In The Pocket

Альфред Джонс, двадцатипятилетний менеджер по работе с клиентами в отделе продаж крупной фирмы, занимающейся международными поставками фармакологического оборудования, никогда в своей жизни не задумывался о том, с какой стороны находится карман на мужской рубашке. До того самого дня, когда увидел Его. Светловолосого дьявола представили: - Иван Брагинский, генеральный директор российского филиала нашей компании. За дружными аплодисментами не было слышно восхищенных женских вздохов и нервных покашливаний сильного пола – Иван улыбнулся, будто хлыстом ударил. И добавил мягко, почти ласково: - Рассчитываю на вашу помощь. К черту посылал Альфред эту помощь. Мистер БИ, как про себя звал заграничного гостя Джонс, заглядывал в каждый уголок их огромного офиса, проходящих мимо одаривал фирменной улыбкой и пил кофе, кажется, литрами, отчего был бодр и предельно внимателен. Его личный помощник, мисс Арловская, ходила следом адовым цербером и постоянно что-то записывала в блокнот с таким выражением лица, будто она и ее начальник – единственные разумные существа в этом здании. Но это все – и улыбка прямиком с Девятого Круга, и надменная сторожевая, - было неважно. Важно было лишь то, что карман на мужской рубашке находится именно слева. Поначалу Альфред думал, что Мистер БИ носит там мелочь, которую спускает в автоматы на кофе, но Мисс Цербер собственноручно варила своему дражайшему начальнику молотый кофе, и эту догадку пришлось отмести. - Обручальное кольцо, - предположила Элизабет из отдела кадров. - Прослушка, - кривя губы, уверенно заявил Артур, коллега Альфреда. - Я думаю, он всегда готов к приключениям. Особого характера, - говорил, поигрывая бровями, Франциск, ответственный за проведение рекламной кампании. Альфреду все эти варианты казались еще менее вероятными, чем предполагаемые им самим четвертаки. Но оторвать взгляд от кармашка, который едва заметно – но все же абсолютно очевидно – оттягивало «что-то», было выше его сил. Чем Джонс никогда не мог похвастать, так это холодной головой и трезвым расчетом. В работе с клиентами это не мешало – очаровательно-вдохновенно он покорял одну прижимистую глыбу за другой, виртуозно раскручивая на кругленькие суммы. Совсем по-другому дело обстояло с субординацией – от нее Альфред был далек, как от Мадагаскара. Именно это его и сгубило. В первый раз его пристальное внимание к мощной груди генерального директора ожидаемо заметила Мисс Цербер. Кинула злой взгляд, сделала пометку в блокноте и поспешила увести начальника подальше. А когда проходила мимо, опустила на стол Альфреда канцелярский нож и пропела голосом, исходящим ядом: - Кажется, это ваш, мистер Джонс. Мистер Джонс намек понял, но, как это у него водилось, к сведению не принял. Во второй раз взгляд из-под нахмуренных бровей перехватил сам Мистер БИ. К счастью, в тот день он был в благоприятном расположении духа и поинтересовался с оттаявшей улыбкой: - Что-то не так, мистер Джонс? Альфред не растерялся и зацепился взглядом за галстук начальства. - У вас хороший вкус, мистер Брагинский! – улыбка Мистера БИ тут же заморозилась. – Ну… галстук, он очень классный. Да. - Спасибо, - Мистер БИ прищурился и невольно поправил узел. Левой рукой. Альфред мог поклясться, что видел, как «что-то», якобы лежащее в кармане, осталось на месте, когда он сполз чуть правее своего положения. После этого у Джонса появилась идея фикс – узнать, что скрывает в себе рубашка Мистера БИ.

***

В пределах офиса были стабильные семьдесят пять по Фаренгейту, тогда как на улице температура уже пару раз опускалась до двадцати. Большое Яблоко три раза покрывалось снегом и те же три раза топило его жаром машин и миллионов людей; на четвертый раз, за два дня Рождества, Нью-Йорк все же сдался и прикрыл голую серость пока еще свежим и чистым снегом. Весь немалый штат фирмы в тот день находился в приятном состоянии возбужденного предвкушения, – вечером их ждал корпоратив, - по причине чего работа во многих отделах просто встала. Альфред от коллег не отставал и с самого утра отлынивал от своих прямых обязанностей всеми возможными способами. Побег от работы к концу дня привел его к рекламщикам, где его тут же поймал Франциск, плотно обхватив за плечи и уводя на кухню. - Ну что, как твои изыскания по поводу русского гостя? - Да никак, - Альфред вздохнул и выскользнул из-под руки Франциска. – Но я точно узнаю, что это такое. Франциск усмехнулся, отошел к кофе-машине и бросил через плечо: - Сдался тебе этот мужик. Хочется ему что-то носить в кармане – так пусть носит. Альфред тяжело вздохнул и привалился спиной к холодильнику. Если бы дело было только в этом пресловутом кармане. Мистера Джонса все знали, как приветливого, немного невнимательного, но в целом добросовестного парня с репутацией безбашенного романтика. Слухи о его любовных приключениях с девушками и женщинами различных возрастов были слишком преисполнены подробностями, чтобы быть правдой; но и ложью их назвать было нельзя. В их фирме, конечно же, были и гомосексуалисты, не скрывающие своей ориентации, и отношение к ним было самым обычным. Но, по какой-то непонятной причине, из отдела кадров буквально выжили милого и приветливого Мэтью Уильямса, лишь только узнали о том, что он бисексуален. Случай не был единичным, и Альфред решил, что все свои предпочтения он оставит за пределами рабочей зоны: тем более, он всегда был более ориентирован на слабый пол. Но это же Мистер БИ, дьявол во плоти. В нем все: и широкий разлет плеч, и выразительные глаза, и крепко сложенная фигура – абсолютно все склоняло к мыслям, уходящим за рамки романтических. Альфред, глядя на него, вспоминал сладкие университетские годы, когда об Этом молчали, но занимались в каждую свободную минуту. Но с такими порывами Джонс научился справляться, и справился бы, если бы не этот чертов карман.

