домию или на­чаль­ные приз­на­ки ши­зоф­ре­нии. Ть­фу. А ведь я ни­ког­да не ин­те­ресо­вал­ся ко­мик­са­ми, да и сей­час не ис­пы­тываю к ним ров­ным сче­том ни­чего, но ис­кусс­тво мо­жет ме­ня взвол­но­вать, пус­кай и в столь... при­митив­ном ви­де. Ис­кря­щий­ся доб­ром ге­рой; идол мил­ли­онов де­тей и лю­бите­лей ко­мик­сов. И ку­да я смот­рел? Чес­тное сло­во, луч­ше бы пос­вя­тил те ве­чера ре­пети­ций вле­кущим кар­там. Как го­ворил Ди Кап­рио, по­кер све­дет ме­ня в мо­гилу. По­ра бро­сать, и вправ­ду. Но ко­му до это­го де­ло? То­би... не­раз­го­вор­чи­вый, за­дум­чи­вый, по­рой че­рес­чур ме­лан­хо­лич­ный. Пи­тер... не­раз­го­вор­чи­вый, за­дум­чи­вый, по­рой че­рес­чур ме­лан­хо­лич­ный. И толь­ко на­ше Аль­тер-эго ха­риз­ма­тич­но, бесс­траш­но и пол­но уве­рен­ности в се­бе и сво­их си­лах. И буд­то внут­ри всё зу­дит; об­раз, впив­ший­ся в ме­ня, слиш­ком до­лог для вет­ре­ной на­туры ак­те­ра и, черт, по­ра его ис­ко­ренять, по­ка он не ох­ва­тил ме­ня пол­ностью, по­доб­но ли­ане, об­ви­ва­ющей бе­сед­ку. Сто­ит выр­вать его с кор­нем- впро­чем, мож­но ос­та­вить ле­пес­ток на па­мять, ведь ко­го ви­дят мил­ли­оны, смот­ря на ме­ня? "Ка­кой Ма­гу­айр? Это - Пар­кер." Мне ка­жет­ся сюр­ре­алис­тичным, что фа­наты ма­шут мне ру­кой; мне не­лов­ко, ког­да де­вуш­ки чуть не пла­чут при встре­че со мной, ведь это не я, это пер­со­наж, ко­торо­го я сыг­рал. Но пос­ле мно­гих лет я су­мел сми­рить­ся с этой участью зна­мени­тос­ти: в кон­це кон­цов, это часть ра­боты. Иног­да я ду­маю о том, кем бы был, не пой­ди я в ак­тер­ское ис­кусс­тво. На­вер­ное, обык­но­вен­ным сту­ден­том обык­но­вен­но­го уни­вер­си­тета. Бы­ло бы мне луч­ше? От­ку­да знать. Не нап­расно уже в два го­да ме­ня на­зыва­ли «ма­лень­ким ста­риком»... Вот так, смот­ря на бу­дущее Пи­тера, я вко­нец пу­та­юсь в па­ути­не сво­их ощу­щений, ос­те­рега­ясь по­чувс­тво­вать рев­ность, но она зас­та­ет ме­ня врас­плох. Я не­нави­жу Пар­ке­ра за то, что он от­нял у ме­ня осоз­на­ние то­го, кем яв­ля­ет­ся тот я, ко­торый То­би, но, неп­ри­ят­но осоз­на­вать, рев­ную его к Эн­дрю. Рев­ность к пер­со­нажу... Не­уж­то мне пред­сто­ит про­вес­ти всю жизнь с этим при­зем­ленным чувс­твом? Ис­крен­не не знаю, сме­ять­ся или пла­кать. Сма­куя ос­ты­ва­ющий ко­фе, в оче­ред­ной раз оки­дываю взгля­дом сту­дию, и взгляд па­да­ет на стоп­ку ко­мик­сов не­пода­леку. По­рой мне ка­жет­ся, что это Сэм хо­дит и спе­ци­аль­но рас­ки­дыва­ет их воз­ле ме­ня. Ус­ме­ха­ясь от этой до­гад­ки, всмат­ри­ва­юсь в ли­цо юно­ши на об­ложке од­но­го из ко­мик­сов. Пар­кер... Та­кой чуд­ной, оч­кастый, по-сво­ему оча­рова­тель­ный и смот­ря­щий на ме­ня с ла­киро­ван­ной бу­маги. На удив­ле­ние нас­той­чи­вый и вце­пив­ший­ся в ме­ня так креп­ко, что те­перь хрен от­де­решь. Ста­ра­ясь сбро­сить око­вы од­но­го об­ра­за, ко­торый был обя­зан пе­реки­нуть­ся на Гар­филда, про­питы­ва­юсь не­навистью ко все­му, что ка­са­ет­ся Пи­та. Для ме­ня Пар­кер — од­на из са­мых не­серь­ез­ных ро­лей, ка­кие толь­ко