Проклятые шнурки

Щелкнул замок входной двери. Послышался скрип. Томас оторвался от чтения и, отклонившись назад вместе со стулом, выглянул в коридор. Примостившись на пуфике, в прихожей разувался Ньют. Точнее, пытался разуться. Пальцы упрямо не хотели развязывать шнурки на любимых кедах, которые пару месяцев назад подарил ему Томас, обуславливая это тем, что его парень не должен ходить в одной обуви всю жизнь. Конечно, Томас имел в виду то, что у блондина теперь есть две пары кед. Но Ньют так просто не сдался. Он решил ходить в новых до тех пор, пока от них не останутся только шнурки, а старые убрал до лучших времён. «О да. Он всегда был упрямым», — отметил про себя Томас, все ещё смотря на Ньюта, разглядывавшего злосчастные шнурки. — Ньютти, ты чего там застрял? — спросил Томас, откидываясь обратно. — Я не могу дотянуться до шнурков. Мы-ы-ышцы болят, — послышался ответ, больше похожий на вой. Томас готов был тоже взвыть. Положив книгу на журнальный стол, брюнет поднялся и пошёл к Ньюту, который все пытался нагнуться. — Солнце, я сколько раз просил не перегружать организм на тренировках, м? — спросил он, развязывая шнурки на кедах любимого. — Много, — буркнул тот, отвернувшись. — Ты опять обижаешься. Я ведь ради тебя стараюсь. Угробишь здоровье, что я потом с тобой делать буду? То, что ты вообще продолжаешь заниматься спортом — уже само по себе самоубийство. Мало одной травмы? — Но я не могу бросить! Бег — для меня все! — срывающимся голосом закричал Ньют. — Да знаю я, не психуй. Поэтому каждый раз прошу быть аккуратнее, не нагружать ногу. Но ты упорно меня не хочешь слушать, — причитал Томас, стаскивая кеды с ног блондина. — Я тебя слушаю, но по-другому нельзя. Или я выкладываюсь, или вылетаю из команды, — продолжал настаивать на своём Ньют. Он решил встать, оттолкнувшись от пуфика, но руки подвели, и парень плюхнулся обратно. Видно, совсем обидевшись на жизнь и разочаровавшись в ней, блондин надул щеки и отвернулся. Томас давно привык к такого рода выходкам, поэтому, подхватив своего возлюбленного на руки, он перенес его в зал на диван. — Ты как маленький, — сказал брюнет, присаживаясь рядом. — Я и есть маленький. — То, что ты младше меня на год, ещё не говорит о том, что ты маленький, — улыбнулся Томас. — А вот и говорит! — Господи. Моему парню снова пять. — Мне всю жизнь будет пять, — рассмеялся Ньют, перестав обижаться на жизнь на пару часиков. — Ну пусть так. Тогда ты, как маленький, будешь получать поцелуи только в таком виде. Томас подтянулся поближе к блондину и мягко, почти невесомо, коснулся его щеки губами. — Так нечестно! Я уже большой! — закричал Ньют, заливаясь смехом. — А малыш-то растёт не по дням, а по часам, — закатился следом Томас. — Ползи ко мне. Я ж не поднимусь, — вдруг сказал блондин. — А вот и нет. Тебе надо — ты и ползи, — все ещё смеясь, бросил парень и даже отодвинулся дальше Ньют понял, что возлюбленный не шутит, и подтянувшись на локтях, попытался встать на колени. Вдруг его лицо исказила гримаса жуткой боли и он рухнул обратно, при этом дико проклиная весь мир. Томас резко подскочил и бросился к блондину. — Ньютти, снова нога? — обеспокоенно спросил он. — Да… Чёрт, как же больно! — его крик дополняли слёзы. — Я тебя предупреждал, — бросил Томас, роясь в ящике комода. Найдя заветную коробочку, он кинулся обратно к парню. — Терпи, — прошипел брюнет, услышав визг Ньюта, когда игла проткнула кожу. — Я терплю. — Полегче? — спросил Томас, спустя десять минут — Да… — протянул блондин, попытавшись встать, и тут же рухнул обратно на диван. Томас облегченно выдохнул и сел рядом. Ньют подполз к нему, как смог, на одних локтях, и положил голову на колени. Когда их взгляды встретились, оба улыбнулись. — Томми, я ведь заслужил поощрение? — Заслужил-заслужил. Горе луковое. С этими словами парень наклонился к блондину, вовлекая того в поцелуй. — Хватит? — Ну уж не-ет, — протянул Ньют, хитро смотря в глаза любимому. — Что ты задумал? — Ничего такого. Просто. Я все-таки хочу побыть пятилетним до конца дня. Мне понравилось, — улыбнулся блондин. — Ты серьёзно? — Вполне. — У меня самый лучший парень на свете, — рассмеялся Томас, мягко целуя Ньюта. — И у меня. Определенно. А теперь. Раз уж я маленький ребёнок, переодень меня, пожалуйста. — Мне уже нравится эта игра. Ну точно! — прокричал брюнет, стягивая футболку с возлюбленного.