***

На корпоратив Альфред опоздал – слишком долго провозился в ванной комнате, занимаясь процедурами интимного характера. В половине двенадцатого за ним должен был заехать «друг» и отвезти его «домой». По-дружески (такой друг у Альфреда был всего один). Джонс здраво предположил, что слишком сильно заведется от алкоголя и созерцания Мистера БИ, чтобы справиться с этим в одиночку. В клубе, снятом на всю ночь, уже было душновато и пьяно. Альфред прошел мимо танцпола сразу к столикам, нашел ребят из своего отдела и поспешил присоединиться. Все они, по большей части, выпить были не дураки, поэтому Альфред решил догнать их двойным виски. Коварный напиток опустился в пустой желудок и здорово ударил в голову. Джонс заставил себя съесть салат, прежде чем его увели на танцпол девушки из кадров. В толпе еще не слишком пьяных, но уже веселых коллег было привычно – Альфред всегда любил ночные клубы. Виски заставил раскрыть глаза и скинуть значительную часть веса, отчего было легко двигаться, приобнимать вьющихся рядом девушек и что-то весело выкрикивать. Но до приятного онемения губ еще не дошло, и Альфред, ловко ускользнув от компании, направился к бару за дозаправкой. Еще один двойной, две минуты на барном стуле, и Джонсу казалось, что он едва касается пола. Он легко нашел своих, и уже без всякого стеснения обхватил двух молоденьких продажниц за талии. Судя по их раскованным улыбкам, времени они не теряли и набирались шампанским у столиков. Одна из них (ее имя Альфред не помнил) явно была настроена серьезно и потихоньку оттирала подругу в сторону. Джонс засмотрелся на зеленую ленту в ее волосах и пропустил момент, когда остался с ней один на один. Руки сами привычно легли на талию, скользнули чуть выше, а затем снова вниз, почти на бедра – девушка чуть прогнулась в спине, кинув быстрый взгляд из-под светлой челки, и прижалась к Альфреду грудью. «Прости, детка, но сегодня ночью меня ждет Джеймс», - подумал Джонс, но эта мысль вовсе не помешала его рукам изучать узкую спину девушки. Напротив, это казалось ему очень волнительным и даже забавным – сейчас он разогреется с симпатичной девушкой на танцполе, а затем сядет в авто к Джеймсу. Возможно, они начнут, даже не доехав до дома… Музыка стала чуть тише, и девушка потянулась к Альфреду, пытаясь до него докричаться. Он услышал слово «мартини», понятливо кивнул и шагнул предположительно в сторону бара. Вокруг дергались, извивались и протягивали руки люди, знакомые и не очень. Отбиваясь от очередной настойчивой ладони, Альфред неожиданно приметил в толпе знакомые светлые волосы. Вот он, дьявол. В фиолетовой рубашке и черных узких джинсах, которые обтянули его везде, где это было нужно, чтобы пьяные девушки вокруг текли от восторга. Альфред присмотрелся – ну конечно же, карман, на тон темнее самой рубашки, как и манжеты с воротничком. - Блядский карман, - не сдержавшись, пробормотал Альфред и насильно отвел взгляд в сторону. Он оказался всего в шаге от стола, где в одиноком стакане вздрагивала в такт музыке жидкость, похожая на ром. Джонс подхватил стакан, принюхался, удовлетворился результатом и своим чутьем и опрокинул в себя ром. Затем вернул все свое внимание на Мистера БИ – тот улыбался, нетрезво щурился, но руки держал при себе и вроде как старался не замечать прижимающихся к нему женщин. Альфред всем своим пьяным вниманием вцепился в карман – тот снова что-то в себе прятал. Подогретый алкоголем, парень без особенных колебаний решился и шагнул в ряды окруживших Мистера БИ женщин. Его заметили сразу же: кто-то удивленно отступил, где-то попытался погладить по плечу или что-то сказать – но Альфред сделал еще три шага и почти уткнулся носом в чужой подбородок. - Мистер Б… Брагинский, - запнувшись, заорал изо всех сил Альфред. – Есть минутка? Дьявол изогнул бровь, и Джонса внезапно прошиб холодный пот. Адская улыбка вновь сложилась на полных губах, и Мистер БИ кивнул в сторону столиков. Он пошел первым, и Альфреду оставалось только поспешить за ним. Мистер БИ непринужденно лавировал между столиков, в то время как окончательно захмелевший Джонс, несмотря на всю свою природную ловкость, втыкался в каждый второй угол и не переставал извиняться даже перед пустыми стульями. Через минуту Альфред, преодолевший все препятствия, понял, что Мистер БИ направлялся не просто к столикам, а к коридору за