call it what you want

I Впервые они встретились в маленьком старомодном кафетерии, расположенном недалеко от кампуса. Тем утром будильник Зейна не включился, в результате чего он опаздывал в университет, и в результате чего он надел первую попавшуюся белую рубашку (надеясь, что она чистая) и не привел волосы в порядок, в результате чего он пропустил свой утренний кофе, который, наконец, привел его в кофейню перед началом занятий. Ох, и это так же привело к тому, что он ругался как черт. Когда они впервые встретились, Найл был веселым и громким, и он тоже был в кафе, а Зейн все еще не понимал, как он мог его не заметить сначала в то утро. Тогда, когда они впервые встретились, Найл пролил кофе Зейна на его чистую белую рубашку. Можно было бы сказать, что это произошло в замедленной съемке, но это не было достаточно медленным, чтобы Зейн мог предотвратить случившееся, потому что если бы он мог, ничего бы не случилось. Он только заплатил за свой крепкий черный кофе, разворачиваясь и направляясь к двери, чтобы вовремя прийти в аудиторию, когда пучочек с золотыми волосами и голубыми глазами появился на его пути, оказавшись между самим Зейном и дверью, из-за чего смуглый парень пролил свой кофе на свою рубашку. — Эй, смотри по сторонам, идиот! — закричал Зейн, но было уже слишком поздно, он почувствовал обжигающую жидкость, которая запятнила его безупречную рубашку, и Зейн даже не пытался сдерживаться, вздрагивая от жжения на коже. — О черт, прости, чувак, ты в порядке? — спросил блондин, и Зейн заметил, что у него, по крайней мере, есть совесть, чтобы чувствовать вину. Младший парень начал нервно вытирать рубашку Зейна салфеткой, но у Малика не было времени на это дерьмо. Он опаздывал в аудиторию, он был в грязной рубашке и у него не было его чертового кофе. — Я в порядке, отвали от меня, ладно? — сказал он в своем самом неприятном тоне, отталкивая парня подальше, чтобы выбросить свой пустой стакан в мусорное ведро. Он заметил грустный взгляд блондина, но у него не было времени, чтобы думать об этом, если честно. — Я Найл, — парень представился, а Зейн сдерживал себя, чтобы не закатить глаза, когда Найл протянул руку для приветствия. — Ага, а я опаздываю, — ответил он и проигнорировал руку, протянутую ему, разворачиваясь и снова направляясь к двери, но на этот раз без кофе. — Подожди! — Найл остановил его, когда он уже хотел выйти за дверь, схватив Зейна за руку. — Могу... Могу ли я взять твой номер? Ну, понимаешь, поскольку я должен тебе кофе и, возможно, новую рубашку, — он улыбнулся Зейну, почесав затылок. Его щеки покраснели, а глаза засияли. Зейн заметил его розовый язычок, маленькие губы и множество веснушек на шее. И вдруг, Зейн увидел в парне милого флиртующего Найла, вместо Злого Проливателя Кофе Найла, и впервые за это утро, Зейн ответил парню улыбкой. И каким-то образом он убедил себя, что когда он дал этому парню свой номер, это было только из-за пролитого кофе. II — Ты пытаешься отвлечь меня? — Зейн спросил своего парня, не отрываясь от учебников. Его скоро ждет важный экзамен, и он точно не позволит блондинистому ирландскому засранцу испортить его сессию. Прошло три месяца, инцидент с кофе давно прощен с помощью двух поцелуев, а сейчас парни наслаждаются вечером в комнате Зейна в общежитии. Ну, Найл наслаждается вечером со своим парнем, пока Зейн пытается подготовиться к тесту по экономике. Они оба лежат на кровати Зейна, Малик уткнулся в свои конспекты, пока Найл смотрит телевизор и играет с волосами Зейна. — Я не понимаю, о чем ты говоришь, — невинно ответил он, все также уставившись в экран телевизора, когда переместил свою руку Зейну на бедро. Найл ухмыльнулся, почувствовав, что Зейн перестал дышать, когда он крепко вцепился в бедро своего парня. — Ты маленькая дрянь, — Зейн выдохнул, когда рука Найла двинулась дальше вверх по бедру. Малик так сильно вцепился в книгу, что костяшки его пальцев побелели, как и верхняя губа от его зубов. — И что ты с этим сделаешь? — спросил Найл, прижимаясь губами к уху Зейна, покусывая мочку. Он знал, что Зейн не может устоять перед этим. — Блять, Найл, — заскулил он, когда блондин начал гладить его член через спортивные штаны, а его уже давно позабытые учебники лежали рядом с ним. — Блять, не останавливайся, — молил он. Найл ускорил темп, поглаживая эрекцию своего парня через штаны. — Тебе нравится, да? — выдохнул он в ухо Зейна, а затем опустился ниже, чтобы оставить поцелуй на шее Малика, когда тот нетерпеливо кивнул. То, что случилось дальше, случилось слишком быстро для Зейна, чтобы что-нибудь понять. Он понял только то, что Найл внезапно убрал свою руку