Вспомни меня...

- Так, ладно, - Раджив встал, сгребая в охапку пару книг со стола. – Вроде ничего не забыл… Эмм… Тебе, наверно, лучше лечь на кушетку. «Богиня! Как же страшно! А если… если я никогда не проснусь?», - думала Кхуши, медленно продвигаясь к простой кушетке у стены, обитой темной тканью. «Простая семнадцатилетняя девушка из Лакхнау Кхуши Кумари Гупта умерла во время сеанса гипноза, так и не проснувшись…» «О, Богиня! Что мне лезет в голову!», - зажмурившись, девушка, наконец, легла, не выпуская лямку своей холщовой сумки из рук. Но, несмотря на все пугающие мысли и все неприятности, она была готова вот-вот захихикать. Она лежит на кушетке в кабинете психолога и готовится проникнуть в свое подсознание... Видела бы ее сейчас Паяль! А ее школьные подруги! Просто безумие какое-то… Но все же не большее безумие, чем все ее сны и записки. - Так, ладно… - услышала она нервный голос Раджива. «Богиня, сделай так, чтобы мне это только казалось! Он же знает, что делает?!» - Закрой глаза и устраивайся поудобнее. Мы отправляемся в… плавание! – мужчина попытался разрядить обстановку, улыбаясь своей шутке. Скрестив ноги, он облокотился на край стола с книгой в одной руке и ручкой – в другой. Кхуши закрыла глаза и глубоко вздохнула. «Все в порядке… В этом нет ничего страшного. Богиня не позволит чему-либо плохому случиться с тобой…» - Представь, что ты плывешь по волнам, - его голос звучал монотонно и успокаивающе – похоже, он все-таки смог взять себя в руки. – Ты расслабляешься и засыпаешь. Ни о чем не думай. Изумрудные волны окружают тебя, они несут тебя в плавание, ты растворяешься в них… Тебе так хорошо и спокойно… С ее богатым воображением Кхуши было легко все это представить. Сверкающие изумрудные потоки укачивали ее, омывали ее тело, слой за слоем снимая усталость, раздражение, страх, избавляя от всех мыслей. - А теперь ты погружаешься в эти волны все глубже… Тебя окружает пылающий красный цвет. Он проникает в твое сознание, отключает все рецепторы. Тебе очень спокойно и приятно… Ты хочешь спать еще больше… И ты расслабляешься… Слушая этот хриплый приятный голос, Кхуши продолжала плыть. Один цвет сменялся другим, как и говорил этот странный русоволосый мужчина, за которым она наблюдала сквозь неплотно прикрытые веки. «Такой красивый… И добрый… Интересно, кто он?» - Теперь ты погружаешься в волны цвета нежно-голубого неба… - продолжал читать Раджив, не выпуская книгу из руки. – Тебе так спокойно, ничто тебя не тревожит. Я буду задавать тебе вопросы, и ты сможешь ответить на них. Ведь ты знаешь ответы… Так? - Да, - сказала Кхуши. - Отлично. У меня в руке записка, которую ты принесла сегодня. Ты помнишь ее? - Да, - ответила девушка. Конечно, она помнит. - А теперь вспомни то время, когда эта записка была написана. Расскажи мне, как ты писала ее. О чем он просит? Она не писала эту записку! Кхуши почувствовала, как волны сияющего света начали рассеиваться, выпуская ее в реальный мир. - Я не могу… Я не знаю… когда и кто… - Успокойся, Кхуши, - тихо прервал ее Раджив своим мягким монотонным голосом. – Ты все знаешь. Нежно-голубая волна обнимает тебя. Ты расслаблена и можешь ответить на все мои вопросы. Просто скажи себе: «Я должна вернуться назад во времени. Я должна вспомнить, когда написала эту записку». Кхуши послушалась, и ее тело поплыло в обратном направлении в потоках сияющего света. Ее сознание покинуло ее. Но ничего не удивляло девушку. Она не удивилась даже тогда, когда начала падать вниз. Ее не тревожило и то, что она не умеет плавать и может утонуть. «Утонуть? Какая глупость…». - Ты что-то видишь, Кхуши? – настойчиво спросил Раджив. «Кхуши? Неужели это