ними – он вел в приват-комнаты, которые в тот день были закрыты. В коридоре было темнее, чем в зале, но намного тише – можно было говорить в обычном тоне. - Чего вы хотели, мистер Джонс? Альфред открыл рот, прохрипел что-то жалкое и закрыл его, чтобы не позориться еще сильнее. Его приморозило к полу, взгляд Мистера БИ выворачивал наизнанку, а в голове ласково шумело от выпитого алкоголя. - Я… эмм… ваш карман, - выдавил из себя Джонс, чувствуя, как выпитый ром начинает растапливать воображаемый лед и возвращает телу легкость. – Да, карман. Нагрудный. Что в нем? Холод на лице Мистера БИ сменился замешательством. Он медленно перевел взгляд на свою рубашку и улыбнулся – на этот раз так, что Альфреда с ног до головы обдало знакомым жаром возбуждения. Готовая к приключениям задница тут же поджалась. Дьявольские губы – Джонс мог видеть только их – разомкнулись, и Мистер БИ произнес: - Посмотри сам. Шаг вперед, и Джонс оказался слишком близко, в адовой зоне, из которой было уже не выйти. Дрожащей рукой он провел в воздухе снизу вверх до кармана и скользнул внутрь – мягкая гладкая ткань расступилась под пальцами, и указательным Альфред нащупал нечто твердое и горячее – но оно было отделено еще одним слоем ткани. Джонс распахнул глаза и тупо уставился на карман, в котором орудовал пальцами. Мозг, даже замутненный алкоголем, понял все достаточно быстро. - Посмотри, - повторил Мистер БИ, и его бархатный голос пробрал до самого сердца. Альфред, все еще не уняв дрожь, поднял вверх другую руку и вцепился обеими в воротничок – две пуговицы были расстегнуты. Еще столько же, и он сможет удостовериться во всем своими глазами. Пуговицы выскользнули предательски быстро, Мистер БИ молча улыбался, глядя сверху, и Альфред медленно отодвинул ткань в сторону, открывая левую половину груди. Через светло-розовый, даже на вид нежный сосок был продет штырек с кольцом на одном конце, имитируя вполне очевидную вещь. Джонс видел гранатную чеку, и пальцы его замерли в дюйме от кольца. Иван жарко выдохнул ему в лоб, оказавшись неожиданно близко, и произнес вполголоса. - Посмотрел? Кивнув, Альфред протянул руку и все-таки коснулся теплого кольца. Осмелев, но все же не глядя в лицо, он прошептал: - А что будет, если дернуть? Он услышал тихий хрипловатый смех и голос, который ответил: - Дергай. Только осторожно. Джонс, поначалу ошеломленный словами Мистера БИ, продел кончик указательного пальца в кольцо и потянул в сторону. Иван выдохнул сквозь зубы и сжал кулаки, но Альфред не заметил этого, полностью увлеченный тем, как напрягается нежная розовая плоть. Оставив кольцо в оттянутом положении, он большим пальцем провел по затвердевшему соску и услышал тихий стон. Самый сладкий за всю свою жизнь. Мистер БИ мягко обхватил его запястье и потянул – Альфреду пришлось отпустить кольцо. А ведь ему так хотелось прижаться к нему губами, оттянуть и ласкать языком… - Едем ко мне, - жарко прошептали Джонсу на ухо. - Мистер… - Зови меня просто Иван, - вновь улыбался дьявол, ловко застегивая все пуговицы. – Мое имя создано для того, чтобы стонать, вот увидишь. Когда они вышли из коридора, клуб переживал особенный эмоциональный подъем. Девица, с которой Альфред так неласково обошелся всего пару минут назад, уже прижимала к барной стойке горячего брюнета Антонио из отдела контроля качества и выглядела вполне удовлетворенной. Альфред снова замер, зацепившись взглядом за яркое пятно у бара – чью-то красную рубашку, - но Мистер БИ понял это по-своему. - Нам ехать всего три минуты, - прошептал он на ухо Джонсу, и тот, вопреки здравому смыслу и грохоту музыки, его услышал. – В номере есть и виски, и все, что пожелаешь. Альфред ответил невнятным «угум» и позволил протащить себя через беснующуюся толпу. Он ожидал, что чертовски горячий Мистер БИ посадит его на заднее сидение такси, завалится рядом и, возможно, начнет зажимать и лапать прямо через тонкие джинсы – но дьявол распахнул пассажирскую дверь какого-то-там-ровера (Джонсу было откровенно плевать, на чем его повезут в самое пекло) и подтолкнул остолбеневшего парня в плечо. Послушно осев на мягкое кресло, Альфред неловко поджал длинные ноги, чтобы их не прихлопнуло дверью. Мистер БИ через секунду уже сидел за рулем и нажимал на автозапуск. - Ты же пьяный, - не слишком внятно выдал Джонс, прежде чем его вжало в спинку. – Ты!.. - Я же