imagines with one direction

      POV Zayn В чем прелесть жизни совместно со своей любимой девушкой? Одна из самых потрясающих вещей это пробуждаться от нежных поцелуев, ласковых слов и прикосновений и вот уж неловкий момент, когда ты просыпаешься, а твои руки заведены за голову и прицеплены к кровати! Да еще и глаза завязаны так, что можно разобрать лишь какие то смутные силуэты и очертания. На сколько я помнил, я пришел домой и завалился спать прямо в одежде, но спустя секунду я понимаю что на мне лишь джинсы и белье. Кто-то постарался и избавился от верхней одежды. И кажется я знаю кто это… - Малышка? Это ты? Что за игры ты тут затеяла? – мой голос разнесся по квартире, но ответом мне послужила лишь тишина. Я попытался предпринять попытку освободить руки, но она с треском провалилась. Легкий, едва уловимый скрип двери, но я тут же поворачиваю голову на звук, хоть ничего не вижу, скорее это был просто рефлекс. Тихие шаги, вероятно, мой мучитель действует босиком… А может он, вернее она, и сама раздета? Воображение тут же рисует картинки в моем мозгу, которые я нехотя отгоняю, но губы все таки расползаются в улыбке, когда я начинаю догадываться о плане моей девочки. Кровать прогибается у моих ног, чувствую чье-то приближение. Некто достигает своей цели, горячее дыхание опаляет кожу шеи, а нежные пальчики, которые я узнаю и с завязанными глазами, осторожно обводят контур моих губ. Пытаюсь их поцеловать, или чуть прикусить, но они тут же исчезают, а над ухом раздается шепот: - Я хочу поиграть с тобой в игру… Почему-то от этой фразы меня передергивает, кажется пора завязывать с просмотрами ужастиков, но ее это забавляет, слышу приглушенный смешок. Тоже не могу сдержать улыбки, и она становится только шире когда девушка садится на меня верхом, прямо на бедра. Собираюсь спросить что она затеяла, уже открываю рот, но пальчик опять ложится на губы, заставляя меня замолчать. Что ж, играем по ее правилам, отлично. Растягиваю губы в улыбке, как бы давая понять что я согласен на ее условия. Ну что ж начинаем нашу игру, малышка? Ее пальцы мягко скользят по моей груди, обводят контуры тату, расположение которых и так знают наизусть. Ниже, ниже, ее прикосновения заставляют волосы на затылке вставать дыбом. Они исчезают и вновь появляются, на разных участках тела, и каждый раз она вырисовывает какой-то невидимый и всегда новый узор, дарящий невероятные ощущения. Ее руки исчезают так же внезапно как и появились. Она зачем то начинает ерзать, шевелиться… И все это сидя практически у меня на паху. Стараюсь сохранять самообладание, но понимаю что меня на долго не хватит в тот момент, когда что то мягкое начинает скользить по шее. Перо? Серьезно? Мягкий кончик скользит по плечу, переходит на шею, и кожу за ухом. Начинаю вертеться, она же знает что шея мое слабое место, но продолжает. Не оставляю попытки освободиться, но острые зубки, будто в наказание, прикусывают мочку уха, оставляют мокрые и грубые поцелуи на шее, создавая контраст с мягкостью пера. Замираю, понимая что за игра и какие правила. Игра на чувствах, ощущениях… Что ж, это может быть интересно. Азарт разливается по венам, я усмиряюсь, делая вид что не против продолжения. Я-то не против, но игра все равно закончится на моих условиях, я точно знаю. Ее поцелуи становятся нежнее, но скоро мягкие губы исчезают, я больше не чувствую их прикосновения на коже. Тихий стук где-то справа, уже не поворачиваю голову, просто жду. Она вновь наклоняется, так, что я могу почувствовать ее грудь. Что то прохладное очерчивает мои губы, обычно она так делает своим язычком, когда пытается прорваться им в мой рот. Чуть приоткрываю губы и… Бинго, это то, что она и хотела. Предмет проникает в мой рот, собираюсь с духом и надкусываю. Клубника. Сладкий сок течет по губам, далее по подбородку, шее. Холодная капля быстро нагревается, и я ее уже не чувствую. Быстро сглатываю, ягода исчезает, на смену ей приходят горячие губы. Нежный, едва ощутимый поцелуй тоже скоро завершается, чем я недоволен, но мы же играем по ее правилам. Новый предмет вновь обводит контур моих губ, и я тут же смело кусаю его, о чем тут же жалею. Перец! Язык начинает жечь, и я спешу проглотить эту гадость, хотя во рту все равно остается такое ощущение, будто я съел васаби. Вновь ее губы приходят мне на помощь, но на этот раз она яростно впивается в меня, страстно, быстро и резко целуя. И в этот раз наслаждение ее языком не длится долго, она спешно отрывается от меня, поерзывая