мое имя?». Неожиданно она оказалась в небольшой комнате. Кровать под пологом, свисающие звезды над ней, письменный стол, шкаф… Такое знакомое место… Это… ее комната? - Да. Я вижу… себя, - действительно, за столом она разглядела девушку в белом сальвар-камизе. Длинная черная коса была перекинута через плечо. И этой девушкой была она… «Как можно находиться в двух местах одновременно?» - отстраненно подумала Кхуши. - Так, хорошо… И что же ты делаешь? - Пишу записку, - такой странный этот мужчина… Зачем он спрашивает? Это же так очевидно. Раджив пробубнил что-то себе под нос. Затем задал очередной вопрос: - Зачем ты ее пишешь? - Я… я должна… предостеречь себя… я не могу… не должна… - От чего предостеречь, Кхуши? «Опять это имя… Такое чужое и такое знакомое…». О чем он спросил? Она не знала, что ответить. Кхуши покачала головой. - Что ты чувствуешь, когда пишешь ее? – попытался направить ее Раджив. – Страх? Чего ты боишься, Кхуши? Страх? Она не ощущает страха. Какие странные слова он говорит. У нее совсем другие чувства. - Я чувствую… чувствую… желание… - руки девушки сжались в кулачки, ногти впились в ладони. - И чего ты желаешь? – машинально спросил Раджив, перелистывая страницу книги. - Я хочу… Его… - выдохнула она. – Я не должна, не имею права… Но я не могу отказаться от этого… Раджив закашлялся. - Кого его? - Солнце... Мое солнце и звезды… - сдавленное рыдание сорвалось с губ. Во рту неожиданно пересохло. – О, Богиня! Так много времени прошло… так давно я не ощущала его руки на своем теле… такие сильные руки… его губы, целующие меня… Ее сердце забилось быстрее, отбивая бешеный ритм, дыхание участилось. Тело сотрясала мелкая дрожь, на лбу выступила испарина. Щеки полыхали румянцем, губы что-то бессвязно шептали… Жар охватил все ее тело. Откуда-то из глубины груди рвались рыдания. Книга выпала из рук Раджива, и он не стал поднимать ее. Пальцы с силой сжимали спасительную ручку, грозя переломить ее напополам. Он был поражен изменениями, произошедшими с юной невинной девушкой, лежащей перед ним, в его кабинете. Поражен и напуган. - Кто… кто он? – все же смог спросить он, стараясь взять себя в руки. - Я же сказала! Мое солнце и звезды… - ответила Кхуши как само собой разумеющееся. – Моя любовь… Моя жизнь… - Хмм… - многострадальная ручка перекочевала в рот психолога. – Это… твой бойфренд, Кхуши? «Бойфренд? Как этот человек смеет называть Его таким примитивным словом?». - Он мое дыхание! Я люблю его… не могу не любить… Но он убьет Его… Тот, другой, убьет его! - Черт! – пробормотал Раджив. Зря он все это затеял. Но пути назад уже не было. Поэтому, глубоко вдохнув, мужчина снова обратился к девушке: - Кто кого убьет? Кхуши выдохнула воздух. Все ее нутро охватила ненависть, прогоняя желание. Жгучее, черное чувство, способное разрушить все на своем пути. - Он абсолютное зло, - заговорила она, словно выплёвывая слова, - его душа черна как непроглядная ночь. В его сердце царит тьма. И он хочет убить Его! Потому что… я люблю Его… - Убить? – «Убей его!» - всплыла в памяти Раджива одна из записок девушки. Руки его нервно зарылись в густые волосы на голове, взъерошивая их. - Уже убил… - О Боже! – «В книгах ничего про это не говорится! Что же делать? Что делать?». – Эти… два парня… Они ссорятся из-за тебя, Кхуши? - Да. - Кто они, Кхуши? Как их имена? Девушка задумалась… - Я не знаю, как их зовут в этой их жизни. И не помню, как звали в прошлой… - Ничего себе! – пробубнил Раджив, приходя к выводу, что здесь все гораздо запущеннее, чем он предполагал. – Ты хочешь сказать о… о… реинкарнации? Переселении душ? И ты… ты тоже… эмм… вернулась?.. - Да, - кивнула девушка. – Именно так.