сказал – ехать три минуты, - Мистер БИ хмыкнул и резко вырулил со стоянки на дорогу, отсигналиваясь. Альфред прикрыл рот и стал ждать – а ну как его адское величество решит выдать что-то не менее пошлое, чем тогда в коридоре? Но дьявол молчал и хмурился, глядя на дорогу – он гнал, выжимая мощь из кроссовера и нервы из все еще пьяного Альфреда. Вдруг автомобиль дернуло, и Джонс едва успел упереться руками в торпеду, чтобы не оказаться лицом в лобовом стекле. - Блять, - прошипел Мистер БИ и ударил по рулю. – Не успели на светофор. Разделить раздражение Альфред был не в силах – его голову только что перестало крутить на странной карусели. И, пока его мозги мотало по черепной коробке, он успел наткнуться на интересную мысль – начать, не доехав до дома. Откуда она появилась и куда направлялась, Альфред не знал, но в целом идею оценил, глянул на светофор – тому предстояло гореть еще минуту сорок семь – и резко (возможно, слишком резко) развернулся корпусом к водительскому сидению и наклонился, чудом не поцеловавшись с рулем. - Джонс, ты что творишь?! – краем глаза Альфред увидел, как побелели костяшки Мистера БИ, когда он сильнее сжал руль, и подцепил пальцами пряжку ремня. Отвечать он нужным не посчитал – у них было меньше двух минут. Пальцы ловко выпростали рубашку, дернули пуговицу, язычок молнии и потянули вниз. Альфред, не медля ни секунды, жадно прижался губами к темной ткани нижнего белья, оглаживая по всей длине все еще мягкий ствол. Дойдя до головки, Джонс сдернул белье и тут же взял ее в рот, плотно смыкая губы и играя языком. Мистер БИ что-то пробормотал и вцепился одной рукой в светлые волосы, другой еще крепче стискивая руль. Альфред почувствовал легкий нажим и взял до конца – пока еще не окрепшая плоть почти без проблем помещалась в рту, но твердела с каждым движением языка. Альфред не мог сказать, что это – самый удачный минет в его жизни, потому что губы онемели от алкоголя, а язык почти не слушался, но то, что это незабываемо, он мог утверждать с точностью. Особенно незабываем был момент, когда Мистер БИ, подгоняемый сигналами стоящих сзади машин, тронулся, и Альфред невольно насадился до самого горла, срывая с дьявольских губ вымученный стон. «Главное – без зубов», - колотилось в голове у Джонса. В крови кипел адреналин, и, не зная цифр на спидометре и чувствуя лишь рычание мощного дизеля, Альфред переждал спазм, сморгнул выступившие слезы, втянул щеки и двинулся обратно к головке по уже твердому горячему стволу. Потянул губами крайнюю плоть, скользнул под нее языком и снова резко опустился до основания – рука в его волосах сжалась, а машина едва ощутимо дернулась. Альфред выпустил плоть изо рта, чтобы немного отдышаться, и услышал: - За эту выходку я буду драть тебя так, что ты имени своего не вспомнишь. Застегни брюки и сядь ровно. Мы почти приехали. Не смея ослушаться, Альфред кое-как натянул белье и с трудом застегнул джинсы, но не удержался и напоследок крепко прихватил член зубами через слои одежды. - Сучка. Джонс не понял, что произнес Мистер БИ, но по его тону почувствовал – ему несдобровать. Автомобиль остановился, и тяжелая рука начальства вытащила Альфреда на морозный воздух. Он не сильно соображал, что происходит вокруг, потому как от переизбытка адреналина и алкоголя мог ощущать только крепкую хватку на предплечье и твердый асфальт под ногами. Разъехались двери, в глаза ударил электрический свет. - Тринадцать двадцать пять, - Альфред наконец смог сфокусировать взгляд на переполошенном парне с ресепшена и кривовато улыбнулся. – Не беспокоить. Ждать звонка. - Х-хорошо, - выдавил из себя бедняга, даже забыв добавить вежливое «сэр». Мистера БИ вежливость в тот момент волновала в последнюю очередь. Такой вывод для себя сделал Альфред, когда его втолкнули в кабину лифта, нажали пару кнопок и придавили к зеркальной стене. Поручень неприятно надавил на поясницу, и Альфред изогнулся, еще сильнее прижимаясь своим возбуждением к чужому паху. Мистер БИ как-то совсем уж дико рыкнул и обхватил лицо Джонса ладонями, заставляя поднять на себя взгляд. - Ты принимаешь? Альфред моргнул, справляясь с шумом в голове, и непонимающе мотнул головой. - Ничего я не принимаю… - Идиот! – Мистер БИ закатил глаза и уже спокойнее спросил: - В какой ты позиции? - А… да, принимаю… я готов… Альфред отвел взгляд – кажется, Мистер БИ был