Я и мой друг Сатана: Возвращение

      Люси не могла пошевелиться. Словно оцепенела, стоило только увидеть перед собой свою привычную квартиру, в которой, если верить памяти, а не словам Нацу, она провела вот уже больше двадцати лет.       Стояла прямо посреди своей спальни, не имея ни малейшего понятия ни как тут оказалась, ни куда исчезли Нацу вместе с Мирой, ни... было ли все то, что произошло с Хартфилией за эти пару часов реальностью? Волей-неволей возвращались уже давно забытые мысли о собственном сумасшествии, и Люси шумно сглотнула, все же найдя в себе смелость оглянуться вокруг.       Она помнила, как преступила Врата Ада, а дальше — словно бы все в тумане. Помнила Нацу, помнила каменный свод вместо голубого неба и больше ничего. Будто бы... она отключилась, что ли? Это сон? Да нет, не похоже. Все казалось слишком реальным для того, чтобы поверить, что Люси и правда всего лишь спит.       Какое-то... знакомое ощущение.       — Нацу, кому говорю, прекрати!       Хартфилия вздрогнула, услышав собственный смех. Такой радостный, счастливый и беззаботный. Снова резко обернулась по сторонам, но ничего странного не заметила. Только вот голос голос никуда не исчез, все еще раздавался непонятно откуда. Он был везде и нигде одновременно. Словно бы в ее голове, но в то же время где-то далеко.       — Еще чего. Ты же теперь моя жена. Что хочу, то и делаю!       Нацу.       Люси не смогла устоять на месте, стоило только услышать привычный тон, от которого в голове сразу же всплывала колкая ухмылка Драгнила. Честное слово, Люси ненавидела, когда он улыбался подобным образом — нагло, самодовольно, мол «и что ты мне сделаешь?», — вот только сейчас молиться была готова, чтобы увидеть ту самую дурацкую улыбку, когда выбежит из комнаты.       Выбежала. И тут же опешила.       Стоило только переступить порог, как Люси оказалась вовсе не в коридоре, нет. Ее вообще непонятно куда занесло: по крайней мере, сам дом девушка не узнавала.       Осмотрелась, подмечая про себя, что, судя по интерьеру, это уж скорее какой-то загадочный особняк из восемнадцатого века, но никак не ее квартира. И какого Хартфилия вообще тут делает?       Цыкнула несколько раздраженно, намереваясь вернуться, вот только вместо привычной двери в свою спальню обнаружила позади себя только стену с замысловатым узором на обоях.       Что за чертовщина?       В очередной раз шумно сглотнув, Люси осторожно, стараясь не издавать никакого шума (ну а мало ли?), сделала пару шагов вглубь комнаты и вдруг чуть ли не упала замертво от страха, когда совсем рядом неожиданно раздался громкий детский плач.       Шарахнулась в сторону, тут же натыкаясь на деревянную тумбочку и вжимаясь спиной в стену, ну потому что какого хрена здесь творится?!       Впрочем, успокоилась Люси быстро. Стоило только понять, что буквально в паре метров от нее стоит детская кроватка, как Хартфилия с облегчением выдохнула: ну да-да, ничего страшного, Люси, просто ребенок. Это просто ребенок.       Просто, да не просто. Девушка вновь в ступор впала, когда увидела не какого-то там незнакомого младенца, а собственную дочь. Ну, правда, немного меньше, нежели сейчас, но все-так Наши ее мать уж точно ни с кем спутать не может.       Попыталась взять девочку на руки, чтобы успокоить, вот только не получилось. Пальцы словно прошли насквозь маленького тельца, а Люси лишь удивленно моргнула, пытаясь сопоставить факты воедино. Ну да, ведь тумбочка, в которую она врезалась, тоже ни на сантиметр не сдвинулась. И стопка книг на ней как лежала, так и лежит. Это что же выходит? Люси и правда спит? Или умерла все-таки?       Призраком стала?       Их с Нацу убили, что ли?       