Территория (Territory)

П/п (ну, как бы обращение к читателям): «Hierarchy’s Imperial Crest» я изначально перевела как «Крест Императорской Иерархии». Аннаэйра предложила вариант, который звучит более точно: «Императорский Крест Иерархии».

* * *

Было уже поздно, но учитывая, каким «спокойным» был ее сон в последнее время, Шепард не сильно волновало то, что сейчас она не спала, даже оставаясь не в самом бодром состоянии. А вот Трейнор вечно начинала поднимать бурю в стакане (или еще хуже, шла ябедничать прямо Чаквас), когда ловила Шепард на том, что та вместо того, чтобы отдохнуть, шаталась черт знает где. Поэтому в данный момент Шепард пряталась в командном зале с кружкой горячего кофе на столе рядом с ее личным терминалом. В помещении почти никого не было, только пара охранников и Примарх Виктус. Рекс, как обычно, убежал проверить Еву – без конца беспокоящийся кроган, в котором время от времени просыпалась паранойя, стабильно повторял это каждый час. Шепард немного беспокоилась насчет Примарха, но сейчас она была не в том настроении, чтобы начинать с ним склоку. Он, вероятно, полуночничал по тем же самым причинам, по которым это делала она, к тому же турианцам не требуется столько же сна, сколько нужно людям, если судить по Гаррусу. Гаррус, хм-м. Была еще одна проблема, которую следовало обдумать и которая была не менее заковыристой, чем задача отыскать как можно больше инженеров для проекта Горн. «…и-и-и вот почему у Альянса есть все эти правила касательно личных отношений между сослуживцами. Черт», – Шепард потерла глаза руками и сделала еще один глоток кофе. Гаррусу придется подождать. – «Больше внимания на спасение чужих жизней, солдат. Меньше - на странное поведение твоего любовника». - Коммандер? Дьявол. А вот и Примарх. Шепард нацепила самое профессиональное выражение лица – одному Богу известно, где она его подобрала, – и повернулась к бывшему генералу, по воле обстоятельств вынужденно ставшему дипломатом. - Примарх. Чем я могу Вам помочь? Примарх не выглядел так, будто хотел снова отправить ее на миссию, утаив большую часть подробностей. В этом случае он стоял бы во весь свой немалый рост и с идеально ровной спиной, внушая уважение и, может, капельку устрашения. Но сейчас руки Примарха были скрещены на груди, и он опирался на край стола, окружавшего схемы Горна. Пожалуй, вид у него был любопытствующий. - Мне думалось, Вашей расе необходимо большее количество отдыха, чем используете Вы. О нет. И он туда же? - Я ценю Ваше беспокойство, Примарх, – ответила она, – однако сделать необходимо многое, а времени - в обрез. - Понимаю, коммандер, – но по его голосу было очевидно, что данная ее фраза не была воспринята им как намек на конец разговора. – Я бы хотел кое о чем узнать у Вас, если Вы не возражаете. - Буду рада ответить на любые Ваши вопросы, Примарх. В пределах разумного. Примарх благодарно кивнул. - Это касается ваших отношений с Гаррусом Вакарианом, – начал он, и Шепард поборола дрожь от пробежавшего по коже холодка. Примарх ступал по очень тонкому льду. – Какова их природа? Шепард сделала глубокий вдох и повернулась всем корпусом, оказываясь к Примарху лицом к лицу. Она знала, что нужно было поддерживать зрительный контакт, и старалась дышать ровно и спокойно. Еe курсы по ксенопсихологии вылились в то, что ей приходилось постоянно вступать в различные переговоры, но у нее было такое чувство, что прямо сейчас, в этой конкретной ситуации, было не менее важно не показывать своей слабости. - Примарх, я полагаю, Вы понимаете, что нет ни единого шанса, что я смогу ответить на данный вопрос, не вызвав ни дипломатического инцидента, ни проблем у моего друга. Я надеюсь, Вы не будете дальше развивать эту тему. - Тогда, может, я смогу спросить о том же, но не как Примарх? – Виктус отцепил что-то от воротника и опустил на стол между ними; это была платиновая брошь, имевшая форму Креста Императорской Иерархии. – Теперь я всего лишь уже немолодой турианец, который наблюдал определенное поведение одного из своих подчиненных - возможно, даже близкого друга - и заинтересован в том, чтобы помочь ему не попасть в неудобное положение. - Поведение? – Шепард откинулась на спинку своего кресла. – Кто-то однажды сказал мне, что турианцы… хм… менее скованны в общении, чем люди. Если вы имеете в виду тот факт, что Гаррус - мой партнер в отношениях, то тогда вам следует знать, что это ни в коей мере не повлияло на качество его работы. По человеческим меркам Гаррус - лучший пример профессиональной сдержанности. - То, о чем я говорю, вероятно, более заметно для другого турианца, – Примарх усмехнулся. Усмехнулся! – Я не пытаюсь создать проблему там, где ее нет, коммандер Шепард. Язык тела у наших видов значительно отличается, и поскольку юный Вакариан порой недостаточно ясно выражает свои намерения, я подумал, что, возможно, вам не хватает информации касательно некоторых аспектов нашего социального поведения. Что еще важнее, мне кажется, что у вас есть вопросы, но вам некому их задать. - Я… – Шепард оборвала машинально сорвавшееся с губ отрицание. Она напомнила себе, что турианцы никогда ничего не делали из вежливости. Если Примарха интересовало, было ли что-то, что она хотела бы узнать, то он точно собирался все ей разъяснить. – Пожалуй, у меня есть вопросы. Хотя скорее я просто не могу уловить сути. С недавних пор Гаррус начал делать кое-что, что ставит меня в тупик. - Да, я так и думал, – Примарх одобрительно кивнул ей. – Продолжайте. Шепард пару мгновений молчала, собираясь с мыслями. - Гаррус стал… оставлять свои вещи. В моей каюте. Мелочи всякие, вроде инструментов или какие-то части своей брони, которые он обычно не использует. Я нахожу их там, где они вообще-то не должны лежать и где на них натыкаешься не сразу же, но не то чтобы он их прятал. Если бы он был человеком, я бы сказала, что так он придумывает поводы вернуться снова, но мы уже прошли тот этап, когда ему понадобилось бы поступать подобным образом. - Я полагал, что все обстоит именно так, – загадочно протянул Примарх. – Вы уже обсудили это с ним? - Пока нет. Я пыталась выяснить, что за этим стоит, прежде чем поднимать эту тему. Вы можете что-нибудь посоветовать? Примарх слегка отвернулся. - Его поведение… Ну, это, прямо скажем, несколько по-детски, но Вакариан еще молод, – он покачал головой. – По нашим меркам, разумеется, хотя он и немного старше вас. Наши мужчины взрослеют очень медленно. Это одна из причин, по которой наши люди находятся на военной службе до тех пор, пока не достигают тридцатилетия. Я полагаю, вы уже заметили, что турианцы - существа территориальные. Шепард припомнила, как Гаррус отказывался покидать Главную Батарею за исключением тех случаев, когда присоединялся к отправлявшейся на очередную миссию группе, еще когда «Нормандия» (технически) была фрегатом «Цербера». Другим местом – единственным – где он проводил свое время, была ее каюта, но появлялся он там лишь после того, как она звала его. Она надеялась, что его вера в ту связь, что объединяла их двоих, станет достаточно крепкой, чтобы он приходил к ней сам, без приглашения, или когда ее там не было, но этого так и не произошло. Даже после того как он вернулся на «Нормандию» с Менае, он направился в так хорошо знакомую ему часть корабля и вновь начал обустраиваться там. После этого она порой обнаруживала его болтающим о всяких пустяках с Лиарой и курсантом Коупландом в комнате отдыха. По ее мнению это был хороший знак; он чувствовал себя комфортно теперь, когда команда Альянса вновь была на борту… и все же он не переступал порога ее каюты, если не было соответствующего приглашения, что делало его поведение еще более непонятным. - Заметила, – вслух согласилась она, не указывая на тот факт, что и сам Примарх по большей части оставался в конференц-зале. - Что же касается наших женщин… Тут все хуже раз в десять. Вот почему вы никогда не увидите их за пределами нашей системы, – Примарх неопределенно махнул рукой. – Процесс ухаживания в нашей культуре невероятно тернист и заковырист, в особенности учитывая то, что физическая