Саймон говорит

Сказать, что Саймон нервничал – все равно, что ничего не сказать. Он стоял у дома Клэр, переминался с ноги на ногу и искал в себе ту решимость, которая жила в нем еще вчера. Но ее не было. Блядь. И явно причиной его психоза была не потрясающе красивая девушка, только что подошедшая к нему, а высоченный мрачный неразговорчивый козел, который еще, хуй знает, придет ли на вечеринку? С Клэр своими беспокойными мыслями парень не стал делиться, он улыбнулся ей и открыл дверь автомобиля. Родители настояли, чтобы сын взял машину отца. Он был им благодарен, если бы шел на выпускной один – ему было бы пофиг, есть или нет машина, а положение парня Клэр обязывало, она его предупредила, чтобы он озаботился вопросом тачки заранее, потому что «у нее десятисантиметровая шпилька». - Ты в последнее время какой-то очень молчаливый, Саймон, - заметила Клэр, когда они уже подъезжали к школе. Парковка была забита почти до отказа, школьный двор был полон нарядных выпускников, официальная часть должна вот-вот начаться, но никто не торопился, все фотографировались, дожидаясь еще не подошедших друзей. Сомерхолд скорчил свою самую беззаботную моську. - Да тебе кажется, Клэр, все отлично! Вон смотри, Барби с Джейн идут, - их друзья как раз шли мимо припаркованных автомобилей, Саймон решил воспользоваться возможностью сменить тему. Он все время крутил головой в поисках Рика… Началась официальная часть. Выступал директор, его замы, некоторые преподаватели, потом с ответным словом вышел один из лучших учеников их выпуска. Саймон слушал вполуха и, делая вид, что разглядывает нарядно украшенный зал, продолжал выискивать Коннора. Его нигде не было. Нервозность парня приняла форму какого-то отупения. Поэтому за аттестатом на сцену он шел на ватных ногах. Пожал руку директору, чмокнул в щеку своего куратора, чем вызвал бурю оваций выпускников. Вроде бы сделал все, что сделал бы на его месте нормальный Саймон Сомерхолд, но все это происходило как будто не с ним. Не было больше нормального Саймона Сомерхолда, а виноват во всем чертов Коннор, которого тоже - нигде не было. Началась неофициальная часть, которая проходила в спортивном зале школы. Участниками грандиозной вечеринки были не только уже бывшие школьники, но и весь преподавательский состав. Спортзал был изменен до неузнаваемости: в дальнем конце возвели сцену, по периметру стояли столики с напитками и едой, повсюду торчали шары и ленты с поздравительными надписями. На сцене установили колонки, барабанную установку, синтезатор, стойки с микрофонами. Все заняли столики, кому какой приглянулся, за их стол сели Мэт и ОНилл со своими дамами. Началась неофициальная часть, представлявшая собой самопальное безумие, сотворенное учителями совместно с учениками, которые занимались в театральной, вокальной и других творческих студиях, было даже одно stand up выступление. В перерывах все успевали загрузиться едой и выпить вина. Во второй части поздравлений выступали выпускники, разыгрывая различные комичные сценки из их жизни. Одна миниатюра была посвящена бравому капитану, который со сломанным носом рвался на поле. Выступления изрядно всех повеселили, если добавить еду и вино – выпускной вечер уже можно было считать удавшимся. Третьим сюрпризом от школы было выступление бостонской поп-рок группы, на сцену вышли альтернативного вида чуваки, начали подключать инструменты, свет в зале приглушили, и после небольшого саундчека музыканты начали по-настоящему жарить. Саймон решил выйти проветриться после двух бокалов. Народ бесновался на танцполе, он нашел среди танцующих Клэр, коснулся ее плеча. - Клэр, я на улицу, - ему пришлось приблизить губы к ее уху, чтобы она могла хоть что-то расслышать сквозь шум. - Хорошо, - девушка широко улыбнулась, обвила руками его шею, и прижалась губами к губам. Парень немного удивился, но, вовремя вспомнив про их игру, легко ответил на поцелуй. Отпустив его, она повернулась к подружкам, и они продолжили отрываться. Маневрируя мимо людей, Саймон проталкивался к выходу из зала, его окликнул ОНилл, парень обернулся и уже начал жестами объяснять свои маневры, когда случайно воткнулся в кого-то, и поднял глаза на… Рика. Тот смотрел раздраженно. - Коннор, здраааасть! – проорал Сомерхолд, перекрикивая музыку. Спасибо, Всевышний, что на столе было вино, и что он уже выпил, потому что в противном случае он, наверно, просто вмерз бы в пол, а пока, пока