Да что же тут происходит-то, а?       — Ну-ну, не плачь, дорогая.       Люси уже даже не удивилась, когда в комнату в спешке забежала... она сама? Ну да, ха-ха, точно с катушек слетела, Хартфилия, так держать!       — Ты проголодалась?       Хартфилия попыталась коснуться плеча незнакомки, которая была похожа на нее саму как две капли воды, вот только и тут не вышло: рука снова просто прошла мимо.       — М? Она уже проснулась? — выглянул из-за угла Нацу. — Ну же, Наши, скажи «папочка».       — Боже, Нацу, ну не начинай ты с самого утра. Тем более ее первым словом все равно будет «мама».       Люси наблюдала за своими же счастливыми семейными буднями со стороны и вдруг начала понимать, что испытывает самое настоящее дежавю. Словно бы это уже происходило когда-то: неважно в каком мире и когда именно. Важно только то, что она помнила — смутно, но помнила, — как держала в этот момент Наши на руках и улыбалась ей, пытаясь утихомирить плач. А потом Нацу сказал что-то про свою работу и, кажется, про...       — Ладно, ладно, не смею ослушаться, госпожа Люси, — с иронией фыркнул Драгнил, махнув рукой, а затем подошел поближе и довольно протянул, не забыв мимолетно поцеловать жену в висок: — Спасибо за завтрак, было вкусно, как и всегда.       — Уже уходишь?       — Ага, работа есть работа. Ты же знаешь, что Грей нихрена без меня сделать не может, — довольно хохотнул Нацу, а затем помахал маленькой Наши рукой. — Вернусь так быстро, как только смогу! Не ужинайте без меня.       Затаив дыхание, Люси наблюдала за тем, как Нацу — вот тот самый Нацу, который вломился в ее квартиру, назвавшись Сатаной; который то и дело матерился, мол, магия не работает и чуть ли не плакал, что даже Наши, в отличие от него, может адский огонь призвать; который пообещал любой ценой вернуть ей, Люси, своей возлюбленной, память, — как тот самый Нацу спокойно себе прощается со своей семьей и уходит на, мать вашу, работу! Работу! Работу! Как благодарит жену за вкусно приготовленный завтрак и как улыбается своей дочери. Как будто у них тут семья самая обычная — никаких тебе ни демонов, ни телепатии, ни детей, ползающих по потолку.       И ведь в этой семье (вот в этой самой ни капли не ненормальной семье) Люси видела себя счастливой. С искрящимися от радости глазами и лучезарной улыбкой. С любящим мужем и замечательной дочерью.       Сердце болезненно заныло.       Так это все правда? Правда, что они с Нацу и Наши жили, как одна семья?       Нет. Они ведь и есть семья.       И как только Люси могла забыть нечто столь важное? Как могла так просто отпустить настолько дорогие воспоминания?       — Но ты ничего не забывала.       Хартфилия удивленно подняла голову, столкнувшись взглядом со своим двойником. Это же она только что сказала?       В ответ девушка только едва ли заметно усмехнулась и слабо кивнула.       — Ты можешь вспомнить все в любой момент.       Пару секунд Люси непонимающе сверлила ее взглядом, не зная, как воспринимать слова своего зеркального отражения. А затем вдруг поняла.       С удивлением осознала, что помнит каждое мгновение, проведенное наедине с Нацу. Помнит первое свидание, каким бы нелепым оно ни было, и первый поцелуй. Помнит как он, не особо-то и разрешения спрашивая, просто уволок ее за собой в Ад, мол, контракт-то выполнять надо, и без малейших колебаний приказал (не попросил, именно, зараза, приказал!) выйти за него. И их долгие ссоры в самом начале брака помнит, и о том, как узнала, что беременна и боялась рассказать Драгнилу. И радостный блеск в его глазах, и слезы счастья в своих.       Она помнила! Помнила все до единой секунды!       И... о черт, как же теперь хотелось рассказать об этом Нацу.