удивлен. В любом случае, удивлен он был приятно, потому что за ошарашенным выдохом последовал поцелуй, горячий, мокрый и такой грязно-приятный, от которого внутри все скручивается и переворачивается. Альфред замычал в чужие губы, отвечая на поцелуй, и зашарил руками по широким плечам, длинной шее, твердой груди. Только он нашел заветное колечко (чертов карман мешал его зацепить), как двери лифта разъехались с мягким шуршащим звуком. Кажется, в коридоре какие-то подростки сидели прямо на полу в попытке поймать вай-фай, но они тут же вжались в стену, пропуская мимо в тот момент действительно похожего на дьявола Мистера БИ. По крайней мере, то место, где его ладонь смыкалась на руке Альфреда, пекло. Пропищал электронный замок, вспыхнул свет, еще немного протащило по мягкому ковру, и Альфред повалился спиной на кровать. Джонс растянулся на гладком покрывале и приподнял голову - Мистер БИ захлопнул дверь, скинул светлое пальто на кресло и небрежным жестом зачесал волосы. И все это было настолько слишком круто, что Альфред тихонько простонал и заерзал на скользкой ткани, стягивая туфли и носки. Ну а дьявол был у себя дома и абсолютно никуда не спешил, словно оставил весь свой пыл и азарт за дверью номера. Он неспешно и вместе с тем ловко расстегнул все пуговицы на рубашке, поворачиваясь к Альфреду с лукавой улыбкой. Его губы порочно покраснели и припухли, глаза в неярком свете влажно блестели, а каждый дюйм бледного тела был исчерчен полутенями. Из-под рубашки показались мышцы верхнего пресса, и Альфред не удержался - поднялся на разъезжающихся коленях, подполз к краю кровати, ухватился за полы фиолетовой рубашки и рванул их в стороны. И ему абсолютно точно было плевать на снисходительный смешок мистера БИ, потому что он знал, как заставить дьявола замолчать. Прекрасное, такое восхитительно-правильное серебристое колечко, закрепленное на штырьке, почти не оттягивало уже твердый сосок, и что в нем было такого, Альфред не знал - он просто дернулся вперед и прижался к нему губами. Джонс не почувствовал горечи, только мягкую кожу под языком и вибрацию от удивленного возгласа Мистера БИ, да и это было неважно. Альфред прижался к напряженному торсу, обхватил руками чужие плечи, зажал зубами кольцо и ощутимо потянул на себя. Мистер БИ дернулся вперед, опустился коленом на кровать и встряхнул Альфреда. - Мистер?.. - Успокойся, маленькое животное. И сказал же, зови меня Иван. В следующий миг Альфред вновь повалился спиной на покрывало, но теперь его накрыло сверху тяжелым и невозможно сексуальным Мистером БИ. Дьяволом. Иваном. Он расположился между ног Джонса на коленях, подтянул его за бедра к себе и закинул ноги на плечи, оставляя поцелуй на лодыжке и не отрывая взгляда от замершего Альфреда. Вновь усмехнувшись, он огладил затянутые в джинсу ноги от коленей до паха и скользнул пальцами к ремню, расстегивая его и пуговицы. Джонс мгновенно пришел в себя и вздернул задницу вверх, помогая стянуть с себя джинсы вместе с бельем, и одновременно возился с пуговицами на своей рубашке. Вскоре Альфред остался совершенно обнаженным, и между его ног был шикарный мужчина - парень уже почти протрезвел, но мыслить связанно это не помогало, кроме того, и сам Иван этому всячески мешал, целуя острые колени и нежную кожу под ними, вжимаясь бедрами в промежность и сыто улыбаясь. В попытке хоть чем-то занять руки, Альфред потянулся к Мистеру БИ и тут же получил по ним ладонью. - Убери руки. Ты ими сегодня уже достаточно поработал. Джонс отчаянно простонал и закинул руки за голову, отворачиваясь. Иван усмехнулся и неожиданно вытянулся на животе, взял Альфреда под колени и прижал их к его груди. - Лучше помоги мне, давай. Альфред послушно перехватил свои ноги и зажмурился - он знал, что его ждет и для чего Иван уложил его в такую позу. Но он медлил, и Джонс напрягся еще сильнее. - Не зажимайся. Расслабься. Большие пальцы мягко скользнули по ягодицам, надавили возле чуть раскрывшейся дырочки и сошлись за мошонкой - Альфред поджал пальцы на ногах и шумно выдохнул, стараясь расслабиться еще сильнее. Иван хмыкнул и скользнул грубой подушечкой пальца прямо по расслабленным мышцам - от сладкой щекотки Альфред вздрогнул и сжался, затем снова раскрываясь. От уверенных, но осторожных движений он заерзал, но Иван крепко удержал его бедра на месте и склонился ниже. Если бы даже