Вмешательство извне

Глава 16. Тьма. Часть 2

      «Не спрашивайте у меня имени Врага. Не спрашивайте о его стремлениях и его методах. Не просите открыть его мысли или повторить его слова. Просите только о силе, чтобы его убить».       Пособие для поддержания духа имперских пехотинцев («Благочестивые Наставления», 97-14), Вселенная Warhammer 40000       Меридиан висел вдали, похожий на маленький игрушечный мячик. Одна его сторона отсвечивала изумрудным блеском в лучах солнца. Красота, которую мало кто может оценить на этих безкрайних просторах космической тьмы...       Армада была в готовности – Шао’ссоры как будто ждали Предтеч, знали, где они появятся, и распределились в пространстве так, чтобы одним единым залпом смести их. Орудия всей многосоттысячной флотилии ящеров сейчас были нацелены на тринадцать древних городов, вдруг вынырнувших из гиперпространства в самом сердце позиций врага. Потрёпанные в бою, повреждённые, с истощённым энергозапасом, древние крепости сейчас были отличными мишенями...       Дарак не мог понять, как такое случилось. Отступление – пусть и поспешное – было организовано в соответствии с планом. Координаты пункта назначения, лежавшего за пределами системы, были рассчитаны заранее и известны всем городам! Но почему тогда они оказались ЗДЕСЬ? Почему всё пошло не так?       Ящеры почему-то медлили, не спеша разнести Предтеч в пыль.       «Ну, спасибо вам за ваш гениальный план», - сказала, словно плюнула Нитара.       «Мы знали, что не победим», - мгновенно ответил Дервиш. «Но что-то не так... Они уже должны были нас уничтожить».       - И правда – мы должны уничтожить вас, - вдруг в эфире раздался новый – незнакомый! – голос. – Древние! – эхом разнеслось в эфире. – Вы всегда стояли у нас на пути. Вы всегда боялись нас, нашего стремления к экспансии. Поэтому вы и создали эти города, защитников, которые оберегали бы миры, пригодные стать узлами нашей системы Изменения. Но мы ведь просто боролись за своё выживание...       - Ваше выживание несёт смерть для всех остальных, - вдруг перебил передачу Дервиш. – А сейчас вы вообще собираетесь совершить величайшее преступление за всю историю вселенной. Вы не ведаете, что творите!       - О, мы прекрасно понимаем, что хотим сделать, - прозвучало в ответ, и при этом голос особо выделил слово «мы». – Наши народы стали непримиримыми врагами задолго до сего дня. Этого уже не изменить, хоть и не мы выбрали такой вариант. Вы сделали этот выбор за нас. Сейчас вам вновь нужно выбрать – остаться в стороне, не мешать нам, и выжить, или... Вы понимаете, что. Бегство – не выход, как вы сами убедились. Наши крейсеры-заградители не дадут вам путешествовать в гиперпространстве и не выпустят из системы Меридиана.       - О, вы и вправду многому научились за время, прошедшее с нашей первой встречи, - вдруг заговорил Дарак. – Кварковые заряды, завихрения в гиперпространстве, чтобы нельзя было сбежать... А я помню, как разбил вашу армаду сто тысяч лет назад. И я помню, как сначала вы бомбили планету Ис, стремясь полностью уничтожить все формы жизни на ней. Там были разумные существа! – и, вспоминая эти события, казалось бы, случившиеся так давно, Дарак вновь чувствовал гнев неимоверной силы. Абсолютная машинная память вновь заставляла его переживать этот момент, вновь заставляла видеть гибель миллионов невинных. – Мирные разумные существа! Эту вашу безсмысленную жестокость я не забуду никогда! И сделаю так, чтобы и вы не забыли! Так что не ждите, что мы отступим в сторону и позволим вам наслаждаться победой!       - Так значит... это ты! Первый Предтеча, - удивлённо и даже почтительно произнёс голос. – Ты уничтожил нашу армаду, остановив Первый крестовый поход!       - Да, - злорадно произнёс Дарак. Он специально рассказал об этом случае из своего далёкого прошлого. Он знал, что эта битва стала поворотным моментом в истории Шао’ссоров. Знал, как само упоминание об этом величайшем поражении подействует на ящеров. Знал, как может подействовать на них осознание того факта, что прямо здесь и сейчас против них выступает тот, кто в одиночку сокрушил и Великий Первый крестовый поход, отодвинув Изменение на добрую сотню тысяч лет! Смятение. Страх. Ужас. Трепет... Дарак надеялся, что план сработает.       Голос не отвечал. Мучительно тянулись секунды ожидания. Если бы Дарак сейчас мог слышать, что творится в ментальной сети Шао’ссоров, то был бы доволен – из-за того, что обращение Первого Советника к Первоврагам транслировалось на всю армаду, во всём флоте сейчас не было ни одного ящера, который бы не узнал: «Древний враг здесь! Чудовище, погубившее Первый Поход! Похититель душ! Ветер Смерти! Он здесь!» Вся сеть была наполнена суеверным страхом сотен миллионов ящеров!       Дарак и вправду мог быть доволен.       - Отличный ход, - наконец прилетел голос Советника. – Попытка подорвать наш боевой дух, нашу решимость. Но ты, Древний Враг, всё-равно недооцениваешь нас. Скоро сюда прибудет Левиафан. И в любом случае тогда всё будет кончено для вас.       - Ха! Я уничтожил вашу армаду в прошлый раз, - словно насмехаясь над неизбежным, говорил Дарак. – И хоть сейчас даже вместе с соотечественниками мне будет сложно сделать это снова, но мы постараемся забрать как можно больше вас с собой в вечность, - скажи он это ещё чуть более надменно и воинственно, то это можно было бы приравнять к плевку в лицо.       - Слова истинного воина, понимающего свою обречённость, - довольно изрёк Советник. – Что ж, хорошо. Попробуйте сделать то, о чём говорите... и умрите с честью. Огонь! – приказал он, и в тот же миг космос вспыхнул и забурлил энергией – все корабли Армады, окружившие древних, дали одновременный залп! Необъятная лавина разрушительной энергии изверглась из сотен тысяч орудий и устремилась к цели! Казалось, что Предтечи будут уничтожены в тот же миг, будут распылены, не смогут выдержать такого неистового удара... Но они и не собирались принимать его на себя! Когда их гибель уже казалась неизбежной – всего за ничтожную долю секунды до гибели – они, резко набрав неимоверную скорость, ушли с линии огня, пропустив буквально в считанных десятках метров от себя свирепые лучи, озарившие всё вокруг слепящим светом подобно второму Солнцу!       - Наш ход! – в тот же миг передал остальным Дарак, и все города, не снижая скорости, ринулись в самую гущу вражеского строя, постоянно маневрируя и совершая такие пируэты, сама теоретическая возможность которых считалась невероятной!       Ящеры вновь и вновь обрушивали на Предтеч свою сокрушительную мощь, но чудовищная манёвренность и скорость древних городов каждый раз позволяла им отделываться минимальными повреждениями!       В считанные мгновения города преодолели расстояние, отделявшее их от армады, вставшей кольцом, и сразу в дело пошли снаряды! Огромное облако золотистой «пыльцы» вгрызлось во вражеский строй, вспоров его словно айсберг – борт «Титаника». Космос озарился вспышками сотен взрывов... и вновь РЭБ-флот ящеров, ждавший своего часа, нанёс удар! И вновь снаряды замерли и принялись взрываться, не достигая целей! Но, даже лишившись своего главного оружия, Предтечи не думали отступать! Они рвались вглубь вражеский построений, не обращая внимания на шквальный огонь и повреждения, на сыпавшиеся со всех сторон потоки энергии, лучи, прошивавшие их насквозь. Они рвались вперёд, ибо целью их был флагман, чей зловещий змееподобный силуэт был хорошо различим даже с огромного расстояния – он заметно превосходил в размерах тот, которым некогда командовал Шро’так...       Но без щитов, лишённые возможности эффективно использовать снаряды, космические города не могли прорвать плотную линию обороны ящеров. И вот уже один из них остаётся позади с повреждёнными двигателями. Мгновение спустя он исчезает в слепящей вспышке. Забирая с собой все корабли ящеров, что были слишком близко...       Но Дарак упорно ведёт всех вперёд.       Ещё один город, прошитый лучами, раскалывается на огромные куски...       И вот, кажется, что атака древних захлебнулась, но вдруг тыловые соединения армады заполыхали взрывами! Это мины! Они каким-то непостижимым образом переместились от Меридиана к позициям ящеров и в пылу сражения их никто не заметил! Целое минное поле двигалось от планеты к армаде, подрывая корабли пришельцев!       И армада наконец-то отреагировала – корабли внешних линий начали разворачиваться и маневрировать, отстреливать мины. Рои истребителей устремились к смертоносным серебристым кубам, зловеще плывшим огромной волной сквозь построения врага.       Этот странный манёвр минного поля оттянул часть кораблей из линии обороны флагмана, и древние, используя момент, вновь ринулись вперёд!       Советник следил за ходом боя из командной рубки флагмана, К’хора. Система визуализации передавала информацию прямо ему в мозг, позволяя видеть всё поле боя и даже больше – всё, что было доступно синтетическим органам чувств флагмана и остальных кораблей армады. И каждая мысль Советника моментально отражалась на ходе сражения, каждый приказ моментально исполнялся, и корабли флота делали то, что было нужно. Сейчас Советник чувствовал себя эдаким кукловодом, дёргающим за ниточки. И едва это происходило, как марионетки послушно исполняли его волю.       Он видел, как минное поле вдруг оказалось в тылу основных сил. И, хотя серьёзной опасности для армады в целом оно не представляло, РЭБ-флоту был отдан приказ о нанесении нового удара, чтобы вывести мины из строя. Но кораблям радиоэлектронной борьбы понадобится несколько минут, чтобы общий импульс достиг нужной мощности...       А сейчас внимание Советника занимали одиннадцать древних городов, продолжавших прорываться к флагману.       