близость отнюдь не является обязательной для формирования пар, как это бывает у людей. Вакариан относится к вам как к турианке и проверяет ваши отношения. - Проверяет? – Шепард нахмурилась, не будучи в состоянии скрыть свою растерянность. Уж в чем она сейчас точно не нуждалась, так это в том, что ее партнер вел какую-то двойную игру [1] и не был с ней откровенным; только не когда Жнецы вознамерились стереть с лица вселенной всю ее расу. Примарх коротко кивнул. - Он собирается узнать, каковой будет ваша реакция, когда вы поймете, что он, так сказать, вторгается на вашу территорию. Если вы дадите понять, что вам не по нраву эти действия, он отступится. Ну, а если промолчите, то… - То что? Взгляд Примарха, направленный на нее, был серьезен. - Если своим поведением вы намекнете ему, что ничего не имеете против того, чтобы он стал неотъемлемой частью вашей жизни - и, следовательно, вашей личной территории - то тогда он, возможно, поднимет ваши отношения на новую ступень. Он уже делал поползновения в эту сторону, когда вы находились в окружении других турианцев. Генерал Коринфус сообщил мне, что он фактически предъявил на вас свои права перед лицом целого взвода. Шепард моргнула. - Примарх, он же мне просто руку пожал. - Вместо того чтобы отдать вам честь, к тому же это видели еще солдат двадцать, плюс генерал. И это было не быстрое рукопожатие, он накрыл вашу кисть ладонью, – Примарх кашлянул (правда, это было подозрительно похоже на смешок). – С тем же успехом он мог прямо там просто поставить свое клеймо вам на задницу. Она покраснела? Боже, Шепард надеялась, что нет. До того как осознала, насколько была поражена и тронута той тщательно сдерживаемой любовью, которую продемонстрировал по отношению к ней Гаррус, когда они встретились на Менае. Сейчас она начала понимать, что ей определенно не хватит знаний, чтобы по полочкам разобрать все, что он сделал. - В таком случае пребывание на корабле в окружении людей вам, вероятно, кажется странным, – произнесла она. Виктус только повел плечами. - Я провел исследования касательно поведения представителей вашего вида. Большинство генералов нынче поступают так же, особенно после «Инцидента с ретранслятором 314». Я знаю, что не каждый человек на борту вовлечен в сексуальные отношения, однако порой кажется, что все обстоит именно так. Ваша раса легко демонстрирует свою привязанность на публике, чего не скажешь о турианцах. - Тут все дело в смысле, который стоит за этими проявлениями чувств: простые прикосновения для людей - обычны, а для турианцев - нет, да и значений у них невероятно много. - Да, я всегда так и думал, – согласился Виктус. – Теперь, полагаю, вы понимаете мое беспокойство. Вакариан уже не так безрассуден и горяч, нежели раньше, по крайней мере, именно к таким выводам я пришел из его поступков. Но я здесь как друг, Шепард. Я посчитал необходимым вмешаться в том случае, если имели место какие-либо… недопонимания между нашими видами. - Я ценю вашу заботу, Примарх, – и это действительно было именно так. - Просто пока что будьте осторожны, коммандер, – Виктус поднял свою брошь со стола. – Если вы решите принять его, то вам придется быть осмотрительной рядом с другими мужчинами, в особенностями с теми, которые, как и вы, являются людьми. Не ставьте Вакариана в такое положение, когда его инстинкты перевесят здравый смысл. Есть кое-что, что вам следует знать как его руководителю и командиру: вы можете сохранить ваши отношения и честь, но будьте готовы к тому, что на пути вам попадется несколько минных полей. - Буду иметь это в виду, Примарх. Адриан Виктус на мгновение замер, уже наполовину приколов Крест обратно. - Благодарю вас, коммандер. Я… сожалею, что не доверился вам раньше. Возможно, мой сын был бы сейчас жив, получи вы изначально всю необходимую информацию. Я надеюсь, что в будущем мы не повторим подобных ошибок. - Я тоже надеюсь на это, – тихо ответила Шепард, – и на то, что у нас будет будущее, в котором мы все не будем повторять таких ошибок. - Как и я, коммандер. Как и я.