Альфред был чертовым молчуном в постели, он бы все равно не удержался от восхищенного стона, когда язык с нажимом прошелся вниз от мошонки к анусу и обратно. Но парень никогда не стеснялся своего голоса, а потому громко вскрикнул, чуть не выпуская ноги из ослабевших рук. Иван вновь никуда не спешил, но все больше это походило на затишье перед бурей - ласки были медленными и восхитительно сладкими, он оставлял жадные поцелуи на внутренней стороне бедра и вновь возвращался к промежности, вылизывая, нажимая на расслабляющиеся мышцы, но большие ладони слишком сильно сжимали ягодицы, без нежности растягивали их в стороны, и Альфред уже почти чувствовал, как Иван спустя несколько бесконечных минут натянет его на свой член, заставит срывать голос и подаваться навстречу. Но Иван все еще не торопился. Альфред уже устал держать ноги прижатыми к груди и беспомощно вскрикивать, не имея возможности прикоснуться к партнеру. Мистер БИ будто бы не слышал жалобных нот в его голосе и продолжал вылизывать и зацеловывать крепкие ягодицы и поджавшуюся мошонку. Спустя две томительные минуты Джонс потерял терпение и требовательно (ему хотелось, чтобы это звучало требовательно) протянул, захлебываясь в стоне: - Ива-а-ан... Тот отодвинулся наконец, словно только этого и ждал, расцепил руки Альфреда, выпрямил его послушные ноги и подтянулся наверх. Альфред повернулся к нему покрасневшим лицом с измученным выражением на нем и слабо улыбнулся, рассматривая еще сильнее припухшие губы. Ему нестерпимо захотелось поцеловать их, и он уже даже потянулся вперед, как вдруг Иван, со стороны такой большой и мощный, одним плавным движением проскользил по покрывалу еще выше и оседлал грудь Альфреда, удерживая его руки своей одной над его головой. - Я же обещал, что ты ответишь за ту выходку на светофоре, - с усмешкой произнес он (как Джонс мог забыть, что имеет дело с самим дьяволом?) и поерзал на груди Джонса. Он был уже раздет - видимо, стянул брюки, пока доводил Альфреда до исступления своим языком. И то, с какой силой давил чужой вес, вывело Джонса на новый уровень возбуждения - он, словно изголодавшись, дернулся вперед, к налитому члену, который покачивался у его подбородка, но едва успел мазнуть по нему губами. Иван хрипло рассмеялся, без усилий сдерживая чужие руки. - Расслабься и открой рот. Альфред послушно разомкнул пересохшие губы, тут же облизывая их. Мистер БИ шумно выдохнул и привстал на коленях так, что его яички нависли над подбородком Джонса. Тот понятливо усмехнулся и широко лизнул мошонку, прикрывая глаза, затем обхватил одно яичко губами и втянул в рот, наслаждаясь сбившимся дыханием Ивана. Время будто замедлилось, в голове звенело, Альфред не переставал работать языком, губами; вскоре Иван отпустил его руки, откинулся, цепляясь за свои лодыжки, и Джонс смог наконец облапить шикарную поджарую задницу начальства, сжать твердые мышцы пальцами и царапнуть короткими ногтями бледную кожу, оставляя розовые полосы. Иван шумно дышал, иногда срываясь на стоны, и Альфред рискнул приоткрыть глаза - тот поигрывал пальцами одной руки с колечком в соске, другой рукой поддерживая равновесие, и внимательно наблюдал за Джонсом. Встретившись с ним взглядом, Мистер БИ убрал руку с груди и завел ее за спину, почти сразу сгребая одной ладонью яички и член охнувшего Альфреда. Провел пальцами еще дальше, сильнее прогибаясь в пояснице, и проскользнул указательным через расслабленные мышцы. Джонс хныкнул, чувствуя желанный дискомфорт, и требовательно провел ладонями по бедрам Ивана. - Ладно-ладно, сейчас все будет. Иван снова как-то нереально, по-порнушному ловко вытянулся между ног Альфреда, оставил короткий поцелуй на подбородке (в то время как парню нестерпимо хотелось целоваться как в лифте, грязно и мокро), сел на пятки и приподнял ноги Джонса, прижимая коленями к своей пояснице. - Обхвати меня крепче. Всего одна маленькая просьба, три слова, а Альфред уже ощущал, как из него будут вытрахивать душу. Он скрестил ноги за чужой спиной и вновь закинул руки за голову, отдавая власть над ситуацией Ивану. Боже, да как будто Джонс сегодня вообще хоть что-то держал под контролем. Бедра Альфреда были практически на весу, подпираемые ногами Ивана, и в такой позе он чувствовал себя слишком раскрытым, расслабленным. Мистер БИ огладил его пресс, на пару секунд зажал в руке покрасневший