мо­гут быть. За что его во­об­ще мож­но лю­бить? За что я по­любил его? I hate everything about you... Why do I love you? Воп­рос, от­вет на ко­торый я не най­ду и в са­мых глу­боких нед­рах сво­его соз­на­ния. Люб­лю — не люб­лю... По­ра от­пустить; я дав­но пе­рерос его. Нель­зя пе­редер­жи­вать роль, ведь я же, черт возь­ми, ак­тер, и дол­жен со­от­ветс­тво­вать вет­ре­ным пе­реме­нам об­ра­за. По­жалуй, я мо­гу срав­нить Пи­тера с труб­кой ми­ра. За­тянул­ся — пе­редай по кру­гу, по­нима­ешь? Не по­нимаю. И, ка­жет­ся, пре­да­юсь мыс­ленным, но всё же раз­го­ворам с са­мим со­бой. Ах, что я не­су? С Пар­ке­ром. Но ведь он — это я... Ши­зоф­ре­ния, точ­но вам го­ворю. Нуж­но к вра­чу, не? "Пе­редай по кру­гу"... Тог­да да­вай­те срав­ним Пар­ке­ра со шлю­хой, о да. Так, как пер­со­наж от­да­ет­ся ак­те­ру, он, дол­жно быть, от­да­ет­ся толь­ко Из­бран­ным. Но дос­то­ин ли его Эн­дрю? А был ли дос­то­ин его я?.. Не знаю. Вок­руг ро­ит­ся од­но не­веденье. Бе­сит, чес­тное сло­во. А сто­ит лишь вспом­нить, с че­го всё на­чалось, и тя­нет пе­редер­нуть­ся от жгу­чей сме­си от­вра­щения и осоз­на­ния собс­твен­ной глу­пос­ти. «Эй, То­би, по­дой­ди сю­да...» - кто бы мог по­думать, что пос­ле этих слов Сэм ув­ле­чет ме­ня в при­нуди­тель­ный по­целуй? В ито­ге ока­залось, что это бы­ло его ри­ту­алом, но всё же... А ведь он вов­се не до­могал­ся. Вдох­нул в ме­ня Пи­тера, ско­тина. Вновь от­хлеб­нув ко­фе, ка­са­юсь сво­их губ по­душеч­ка­ми паль­цев и, рас­плы­ва­ясь в грус­тной ух­мылке, по­удоб­нее раз­ва­лива­юсь на уз­ком крес­ле. Вот он, Пар­кер, слов­но осе­да­ет на гу­бах, стре­мясь ска­зать мне мо­ими же ус­та­ми... А что он ска­зал бы мне, будь та­кая воз­можность? По­рой мне ка­жет­ся, что я во­об­ще ни­чего не знаю. На­конец уби­рая ру­ку ото рта, про­вожаю при­вет­ли­во улыб­нувше­гося Эн­дрю за­дум­чи­вым взгля­дом. По­жалуй, слиш­ком ре­шитель­ные мыс­ли сей­час ль­ют­ся в мой об­долбан­ный ко­фе­ином мозг, но, как го­ворит ста­рина Сэм, ри­ту­ал — шту­ка про­верен­ная. Ну­дящее же­лание на­конец из­ба­вить­ся от шку­ры Пар­ке­ра быс­тро бе­рет верх над здра­вым смыс­лом; счи­тан­ные ми­нуты сом­не­ний, и я ос­то­рож­но сту­чусь в гри­мер­ку к Гар­филду. По­лучив раз­ре­шение вой­ти, нес­пешно от­во­ряю дверь, уми­ля­ясь уви­ден­но­му. Взъ­еро­шен­ный и ус­та­лый, в ши­рокой сво­бод­ной май­ке, сей­час он выг­ля­дит по-дет­ски не­ук­лю­же, обо­рачи­ва­ясь ко мне. Слов­но ле­нивый тол­стый ко­тяра, что пол­дня не­жил­ся на сол­нышке, а сей­час вы­нуж­ден от­крыть гла­за что­бы трез­во оце­нить всё, что про­ис­хо­дит вок­руг. - Слав­но иг­ра­ешь, Гар­филд, - лгу ли? го­ворю ли от­кро­вен­но? - Уве­рен, из те­бя вый­дет за­меча­тель­ный Пи­тер Пар­кер, - и за­чем мне это? Мо­жет, ну его, этот ри­ту­ал? Ко­му он во­об­ще сдал­ся? - Не та­кой, ко­неч­но, как из те­бя, - со сво­ей лестью оба ра­бота­ем на не­види­мые ка­меры. Ус­та­ло прик­ры­вая гла­за, он с об­легчен­ным вы­дохом тя­нет ру­ки вверх, рас­тя­гивая ну­дящие от по­лучен­ной наг­рузки