Трое

      Их было трое, и это было так неловко, неудобно, неправильно, что хотелось кричать. И каждый раз выбирая между Ильей и Соло, Габи злилась, ругалась на себя, но вздыхала и была послушной. Потому что так было надо. Она не хотела никого обидеть, но всякий раз видела жгучую ревность в глазах Ильи, когда задание сводило ее с Соло. И каждый раз чувствовала себя виноватой под пронзительным, осуждающим взглядом Соло, когда принимала сторону Ильи.       Она чувствовала себя лишней, когда парни шутили "о своем", когда дружно поворачивали головы вслед проходящей красотке, как бы ни старалась быть "своим парнем".       Она была девушкой.       И от того еще более лишней она чувствовала себя, когда Наполеон заставал их с Ильей в этих неловких позах, с этими неловкими фразами.       Девушка не должна быть героем, это неправильно. Ей отведено место украшения, очередной звездочки в списке любовных успехов. И ей уже давно пора было определиться, решиться на что-то большее с одним из мужчин, чтобы закончить этот шпионский цирк раз и навсегда. Но она точно знала, стоит этому случиться - их станет двое. Большевик и Ковбой. И безымянная, безликая девушка у одного в постели.       Габи Теллер была не такой. Габи Теллер была, есть и будет третьей.