член Альфреда и потянулся к брюкам на краю кровати, вытаскивая из кармана блестящую упаковку. Взгляд Джонса тут прояснился - он и думать забыл о защите. - Беспечный мистер Джонс, - почти ласково пропел Иван, раскатывая по напряженной плоти презерватив. Альфред зажмурился и отвернулся, - отчего-то именно сейчас ему стало стыдно и неловко, - но Иван не дал ему никакого шанса на раздумья и слитным движением наполовину толкнулся в парня. Дыхание перехватило, живот непроизвольно напрягся, взгляд впился в удовлетворенное лицо Ивана - тот не отрываясь смотрел на то, как входит в тугую плоть его член. Мистер БИ бесконечно длинным движением вошел до конца и прошептал что-то вновь непонятное Альфреду: - Поехали! Иван перехватил Альфреда обеими руками за поясницу и сразу же взял невероятный темп - в первую минуту это было даже тяжело, саднило между ягодиц, дыхание никак не желало выравниваться, и только частые, почти с каждым толчком, удары о простату не позволяли Джонсу выразить недовольство или вообще сказать хотя бы слово, не скатываясь в жалобный стон. А этот дьявол, словно отыгрываясь за всю свою предыдущую неторопливость, и не думал останавливаться. Альфред никогда бы не подумал, что за этим светло-серым строгим костюмом скрывается столько энергии и мощи, которая сейчас превращала его мысли в желе, а тело - в тряпичную куклу. Он не успевал подаваться бедрами навстречу - Иван все делал сам, крепко впиваясь пальцами в бедра и натягивая на себя. Его торс покрылся испариной, влажные волосы упали на глаза, мокрые ладони норовили соскользнуть с чужой кожи; но темп медленнее не становился. Альфред прогибался в спине, хватался за напряженные руки Ивана, вскрикивал и жмурился изо всех сил, ловя разноцветные искры под веками. Он чувствовал себя как никогда близко к тому, чтобы кончить без рук - такое случалось настолько редко, что даже напугало, и Джонс заметался, распахнул глаза, потянулся руками к Ивану, подзывая склониться вниз. Тот сделал еще несколько сильных, резких толчков и почти рухнул на Альфреда. В такой позе было неудобно и двигаться, и целоваться, но Джонс притянул Ивана к себе за затылок и прижался раскрытым ртом к его мягким губам, уже слабо постанывая. Толчки стали чаще и глубже, Иван почти не выходил, уменьшив амплитуду, и отдал всю свою страсть жесткому, грубому поцелую. Альфред ощутил на своей болезненно напряженной плоти влажную кожу живота Ивана, пару раз дернулся вверх навстречу его телу и кончил с тихим, жалобным стоном, утыкаясь мужчине в шею. Все искры под его веками собрались в огромный взрыв, который оглушил его, прокатился волной и оставил после себя блаженную тишину. Через некоторое время (скорее всего, прошло уже несколько минут, потому что Альфред успел немного замерзнуть) Джонс повернулся в сторону Ивана. Тот кончил почти сразу после Альфреда и откатился в сторону с довольным ворчанием, не горя желанием разговаривать. Но молчать в такой ситуации по мнению Джонса было неправильно, а потому он вдохнул поглубже и... - Помолчи, - перебил его Иван. Он смотрел в потолок, на его губах была полуулыбка, одна рука удобно устроилась под головой. Вторую, покоившуюся на животе, он протянул к Альфреду и подтащил его к себе за плечи. - Одна твоя глупая фраза - а она будет глупой, в этом я не сомневаюсь - и ты испортишь все впечатление. Так что встань и иди в душ. И не вздумай попытаться сбежать. Альфред возмущенно выдохнул и скрестил руки на груди, впрочем, даже не пытаясь отодвинуться. - Не хочу в душ. - Ну, тогда не ходи, - флегматично ответил Иван, стащил с тумбочки полотенце и набросил на голый живот Джонса. - Только вытрись. Полотенце тут же прилипло к влажному пятну внизу живота. Альфред лениво повозил им, собирая белесые капли, скомкал и забросил за спинку кровати. Иван в это время засучил ногами, подтаскивая одеяло, укрыл их по плечи и щелкнул выключателем на тумбочке, погасив свет. Альфред никак не мог перестать про себя называть Ивана Мистером БИ и, тем более, дьяволом - он был порочно красив, с легкой улыбкой глядящий вверх, размеренно дышащий и обнимающий удивительно крепко. Возможно, Джонс смог бы отметить для себя еще что-то интересное, но он был абсолютно вымотан, а отпустившее опьянение оставило за собой сонливость. Поборовшись еще с минуту с приближающейся дремотой, Альфред все же сдался и закрыл глаза.