мыш­цы. И как не сбить с тол­ку это­го ко­тен­ка? - Эй, Эн­дрю, - Бо­же, что я тво­рю? Это не я, это Пар­кер. По­хоже, ему дей­стви­тель­но нуж­на но­вая обо­лоч­ка. - Зна­ешь... - па­ра ши­роких ша­гов, и я, ка­са­ясь его ску­лы кон­чи­ками паль­цев, ощу­щаю, как он сла­бо дер­нулся из-за при­кос­но­вения ле­дяной от пе­режи­ваний ко­жи. По­ка его всё боль­ше ох­ва­тыва­ет шок, я за­вожу паль­цы за его ухо и, ка­жет­ся, не сов­сем про­из­воль­но, нак­ры­ваю его гу­бы сво­ими. Мгно­вения сту­пора и Эн­дрю, от­талки­вая ме­ня от се­бя и за­жимая рот ла­донью, воз­му­щен­но аха­ет: - Ка­кого?! - его ка­рие гла­за на­литы неп­ри­ят­ным удив­ле­ни­ем и ра­зоча­рова­ни­ем во мне... Нет, в Пар­ке­ре. - Пос­лу­шай, - шеп­чу на удив­ле­ние нас­той­чи­во. Да, это при­лип­чи­вый об­раз ов­ла­дева­ет мной, да­бы вце­пить­ся в но­вую иг­рушку, я уве­рен. Вновь на­висая, вы­нуж­даю его вжать­ся в крес­ло в тщет­ной по­пыт­ке отс­тра­нить­ся и, упор­но уби­рая его ла­донь, сли­ва­юсь с ним в при­нуди­тель­ном по­целуе, мол­ча­ливо умо­ляя от­ве­тить на не­го. Ну же, Эн­дрю, за­бери эту дрянь у ме­ня! Мо­лодой, рас­кре­пощен­ный, одер­жи­мый мной- то есть Че­лове­ком-па­уком, он клю­нет. Что же тво­ришь, То­би?.. Ох­ва­чен­ный лег­ким ис­пу­гом, он про­дол­жа­ет по­пыт­ки соп­ро­тив­ле­ния, от­талки­вая ме­ня, но вско­ре они сла­бе­ют, а те­перь и вов­се гас­нут, да­руя Пи­теру Пар­ке­ру но­вую до­бычу. Роб­ко вы­дох­нув и опус­тив ве­ки, Эн­дрю хва­та­ет гу­бами в от­вет и, поз­во­ляя нем­но­го уг­лу­бить по­целуй, по­да­ет­ся чуть бли­же. Ка­кой же он по­дат­ли­вый. Бу­дет чуд­ным вос­ком в ла­пах Па­ука. Чувс­твую, как по гу­бам про­бега­ет­ся об­жи­га­ющий жар; вот сей­час, сей­час я на­конец из­бавлюсь от это­го! Да­вай, Пар­кер, вце­пись в не­го пок­репче. Рва­ное, не­уве­рен­ное ды­хание; еще нем­но­го на­пора и на­ши язы­ки спле­та­ют­ся, а я чувс­твую, как теп­ло пе­рехо­дит от ме­ня к не­му, и Гар­филд, рас­пахнув гла­за, прог­ла­тыва­ет жар пер­со­нажа. Ми­лый па­рень, но ему пред­сто­ит уз­нать еще мно­го но­вого. На про­щанье об­хва­тываю его вер­хнюю гу­бу сво­ими и, вы­дыхая, спеш­но отс­тра­ня­юсь. Лов­лю на се­бе оза­дачен­ный, но до­воль­ный взгляд и, в миг за­лив­шись крас­кой, ки­даю: - Уда­чи те­бе, - ме­ня ох­ва­тыва­ет сла­бая дрожь удив­ле­ния и от­вра­щения; обер­нувшись, со спеш­кой прос­каль­зы­ваю за дверь. Ша­гая от гри­мер­ки, неб­режно вы­тираю влаж­ные гу­бы ру­кавом. На­де­юсь, там нет ка­мер. С то­ликой лю­бопытс­тва вды­хаю пол­ной грудью и вслу­шива­юсь в свои ощу­щения. То ли ка­жет­ся, то ли Пар­кер дей­стви­тель­но по­кинул ме­ня, что вы­нуж­да­ет об­легчен­но вы­дох­нуть, но ос­та­вил внут­ри свой след. Не мо­гу ска­зать, что этот ри­ту­ал пре­вос­хо­ден, но что-то в нем есть: нег­ромкий, но да­ру­ющий уй­му не­од­нознач­ных эмо­ций. Страш­но по­думать, что сей­час чувс­тву­ет Гар­филд. Ког­да-ни­будь он пой­мет, что это зна­чило. Этот стран­ный, но име­ющий свою изю­мин­ку ри­ту­ал – на­ша ма­лень­кая тай­на. Моя. Эн­дрю. И Пи­тера.