Тень мысли – и нужный участок поля боя развернулся перед его взором во всей своей угрюмой и суровой красе: крепости успешно продвигались вперёд, ловко уклоняясь от большинства атак. Одиннадцать гигантских «снежинок». Повреждённые, истекающие дымом, изрезанные гигантскими оплавленными бороздами, но не сломленные, не сдавшиеся, эти древние боевые механизмы стремительно шли к цели, сыпля снарядами во все стороны, хотя из-за РЭБ-атаки это и не имело особого смысла... Корабли Шао’ссоров – весь этот динозавроподобный зоопарк из десятков тысяч бортов – даже линкоры и дредноуты, расступались перед ними, старясь уйти от вражеского огня, ибо встреча даже с малым роем золотых огоньков означала гибель корабля, о чём красноречиво свидетельствовала цепочка взрывов, протянувшаяся по всему пути следования Предтеч – «сошедшие с ума» из-за РЭБ-флота снаряды древних взрывались едва пролетая сотню километров. Но такие потери были незначительны для армады, и ящеры продолжали ожесточённо обстреливать крепости: лучи и сгустки энергии, торпеды и синие разряды молний сыпались на них со всех сторон, создавая завораживающую какофонию взрывов, пляску света и тени.       Эскадрильи истребителей и бомбардировщиков хищными стаями стремительно проносились над городами, осыпая их градом выстрелов...       Но ничто не могло остановить Предтеч, даже потери – ещё один город взорвался ослепительной вспышкой, разметав и испарив корабли ящеров, что были поблизости. Это лишь придавало Дараку и остальным решимости довести начатое до конца...       И вот флагман уже в зоне поражения. Эта гигантская машина, похожая на трёхглавого дракона, внушающая благоговейный трепет союзникам и страх – врагам. Она так близко! Пора!       И самый огромный рой золотистых огоньков, какой только можно было вообразить, моментально устремился вперёд с самого малого расстояния...       Советник видел всё это. И знал, что нужно делать.       «Как вы предсказуемы», - разочарованно подумал он. «Нацелились на флагман, устроили отвлекающий манёвр с минами, чтобы разделить наш флот... Но в итоге всё тщетно!» - и он отдал приказ!       Судорога искажения передёрнула космос – это было похоже на марево от горячего воздуха, прянувшее во все стороны от громадного флагмана, и лишь ещё больше ускорялась и усиливалась от корабля к кораблю! Это искажение распространялось стремительно, захватывая всё больше и больше пространства... а корабли ящеров, оказавшиеся внутри «марева» словно обретали второе дыхание... Хотя даже не так – будто до этого они были точно рыбы, выброшенные на берег, а сейчас вдруг оказались в родной водной стихии!       Гигантский рой снарядов вдруг рассыпался всего в каких-то сотнях метров от флагмана – золотистые огоньки потухли, и жёлто-зелёные механизмы, начинённые смертью, полетели вперёд по инерции... А секунду спустя начали взрываться один за другим, пока флагман ящеров не окутала пелена пламени! Истаяли. Исчезли.       В зловещей тишине космоса города остановились, не долетев ста километров до чудовищного флагмана Шао’ссоров.       - Это... конец, - передал остальным Дарак, получая отчёты сенсоров о всё увеличивающемся числе внутренних и внешних повреждений, начавшихся с двигателей, и охватывающих всё больше и больше его систем.       - Жаль, что теперь даже близко к ним не подойти, - почему-то совершенно спокойно и беззаботно сказал Дервиш. А флот ящеров выстраивался, чтобы нанести решающий удар. - Это поле их законов, где мы безсильны. Но мы знали, что так будет...       Разговор, занимающий доли секунды, пока враг наводит свои орудия и готовится к залпу... Таков приказ Советника...       - Надеюсь, ты не зря доверял этому Страннику и людям, - голос Нитары наполнен печалью. И смутной тенью надежды. – Надеюсь, всё это было не зря...       - Ты надеешься не на это, - возразил Дервиш. Очень мягко. – А на то, что смерть, возможно, сделает нас вновь самими собой – не машинными копиями когда-то живших, но истинно теми, кем мы были.       - Ты дурак, - горько усмехнувшись, ответила женщина. – Так ничего и не понял.       - Я понял. И если бы у меня был второй шанс, то я бы остался с тобой, а не стал тем, кем сейчас являюсь.       Меньше, чем секунда. Но когда ты – машина, искусственный интеллект, то время общения ничтожно мало. Сотые, даже тысячные доли секунды.       А враги уже готовы. Орудия кораблей наведены, и накапливают энергию для выстрела. Почти миллион кораблей. И все они готовы сыграть финальный аккорд в этой симфонии войны, растянувшейся на целые эпохи.       - Ты..., - вырвалось у Нитары.       - Просто молчи, - тихо сказал Дервиш. – Я с тобой. Сейчас мы вместе. И всё остальное уже не важно.       - Жаль, что всё так получилось, - сказал кто-то. – Похоже, нам уже не увидеть, чем всё закончиться...       - Проклятые ящеры! Из-за их поля у меня отказала половина систем! – ещё чей-то гневный голос в эфире...       - За... друзей... не... гу... сам..., - говорил кто-то ещё, пробиваясь сквозь помехи – системы связи начали барахлить.       А затем вдруг совершенно чётко, так, словно не было никакого поля законов иной вселенной, прозвучал голос Дарака:       - Прощайте, друзья! – и в тот же миг вся армада, окружившая древних, выстрелила!       