Моя жизнь.

Сегодня прекрасное событие. Бал принцессы. Этот праздник должен быть одним из самых счастливых из жизни принцессы, но не для нашей героини. Пробегая, мимо колон зала предков, по отполированному паркету, принцесса Либерия, приподнимая подол своего серо-голубого платья, слушая высокий голос своих служанок «Принцесса, Принцесса, Вас может увидеть король, остановитесь!», бежала в королевский сад. Сейчас там репетируют музыканты, их музыку слышно даже в комнате принцессы, распространяя чарующую мелодию скрипок и арф, великолепно исполненных ловкими руками. Мелодии эти сочинили бут-то сами прекрасные эльфы, танцуя в своих раскидистых и шикарных садах, напивая песни на эльфийском. Сад, где репетировали музыканты особенной, чарующей красотой, не обладал, но величественные статуи предыдущих правителей, многолетние ивы и прекрасный птичий сад, создавали ощущение некоей королевской роскоши. В белоснежной беседке, вокруг которой струилась мелодия, танцевала принцесса, поддаваясь потокам, охватывающей ее радости. Всякий раз когда она слышала музыку, любую: веселую или грустную, нежную или грубую, ритмичную или плавную, все равно, ее душа жаждала танцевать. Забывая о прошедших мгновениях, забывая о настоящем и не смотря в будущее, она делала то, что хотела и не желала другого. — Принцесса Либерия, — Воскликнула громким и писклявым голосом старшая служанка. Музыка резко прекратилась, и принцесса, поддавшись моменту, быстро обернулась и запаниковала, — что вы делаете? Танцы для простых деревенщин! Извольте немедленно идти и готовиться к церемонии! Покинувшая Либерию радость, заменилась неким чувством досады с грустью, приправленной острым ощущением незаконченности. Как бы тебе не хотелось, все хорошее — не будет длиться вечность. Либерию как следует натирали всем, чем можно, расчесывали волосы так долго, что она успела подумать » А остались ли мои золотые косы на моей голове?», ходили вокруг да около, примеряя то один наряд, то другой. От такой суматохи, в прочем, как и от такой жизни, быстро устаешь. Полная нетерпенья, Либерия, в нижней юбке проскользнула в ванную комнату. Уставившись на отражение в огромном серебреном зеркале, пришла в ужас — такой «исковерканной», она себя никогда не видела. Затянутые в высокий и тугой хвост, ее золотые волны причиняли боль, нежели ощущение красоты, нарисованный румянец на щеках, чтобы выделялась ее бледность, густо намазанные тени на веках и алые губы, как говорили служанки «Манящий цвет». Либерия чувствовала себя не принцессой, а клоунессой. Она резкими движениями вытерла с лица весь ужас, размазав помаду и тени, стало еще хуже. — Принцесса, что же вы делаете? Это кошмар какой – то! Либерия в ответ лишь глупо улыбнулась. Действительно, кошмар, что они натворили! До вечера, пока не начался бал, Либерия лишь слонялась по многочисленным коридорам и комнатам в замке, изредка пытаясь уловить звуки, доносящиеся из главной залы, где будет проходить мероприятие. — Либерия, иди-ка сюда.- Во входе в дубовый зал стояла ее сестра двойняшка — Стела, гордая, величественна, вся в отца. Ее старшая сестра. — Сестрица, разве ты не с отцом в большой библиотеке? — Как видишь, мне все-таки выдалась свободная минутка.- Она повела руками в стороны, сопровождая все глубоким вздохом. Моя сестренка очень ответственна, изыскана и горда. Она старшая — она должна такой быть. Частенько она помогает отцу в важных документах. Король души в ней не чает. Либерию он старается не замечать. Стелла, поскольку старшая — унаследует трон, а Либерия всю жизнь будет ощущать себя «приживалкой» — без места, куда можно вернуться, не зная, что такое дом, где тебя ждут. — Стелла, ты сегодня прекрасна, как утренний луч.- Без капли притворства заметила Либерия. Сестрица была действительно похожа на луч солнца, что пробился сквозь мрачные тучи. Пышное бледно-желтое платье, с кружевом, бут-то вышитым умелыми лапками паучка, столь тонкие, хрупкие и прекрасные, чарующие своей легкостью. Либерия смотрела на сестру словно завороженная. Стелла была похожа на прекрасную фею, сошедшую с картинки книжек, что она читала в детстве. — А из тебя, Либерия, смотрю, сделали монстра. — Стелла хихикнула, прикрыв свою улыбку ладонью. — Посмотри, я похожа на клоуна! — Либерия покрутилась вокруг своей оси, как юла. — Нет, — Нахмурилась Стелла, — не на клоуна. Скорее на пеструю рыбешку! — Стелла опять хихикнула. — Сестрица, я могу и обидеться! — Либерия уперла руки в бока. — Не обижайся на правду. — Стелла поправила съехавшую длинную перчатку сестры. — Пойдем, я лучше тебе помогу. Смотреть на тебя не возможно. Просто кошмар что натворили. Так разукрасить принцессу, с ума посходили! Либерия была в покоях сестры всего три раза за жизнь, но тут ничего не меняется, почти ничего. Только книги прирастают и преумножаются. Стеллу постоянно чему-то учили. Множество репетиторов никогда не давали сестрам быть вместе. Даже король говорил, что Стелле важнее быть образованной и стать хорошим правителем, чем играть в игрушки. Но с тех пор Либерия думала — неужели все короли никогда не играли в игры? Наверное, так жить очень-очень скучно. С тех пор за Либерией пытались угнаться няньки, а Стелла сидела и становилась «Подобающим правителем». Сидя на дубовой кровати с балдахином каждая из принцесс молчала, предаваясь прошлому. Такое далекое, что кажется безумно недосягаемым. Такое туманное, что кажется вовсе затерянным. Такое счастливое и затертое, как пара испытанных временем башмаков. Стелла расплела золотые волны Либерии, - Я, — она начала тихо, будто напевая мелодию.- Безумно жалею, что не могла проводить с тобой много времени…Я безумно жалею, что не могу и дальше быть рядом… — Почему жалеешь? — Либерия подняла очи на узор потолка — пепельно-белый, с завитками паутинкой. — Я и дальше останусь тут. С тобой. Ты будешь править, а я буду рядом, в соседнем зале. — Ох, не должна я была тебе этого говорить, но Либерия, я не могу удержаться! — Она расхаживала из угла в угол, теребя кончики волос, прямых и гладких. — Отец…Король сказал, что собирается тебя выдать замуж, за достопочтенного племянника лорда Митчела. — Сестренка, я не собираюсь замуж. — Либерия подпрыгнула с мягкой перины, цокая по деревянному паркету остренькими каблучками. — Мне нельзя! Политический брак. Всего два слова а, сколько приносить несчастья молоденькой принцессе, не совершившей за свою короткую жизнь еще многого.