***

      Драгнил стоял перед Марде Гиром и невольно скалился. Мысленно уже раз двадцать четвертовал ублюдка, из-за которого пришлось страдать дорогим Нацу людям. Правда вот, только мысленно, потому что сейчас парень не мог не то что голову треклятой крысе отсечь, а даже и пошевелиться. Один из стражников крепко держал руки Драгнила, заведенные за спину, заставляя склониться перед новым повелителем Ада. Ну не позор ли?       — Так значит, ты так и не вернул свою магию? Как забавно.       От его голоса сводило скулы и нарастала злость.Нацу дернулся, планируя вырваться из крепкой хватки, но тут тут же болезненно шикнул, стоило только стражнику надавить чуть сильнее.       М-да, вот вам и сильнейший демон преисподней. Вот вам и Нацу Драгнил — великий и несокрушимый. Стоит на коленях перед своим врагом и рычит беспомощно.       Тошно от самого себя.       За спиной Марде Нацу наткнулся взглядом на его верную команду. Если не изменяет память, Кьока, Сейра, Шакал и Лами. Ну а рядом с ними и Грей собственной персоной. И какого хрена он пялится так отстранено, а? Не видит разве, что его друг застрял в глубокой заднице и находится одной ногой в собственной же могиле? Тут как бы помощь не помешает, Грей, прием.       Фуллбастер стоял себе в стороне, словно бы скорая кончина Нацу его ни каким боком не касается. Будто бы интереса в этом всем не больше, нежели в каком-то поставленном на скорую руку дешевеньком спектакле. Драгнил бы не удивился, если бы Грей-скотина зевнуть бы сейчас вздумал. Само спокойствие, мать вашу. Ну да, не в его же черепушку стража в любую секунду стрелу всадить может.       — Надо же, ты и ее с собой притащил, — усмехнулся Марде, неспешно приблизившись к Хартфилии и внимательно осматривая ее лицо. Та, все еще не придя в себя, безвольно повисла на руках у одного из воинов, которые не поленились же притащить бывшего Владыку и его любимую женушку Гиру прямо на блюдечке. — Госпожа Люси, — сладко протянул демон, не удержав ехидной улыбки, — прекрасна, как и всегда.       — Только пальцем ее тронь! — потеряв всякое самообладание, зарычал Нацу, вырываясь в сторону Марде Гира, вот только уже через мгновение обнаружил себя прижатым щекой прямо к земле. А откуда-то сверху послышался противный смех.       Нацу тихо цыкнул, с силой сжимая зубы и стараясь не обращать внимания на то, как темноволосый демон заинтересовано проводит пальцами по волосам Хартфилии, как смотрит на нее с предвкушением и как недобро улыбается. А обращать внимания не получалось, потому что, черт возьми, Драгнил никогда не сможет себя простить, если кто-то из этих ублюдков посмеет обидеть Люси. Возненавидит себя, если позволит кому-то из них хотя бы еще раз прикоснуться вот так просто к ее нежной коже и шелковым волосам.       Она должна была остаться в мире людей. Черт, она должна была остаться с Наши! Даже если Нацу и умрет здесь, Люси подобной участи ни разу не заслужила. Люси должна жить дальше. Улыбаться и наслаждаться беззаботными деньками, достойно вырастить их дочь, прожить полную насыщенную жизнь, но уж точно не пропасть здесь вместе с мужем.       — Ну и? — хохотнул Марде, заинтриговано вскинув брови. — Так и будешь лежать там? Тебе плевать, что ли, на нее?       — Верни мне магию, и я покажу тебе, насколько мне не плевать, — угрожающе прошипел Нацу, снова услышав в ответ только издевательский смех.       — Отнесите ее ко мне в покои, — махнул рукой демон, поправив спутавшиеся волосы Хартфилии и заправив выбившуюся прядь за ухо. — И, святые ангелы, вызовите ей целителя, пусть уже в себя придет наконец-то. Мне не терпится побеседовать с нашей «госпожой».       