Репетитор

      На следующий день после уроков я за компанию молча сидел вместе с мамой на кухне. Пока ей выдалось свободное время, она опять что-то нам стряпала, а я технично уплетал за обе щеки припозднившийся обед. Солнечные лучи мягким теплом распространялись по помещению, пробираясь сквозь лёгкие занавески, и моё настроение сегодня, наверное, было подобно этим самым лучам. Да, к моему удивлению, мама сегодня не ходила на работу. А что, сами себе хозяева в хоть и небольшом магазине всяких стройматериалов, можно лично распоряжаться всем своим временем, как я думал, конечно, только поначалу, ведь на деле-то родители наоборот, как самые последние ишаки, всегда оказываются нагружены по уши целой кучей разных проблем. Да и в ближайшее время предки стали приходить домой прям слишком уж поздно, у них там, вроде как, уволились внезапно аж сразу двое человек.       Вдруг из гостиной раздалась весёленькая трель маминого телефона из заводского комплекта, которую я, словом, уже давненько подумывал втихушку заменить на имперский марш, коль уж мама иногда олицетворяла собой в моих глазах самого Дарта Вейдера.       — Том, принеси телефон, — указывая мне на свои руки, перепачканные в муке, произнесла она, а я, без проблем кивнув и с набитым ртом угукнув, пошёл выполнять её просьбу. Вернувшись, я, толком не глядя, нажал на приём вызова и просто поднёс трубку к её уху, становясь рядом аки личный секретут. — Да, я слушаю, — так и не отвлекаясь от своего первоначального занятия, начала она разговор. — Это кто? — спросила она уже у меня хмурым шёпотом и, получив в ответ лишь пожатие плечами, снова принялась с вниманием слушать собеседника. — А-а, Билл, да-да, не узнала, — услышав знакомое имя, я стал заинтересованно прислушиваться, но без толку всё — нифига не было слышно. — Что? — нахмурилась она в непонимании, и отдельно мамины фразы воспринимались чересчур уж плохо, так что я в итоге решил не тратить силы и просто стоял, уперев свободную руку в бок. — Да, хорошо, поняла. Поправляйтесь скорее. До свидания! — разговор на этом и закончился, и я отложил телефон в сторону.       — Что? — тут же спросило моё любопытство, ведь я разом внутренне напрягся, услышав её слова под конец и понимая, что с Каулитцем что-то случилось, и на душе мне даже стало как-то малость неспокойно. Надеюсь, он там не убился нигде, а то может ведь.       — Билл мне сказал, что попал вчера под дождь и ещё с вечера плохо себя чувствует. Поэтому сегодня не придёт, да и тебя заражать не хочет. Я даже голос его не узнала сначала! — трещала мама и увлечённо раскатывала тесто, почти не глядя на меня, а я стоял и осознавал, что эта информация меня определённо не радовала.       — А-а, — только и протянул в ответ я и снова сел за стол, уже без аппетита глядя на свой остывающий обед. Значит, несуразная моя училка сегодня не придёт..       — Сказал ещё, чтобы ты продолжал пока сам заниматься, ты знаешь, как, — вдруг вспомнив, попутно продолжила она, а я просто молча кивнул, теперь уже со скукой глядя в одну точку перед собой. — Вот у таких хилых и слабых никакого иммунитета и нет, — мама всё говорила и говорила, а я только теперь припомнил, как он начал кашлять и, наверное, температурить ещё вчера, когда приставучий Алекс приполз с аппетитом мозги наши жрать. — Правильно ты спортом занимаешься! — и бла-бла-бла..       В памяти снова всплыл слишком ухоженный образ моего репетитора, его неизменно ровная осанка, стройная фигура, лицо.. Мозг уже собрался следующим слайдом показать и все остальные не менее интересные его детали, постепенно рождая какое-то предчувственное волнение в паху, как я, недовольно застонав, нервно и поражённо потряс головой и под удивлённый взгляд мамы лишь дёрганно удалился в гостиную. В комнату я идти не рискнул, ведь делать пока что там было мне нечего, да и там уже многое успело с ним, как назло, заассоциироваться. Зачем я вообще про него сейчас думаю?       