Затаившийся хищник

Солнце уже давно скрылось за горизонтом, здание школы покинуто всеми, даже ГДК решил посетить ближайший парк. Легкий ветер трепал рукава плаща и обдавал холодом стройное тело, проникая через тонкую рубашку. Ноги сами привели ночного гостя к одинокой скамье, скрывшейся в тени деревьев. Посмотрев в обе стороны и убедившись в отсутствии посторонних, Хибари сел на скамью и прикрыл глаза, наслаждаясь тишиной. Сознание медленно погружалось в пучину сна. Ветер усилился и до ушей ГДК не дошел легкий шорох обуви по траве. Спустя какое-то время Кёя почувствовал, как чье-то дыхание обдает теплом шею, и открыл глаза. Перед лицом, слишком рядом, находился иллюзионист. Глаза с прищуром смотрели в глубину черных, а губы шевелились, издавая звуки. Которые облако не смог различить, потому что сознание верно гасло и оставило растерянного парня в руках тумана... Хибари с трудом разлепил глаза и тут же увидел раскинувшееся дерево сакуры, наполнившее комнату ароматом, от которого тело хранителя наливалось свинцом. Под деревом, на столе, сидел Мукуро, подперев кулаком щеку и рассматривая беззащитное облако. В глазах Рокудо отражалось чувство победы, губы кривились в надменной ухмылке. Не сразу, но Кёя заметил отсутствие рубашки и брюк, также любимые тонфа спокойно лежали на столе. - Кёя-кун, проснулся? - хранитель тумана грациозно спрыгнул со стола и направился к облаку, словно кот. Бедра Мукуро игриво виляли из стороны в сторону, отвлекая внимание ГДК. Сил не было даже слово связать. - У меня есть противоядие, - хитро улыбаясь выдал иллюзионист, заметив оживленную реакцию Хибари, - но я дам его только после небольшого развлечения. Мукуро присел на колени около все еще растерянного хранителя. Сжав короткие волосы на затылке, туман поднял голову парня и заставил смотреть в глаза. - А знаешь почему ты здесь? Я видел как ты смотришь на Тсунаеши, - несколько секунд тяжелого молчания, - на моего Тсунаеши. Глаза Кёи расширились в недоумении, а на дне их плескалась горечь обиды. - А знаешь как прекрасно его молодое тело, - Мукуро блаженно прикрыл глаза и медленно провел рукой по своей шее, - как прекрасен голосок в то время, когда я с силой беру его попку, а эти глаза. Как красивы они, когда изнемогают в желании. Хибари закрыл глаза и закусил губу. Было видно, что он довольно давно хотел сделать непристойности с Савадой. Рокудо его опередил. Хмыкнув, Мукуро вернулся на стол. Вновь усевшись, парень принялся крутить в руках одну из тонф, рассматривая со всех сторон и даже пробуя на вкус. Кёя не оставил такой вандализм без внимания и попытался встать на ноги, но пошатнулся и верно полетел в сторону пола. Только вот не упал, а заметил фиолетовые щупальца, крепко схватившие за руки и ноги. Тентакли подтащили облако ближе к Мукуро и держали в подвешенном состоянии. Одно щупальце быстро стянуло нижнее белье, показывая иллюзионисту небольшой вялый орган. - Оя, Кёя-кун, все так плохо? - махнув рукой, парень отдал приказ и щупальце коснулось члена облака, начав поглаживать и сжимать. Хибари закусил губу и посмотрел взглядом, острым словно сталь, на иллюзиониста. Если бы он не был в таком положении, то скорее всего перестал бы затею, но уже поздно. Еще прибавившееся щупальце залезло в приоткрытый рот парня, проводя по щекам, языку, только облако не захотел терпеть и прикусил тентакль, на что иллюзия стала агрессивнее и скользнула сразу к колечку мышц, на что Мукуро недовольно цокнул. - Слишком рано, - прищурив глаза, Рокудо в секунду растворил щупальце, а остальные стали менее активными. Мукуро ухмыльнулся и встал, захватив шприц с противоядием. Подойдя вплотную к Хибари, парень прикусил венку на шее с одной стороны, а с другой ввел некоторую часть противоядия. В этот же момент в бедро ткнулся орган Кёи, видимо, реакции все же усилились. Хибари тяжело дышал и пытался вырваться, но зря, ведь помощники иллюзиониста были сильны. Облако стучал зубами и что-то шипел. - Зря тратишь силы, тебе не выбраться, - хранитель тумана вернулся на стол, раздвинув ноги в стороны. Кёя поднял взгляд и заметил слегка выделяющийся бугорок на темно-зеленых брюках формы. От разглядывания обтянутого достоинства парня оторвало щупальце, мирно пристроившееся сзади, получив одобрительный кивок хозяина. Поменяв положение, теперь Хибари был наклонен вперед, а ноги разведены в стороны. Довольно тонкий тентакль стал входить в тело, растягивая девственное кольцо мышц. Кёя шипел и изворачивался, но на помощь пришел еще один прислужник Мукуро, обвивая талию парня. Щупальце,активно работающие сзади, приостановилось и дало некоторое время привыкнуть, совсем немного, чтобы потом очень глубоко входить. Хибари шипел, как хищник. Ему это шло. Пряди на лице находились в абсолютном хаосе, с каждым толком меняя положение. Рокудо смотрел не отрывая глаз, как тонкая струя крови, текущая по бедру, с каждым движением увеличивалась. Такой яркий контраст светлой кожи и яркой красной крови. Улыбка уголком губ и щупальца верно укладывают тело животом на стол, когда иллюзионист поднялся. Спустив штаны, Мукуро тихо вздохнул и пару раз провел рукой по возбужденному члену. Прижав Кёю к столу так, чтобы попа оказалась выставлена, начал входить, сразу и резко. Проход был уже растянут, поэтому особо трудится не пришлось. Толчки проходили глубоко и быстро, заставляя кровь течь с его больше силой. На запястьях, животе и ногах парня остались красные следы от щупалец. Хибари тяжело дышал и тихо рычал, сжимая руки до белых костяшек, а в районе губ появились на столе красные пятна. Рокудо забавляло все это, ему было весело. Тихо вздохнув, иллюзионист излился в Кёю, из которого тут же потекла сперма, смешанная с кровью. Мукуро смеялся, сжимая кожу на бедрах парня до красных следов. Такой беззащитный Хибари вызывал только жалость. - Еще раз увижу твой взгляд в сторону Тсунаеши, то будет кое-что круче, - тихий смешок прямо над ухом и иллюзионист скрылся в ближайшей двери, напоследок развеяв тентакли. Облако еле держался на согнутых ногах с помощью стола и выплевывал кровь, которую знатно набил в рот из прокусанной губы. Зад саднил очень сильно, на полу уже скопилась не малая лужа крови и семени. В мыслях у парня была лишь жестокая месть, самая жестокая, какую ГДК мог придумать. Только для начала нужно подождать и найти самый удобный момент, чтобы растоптать нахального иллюзиониста. Хибари отдышался и, взяв уже ненужную рубашку, вытер с ног остатки происшествия, после чего натянул брюки и как ничего не было пошел в школу. И только два человека знали о правде, которая должна отправиться в могилу с одним из них.