SOS

Я всегда не любила дождь. Конечно, в тех случаях, когда я сидела дома, укутанная в плед, а в руках держала чашку горячего зеленого чая, мне было абсолютно без разницы, какая на улице погода. Но сейчас я ехала в машине по малознакомому городу, а по лобовому стеклу долбили крупные капли воды, заставляя меня все больше нервничать. Вообще, водить явно не было моим призванием – я даже в детстве не любила картинги и все, что с ними связано. Но права получить все же пришлось из чисто рациональных соображений, и, как ни странно, получила я их без особого труда. Тем не менее, на дороге я часто нервничала, а в плохую погоду старалась не выезжать - к сожалению, иногда планы строились задолго до того, как прогноз погоды успевал меня оповестить о неблагоприятных для моей езды условиях. Я сворачиваю направо – еще немного и буду дома, ну, точнее в том месте, что является временным домом. Дождь немного стихает – это успокаивает, может, через какое-то время и вовсе прекратится. На панели высвечивается время, напоминая мне о том, что скоро стемнеет, а значит, наступит мое любимое время суток. Настроение резко улучшается. Когда до дома остается совсем немного, то я замечаю машину, которая видимо заглохла посреди дороги. Дождь все еще идет, пусть и не такой сильный, но какой-то парень все равно стоит, нагнувшись над капотом. Мне бы проехать мимо, но я вспоминаю, что этот городок – настоящая глушь, вдруг ему нужна помощь? Если так, то не факт, что даже спустя минут двадцать здесь кто-то продет после меня. Проехав чуть дальше, я останавливаю машину и, открыв дверцу, высовываю голову. — Эй, привет! Машина сломалась? Парень дергается, словно даже не видел, что я проезжала мимо. Он щурится от дождя и смотрит в сторону моей машины. — Заглохла, — обреченно выдыхает он. — Ты звонил в мастерскую? Парень отрицательно мотает головой. Вау, я знала, конечно, что для парней их машина – это все, к тому же, этот джип и правда выглядит славно – я даже чуть-чуть завидую – но так расстраиваться из-за груды металла? Я отказывалась понимать мужскую логику. Может, если бы этот незнакомец не казался мне таким расстроенным, то на этом бы я закончила разговор и вновь заторопилась бы домой – в тепло и уют, но оставить человека в таком состоянии было для меня невозможным. Я вышла из машины и двинулась в сторону джипа. Его владелец вновь склонился над капотом, рассматривая какие-то трубочки и прочие непонятные для меня вещи. Оказавшись рядом с ним, я заметила, что парень вымок до нитки и практически дрожал. — У тебя есть телефон? — поинтересовалась я, потуже затягивая кардиган. — Или я могу позвонить в автосервис... — Да, у меня есть телефон, — рассеяно сказал он, дрожащими руками отматывая изоленту. — Ну и? Я в ожидании уставилась на парня, и тот, почувствовав мой взгляд, наконец, встретился со мной глазами. Что-то в сердце жутко защемило. Его янтарные глаза сквозили такой болью и отчаяньем, что мне даже стало не по себе. Какая-то внутренняя доброта подталкивала меня к тому, чтобы обнять его – глупо, конечно, но я правда хотела прижать к себе этого мокрого незнакомца и прошептать ему на ухо, что все будет хорошо. — Ты будешь звонить в мастерскую? — стуча зубами – то ли от холода, то от нахлынувших чувств – спросила я. — Да, да... Я просто думал, может, сам. — Сам ты, судя по тому, как вымокла одежда, давно торчишь здесь и ничего не смог сделать – без обид. — Какие уж обиды, — с горькой ухмылкой отвечает парень, — Я Стайлз. — Кэти, — я протягиваю руку, и он ее легко сжимает. — Ты весь холодный. Бери свои вещи, позвонишь из моей машины, а я подвезу тебя... ну, куда тебе нужно. — Нет-нет, не стоит... Но я ничего уже не слушаю и, сделав непонятный жест рукой, бегу к своей