Хряснув себя ладонью по лбу и пытаясь прогнать эти ненужные мысли куда-нибудь подальше и надолго, я неловко упал спиной на диван и стянул дюрагу со лба прямо на глаза. Полная жопа. Надо попытаться уже представить хотя бы одну из девушек из клуба, с которыми я шикарно тогда время проводил, чтобы побыстрей переключиться с этого черноволосого инопланетянина. Да как ни верти, я всё равно о нём думал, даже вскользь; думал и о них с Краусом с какой-то ядовитой, жгущей рёбра изнутри досадой, а в процессе внезапный сон как-то незаметно и ловко меня сморил так, что я как-то того и не заметил.       — Том! — вырвал меня из сладостного мира снов чей-то голос, и я с величайшим трудом разлепил глаза, едва соображая, где я и что я. — К тебе там пришли, — как оказалось, голос этот принадлежал моей маме, а мне вдобавок ко всему даже не пришлось утруждаться и поднимать своё ленивое тело с дивана, как внезапный гость доставился до меня сам.       — А чё это ты дрыхнешь? — недоверчиво-недовольно проговорил с порога прямо Алекс, который, к слову, вырядился сегодня как-то уж особенно торжественно: уложил волосы, надушился, в общем, решил как-то соответствовать объекту своего обожания, но лично мне вообще всегда казалось, что слишком похожим людям совсем неинтересно общество друг друга. Нужно дополнять партнёра чем-то новым, своим, а не быть ему идентичным и даже в какой-то степени с ним в этом негласно соревноваться. И теперь я лишь злобно хохотнул, предвкушая, как же жёстко сейчас Алекса можно будет приобломать!       — Тебя бы ещё не спросил, петушара, — в ответ буркнул я, снова грузно рухнув на мягкую обивку дивана и закрывая по-прежнему сонные глаза тёмно-синей дюрагой, словно маской для сна.       — А красавчик? — не врубился он где-то неподалеку, а я цокнул языком. Если ведь совсем прям начистоту, то меня откровенно бесило, что Алекс именно так называл моего репетитора.       — Билл заболел, так что зря расстарался. И я тебя предупреждал уже.       — Когда это? — неподдельно изумился белобрысый, картинно ахнув в возмущении, и плюхнулся на край дивана с другой стороны от меня. — Ты мне только что сказал!       — Я как бы не об этом. Какого хера ты опять припёрся во время занятия, а?! Номер выпросил, вот бы и звонил! — оскорблённо рыкнул я и будто бы даже оскалился в своей негодующей злости, лёжа складывая руки на груди и чуть ли не пыхтя.       И этот факт меня пипец как огорчал! Нафига он дал ему свой номер? Он, можно сказать, самолично подписал своей нервной системе смертный приговор! Теперь ему придётся либо на круглые сутки выключать телефон, либо обзаводиться новым номером. А лучше так вообще свалить для верности из страны.       — Я не смог дозвониться, — сокрушённо пожаловался Алекс, смешно вздыхая от досады, а я даже удивлённо усмехнулся в ответ, приоткрыв один глаз, но вида сильно не подал.       И меня внезапно так озарила чертовски приятная догадка о том, что Каулитц вот так шикарно выкрутился, назвав моему надоедливому другу тупо первые пришедшие на ум цифры! А чем не вариант? Это ж гениально! Беда только в том, что этого я не знал наверняка.. Сам ведь я не звонил и не собирался пока даже номер его у мамы брать. Наверное, он просто вырубил телефон и хочет поболеть по-человечески, ни на кого не отвлекаясь. Особенно на Алекса.       — Поэтому я и надеялся застать его у тебя.       — Размечтался, сука, — ехидно осадил друга я, просто кайфуя от его тотального хотя бы только на сегодня провала. — А он вчера переживал, что ты его зарплаты пиздежом своим лишаешь.       — Ой, да ладно там, — вольготно развалившись на диване где-то у меня в ногах, он небрежно махнул рукой и цокнул языком. — Я могу ему платить намного больше тебя!       — Пфф, ты, что ли? — издевательски хохотнул я, а неприятный холодок всё равно, не спрашивая, быстро и колюче дал дёру по всей моей спине. — Чё, тоже, скажешь, его нанять к себе решил? Английский, блядь, подтянуть?! — резко приняв сидячее положение, хмуро произнёс я явно громче, чем следовало, и насилу постарался побыстрее успокоиться, понимая, что когда Алекс говорит хоть что-нибудь про Билла, у меня сами собой начинают нервишки сдавать. Каулитцу же бабки, как назло, сейчас нужны.. вдруг он позарится на суммы побольше и от меня благополучно отвалит?       — А почему бы и нет? Вполне-таки здравая идея! — он воодушевлённо вскинул брови и до неприличия счастливо заулыбался от своей новой ошеломительной мысли, которая, вот, совершенно не радовала теперь самого меня. И отрицать это совсем уж не было смысла.. — Чего ради дела не сделаешь.. Вот сколько ты ему платишь?       Я просто не верил своим ушам.. Он в натуре решил переманить к себе Каулитца.. Не пущу!       — Краус, обломись! Мне лично надо ещё как-то к экзамену готовиться, а тебе — нет, так что нехуй! Не-ет и нет! — едва не колотясь от какой-то противной внутренней беспомощности, взревел я, яростно пыхтя и мечась взглядом по лицу своего придурочного друга и очень уж сильно рискуя при маме пальнуться, а безмятежный до этого Алекс тем временем, ненадолго даже став внезапно стопорно-серьёзным и странно закашлявшись сквозь нервозный смешок, задумчивым движением почесал висок и уже буквально в следующий миг с какой-то очень неприятной хитро-воинственной лыбой уставился на меня.       — Ты же умным всегда был. Справишься, я в тебя верю!       — Он не пойдёт, — уверенно и твёрдо изрёк я, принимая на себя всю возможную серьёзность, которая должна была хоть как-то разубедить его в этой новой сумасшедшей затее, но вот, похоже, пока так и не смогла.       — Пойдёт, — издевательски, с уверенностью воскликнул Алекс и, глядя на меня уже с каким-то торжествующим ликованием, в совершенно кошмарном предвкушении по-злодейски даже потёр ладони, а глазами так и жёг меня будто насквозь. — Как родненький пойдёт!       — Нет! Это мой репетитор! Ищи другие способы!       — А чё ж ты так разнервничался-то, мой хороший? — язвительно пропел он, хитро прищурившись, а я, резко заткнувшись, насильно тут же прикусил свой язык.       — Всё, отстань! Из-за тебя могут сорваться все мои планы нормально сдать этот чёртов экзамен! — тут же почти скороговоркой соврал я и махом выпустил последний воздух из лёгких.       Да, соврал. Я бы ни за что не психовал так из-за какого-то вшивого экзамена, у меня бы только освободилось дополнительное время, если бы репетитор от меня свалил, о чём я мечтал ещё каких-то две недели назад. А теперь мне просто жестоко не хотелось терять ненормального Каулитца из вида, да ещё и фатально впутывать Крауса в это всё.       — Том! Иди сюда, помоги мне коробку достать, — раздался мамин голос из соседней комнаты, и я, бросив ещё один раскалённый, предупреждающий взгляд на Алекса, брякнувшего себе под нос какое-то ехидное «ну да, конечно», с фырком удалился, в то же время радуясь, что можно будет теперь сменить тему, когда я вернусь. Но я на это уже как-то совсем не рассчитывал.

===

      Билл не приходил на наши занятия ровно всю неделю, включая выходной между этими уроками, который обычно выпадал на среду. Он больше не звонил и маме, а без предупреждения, думаю, точно бы не нагрянул, но каждый раз я всё равно непроизвольно вздрагивал, когда её телефон начинал внезапно звенеть, или вечером кто-то к нам приходил.       С утра до четырёх я обычно был в школе, потом — на репетиции или даже с друзьями где-то болтался. Всё как и всегда. Хотя нет, вечером я ещё занимался английским уже в одиночестве, залипая в монитор компьютера, где я всё-таки делал разнообразные тесты и слушал всякую хрень, пытаясь разобрать эти гнусавые и неестественные голоса, которые даже неприятно было слушать.       Некоторые темы я изучил даже без репетитора, там ничего замудрёного и не оказалось, но так мне и напрашивался логический вывод, что с Каулитцем мне всё же было куда интереснее что-то такое вот делать. Без него не так. Совсем не так.       Как он себя чувствует? Ему уже лучше? Я каждый день этим вопросом задавался. Просто волновался малость, это ведь каждому человеку как бы свойственно..       А сегодня уже пятница, и мы опять потянемся в клуб вместе с Алексом на пару. Говорит, ему надо развеяться и опять о чём-то со мной прям очень серьёзно поговорить, а я уже даже догадывался, о чём..