его хоть и ватные конечности еще могли шевелиться. Саймон отскочил от Рика на безопасное расстояние и улыбался сейчас во все свои зубов тридцать. Так, наверно, смотрят, на тех, кто болтается под ногами, на маленьких и бесполезных… йоркширских терьеров? - Привет, Сомерхолд, - вот у них и появилась первая совместная традиция – называть друг друга исключительно по фамилии, как в «Секретных материалах», блин. - Ты извини, я тя просто не заметил, меня ОНилл отвлек децл, - язык слегка заплетался, но Скалли надеялась, что заметно это было только ей, то ли причина была в вине, то ли в том, что тонус некоторых мышц в компании Малдера у Саймона понижается, а некоторых… наоборот, очень повышается. И мысли так путались... - Я заметил, - что я тебя не заметил? – додумал мысль Сомерхолд. - Вот решил сходить проветриться, - очередное ненужное уточнение, судя по скучающему лицу Коннора. Саймон уже начал хрипнуть от попыток перекричать музыку так, чтобы он услышал его на расстоянии вытянутой руки. А вот Рик, похоже, не особо напрягался, и парень его не слышал. Ну да, ведь Коннор двойной агент-киборг, чему тут удивляться? - Ну давай, - усмехнулся Терминатор и равнодушно пожал плечами. - Ага, ну ладно.. хорошо повеселиться типа! – Саймон раньше был полон решимости сделать этот вечер для Рика незабываемым, потом поверил, что Коннор не придет, и вот теперь он не знал, приводить план «А» в исполнение или все-таки не стоит? Малодушные мысли все чаще закрадывались в голову. - Сааааймон! – это кричал ОНилл и размахивал руками, сигнализируя, что надо к нему подойти. - Идем к парням? - Нет, - Коннор смотрел куда-то поверх головы капитана в сторону сцены. - А я да, - и Саймон, кажется, первый раз первым развернулся и покинул поле. Он осознал, что за время разговора настолько отключился, что не замечал толпы и бесовского веселья, царящего вокруг. А народ уже успел изрядно надраться. Парень отложил мысли об улице, раз уж ситуация так изменилась. Теперь просто необходимо было хорошенько выпить. И он выпил, а потом еще и еще, и так захмелел, что у него прибавилось смелости. Часы показывали полдевятого. Сомерхолд достал телефон из внутреннего кармана пиджака и нетвердой рукой набил смску «Встретимся в девять на крыше. Надо поговорить. Саймон», секунду помедлил, набрав в грудь воздуха, нажал «отправить», и только потом выдохнул. И понял, что вот оно – это чувство, когда ждешь наступления какого-то неведомого пиздеца, все твои ощущения обострены, а еще ты весь вибрируешь от нервной дрожи. Теперь Сомерхолд уже не оглядывался, не искал Коннора, наоборот, он до жути боялся встретиться с ним сейчас, чтобы увидеть... то, что не хотел. Ваще не вовремя заиграл медляк. Девушки подошли к ним, ребята пригласили своих на танец, Саймону ничего не оставалось, как пойти с Клэр. Она потащила его в центр зала, куда решались выйти далеко не все, и буквально прилипла к нему, положив голову на плечо. Сомерхолд аккуратно обнял ее. Казалось, песня никогда не кончится. Саймон прикрыл глаза, мысленно он уже был на крыше… Наконец, звуки стихли, джентльмен проводил леди к столику, она снова повисла на нем. Выпутавшись из цепких объятий, он взглянул на часы – без двадцати девять. Парень не знал, куда себя деть следующие пятнадцать минут. Рик снова пропал куда-то. Саймон пил. Без пяти девять он встал, голова закружилась. Ой-ё! Пройдя пару шагов, капитан убедился, что все не так уж и плохо, соображал-то он хорошо – это главное, и храбрости было не занимать, по крайней мере пока. Дверь на крышу была открыта. Выйдя наружу, Саймон зажмурился, лучи закатного солнца били прямо в лицо. Через несколько секунд глаза привыкли к свету. Мир вокруг него был весь залит закатным светом, небо на горизонте алело, предвещая жаркий день. Воздух был одуряющее свежим после душного зала. Коннора что-то не видно, и Саймон запаниковал. Вдруг, он не получил смску? Или получил, но решил не приходить? Парень решил обойти крышу, и в этот момент дверь открылась, пропуская нападающего. Ему пришлось немного нагнуться, косяк двери был слишком низким для его роста. Сомерхолд попытался проглотить свое сердце, упиравшееся ему в кадык. Он стоял прямо напротив Коннора, за которым захлопнулась дверь, отрезая пути к отступлению. - Ну? – не самое терпеливое замечание. Саймон продолжал молча смотреть на Рика, стоя, как оловянный солдатик. Дрожащие руки он засунул в карманы брюк, вот