Нескончаемый свет затопил космос.       Неимоверная лавина смертоносной, всесокрушающей энергии устремилась к цели!       Последние мгновения... И сейчас время кажется таким медленным, таким тягуче-ленивым. Оно течёт так неторопливо, что можно рассмотреть всё в мельчайших деталях и подробностях – каждый луч, протянувшийся от каждого корабля, каждый корабль, каждое малейшее движение их бортовых орудий и то, как яростно и медленно они выплёвывают всё новые порции энергии...       Но время неумолимо. Отсчёт стремится к роковой отметке, к нулю, знаменующему начало новой эпохи.       Ничтожные доли мгновения до конца.       И всё словно замерло.       Вспышка!       Яркая, как тысячи солнц! Убийственная, как взрыв сверхновой!       Эта энергетическая буря ослепляет. И не только обычный глаз, но и синтетические органы чувств кораблей Шао’ссоров!       А свет всё бушует там, где только что, пойманные в ловушку, были Предтечи. Космос там как будто кипит, как будто там рождается новая звезда...       Советник всё ещё был на мостике К’хора. Он уже отключил своё сознание от системы визуализации и наблюдал за исполнением своего приказа об уничтожении Предтеч сквозь большое панорамное окно мостика. Наблюдал со смешанными чувствами в душе. С досадой. От того, что вновь по его вине погибли многие. Но и с облегчением – стало одной проблемой меньше. Но более всего было в его душе сейчас уважения и восхищения к Предтечам, к их решимости, храбрости, к тому, что, несмотря на заведомую невозможность победы, которую они и сами осознавали, они всё-равно продолжали сражаться до последнего, защищая свои взгляды и идеалы. Он не верил, что это было результатом их машинной искусственной природы. Нет. Они оставались верны самим себе несмотря ни на что. В отличие от... него?       - Достойный конец для великого противника, - прошептал он, глядя на бушующий яростный свет, поглотивший города-крепости. На мостике не было никого, кроме Советника – никто не имел права туда входить, кроме главнокомандующего и Ревнителей Веры. Поэтому он не боялся, что кто-то услышит эту фразу, сказанную на его родном языке.       Чувство победы начало заявлять о себе. Советник уже собрался было отдать приказ о перегруппировке флота, как вдруг замер: яростно бушевавший свет от взрыва городов, поддерживаемый непрекращающимся огнём армады, вдруг резко погас! И там, где ещё секунду назад свирепствовала термоядерная смерть, удивлённым взглядам наблюдателей явилась огромная, абсолютно чёрная зеркальная сфера, отражающая звёзды и корабли армады причудливо искажёнными! Она казалась невесомой, неосязаемой и вместе с тем – абсолютно несокрушимой.       А затем – в мгновение ока – она лопнула!       - Не может быть! – вздрогнув, удивлённо выговорил Советник. Он почувствовал, что в этот самый момент ментальная сеть ящеров напряглась до предела, переполненная тонами опасения, удивления и даже суеверного страха. И понимал, почему – прямо в том самом месте, где они должны были быть уничтожены, совершенно невредимые висели древние города! И они были не одни – три небольших серебристых веретенообразных корабля, появившиеся неизвестно откуда, вклинились в их строй!       Советник знал, что это значит...       Они успели! В самый последний момент! Крутов даже не ожидал, что всё случится именно так, но им удалось!       Едва выйдя из портала – следа, оставленного армадой и инициированного командой Звягинцева, защищённые полем невидимости, моментально оценив обстановку, корабли землян ринулись на помощь зажатым в ловушку предтечам. И они едва успели создать общее поле фазированного вакуума – абсолютный барьер – накрыв им и себя, и уцелевшие города за мгновение до неминуемой гибели!       Всё это заняло не более десятка секунд.       Крутов Сергей Иванович был в одном из кокон-кресел в зале управления корабля «Александр Невский». Сейчас глава ФСБ словно сросся с этой мощной и опасной космической машиной, он чувствовал корабль как самого себя. Он был готов дать бой врагу, грозившему уничтожить всё. Так же, как были готовы и те люди, что на пяти кораблях отправились вместе с ним.       - Интенсивность воздействия на щит снижается, - прошелестел в голове голос Кондратия.       - Хорошо, - метнул мысль в ответ Сергей Иванович. – Что с крепостями?       - Пытаются связаться с нами.       - Хорошо, - сказал Крутов.       - ...приветствуем и благодарим вас за помощь, - услышал Сергей Иванович конец фразы, а затем, не дожидаясь продолжения, сказал:       - Дервиш, надеюсь, вы тоже здесь? Надеюсь, вы запомните это – после вашей проникновенной речи и просьбы о помощи мы просто не могли остаться в стороне.       - Земляне? – голос Дервиша сквозил удивлением настолько сильно, что это невозможно было передать.       - Внимание! Отключение барьера! Выходим в реальный космос! – донеслось до слуха оповещение Кондрата. Корабль качнуло, и тотчас ожили системы слежения – Крутов словно прозрел, сразу увидев всю систему Меридиана, огромный, неисчислимый вражеский флот и все его перемещения во всех возможных спектрах от инфракрасного до гравитационного.       - Эффектное у нас появление, - самодовольно изрёк Кондрат. – Враг в замешательстве.       - И надо этим воспользоваться, - холодно сказал Крутов. – «Муромец» и «Жуков» на месте?       - Да.       - Пусть начинают, - приказал он. – Древние, выходите из боя.       - Но мы ещё..., - это пытался возразить Дарак.       - Вы повреждены и выведены из строя, - отрезал Крутов.       - Их заградители не дают нам совершать гиперпрыжки, - но в этот самый миг русские корабли уже начали атаку...       Советник всё ещё смотрел на вражеские корабли, уничтожившие армаду на орбите Земли. Это мгновение – когда они «вылупились» из-под скорлупы неизвестного защитного барьера вместе с уцелевшими городами Предтеч, почему-то показалось ему неизмеримо долгим. Это было удивление. И именно оно помешало вовремя отреагировать на появление этой угрозы...       Три маленьких серебристых кораблика – каждый был меньше обычного транспортника Шао’ссоров – стремительно сорвались с места с таким невероятным ускорением, что выпали из поля зрения и врезались в самую гущу вражеского флота прежде, чем армада успела хоть что-то предпринять. И тут же они нанесли удар своим чудовищным оружием. И вновь в первый миг показалось, что ничего не произошло – не было ни лучей, ни разрядов, ничего, что могло бы говорить о начале атаки. Но мгновение спустя всё изменилось – корабли ящеров в огромной области пространства перед русскими машинами на прямой едва ли не в миллион километров вдруг стали раскалываться на части, исчезать, сворачиваться вокруг своей оси подобно свиткам, проваливаться внутрь самих себя, словно в них образовались чёрные дыры. Но больше всего было кораблей, огромные части которых просто исчезли безследно, будто их кто-то вырезал, оставив в кораблях круглые дыры с раскалёнными добела краями корпуса, переборок, отсеков. Некоторые корабли лишились более чем половины своего «тела» и теперь перед гибелью в космосе безпомощно плавали носовые части грозных боевых машин или их двигатели.       И всюду были взрывы. Сотни тысяч взрывов, довершающих то, что начали русские, уже совершавшие новый стремительный манёвр. А секунду спустя так же полыхнуло в тылу основной части армады – это атаковали два других корабля – «Илья Муромец» и «Маршал Жуков»...       «Немедленное отступление всей армаде! В бой с противником не вступать!» - яростно устремился в ментальную сеть мысленный приказ Советника, видевшего чудовищные результаты атаки русских, и чувствовавшего, как весь флот - каждого Шао’ссора из множества миллиардов охватывают гнев и ужас от осознания того, какой невообразимой силой обладает этот новый враг. Нельзя допускать ещё больших потерь и падения боевого духа. Он сам всё сделает!       «Флоту брандеров с кварковыми зарядами прибыть на усиление группировки флагмана! Мы остаёмся прикрывать отход армады!»       Крутов был готов ко многому, но не к тому, что последовало за атакой его небольшой флотилии – все корабли ящеров вдруг резко и синхронно исчезли в туннелях гиперпереходов! Они сбежали, оставив лишь небольшую группу кораблей во главе с монументальной машиной, похожей на сказочного змея Горыныча, прежде чем русские успели нанести свой второй удар!       - Что за чёрт? – недоумённо воззрился на показания следящих систем Крутов. – Они что – убегают?       - Так точно, - тут же отозвался Кондрат. – Фиксирую множественные переходы в гиперпространство. Судя про траектории, они должны выйти здесь, - тотчас система Меридиана, которую наблюдал Сергей Иванович, скачком уменьшилась в размерах, ушла влево и превратилась в яркую точку на карте галактики, созданной благодаря астрономическим исследованиям, проводившимся за время присутствия русских учёных на Меридиане. От этой точки протянулась короткая сияющая серебряная нить, коснувшаяся другой искорки на карте восточнее.       - На расстоянии одного прыжка, - задумчиво сказал Крутов, проследив за линией. – Не думаю, что всё будет так просто.       - Прикажете преследовать? – вкрадчиво осведомился ИИ, всплыв в поле зрения в виде мультяшного домовёнка Кузи.       - Нет. Они отступают с тем расчётом, чтобы потом можно было быстро вернуться, - манёвр противника, поначалу удививший Крутова, уже начал его тревожить. Противник повёл себя так, словно всё ещё рассчитывал на победу. Возможно, у ящеров есть какой-то план...       - Противник оставил флот прикрытия, - напомнил ИИ.       - Да. Похоже, они считают, что этот флот может нас победить.       - Такое возможно?       Крутов помолчал.       - Возможно, - заключил он несколько секунд спустя. – Особенно если мы чего-то не учитываем или не знаем.       - Значит, хорошо, что я отдал распоряжение всем кораблям уйти в режим скрытности, когда враг побежал, - Кондрат произнёс это таким тоном, что было не понятно, констатирует ли он факт, либо спрашивает об оценке своих действий.       - Хорошо, - кивнул Крутов. – Надо осмотреться.       - Сканирование системы Меридиана не показывает присутствия в ней никого, кроме нас, Предтеч и двух сотен вражеских кораблей.       Флот ящеров, оставшийся в системе – всего двести кораблей самых разных типов – окружённый пятью маленькими кораблями землян, не двигался с места. Уцелевшие в битве Предтечи, израненные, повреждённые, безвольно дрейфовали в космосе, медленно удаляясь от флагмана, где едва не были уничтожены. Всего девять городов, более не способных вести бой и передвигаться. Как и безчисленное множество обломков кораблей и безжизненных тел Шао’ссоров, которым не посчастливилось служить на этих кораблях.       Безстрастная чёрная бездна замерла в ожидании.       Советник всё также был на мостике флагмана. Сейчас он – Второй, Игорь, как никогда более остро ощущал, что от его действий здесь и сейчас зависит всё, зависит успех всего плана.       Лёгкое волнение, от которого нельзя было избавиться. Но это было понятно – враг, с которым он должен был схлестнуться – люди. Враг чрезвычайно опасный. Ведь именно они всего несколько часов назад уничтожили Вторую Армаду. И не известно, где был бы он сам, если бы не зов Странника... Но эти корабли землян... Второй никогда не видел подобных технологий. Но он знал, кто мог их видеть.       «Наследие Странника», - думал он. «Это он научил этих землян делать такие машины». А перед взором Советника разворачивалась картина, которую передавала система визуализации К’хора. Огромный полуживой корабль видел сейчас только другие союзные корабли и девять недобитых древних городов. Но пять кораблей, за несколько секунд уничтоживших едва ли не двадцатую часть Первой Армады, он не замечал. Казалось, что они просто исчезли. Но корабль, обладающий зачатками разума и интуиции, знал, что этот чудовищный враг где-то здесь. И боялся его потому, что не могу увидеть.       Но Советник не боялся. Одним мощным волевым усилием он вошёл в изменённое состояние сознания, раздвинув границы восприятия! Сначала в глазах потемнело, а все звуки стали приглушёнными и басовитыми, а затем Советник словно вдруг «хлынул» во все стороны, затопил собой флагман, все корабли группы прикрытия... добрался до древних городов и пошёл дальше, становясь всё больше, пока не заполнил собою всю эту солнечную систему!       И в тот же миг все его ощущения стали абсолютными: он прозревал сквозь пространство, твердь и плоть, видел и слышал, как сталкиваются в безконечном броуновском движении атомы и другие – ещё более мелкие частицы материи! Он чувствовал, как взаимодействуют все тела и объекты этой системы, ощущал гравитационные силы, словно нити, опутывающие всё. Видел всё, что происходит на планетах, чувствовал это, ощущал мощь термоядерных реакций, происходящих в местном Солнце... был им! Он был этой солнечной системой! И знал всё, что происходит у него «внутри».       И даже русские корабли – великое чудо научно-технической мысли из иной вселенной – окутанные особыми полями, делающими корабли абсолютно невидимыми во всех спектрах – даже они были видны Советнику как на ладони. Пять чёрных маленьких сфер, замерших в настороженном ожидании на безопасном расстоянии от флота Шао’ссоров, видимых как яркие искры. «От меня не спрятаться», - мелькнула мысль в сознании Советника, и он едва не потерял концентрацию. Но он уже запомнил, где были русские корабли.       Возвращение в нормальное состояние сознания было подобно удару о воду при падении с огромной высоты. Но Советник к этому уже привык. Он быстро взял себя в руки и сразу настроился на канал связи ментальной сети Шао’ссоров:       «Видящий Хосс’н!» - «нащупав» нужную мыслесферу в сети, мысленно произнёс Советник.       «Слушаю, Первый после Великого!», - незамедлительно пришёл ответ, в котором почтения и подобострастия было чуть больше, чем нужно.       «Я передаю вам координаты для гиперперехода брандеров», - в сознание видящего тотчас «вонзился» пылающий «шип» информационного пакета, развернулся, выплёскивая своё содержимое в память ящера.       «Эти пять точек... Вы нашли их все!» - удивлённо воскликнул Хосс’н. Возможности советников всегда восхищали его, но этот Первый Советник... Он был гораздо могущественнее и сильнее всех своих предшественников. И тот факт, что ни один Видящий или Слухач в группе прикрытия до сих пор не смог обнаружить противника, а Советнику это удалось, лишний раз подтверждал огромную силу Первого Советника.       «Поторопитесь!» - резко оборвал его размышления ментальный голос Советника. «Чем быстрее вы передадите эти сведения адмиралу Тос’ууну, тем больше шансов застать врага врасплох!»       «Слушаюсь!» - немедленно отозвался видящий, и его мыслесфера исчезла из сети.       