===

      Музыка с колоссальной силой била по ушам, а я хмуро сидел один, вальяжно раскинувшись на мягком диванчике с бокалом бухлишка в руке. Я тут находился уж около часа, но мне реально как-то до одури было скучно. Алекс, вот, с какой-то блондинкой уже уединился, облапав её, где только можно, причём прямо во время разговора со мной.       Странно, но мне даже стало как-то ужасно обидно за своего репетитора, на которого он вроде как глаз положил, меня только минут десять назад в покое с грёбаными расспросами о нём оставил, а теперь вон что, гадёныш, творит! Хотелось ему всечь. Я также не совсем и понял, как всё-таки отреагировал на него сам Билл, но ведь номер-то оставил, ещё и встретится же с этим потаскуном, если тот до смерти доканает.       А я, наверное, просто недостаточно ещё напился, чтобы из меня пёрла энергия струёй, да и раздражающие мысли всё ещё не собирались покидать мою голову. К тому же ни одна нормальная девчонка так ко мне до сих пор не подсела, что удивляло тоже, а сам я инициативу в этот раз вообще не проявлял. Походу, всё из-за моей недовольной рожи, хотя это не всех как бы обычно останавливало. Неподалеку, кстати говоря, асимметрично располагались точно такие же диваны, и я, покачиваясь в такт громкой музыке, которая приятно-грузными волнами отдавалась в каждой клетке тела, заставляя даже слегка вздрагивать, от скуки начал рассматривать людей, рассевшихся поблизости.       Они в целом ничем примечательным не отличались, и в итоге, когда надежда уже зарылась в закрома, взгляд мой зацепился за довольно милую девушку, одиноко сидящую в самом углу и с вниманием оглядывающуюся по сторонам.       Ничего такая. Миленькая. С расстояния я смог отметить приятные черты её лица, она обворожительно хлопала ресницами, и ещё меня поразил тот факт, что она не выглядела так вульгарно, как многие из других присутствующих здесь девушек.       Всерьёз решив пойти знакомиться и строить планы на вечер вперёд, я только было на ноги поднялся, собравшись телепортануться к ней на тот самый диван, как поражённо рухнул обратно, чуть не пролив несчастный коктейль на себя, ведь то, что я увидел, повергло меня в состояние быстрого оцепенения. А увидел я высокого брюнета, в котором мгновенно узнал своего больного репетитора, непривычно одетого во всё белое.       В руках он нёс пару коктейлей, один из которых галантно протянул той самой девушке, которая мне приглянулась пару минут назад; сел рядом и рукой нежно обнял её за талию, тут же что-то с ласковой улыбкой говоря ей на ухо.       Сказать, что я охренел, не сказать ровным счётом ничего. Я сидел, отвесив челюсть и в полнейшем недоумении хлопая глазами, просто не веря, что такое вообще может быть. Он же, мать его, гей! Откуда у него, сука, девушка?!       Я залпом допил это непонятного цвета бухло, которое у меня болталось уже от скуки столько времени, и снова откинулся на спинку дивана, морщась от неприятной горечи в горле и от жара, мгновенно ударившего в голову. Вот это да.. Ну молодец, Каулитц, что скажешь. Только почему так себя у меня дома вечно вёл, тут непонятно, или ты такой же «двухфронтовый», как и Алекс? Мой мир никогда не станет прежним..       Поражённо покачав головой, я снова перевёл взгляд на ту сладкую парочку. Билл, как обычно, весь вырядился, особенно ярко намалевался и в целом просто сиял от бесконечного счастья, привлекая к себе заинтересованные взгляды, причём представителей обоих полов. Видимо, выздоровел уже и вот, в клуб попёрся.       — В клубы я редко хожу, — передразнивая репетитора, скривил губы я, но всё равно чувствовал неприятные уколы где-то в груди, осознавая, что Каулитц, всегда так мило смущавшийся от моих глупых провокаций на наших уроках, встречается с какой-то девушкой. Мне явно срочно надо ещё выпить.