они для чего нужны! - Ты просил прийти, - напомнил Коннор. Он тоже засунул руки в карманы, Саймон подумал бы даже, что поза у Рика какая-то напряженная, если бы был способен в этот самый момент анализировать такие вещи. – Хотел сказать что-то? - Рик уже говорил с ним, как с больным на голову. Солнце садилось быстро, наступали сумерки. Сомерхолд, наконец, смог себя оживить. Шумно втянул воздух, выдохнул. - Да, точно, я помню, то есть, - о, отличное косноязычное начало, парниша. Саймон переминался с ноги на ногу, потом, отвернувшись от Коннора, подошел к решетчатой ограде, прижался к холодным прутьям горящим лбом. Может, у меня ангина просто? Может, я лежу в бреду? И все это – не по-настоящему? – с надеждой подумал он. - Ну и? – прилетело в спину. Кажется, Коннор подошел ближе. Парень наконец решился и развернуться к нему... тут же выпалив как на духу. - Коннор, я понимаю, мы не сильно ладим и вообще плохо знаем друг друга.. черт! Я хочу сказать, - Саймон нервно потер руками лицо, запустил их в волосы, обнаружив на их месте жесткую щетину, - черт! Я хочу сказать, что… что влюбился в тебя, блять! Нет, ты представляешь, какая херня? Ну, в смысле, у меня совсем от тебя крышу снесло, вот, напрочь – он надеялся, что смех получился не сильно задавленным, и смотрел на ноги Рика, грызя ноготь на правой руке, а левой вцепившись в нитку на брюках и выдирая ее остервенело. И просто не мог поднять свои глаза на него. - Не интересует, - услышал Саймон ровный спокойный голос. Кажется, он даже оглох на несколько секунд, а Рик воспользовался моментом, развернулся и вышел. Когда парень, наконец, поднял глаза, то увидел лишь его спину, которую почти сразу сменила дверь, очертания ее вдруг стали стремительно расплываться… Однажды в детстве он уже испытал по-настоящему сильное горе. Ему было семь, и у него умер пес, с которым он прожил тогда всю свою жизнь. Мама укачивала его на коленях, а он заливался горькими слезами. В жизни Саймона не было Рика, он его не терял несколько секунд назад, как потерял десять лет назад Пушка, но чувства, которые парень испытывал сейчас, были еще острее, еще больнее, невыносимее. Он сел, прикрыв лицо руками, ладони стали влажными, из горла вырвался какой-то гортанный звук. Так не бывает, Господи! Почему так больно?! Он ни на что не надеялся, он никак не зависел от этого человека, почему, Господи, почему же так плохо?! Саймон спустился с крыши около одиннадцати и был очень рад, что никем не был замечен, когда покидал школу. Коннора он тоже по дороге не встретил, хотя надеяться на такую встречу мог только сдвинутый в конец. Он очень устал, его сердце сжалось и, кажется, превратилось в изюм. Хотелось умыться и лечь спать. Что же до Рика... вряд ли они когда-нибудь еще встретятся. Саймон был идиотом, который напридумывал себе невесть что. Лучше бы я весь этот месяц траву курил и поклонялся деревьям… Следующую неделю он прокачивал своего перса в Вар Крафте до 60 уровня. Он был доволен, но ведь это еще не предел… *** Лето было любимым временем года его лучшего друга. В жару они с Барби отрывались по полной. Не дозвонившись до Саймона и на пятый день после выпускного, тот приехал к нему домой. Дверь открыл мистер Сомерхолд. - Здрасьте! Я к Саймону, - улыбался Барби. У него столько было баек припасено для друга с выпускного, Барби еле сдерживал нетерпение. - Они уехали вчера. - Куда уехали?! – Барби прихуел, чтобы бро уехал, не сказав ему?! Да быть не может. - В Ирландию, погостить, к тете. - Ох, епт! Извините, мистер Сомерхолд, неожиданно как-то! – пацан даже не знал, как реагировать. – А надолго? - Его мама скоро вернется, а Саймон… это зависит от обстоятельств. Каких обстоятельств, отец не уточнил. Друг позвонил пятого августа из Бостона, сказал, что поступил, они помолчали немного. Первым не выдержал Саймон, да и Барби был не кремень, он скучал по нему, они же, как братья, черт! Помирились. И хоть Саймон вернулся таким же гиперактивным болваном, Барби видел, что что-то в нем изменилось, что-то ушло, оставалось только надеяться – не безвозвратно. Брат все же не рассказал ему, почему так внезапно и надолго уехал, у Барби осталось смутное ощущение, что лучше отвалить от него с расспросами. Кажется, у них у обоих начиналась новая жизнь, лихие школьные деньки остались позади, впереди намечались еще более лихие – студенческие, но без Саймона, конечно, это будет уже не то.

Конец первой части