* * *

Позже – гораздо позже, поскольку войны имели неприятное свойство в разы увеличивать количество всяческой бумажной волокиты, а вовсе не уменьшать ее, – Шепард наконец вернулась в свою каюту и позвала Гарруса. Тот появился, одетый в гражданское, неся пару бутылок пива, которые он почти наверняка стащил из бара, но застыл на месте, увидев разбросанные на ее кровати ранее оставленные им вещи. - Ха, – он опустил свою контрабанду на кофейный столик и подошел поближе, чтобы посмотреть, что она делает. От внимания Шепард не ускользнуло то, что первым делом он как можно незаметнее метнул быстрый взгляд под кушетку, где припрятал пару тяжелых боевых перчаток «Армакс Арсенал», наполовину разобранных. Ей показалось, или его плечи слегка опустились, когда он обнаружил их отсутствие? – Что, затеяла уборку, Шепард? – спросил он подозрительно спокойным и небрежным голосом. - Что-то вроде того, – отозвалась Шепард. – Начала находить всякие вещи по всей каюте: под диванчиком и на самой верхней полке над моим письменным столом. Бардак меня раздражает, так что я подумала, что могла бы освободить ящик или два, чтобы сложить их туда. А то у меня такое ощущение, что ганни Эллисон [2] вот-вот выскочит из-за угла и намылит мне шею за то, что комната обставлена не по уставу. Пожалуй, если бы турианцы были способны краснеть, у Гарруса бы точно горели щеки. Шепард притворилась, что ничего не видела, и прибавила: - Тебе стоит принести сменную одежду, случай-то подходящий. Уверена, если постараюсь, то смогу найти место для всех твоих вещей. - Так и сделаю, – голос Гарруса прозвучал очень близко, практически над ее ухом, так что она не удивилась, когда его руки обвились вокруг ее талии. Шепард расслабилась в его объятиях. Она провела много времени, раздумывая над словами Примарха, о своих чувствах и о том, чего она хотела от этих отношений. Если Гаррус будет иметь что-то против того, чтобы «подняться на новую ступень», то нестрашно. Она переживет. А если не будет… Ну… Она уже получила свой ответ. [1] В оригинале говорится «head games». Данное выражение обозначает, что партнер в отношениях не полностью честен, намеренно заставляя другого чувствовать неуверенность и растерянность или манипулируя им. [2] В оригинале старшего инструктора полигона сержанта Эллисон Шепард назвала «Gunny Ellison». В игре это прозвище Шепард упомянула в разговоре с Эшли, но я забыла, как оно звучало в русской версии, а найти это место в своем прохождении не смогла. Долгое время не знала, как правильно перевести. Пользователь Артемис Энтрери объяснил ниже в комментарих, но я так же скопирую сюда. «Звание Эллисон - ганнери-сержант, сокращают до "ганни" (не переводится, сержант артиллерии как рода войск равного звания - это сержант первого класса), судя по всему, Альянс для своего десанта использует звания Корпуса морской пехоты США. Это достаточно высокое сержантское звание, примерно аналогичное нашему старшему сержанту на должности заместителя командира взвода. Так же чаще всего именно ганнери-сержанты становятся инструкторами для молодого пополнения - дрилл-сержантами (в разговоре сокращают до "дрилла") (это должность, не звание). Самый яркий пример - прапорщик Дыгало из "9 роты" в США был бы скорее всего ганнери-сержантом на должности дрилл-сержанта».