===

      Сколько времени прошло, хрен его знает, а я всё никак не пьянел. Меня бесило ровным счётом всё окружающее! Я чувствовал себя каким-то оскорблённым, хотя особых причин-то на то не было, я просто не мог понять, что именно мне не понравилось: то, что та красотка оказалась занята, или всё же то, что занят Каулитц. В качестве третьего компромиссного варианта рассматривалось и то, что они оба, сука, заняты друг другом!       Я наконец вышел на танцпол с настойчиво-острым желанием как-то растрясти своё болезненное негодование. И вот около меня уже какая-то брюнетка завертелась, одетая в белый топ и светлые облегающие джинсы, отчего у меня автоматически составился ассоциативный ряд с крашеным репетитором, который, кстати, к этому времени уже успешно потерялся из вида. Вокруг движется огромная толпа, а девица откровенно прижимается ко мне во время танца, потом дошло даже до того, что она стала меня лапать и целовать мокро в шею, обнимая то за плечи, то бессовестно опуская руки ниже, отчего мне почти мгновенно стало плохо.       Блин.. я сюда расслабиться пришёл, а меня напрягло это всё в разы сильнее! Раньше мне ведь очень нравилось подобное внимание к себе со стороны таких вот развязных дам, но сегодня нервы просто решили послать меня к чёрту. Моему полупьяному мозгу казалось, что рядом сейчас танцует Билл и вот так вот нагло лезет целоваться, смыкая влажные губы на моей шее, водя языком по коже и всё более настойчиво пробираясь к губам. У меня даже голова будто кругом пошла от всего этого, и вообще резко в жар всего бросило! Потому что я просто жутко по пьяни захотел эти самые губы.. Короче, надо бросать пить, я уже ведь реально допился!       Сердясь на всё и вся, я всё же грубо отодрал от себя брюнетку и тут же взял курс на выход. Всё, я стремительно схожу с ума.. Померещится же такое! Чё он так и лезет в мои мысли, будто прирос там к ним намертво?!       На улице было тоже много народу, и я решил хотя бы вокруг клуба немного пройтись, а там, гляди, можно и вернуться будет обратно с посвежевшей головой. Мне бы как-то хоть малость остыть после этого всего безобразия.. Я сделал глубокий вдох и за ним — выдох, пытаясь угомонить просто бешеное, непослушное сердцебиение, причём в самом паху. Надо покурить.       Судорожно делая короткие затяжки, я просто шёл вперёд и думал. Опять думал. Какого хера?! Я даже с девушкой теперь нормально потанцевать не могу! Что же так прикопался ко мне этот..       — ..Каулитц, — вслух закончил я начатую мысль, видя, как в тени здания, прислонившись спиной к грязной стене, стоял какой-то взъерошенный Билл и тяжело дышал.       Это точно он, его-то спутать с кем-то сложно. А я так и застыл на месте, не зная, что делать дальше, просто молча сдавил между пальцами недокуренную сигарету, отчего она даже разломилась пополам моими нервными сжиманиями, падая с пеплом на уже остывший от дневного жара асфальт.       Свалить, пока не заметил? Или подойти, спросить, что там с ним? Вот только с какой это стати я должен о нём постоянно так париться? Он уже как бы достаточно взрослый, чтобы как-то поэффективнее следить за сменой декораций перед глазами!       Фыркнув, я развернулся, чтобы скорее уйти в обратном направлении, решив ни во что не вмешиваться подальше от греха, как вскоре услышал едва различимые всхлипы за спиной и, с силой закусив губу, очень крепко зажмурился. Блин..       Повернув голову назад и спустя пару секунд развернувшись уже и всем корпусом, я всё-таки передумал и бесшумно подошёл к нему, остановившись прямо напротив и так и не произнеся ни звука, так как элементарно не знал, что сейчас говорить. А ещё и потому, что я сегодня выпил два довольно крепких по моим меркам коктейля, и меня опять догонять стало только сейчас, и захмелевший мозг хотел нести исключительно пошлую и саркастичную чушь, что сейчас было как-то не в тему. Пока что я просто смотрел на репетитора, как он спрятал в ладонях лицо и вздрагивал с характерными всхлипами, и он к тому же так и не заметил моего присутствия.       