на моем теле. Чувствую как напряжение начинает расти, такими темпами я могу просто кончить в трусы, как школьник, но я уверен что она мне не даст этого сделать. Я слишком хорошо знаю эту маленькую извращенку. Холодный пальчик отрывает меня от моих мыслей, проводит линию по шее, и его сменяет… Лед?! Холодный кубик тает на коже, пока она проводит им по ключицам, груди, обводит соски. По телу бегут мурашки, и боксеры становятся все теснее. Скоро ото льда ничего не остается, лишь мокрые дорожки на моем разгоряченном теле, и только крошечный кусочек, уже без помощи моей мучительницы, скользит по животу, превращаясь в каплю, которая скатывается в ямочку пупка. Уверен, она наблюдала за каплей, я буквально чувствую ее взгляд. Готов поставить сотню баксов что в ее голове уже появлялась мысль развязать меня и просто получить то, что она так любит, но нет. Гордость и азарт не дадут ей бросить все на половине пути, это точно. Что дальше? Теплая, почти горячая вязкая жидкость на ее пальчиках. Посмею предположить что это растопленный шоколад, она очень любит шоколад. Словно красками, она выводит что то на коже шеи, груди, пресса. Тело непроизвольно откликается на ее прикосновения, тысячи мурашек бегут по телу, сердцебиение становится учащенным, дыхание сбивается. Облизываю пересохшие губы, часто дышу. Из-за моих движений, путы, связывающие мои руки, потихоньку ослабевают, и я удовольствием замечаю, что уже в состоянии освободить свои руки, но не делаю этого, хочу посмотреть, а в этой ситуации будет вернее сказать почувствовать, что она сделает дальше. Да, черт возьми, да… Кончик ее языка касается дорожек шоколада, частично собирает их. Чувствую как член буквально наливается кровью, упираясь в ткань трусов, а это давление терпеть практически невозможно. Она лишь подливает масла в огонь, ее грудь касается моего пресса и я с уверенностью могу сказать что она тоже раздета, по крайней мере, на ней точно нет бюстгалтера. Один рывок и затекшие руки свободны, и я в слепую наваливаюсь на нее, переворачивая нас, и теперь я сверху. Срываю повязку. Я был прав, на ней нет одежды, лишь полупрозрачные трусики, которые я могу разорвать двумя пальцами. Это лишь упрощает дело. Теперь моя очередь покрывать ее тело поцелуями, моя очередь заставлять ее прерывисто дышать и выгибаться на встречу моим рукам. Она явно не ожидала что я смогу освободиться, но малышка все же принимает такие правила, так же как и я принял ее. Сам не понимаю как, но освобождаюсь от чертовых джинсов. Пальцем провожу по границе ее кожи и кружева белья, оттягиваю резинку и снимаю ненужную ткань. С удовольствием замечаю что ткань насквозь промокла, а это значит лишь то, что моей девочке не терпится так же сильно как и мне. Ее ножки обхватывают мои бедра и ловко стягивают с меня боксеры. Грубая ткань проходит по возбужденной плоти, от чего из моей груди вырывается первый стон. Первый за вечер, а это значит что я проиграл. Она хитро улыбается, ну и пусть. Я все равно получу свой приз, она сама прекрасно об этом знает. Провожу руками по контуру ее тела, в миллионный раз восхищаясь ею. Беру под колени, сгибаю ее ножки, прижимая их груди и осторожно, но на всю длину вхожу в нее. На этот раз она прикрывает глаза и протяжно стонет, глубоко выдыхая. Ее пальцы впиваются в мои плечи, а я медленно выхожу из нее и тут же ввожу член вновь, начиная двигаться. Быстро, в абсолютно рваном темпе, упиваясь ею, растворяясь в ней, утопая в ее стонах. Через какое то время внизу живота начинает сладко тянуть, а по коже будто проходит электрический разряд, предвещающий о скорой разрядке, ускоряюсь настолько, насколько это вообще возможно. Ее крики оглушают меня, да я и сам надрываю горло, животный рык непроизвольно вырывается из легких. Понимаю, что еще пара ничтожных секунд и я не смогу сдержаться. Пара толчков и выхожу, спуская все без остатка на белоснежные смятые простыни, а за мной, с разницей в несколько мгновений, и она кончает с громким стоном, от которого у меня колени подгибаются и я заваливаюсь рядом с ней, чувствуя что по телу все еще бегут отголоски оглушительного оргазма. Она поворачивается на бок, переплетая наши ноги, обвивая руками шею и удобно устраивая голову на моем плече. - Кто же знал, что еда может так тебя завести, - едва узнаю ее голос, он хрипит от недавних стонов, но тем самым становится еще сексуальнее, возбуждающе. Я так же хрипло посмеиваюсь, накрывая нас одеялом и приобнимая ее, целуя в висок. А действительно, кто ж знал…?