Нацу снова стало дурно.       От одних только мыслей о том, что Марде имел в виду под словом «побеседовать», тошнить начинало. В висках стучало, а трезвость мыслей позволяла сохранить только невыносимая боль в руках, которые чертова стража, кажется, сломать намеревались. Нацу с полным отчаянием в глазах поднял голову и тут же наткнулся взглядом на Грея. Фуллбастер, собственно, так и продолжал стоять неподвижно рядом с Сейрой. Хмурился недовольно, сверля взглядом Люси в бессознательном состоянии, кривил губы, но ничего не предпринимал. Боялся или сомневался — черт его знает. Может, и правда на сторону Марде задумал перейти, увидев, что ситуация безнадежная?       Нужно было соображать что-то — и срочно! Если не покончить со всем, так хотя бы отсрочить свою неминуемую гибель и незавидную участь Люси. Хотя бы попытаться что-то сделать, а не валяться на земле, глотая песок.       Ну же, Нацу, соображай!       — Мне тоже не терпится послать тебя к черту!       На пару секунд Драгнил точно застыл, не смея шевелиться. И только потом, когда понял, что вовсе это ему не показалось, что никакие это не слуховые галлюцинации и не чьи-то гнусные смешки, резко перевел взгляд снова на Люси. И снова опешил.       Марде, которому только что прилетела смачная пощечина, отшатнулся в сторону, а стражник, до сих пор державший Хартфилию, теперь, подобно самому Нацу, валялся внизу, сдавленно скуля и хватаясь руками за ногу, куда Люси только что не слабо зарядила пяткой.       — Л-люси, — только и смог произнести Драгнил.       Живая. Очнулась. А что еще для счастья-то надо?       Вот только секунды радости долго не продлились. На счастливое воссоединение тоже можно было не рассчитывать. Потому что к Нацу до сих пор не вернулась магия, а Грей занят хрен пойми чем. Одна Люси с двенадцатью (ладно, одиннадцатью) стражниками не справится. А даже если Фуллабстер вмешается, то не стоит забывать про Марде Гира и его шайку.       — Что за?.. — возмутилась Люси, оглядываясь вокруг. Наконец-то заметила среди врагов Драгнила, который с какого-то черта был прижат одним из прислужников Марде к земле, и тут же опешила.       Очнулась как раз в тот момент, когда кто-то посторонний тянул к ней свои загребущие ручонки. Не растерялась и, разумеется, начала отбиваться, как ее и учил в свое время Драгнил. Отбилась. А толку-то? А толку, если они с Нацу окружены целой толпой стражников, да еще и все зачинщики переворота тут.       — Прости, Люси, — попытался улыбнуться розоволосый, завидев смятение в глазах девушки, — я не должен был брать тебя с собой.       — Н-нацу, — только и смогла удивленно произнести Хартфилия. Таким подавленным она не видела мужа еще ни разу в жизни. Он... сдался, что ли? Нацу сдался?       Люси нахмурилась невольно и тихо цыкнула. Драгнил не должен сдаваться — кто угодно, только не он. Если сдастся Нацу, то и у нее самой руки опустятся, а дальше тогда что? Просто подчиниться Марде Гиру? Еще чего! Да нет же, Нацу просто не имеет права давать заднюю! Разве он хоть когда-то поступал подобным образом? Он не отчаивался, что бы то не происходило, а значит, и сейчас не должен. Пообещал же, что вернет ее, Люси, домой, так пусть сдержит свое обещание! Потому что Нацу же еще ни разу ее не подводил. И сейчас не подведет — в этом Хартфилия уверена.       Правда вот, провести гневную воспитательную беседу на тему «Драгнилы не сдаются до последнего» не вышло. Потому что Марде Гир, раздраженно хмыкнув, резко схватил Хартфилию за руку и притянул к себе, крепко схватив одной рукой, чтобы не вырывалась больше.       — Вот же тварь. Вкусила крупицу власти и думаешь, что тебе все дозволено? — озлобленно прошипел демон, потирая ушибленную щеку. — Времена меняются, знаешь ли. Ты ни гроша не стоишь без своего любимого Нацу, госпожа Люси.       — Отпусти ее! — вновь дернулся Драгнил. На этот раз не остановился. Кривился от боли, но вырываться не переставал. — Отпусти, слышишь? Я... признаю тебя новым повелителем. Я что угодно сделаю, просто отправь ее обратно в мир людей, Марде, прошу тебя!       Демон вскинул брови заинтриговано, наблюдая за тем, как некогда сильнейший в их мире, которого старались обходить стороной все без исключения, умоляет о такой мелочи у него, у Марде Гира. Готов, видите ли, что угодно сделать, лишь бы только Люси — жалкую человеческую девчонку — отпустили. Ну не забавно ли?       Марде едва ли сдержал смех. Покачал головой и с наигранным сожалением выдохнул:       — Увы, Нацу, ты сейчас не можешь предложить мне абсолютно ничего. А... вот твоя женушка может.       Люси вздрогнула, с опасением посматривая через плечо на оскал демона и шумно сглотнула. Только сейчас начала осознавать, в какой же дерьмовой ситуации оказалась на самом деле. Ни сбежать, ни спрятаться... еще и к Нацу, кажется, магия все-таки не вернулась.       — Ну что же ты дрожишь? — хохотнул Марде, притягивая Люси еще ближе к себе. — Уже не такая дерзкая?       Хартфилия снова повернула голову к Нацу, который смотрел на бывшего союзника с неизменной злобой и горькой обидой. Уже даже не пытался выбраться. Всего-то с ненавистью скалился и боялся встретиться взглядом с Люси. Девушка понимала причину этому как никто другой. Драгнилу было банально стыдно за то, что так просчитался. Сделал ставку на то, что магия вернется по прибытию в Ад, и проиграл. Но Хартфилия ни разу его в этом не винила, нет. Вовсе она не считала, что он подвел, и не проклинала всевозможными способами. Если бы Нацу погиб тут один, Люси бы ни за что не простила себя за то, что отсиживалась в квартире, когда могла бы хоть что-то изменить. А могла ли вообще? Или все-таки оказалась бесполезной? Впрочем, уже неважно. Теперь, кажется, все действительно кончено.       Хотя нет. Есть еще кое-что, за что она просто обязана поблагодарить Драгнила.       — Эй, Нацу, — тихо окликнула мужа девушка, стараясь как можно более искренне улыбнуться. — Я все-таки вспомнила. Спасибо тебе, Нацу.       Драгнил моргнул удивленно пару раз, а затем так же улыбнулся в ответ и кивнул.       — Я очень рад, Люси.       — Ну все-все, хватит сопливых прощаний, — фыркнул Марде, перебив парня. — Пора с этим заканчивать. Прикончите его уже.       Люси от удивления даже рот невольно приоткрыла. Вот так просто? Прикончите? И все? Попыталась вырваться из крепкой хватки демона, чтобы хотя бы попытаться защитить Нацу, но тот только хмыкнул раздраженно, мол, не рыпайся. На глаза навернулись слезы бессилия, а Нацу только и продолжал улыбаться ей тепло, так и пытаясь вселить уверенность, что все еще будет хорошо. Вот только Хартфилия прекрасно понимала: ничего хорошего их уже не ждет.       — Я сделаю это, — довольно усмехнувшись, наконец-то произнес Грей. — Помнишь, Марде? Доказать верность тебе, все дела...       Тут же ахнув от разочарования, Люси переметнула свой взгляд на Люцифера и тихо прошипела пару ругательств себе под нос. Не могла поверить в то, что Фуллбастер только что произнес именно то, что она услышала. Лучший друг Нацу, с которым они были неразлучны вот уже не одно столетие. Его верный советник, правая рука. Вот так просто говорит о том, что хочет прикончить Драгнила собственноручно?       