***

На следующий день Джонс вбежал в офис злой, встрепанный, помятый и опоздавший. В качестве поблажки начало рабочего дня перенесли на десять утра, но Альфреда это не спасло - именно в это время он толкался в душном метро, пробиваясь к вагону. Проснувшись в гостинице в половине десятого под пренеприятнейшие звуки будильника на собственном телефоне, парень обнаружил, что Мистер БИ уже ушел - не насовсем, конечно, на стуле висела его вчерашняя рубашка, а джинсы были аккуратно сложены и лежали на подлокотнике кресла. Альфред попытался начать рефлексировать по поводу произошедшего накануне, но не смог по причине отсутствия на это времени. В бешеном темпе пролетели сборы, поиск ближайшей станции метро и поездка до работы - где уж было сесть и погрустить. Время для минутки самоанализа нашлось по прибытии на рабочее место. Помятые лица коллег внушали надежду на то, что начальство выглядит не лучше (но не Мистер БИ, конечно, он же чертов идеал) или же вообще освободило себя от посещения офиса. Возможно, так и было, или важные задницы просто отсиживались в кабинете, дыша перегаром на сонных секретарей, таскающих им кофе. Альфреду кофе никто не приносил, поэтому он самостоятельно направился на кухню, сварил двойной американо и сел у холодильника, привалившись спиной к его нагретому боку. В офисе было неожиданно тихо, мало кто решался подавать признаки жизни, и работа медленно, но верно двигалась вперед. Проверенные отчеты сортировались, закрытые бюджеты перепроверялись и отправлялись в базу. И еще миллион миллионов мелких, но таких важных дел, от которых Альфред позорно сбежал, чтобы сесть саднящей задницей на мягкий кухонный стул и подумать. Ситуация складывалась не самая... ясная. Именно так. Пара сообщений и пропущенных от взволнованного Джеймса разбудили в Альфреде совесть, он даже успел отправить ответ, в котором уверял, что с ним все в порядке, и хотел попросить встретиться вечером, когда на его телефон пришло MMS с неизвестного номера. Там мог быть только вчерашний вечер, Джонс в этом даже не сомневался, и в следующую же секунду его пробил холодный пот. Возможно ли, что кто-то видел их с Мистером БИ в том коридоре? Альфред огляделся. Рядом не наблюдалось никого, кто следил бы за ним - да вообще никого, кто был бы способен на нечто столь коварное. Не в это утро. Дрожащим пальцем Джонс ткнул в оповещение и даже зажмурился на секунду, а когда открыл глаза, сдавленно и ну очень позорно пискнул, тут же прикрывая рот рукой. На фотографии был он сам, в номере Мистера БИ, один на огромной кровати, спящий и откровенно затраханный. Ниже следовала подпись, от которой Джонс отчаянно покраснел. "Дернул за гранатную чеку" Вовсе не смешно. Альфред еще долго мог бы сидеть, тупо уставившись над фото, если бы не подошедший Франциск, с любопытством нагнувшийся на телефоном. - Воу, Фредди, а я-то думал, куда ты вчера запропастился! Чересчур поспешно Джонс убрал телефон в карман и попытался сделать удивленное лицо. - О чем ты? - Как о чем? - хохотнул Франциск и выразительно приподнял брови. - Кажется, она та еще штучка, да? Сняла тебя, пока ты спал, да еще и номер узнала. Это кто-то из компании? - Да... нет, - растерялся Джонс и отмахнулся. - Нет. Так, хорошая знакомая. Забрала меня вчера. Франциск закивал головой и широко улыбнулся, склоняясь ниже. - А если в подробностях? - Да нет никаких подробностей, - Альфред нахмурился и попытался встать, но коллега ненавязчиво преградил ему путь, упершись рукой в холодильник. - Как будто ты не знаешь, что происходит, когда девушка приезжает за парнем и наутро присылает ему фото из постели. - Какой ты пресный, - расстроился Франциск и опустил руку. - Ладно, я буду считать, что у тебя еще похмелье, и ты вскоре подобреешь и расскажешь мне все детали. - Да, да, да, - закивал Альфред, оборачиваясь на выходе с кухни, и шагнул вперед. И в этот же миг его кофе (слава всем богам, почти остывший) оказался на ком-то, в кого так неудачно врезался парень. - Джонс, - прошипела мисс Арловская, держа в вытянутой руке планшет с промокшими бумагами. Альфред отшатнулся назад, с суеверным ужасом глядя на темное пятно, расплывающееся на голубой блузке, и мысленно прощался с работой и жизнью. Франциск оказался тут как тут, преувеличенно галантно подхватил злую, как фурия, девушку под локоть и повел в сторону уборных. Послышались одинокие аплодисменты. Альфред обернулся и увидел Мистера БИ. Тот стоял у стены, едва касаясь ее плечом, и медленно хлопал в ладоши. - Браво, мистер Джонс. Мало того, что вы нажили себе недоброжелателя - так вы его еще и превратили во врага. Достойный талант. Ответить на это было нечего, и Альфред не придумал ничего лучше, чем по привычке перевести взгляд на карман. И обнаружить, что под ним ничего нет. Иван перехватил его взгляд и понимающе усмехнулся. - Знаете, я подумал, что граната - опасная вещь. Да и того... - он сделал паузу, чтобы чуть улыбнуться, - взрыва для меня хватит еще надолго. - Надолго?.. - только и смог выдавить из себя Джонс, решившись наконец посмотреть Мистеру БИ в глаза. - Конечно, надолго. Меня пригласили на место исполнительного директора, и я не мог не согласиться. Просто замечательное место - приятная атмосфера, да и коллектив тоже неплох. Альфред готов был поклясться, что даже Асмодей не способен улыбаться так, как это сделал Мистер БИ. Кажется, личный билет мистера Джонса в ад лежал в нагрудном кармане мужской рубашки. В том самом, что с левой стороны.