машине. Кардиган уже вымок, поэтому я снимаю его, оставаясь в тонкой майке, и сразу чувствую как от холода по телу бегут мурашки. Приходится включить печку, чтобы хоть как-то согреться. Смотрю в зеркало заднего вида – Стайлз копошится в своей машине и, слава богу, уже внутри, а не снаружи. Бедный парень – он же весь промок! Я оглядываюсь на задние сиденье – ничего такого, что могло бы помочь, то есть ни пледа, ни кофты, ни полотенца, да и откуда бы им взяться. А собственно, почему я так переживаю за него? Можно подумать, симпатичных парней я не видела... Тут же приходит понимание, что я оценила его на каком-то подсознательном уровне. Да уж, идиотка. Со стороны пассажирского сиденья мелькает тень – Стайлз. Он стоит и мнется около машины, поэтому приходится опустить стекло. — Садись, чего стоишь, — говорю я, и он, улыбнувшись, садиться внутрь. Закрыв окно с его стороны, я трогаю машину с места. — Ну так что, куда тебя везти? Парень смотрит вперед, теребя в руках мобильник – кажется, он очень нервничает. Я стараюсь, глядеть прямо на дорогу, но как-то выходит, что я все время снова и снова поворачиваюсь к нему. Вот же черт! — В участок, к шерифу, — отрывисто отвечает Стайлз. Я смотрю на него – да-да снова – с недоверием. Какой уж ему участок? Он ведь вымок, нервничает, того и гляди заболеть может. — Стайлз, — негромко и как можно более мягко говорю я, — наверное, это не мое дело, но я не думаю, что сейчас тебе стоит ехать в участок. Парень перепугано смотрит на меня, словно я ему сообщила что-то крайне ужасное или выведала все его тайны. Вероятнее всего, второе, потому что судя по виду – ему есть, что скрывать. Боже, это ведь действительно не мое дело! И зачем я только в это лезу? — Ты выглядишь жутко нервным, что бы там не случилось, это подождет до утра. Все проблемы всегда лучше решать на трезвую голову. — Я и не пьян. С чего ты вообще это взяла? Я закатываю глаза и усмехаюсь – вот уж простая душа. — Это выражение такое. Чтобы обдумать все, нужно время. К тому же, ты промок – вероятность того, что ты заболеешь, весьма высока, особенно учитывая погоду в этом городе. Так что, может, тебе лучше домой? Я снова гляжу на парня, как и он на меня. Стайлз смотрит растеряно, словно человек, который в чем-то очень запутался. — Может, это что-то ужасное. Может, это не подождет до утра. — Все ужасное относительно. — Ты думаешь? — на его губах снова та горькая ухмылка. — Знаю. — Но, если я совершил что-то ужасное... Стайлз говорит это шепотом, и это, наверное, тот момент, когда я должна становить машину, вытолкать его вон и позвонить копам. Ну, или сделать как он и просил, и отвезти его в участок. Я наверняка должна его бояться, ведь никто не знает, что такого ужасного он мог совершить, но не боюсь. Точно идиотка. — А это ужасное... ты это планировал? — Нет, совсем нет. Так просто...вышло. — То есть, ты не виноват, что обстоятельства так сложились? — Нет, виноват. Я это сделал... Я этому способствовал. Просто не думал, что так получится. — То есть ты не хотел того, что случилось? — Нет, скорее всего нет. — А ты мог поступить иначе? — Наверное, но я не знаю, что тогда было бы, возможно, все закончилось бы... — Хуже? Или лучше? — Хуже, для некоторых людей. Не думаю, что мой допрос с пристрастием особенно помог, но Стайлз все же задумался, словно пытался разобраться в какой-то головоломке. Я судорожно пыталась придумать, что спросить еще, чтобы убедить его, что он ни в чем не виновен, что было весьма глупо, потому что я совершенно не знала так ли это. — Тебе нужно обо всем подумать, Стайлз. Что бы ужасное ты не совершил – ты не хотел, чтобы это случилось, и это произошло случайно. Так что твоей вины в этом нет. — Но если я чувствую облегчение, после