Нацу же, в отличие от свой жены, на это отреагировал куда более спокойно. Только усмехнулся с некой досадой и невольно хмыкнул.       Если так подумать, то именно Грей настоял на том, чтобы парень вернулся в Ад любым способом. Даже если умереть придется — и надо же, Нацу послушался. Возвратился и оказался прямо в лапах Марде Гира. Неужели именно этого Фуллбастер и добивался? Тот, кому Драгнил без колебаний мог бы доверить свою жизнь... так просто предал его?       — Без обид. Ты же знаешь: или я, или меня, — пожал плечами брюнет.       В ту же секунду Нацу почувствовал, как стражник за его спиной наконец-то отступил. Теперь парень без проблем мог двигать руками и даже кое-как подняться на ноги. Где-то совсем рядом Люси прокричала что-то неразборчивое сквозь слезы, а Драгнил только-то встал напротив своего некогда лучшего друга и махнул рукой, мол, понимает. Все равно разницы уже никакой нет: даже если Грей и будет до последнего сражаться на стороне друга, то его просто прикончат заодно вместе с Люси и самим Нацу.       Безвыходная ситуация. Никаких компромиссов.       — Но знаешь, — тяжело выдохнул Драгнил, — дай-ка хотя бы напоследок хорошенько тебе врежу, придурок.       Грей ожидал чего угодно, только не того, что Нацу сам первым кинется на него с кулаками. Даже понимая, что в его-то состоянии тягаться с Люцифером просто бесполезно, все равно ринулся вперед, намереваясь заехать в скулу. Вот только не успел. Потому что Фуллбастер, только выдохнув тяжело, с силой ударил под дых, из-за чего розоволосый тут же свалился снова на землю, корчась от боли и безуспешно пытаясь вдохнуть воздух.       — Вечно ты такой... тупой, Драгнил, — с каким-то наигранным обречением выплюнул брюнет.       Признаться честно, Грей не особо планировал избивать лучшего друга. Это скорее так, чисто рефлекторно вышло. Ну Нацу сам, в общем-то, виноват, так что извиняться Фуллбастер не станет.       — Стой! Не надо, прошу! — уже даже не сдерживая слез, кричала Люси, пытаясь кинуться на помощь мужу, вот только Марде Гир крепко держал ее, приговаривая что-то вроде «Так держать, Грей».       Драгнил у ног Люцифера сдавлено прохрипел что-то, а потом, наконец-то отдышавшись и более-менее придя в себя после такого себе дружеского приветствия, засмеялся.       Хартфилия ошеломленно выдохнула, Марде только хмыкнул, наверное, списав все на истерический припадок, а Грей так привычно недовольно цыкнул и протянул розоволосому руку. Вот только Нацу отмахнулся, кривясь раздраженно, и сам, немного пошатываясь, поднялся на ноги.       — А вот за это я тебе еще припомню, — хохотнул Драгнил, с недоброй улыбкой сверля взглядом брюнета.       — А я надеялся, ты «спасибо» хотя бы скажешь.       Переглянувшись с Кьокой, Марде слегка удивленно вскинул бровь. О чем это они там переговариваются? Почему Люцифер просто не прикончит его? С текущим раскладом Грею бы одного взмаха руки хватило, чтобы превратить бывшего Владыку Преисподней в фарш. А он медлит непонятно зачем. Гир хмурился недовольно, уже начиная раздражаться, а спустя пару секунд наконец-то понял.       Заметил в руке Нацу флакон с полупрозрачной голубой жидкостью; заметил ухмылку Грея, который наверняка всунул его Драгнилу во время удара. А затем озлобленно скривился, едва ли сдерживая ярость.       — Ты... — прошипела Кьока, от глаз которой тоже ничего не скрылось. — Я так и знала!       Может, она и успела бы прикончить Нацу до того, как тот выпьет магической эссенции. Может, тело Драгнила уже валялось бы у ее ног с отрубленной головой. Вот только стоило Кьоке ринуться в бой, как ее удар блокировал Фуллбастер.       