Советник посмотрел в огромное обзорное окно мостика на величественную космическую панораму. По его подсчётам не прошло и пары секунд с момента, как в систему был направлен первый кварковый брандер.       - Вот они – преимущества телепатии, - усмехнулся Второй. И хотя он не понимал, почему противник медлит – ведь одним ударом русские сейчас могли уничтожить весть его жалкий флот – но это было ему на руку. Теперь оставалось только подождать, пока на головы этим землянам посыплются кварковые заряды. Всего несколько мгновений... «Но как же, всё-таки, несовершенна эта ментальная сеть! Уже на расстоянии четырёх астрономических единиц происходит разрыв связей... И невозможно связаться с теми, кто даже на другом конце одной и той же планетной системы. А я-то думал, что для телепатии расстояние не имеет значения. Наверное, всё дело в ящерах, особенностях их биополя и строении мозга», - задумчиво шептал Советник, отсчитывая мгновения. И, наконец, он дождался!       - Внимание! Фиксирую гиперпереход! – вдруг объявил ИИ, в ту же секунду выводя картинку системы обзора: едва ли не в десяти километрах от «Александра Невского» распахнулось сияющее сине-фиолетовым светом окно гирперперехода, из которого шустро вынырнул небольшой кораблик, которого Крутову прежде видеть не доводилось. Но по характерным особенностям конструкции и внешнего вида было ясно – это корабль ящеров.       Кораблик между тем пару секунд покрутился на месте, а затем вдруг ринулся к «Невскому», будто видел его, хотя это было невозможно!       - Бегите! Это – кварковый брандер! – пробился в эфире голос Дервиша, и, не дожидаясь приказа Крутов, Кондрат в ту же секунду рванул корабль с места, буквально в последнюю секунду уходя от опасной вражеской машины, а затем, резко развернув, дал залп! «Невский» плюнул едва заметной цепочкой сине-фиолетовых искр, в мгновение ока достигших брандера и обративших его в пыль!       - Нас так просто не возьмёшь! – довольно сказал Кондрат, вновь создавая аватара-домовёнка.       - Не нравится мне это, - с сомнением покачал головой Крутов. – Слишком уж легко он нас нашёл. И слишком уж легко мы от него отделались....       И едва только Сергей Иванович это сказал, как Кондрат чуть ли не завопил:       - Множественные гиперпереходы вблизи наших кораблей!       - Манёвр уклонения! – тотчас крикнул Крутов, но было уже поздно...       Это случилось одновременно и внезапно – вдруг в пяти точках космоса на приличном удалении друг от друга вспыхнули фиолетовые воронки гиперпереходов, но их тусклый свет сиял лишь один недолгий миг – в следующую секунду его затмили ярчайшие вспышки от взрывов такой силы, что даже один из них мог расколоть надвое Луну и при этом ещё сорвать с Земли атмосферу!       Флот прикрытия Шао’ссоров был в самом центре бушующего вихря энергий. Единственное, что его спасало – поле изменённых законов, поддерживаемое флагманом...       Мощный удар сотряс корабль, заставляя его трястись и шататься, точно от боли. Стонать скрипом и скрежетом металла. Сила удара была такой, что даже при включённых поглотителях инерции устоять на ногах было абсолютно невозможно. Корабль шатало и раскачивало, швыряло из стороны в сторону как щепку на волнах, и защитное поле, включённое Кондратом в самый последний момент, не спасало!       - Внимание! Множественные внутренние повреждения корабля! Целостность корпуса нарушена на десять процентов! – завопил искусственный интеллект, удивлённый тем, что казавшиеся непроницаемыми щиты корабля на самом деле были очень даже проницаемы. – Все ремонтные наноботы направлены на устранение повреждений...       Мощнейшие кварковые взрывы, затрагивавшие сами основы мироздания, буквально выбили русские корабли из режима невидимости, а сильнейшая ударная волна протащила их более чем на полмиллиона километров с необычайной лёгкостью, изрядно потрепав. Кораблям ещё повезло, что их защита была включена, иначе всё было бы кончено ещё в первое мгновение...       Свет постепенно угасал. Потревоженный необузданный буйством энергий космос вновь успокаивался...       - Вот это было... сильно, - сдержав более крепкое словцо, процедил сквозь зубы Крутов. Хотя кокон-кресло, в котором он сидел, уберегло его от серьёзных травм, а инерционные поглотители справились с большей частью нагрузок, весь экипаж корабля пережил несколько довольно неприятных минут. – Похоже, прятаться не имеет смысла. Ящеры видят нас, хоть и не ясно, как, - сейчас Сергей Иванович уже пожалел о промедлении и своей чрезмерной осторожности. Решение в данной ситуации было только одно. – Внимание всем кораблям! Уничтожить флотилию противника! – приказал Крутов, и голос его лязгнул металлом. «Давно пора», - проворчал Кондрат, и все пять кораблей – пять маленьких серебристых       точек, издали почти неотличимых от звёзд, ринулись к флоту Шао’ссоров, который всё ещё оставался на месте.       Всего миг – и они у цели!       - Огонь! – скомандовал Крутов, и корабли, проносясь на гигантских скоростях, не обращая внимания на ответный вражеский огонь, нанесли удар!       