с его члена, и отстранил лицо от шеи Зейна, игнорируя звук протеста, исходящий изо рта старшего парня, когда он поднялся с кровати, направляясь в ванную. — Что за хуйня, Найл? — с налитым кровью членом, в недоумении воскликнул Зейн в спину своего парня. Затем Найл повернулся лицом к Малику с хитрой улыбкой на губах. — В чем проблема, дорогой? — он похлопал ресницами, а Зейн закатил глаза. — Разве ты не должен сейчас готовиться к экзамену? — он подмигнул и закрыл за собой дверь в ванную. И да, у Зейна все еще была огромная проблема в штанах, о которой надо было позаботиться, но как только он услышал шум текущей воды, он с обожающей улыбкой выкрикнул «Ты идиот!». И когда отчетливый смех Найла раздался из ванной, Зейн не мог сделать ничего больше, кроме как нежно покачать головой на поведение своего парня, уже думая о том, как вернуть его обратно. III Зейн наблюдал за тем, как Найл нервно провел рукой по своим волосам, казалось, в миллионный раз за этот вечер. Они ужинали печально известной пастой Найла (единственное блюдо, которое он умел готовить, если честно) в маленькой кухне такой же маленькой квартиры блондина. Свечи были единственным светом в комнате, но это не помешало Зейну заметить хмурое лицо Найла. — Все в порядке, любимый? — спросил он, положив свою ладонь на ладонь Найла, но парень отдернул руку и уставил глаза в тарелку, что обеспокоило Зейна еще больше. Все, что он получил в качестве ответа, это кивок, когда Найл отправил очередную порцию пасты в рот, наполняя его и не давая Зейну ни единого шанса нормально с ним поговорить. Они вместе уже на протяжении восьми месяцев, и еще ни разу, за эти восемь месяцев, Зейн не видел, чтобы Найл вел себя так странно. Он терпел тишину какое-то время, пока это не стало невыносимо. — Ладно, что не так? — он уставился на Найла, давая понять, что говорит серьезно, он хотел знать, что же произошло между ними. Найл потянулся за новой порцией спагетти, но на этот раз Зейн оказался проворнее, отодвигая подальше тарелку с пастой. — У нас все хорошо? Ну, ничего не случилось? — спросил он снова, а его брови приподнялись в беспокойстве. Что-то вроде вины, казалось, было в выражении лица Найла. — У нас все отлично, — вздохнул Найл, избегая глаз Малика, а сердце Зейна просто рухнуло куда-то вниз. Его бесит то, что Найл ведет себя так, словно они незнакомцы, и тот факт, что он явно пытается избегать взгляда Зейна, делает ему больнее всего. — Ты уверен?! — Зейн повысил голос. — Потому что я, если честно, не думаю, что у нас сейчас все отлично! — он сжал свои волосы в руке, пытаясь оставаться спокойным, но это было тяжело, когда Найл выглядел таким стойким и непоколебимым. Найл просто молчал, а Зейн бесился еще больше. — У нас должен был быть супер романтический ужин, и мы должны были повеселиться, но все, что ты делаешь весь вечер, так это игнорируешь меня! — Зейн кинул свою вилку на тарелку, разбавляя молчание Найла. Зейн опустил голову на свои руки, устало потирая лицо. Затем он посмотрел вверх, фокусируя взгляд на голубых глазах Найла, открывая рот, чтобы задать вопрос, который вертелся на языке. — Это я, Найл? Я сделал что-то не так? Найл быстро поднял голову, а его зрачки расширились, когда он судорожно замотал головой, шепча «нет, нет, нет, нет, нет» себе под нос, словно мантру, взглядом умоляя Зейна простить его. — Ты не сделал ничего плохого, конечно нет, это я, Зейн, я... — он резко остановился, уставившись на свои сплетенные руки на своих коленях. — Я люблю тебя, — сказал он очень тихо. — Что? — мягко спросил Зейн, недостаточно уловив суть слов, которые сказал блондин. Найл сделал вздох, поднимая глаза, чтобы встретиться с глазами Зейна, собрав все свое мужество. — Я люблю тебя, — признался он уже более уверенно, пока его сердце колотилось как бешенное. — Я люблю тебя, и прости, я вел себя как идиот весь вечер, потому что очень боялся и нервничал, чтобы сказать тебе это. Но я люблю тебя, Зейн, очень, очень люблю. Он почувствовал облегчение, как только сказал это, и также почувствовал себя глупо, скрывая все от Зейна. И когда Зейн неподвижно застыл, Найл молча умолял его сделать что-нибудь, что угодно, просто чтобы нарушить тяжелое напряжение в воздухе. Видимо, Зейн услышал его молитвы, прижимаясь к губам младшего парня, одной рукой гладя его щеку, а другую положив на шею. Они целовались под странным углом какое-то время, пока Зейн, наконец, не отстранился с хихиканьем, соединяя их с Найлом лбы, запуская пальцы в волосы своего парня. — Я тоже люблю тебя, идиот, — прошептал Зейн с ликованием в глазах. И когда они снова поцеловались, это было похоже на обещание.