А в следующую секунду Марде почувствовал, как внутренности сводит от непонятно страха под давлением невероятной магической энергии. Увидел довольный оскал Сатаны и ощутил, как тело пробила мелкая дрожь.       Люси в его руках смотрела на Драгнила, не смея отвести взгляд, а стражники начинали перешептываться.       Ничего не изменилось. Кроме появившейся непонятно откуда подавляющей магической силы.       — Вот теперь повеселимся.       Голос Нацу звучал твердо и уверенно. С привычными нотками азарта и интриги. И Люси только лишь от его голоса снова почувствовала, как слезы подступают к глазам.       Вернулась. Его магия вернулась.       Какое же облегчение.       Марде тоже усмехнулся. Криво, стараясь не выдать испуга. А затем только сильнее прижал к себе Люси, словно бы опомнившись. Все-таки преимущество все еще на его стороне: жена Нацу, ради которой он готов пожертвовать абсолютно всем, все еще находилась в его руках. Стоило пальцем шевельнуть — и она не жилец.       Драгнил же не настолько глуп, чтобы атаковать, игнорируя возможность утраты Хартфилии?       — Сделай хоть шаг — я разорву ей глотку, — спешно предупредил демон, улыбаясь оскалом.       Впрочем, та даже испугаться не успела, как Марде тут же отдернул когтистую руку, неожиданно вскрикнув. Адский огонь вспыхнул слишком быстро, обжигая кожу и заставляя отступить назад. Битву подобным трюком не выиграть (все же Гиру не понадобилось много усилий, чтобы потушить пламя), а вот заполучить пару секунд, чтобы Люси сумела вырваться и отбежать в сторону мужа — вполне.       — Проклятье... — шикнул темноволосый, переведя взгляд на не менее ошарашенных сторонников. — Сейра, чего медлишь?!       — А, д-да, сейчас!..       Пара движений рукой, появившаяся магическая печать — очередное заклинание полетело в сторону Драгнила. Безуспешно.       Нацу удивленно вскинул брови, наблюдая за Люси, которая ловко отразила его, а затем, не медля, забежала Драгнилу за спину и улыбнулась довольно: хоть чем-то, но все же помогла.       Сейра только цыкнула. Глупо было надеяться, что фокус с запечатанной магией сработает второй раз. В прошлый раз у нее получилось сколдовать заклинание только застав Нацу врасплох. Сейчас же не стоит даже пытаться: Драгнил отразит его, даже не напрягаясь.       — Тебя не задело? — обеспокоенно спросил розоволосый, оборачиваясь к жене. Стоило Люси покачать головой, как Драгнил облегченно выдохнул и снова обратил свое внимание на зачинщиков хаоса, царившего сейчас в Аду. — Знаешь, мне кажется, Водолей будет очень рада приветствовать их в Чистилище.       — Ты... ты точно вернул свою силу, Нацу? — все еще не веря глазам, уточнила Люси. Не удержалась от того, чтобы вцепиться пальцами в его накидку. Убедилась, что ей не мерещится. Что Драгнил стоит перед ней на самом деле.       — А ты точно вернула свои воспоминания, Люси?       Хартфилия моргнула удивленно пару раз, а затем тепло улыбнулась и слабо кивнула.       — Все до единого.       Затем обратила свое внимание на Грея, стоящего рядом. Тот, в свою очередь, только несколько виновато улыбнулся, мол, «извини, что заставил поволноваться».       И если Нацу все еще продолжал ворчать что-то недовольно, одним глазом поглядывая на шайку Марде Гира (как бы не смылись), то Люси на Фуллбастера вовсе не обижалась. Наоборот — словами не могла выразить свою благодарность. На какое-то мгновение ей и правда показалось, что это конец, но в итоге Грей все-таки спас их.       О большем и просить не стоило.