Меня опять пробило такой нереальной волной жалости и сочувствия, что захотелось его крепко обнять и успокоить, чтобы только не видеть его в таком разваленном состоянии, но я силой сдерживал в себе этот непонятный пьяный порыв, продолжая неподвижно стоять рядом. А надо ли ему это вообще? Что-то хреновое же с ним случилось, раз он сейчас стоит и почти что рыдает, хотя я не часто видел плачущих парней. Девушка, что ли, не дала? Да вряд ли он бы из-за этого ревел, да и вряд ли бы не дала.       Свет фонарей здесь был довольно слабый, но это не помешало мне заметить несколько странных моментов в его обычно идеальной наружности: его тонкая белая рубаха с длинным рядом пуговиц была полностью расстёгнута и почти съехала с одного плеча, открывая бледную кожу на груди, вдоль которой тяжёлым грузом свисало несколько цепей и кулонов. Если ещё точнее, то пуговиц вообще там даже где-то ни одной, похоже, не было; на правой руке я заметил на костяшках кровь и тут же сжал кулаки, чувствуя, как у меня внутри опять всё закипело. «Куда ты, сука, вляпался?». Не подружку же свою бил..       Не выдержав, я коснулся его подрагивающего плеча, отчего он вдруг испуганно заорал, тут же мгновенно отскакивая дальше в стену, увидев, что кто-то стоит рядом.       — Отвалите от меня! — нечеловечески рявкнул Каулитц, и я тут же в испуге отдёрнул свою руку, реально опасаясь за её целостность. — Не трогай, тварь!       Я просто охерел такое слышать! Столько в его тоне было злости и отчаяния, что он просто не походил на самого себя, а в глазах отчётливо читался неописуемый ужас, идентичный ужасу в моих глазах.       — Т.. Том? — крайне удивился он, через миг с заметным облегчением выдохнув и даже всхлипнув, когда таки узнал в этой полутьме меня, и тут же начал тыльной стороной руки быстро растирать на щеках слёзы, новым потоком собравшиеся вырваться наружу. — Господи! Это ты.. — прошептал Билл будто сам себе с больной улыбкой на искусанных губах и значительно расслабился, но вдруг вспомнил про свою многострадальную рубаху и тут же её резким жестом запахнул, отводя от меня взгляд.       — Ага, я, — негромко подтвердил я, не зная, что ещё сейчас будет уместно ему от меня услышать, и через несколько секунд я решился наконец спросить. — А чё случ.. Ээ? — не успел я даже договорить, как вдруг Билл снова поменялся в лице и, что-то трагично всхлипнув про какой-то конец, молниеносным рывком притянул меня к себе.       Он буквально вжимался в меня и крепко обхватил своими руками, тут же утыкаясь мокрым носом мне в шею, прямо точь-в-точь почти как та взбаламутившая меня брюнетка, а его жаркое, чуть дёрганое дыхание щекотно и ярко обожгло разом всю кожу. Я поражённо охнул и просто не знал, как реагировать, так как он просто офигенно застал меня врасплох! Я уже хотел было возмутиться, сматюгаться и отодвинуть его как-то от себя, как вдруг услышал топот и громкую ругань, приближающуюся из-за закрытой двери чёрного хода, находившегося всего в паре метров от нас. Каулитца вмиг забило крупной дрожью, отчётливо передающейся и мне, и тогда-то я с трудом и заподозрил, что что-то здесь явно было не так.       — Я, блядь, найду эту шлюху дешёвую, и ей не поздоровится, пиздец! — глухо проорал какой-то мудак, и дверь с грохотом распахнулась почти рядом с нами, а Билл весь съёжился, буквально спрятался за мной, с силой вцепившись пальцами в широкую толстовку и снова испуганно всхлипнув. — Вот же сука! Он мне, кажись, ещё и нос сломал..       Из клуба, как я понял, вышли два пьяных чмыря, которые оглядывались теперь по сторонам, смачно сплёвывая на асфальт и продолжая ворчать что-то про неких проституток, и рожа одного из них загадочно сияла красочным фингалом, но я не стал больше рисковать и поспешил скорее отвернуться. Это Билл ему, что ли, припечатал? При этой догадке я даже мысленно присвистнул и похвалил своего репетитора-дрища за такой отменный удар.       — Спрячь меня.. п..пожалуйста.. — сбивчиво дыша, едва слышно прошептал брюнет, отчаянно прижимаясь ко мне, и я, будто очнувшись, сразу же без вопросов догадался и приобнял его за тонкую талию, ещё больше закрывая собой и махом отключая всё, что до этого думал.       Чуть повернув голову, я случайно вдруг врезался губами в его тёплую шею, отчего даже вздрогнул и с силой зажмурился, всё равно видя перед глазами частые пьяные искры. Меня просто раздирали на части какие-то противоречия в эти короткие секунды, которые я проводил в этом непривычном объятии, мне просто кружил голову его аромат, такая внезапная близость, тепло гладкой кожи под расстёгнутой рубашкой, которой сейчас мои руки касались. Вот только те уроды всё ещё стояли неподалеку и пылали негодованием, особенно побитый, а я, дыхание задержав и не сдержавшись, осторожно проводил пальцами по тёплым бокам репетитора, чувствуя, что эта невероятная гладкость мне даже по-странному нравится.       Его дыхание теперь ещё больше участилось, что в бешеном темпе гоняло мурашки по всей моей спине, а сейчас его трясло ещё и из-за меня, да и я-то тоже хорош: нагло воспользовался моментом и пообжимался со своим педагогом.       Понимая, что рано ещё выходить из игры и надо, наверное, только поддать спектаклю жару, я лишь ещё откровеннее прижал Каулитца к холодной стене, изображая из нас уединившуюся парочку, показательно щупая его худощавые бока и ляжки и с ужасом ощущая, как меня от этой странной, нездоровой дичи неслабо так прёт. Вот так и сходил развеяться..       Те двое лишь коротко взглянули на нас, присвистнув и что-то между собой ещё сказав, и вскоре разделились, чтобы продолжить поиски, видимо, так и не узнав рядом со мной в полумраке того, кого и искали, ведь Каулитц благополучно спрятался за моим рэперским шмотьём и, кажется, остался незамеченным. Я шумно дышал, вторя надрывным выдохам Билла, и будто почувствовал вдруг какое-то спокойствие, но в то же время внутри меня полыхал самый настоящий огонь возбуждения, который передавался мне будто через кожу брюнета. И когда мы остались наконец одни, он первым прервал наше напряжённое безмолвие:       — С..спасибо, Том, — так же, шёпотом, произнёс Билл и спешно отстранился от меня сам, убедившись, что опасность миновала.       Теперь он, застенчиво поджав губы, глядел только себе под ноги, а я был реально на тысячу процентов уверен, что его щёки уже просто пылают, для этого и яркое освещение не было нужно. И уже скоро то же самое можно будет, походу, сказать и про меня..       — Спасибо большое! — всё шептал он, а у меня в душе бушевал просто невероятнейший ураган эмоций.       Со мной действительно такое было впервые, и вот так обнять и облапать кого-то из парней я себе никогда не позволял, да и не хотел, если честно! Но уже вскоре память вновь представила мне всю эту мрачную ситуацию заново, и я, прищурившись, обдумывал её как будто с другой стороны со всеми причинами и следствиями. Хотелось ещё, и всё из-за алкоголя, так мощно бурлящего в крови, громко призывающего немедленно пойти и навалять ещё и тем козлам, которые явно за что-то, походу, наехали на моего репетитора, но здравый смысл всё ещё шептал мне, что если я не справлюсь с ними двумя, то Каулитц опять вляпается в большие неприятности.       Я неловко взглянул на него, такого растерянного, смущённого и с благодарностью смотрящего сейчас мне в глаза, и с непривычным трепетом в груди понимал, что сейчас.. мне и вправду хотелось бы прикоснуться к нему хоть ещё раз.       — Пошли отсюда, — лишь прохрипел я, так как в горле у меня совершенно пересохло, и с усилием отвёл взгляд от его приоткрытых в частом дыхании губ, находящихся сейчас настолько близко.       Резко взяв Билла за руку, я тогда просто плюнул на всё и быстро повёл его прочь с территории клуба, всё ещё гонимый каким-то дерзким пьяным азартом после того, что случилось.