того, как это произошло? — Это нормально, учитывая тот факт, что не случись это, то некоторым людям могло стать хуже. Тем более, если эти некоторые – дорогие тебе люди. Не в силах совладать с собой, снова гляжу на парня – тот кивает головой, словно соглашается со мной. Может, я смогла его переубедить? — Мой друг считает, что я не должен был так поступать. — А твой друг был там? — Нет, но ему рассказали... — Рассказали! — Вот уж точно – простая душа. — А сам ты ему все объяснил? Ты уверен, что ему правильно все рассказали? Я имею ввиду, у каждого ведь своя версия произошедшего. Может, если брать в расчет то, как ему изложили события, то его точка зрения уместна. Просто поговори с ним сам и расскажи, как все было, и почему ты так поступил. Я решаю не говорить, что все равно считаю его друга тем еще козлом. Но зато до Стайлза, кажется, начинает понемногу доходить вся ситуация – его лицо преображается, на нем появляется надежда. — Да, да, ты, конечно, права. — Ну так что, все еще к шерифу? — спрашиваю я и замечаю улыбку на губах парня. — Нет, лучше домой. — Хорошо, показывай дорогу. Мы обмениваемся улыбками, и Стайлз начинает мне говорить, куда ехать. Не знаю, помогла ли я ему, но он определенно расслабился. Чтобы ни случилось – а случилось что-то серьезное – ему нужно все обдумать, а пока, я задавала ему рядовые вопросы, на которые он отвечал порой с легким сарказмом, а иногда глупыми шутками, которые были вовсе несмешными, но я отчего-то смеялась. К концу поездки мы оба уже совсем забыли о том, что обсуждали вначале. С лица парня не сходила улыбка, а глаза искрились весельем, и такой Стайлз мне нравился еще больше, поэтому, когда мы оказались у его дома, мне даже стало как-то тоскливо, совсем не хотелось его отпускать. — Ну, спасибо за то, что помогла. Ну и за... В общем, за все. — Нет проблем, всегда рада помочь, — мне хочется сказать что-то еще, попросить его номер телефона или типа того, но я боюсь и стесняюсь, поэтому продолжаю молчать и глупо улыбаться, надеясь, что, может, он спросит сам. Но он ничего не спрашивает, а лишь бросает короткое «пока», прежде чем выбраться из машины. Я провожаю его взглядом, пока в душе комом разрастается непонятно откуда взявшаяся грусть, даже плакать отчего-то захотелось. Дождь уже прекратился, и я думаю о том, что быстро доеду до дома, хотя все еще продолжаю стоять на подъездной дорожке у Стайлза. Прикрыв на секунду глаза, кладу голову на руки, которые сцеплены на руле. Видимо, у него есть девушка или я не слишком хороша собой – хреново в любом случае. Я вздрагиваю, когда слышу стук в окно. Стайлз глядит на меня все с такой же широкой улыбкой, и я не могу не ответить тем же. Пока я опускаю стекло, в душе рождается надежда, хотя разум продолжает твердить, что он вероятно просто что-то забыл. — Кэти... — Да? — Я тут подумал, ну, в общем... ты же мне помогла, и я должен тебя отблагодарить...вот...так что может, ты позволишь мне как-нибудь угостить тебя кофе? Мне хочется кинуться ему на шею от радости, и вовсе не важно, что нас разделяет дверца моей машины. Стайлз слегка краснеет и переминается с ноги на ногу, словно ему с трудом дается этот диалог. От осознания этого моя улыбка становится еще шире. — Конечно, — отвечаю я и ловлю его удивленный взгляд, будто он не ожидал, что я соглашусь. — Да? Ну, круто. Отлично. Тогда, может, завтра? Скажем часов в шесть, в центре? — Без проблем. — Тогда до завтра? — До завтра. Парень еще раз улыбается и отходит в сторону, чтобы я могла выехать, но не уходит. Я осторожно вывожу машину обратно на дорогу и оборачиваюсь, чтобы еще раз поглядеть на Стайлза. Он замечает мой взгляд и машет рукой – делаю тоже самое и уезжаю. Все-таки неплохо иногда помогать людям.