Небо. Необычайно синее. Пронизанное и прогретое ласковыми лучами солнца. Прохладный ветер, дующий с севера и влекущий за собой облака. Огромные облака, похожие на исполинские куски ваты и кажущиеся необычайно плотными, материальными настолько, что можно упасть в них и лежать как на перине...       Облака окрашены ярко-оранжевым и жёлтым. Это всё из-за озорного солнца, которое всё никак не заходит за горизонт. Да и солнце ли это на самом деле?       Безконечное синее небо, безконечные облака и яркое, никогда не заходящее солнце. Куда ни кинь взгляд – всюду один и тот же умиротворяющий безмятежный пейзаж. И, кажется, что он всегда был, есть и всегда будет. Кажется, что он неизменен.       Сердце вечности.       Кандрокар.       Но эта неизменность и кажущаяся незыблемость были обманчивы, ибо следы перемен тронули и этот мир. Предвечная Цитадель была прямым тому доказательством. Эфемерная, местами полупрозрачная со светящимися нитями контуров, она сейчас больше походила на призрака, чем на материальный объект. И, всё же, некоторые её части, обдуваемые ветрами, уже были воплощены в камне... И хотя крепость сейчас имела весьма своеобразный вид, она не утратила своего величия и красоты.       Любой, кто бывал здесь прежде, сразу бы заметил, что Предвечная Цитадель изменилась и внешне, и внутри. Изменился архитектурный стиль, исчезли многие, привычные глазу постройки, взамен которых появились новые. Внутри всё было так же – интерьеры преобразились, что-то исчезло, а что-то напротив – появилось. В целом же Цитадель стала выглядеть более сурово и холодно, чем раньше.       Крепость материализовывалась. Медленно. Почти незаметно. Но если внимательно вглядываться, то можно было заметить, как светящиеся контуры то там, то здесь становились всё чётче, осязаемей, как полупрозрачные стены неспешно обретали плотность...       Цитадель возрождалась. Обновлённая. Несокрушимая...       Оракул Химмериш медленно бродил по коридорам в той части крепости, где она уже обрела плотность, погружённый в свои мысли. И, хотя каким-то необъяснимым образом ему было известно, как и куда ведут или только будут вести эти коридоры, знал какие помещения и постройки где появились и для чего они предназначены, знал, как вообще будет выглядеть Цитадель когда полностью восстановится, но не мог противиться желанию пройтись по этим коридорам, исследовать их лично...       В памяти всплывали рваные картины прошлого, лица тех, кого уже никогда не вернуть. Совета братства больше нет. Почти все погибли... Боль от осознания этого была слишком сильна...       Взгляд вправо – сквозь огромное окно искусной работы видна вздымающаяся вверх белая башня, стоящая поодаль, укутанная густыми облаками, к которой вела каменная тропа над бездной. «Башня туманов» - тотчас в сознании услужливо возникает название новой постройки. «Волшебная тюрьма для особо опасных преступников всех миров» - а это уже её назначение.       - А ведь раньше её не было. Не было этого, - тяжело вздохнул маг. – Раньше мы не вмешивались, - бормотал он, проходя мимо окна. Оракул уже о многом успел подумать с тех пор, как воскрес неожиданно для самого себя и встретился со стражницами в странном белом мире, о существовании которого никогда даже не подозревал.       - Какое лицемерие, - горько вздохнул он, оказавшись на краю материальной части крепости. Сквозь прозрачные пол и стены, увитые сияющими нитями контуров, были видны облака, устилавшие всё небо под Цитаделью, парившей в воздухе. Казалось, будто именно облака держат крепость, словно воздушная подушка. И, конечно, ничто не мешало ветру гулять по коридорам и трепать одеяние мага. – Лицемерие, - ещё раз тихо, но уверенно сказал Оракул. – Мы вмешивались. Руками стражниц. И многими другими способами, косвенными и незаметными. Но никогда лично. И говорили о невмешательстве, успокаивая совесть. Правы ли мы были? Может, именно поэтому всё так и случилось?       Химмериш вдруг оглянулся.       - Какая ирония! – сквозь смех закричал он. – Все спрашивали у меня совета, называя мудрейшим и считая, что я знаю ответы на все вопросы. А я всегда отвечал туманно, ведь никогда не переставал быть простым человеком, чей разум ограничен! И вот сейчас у меня самого вопросов больше, чем я слышал за всю свою жизнь... Будь я и впрямь мудрейшим, я бы знал, что на них ответить... Но я не знаю. И это ещё раз доказывает, кто я такой..., - Оракул тяжело вздохнул и посмотрел вверх, сквозь полупрозрачный потолок, на небо.       - Так вы это полагаете смешным? – вдруг неизвестно откуда раздался спокойный мужской голос. Голос, будивший в памяти образы важнейших событий недавнего прошлого. Голос человека, с появлением которого на горизонте изменилось всё.       - Странник?! – удивлённо воскликнул Химмериш, оглядываясь по сторонам, и никого не находя.       - Приветствую вас, друг мой, - на этот раз голос прозвучал за спиной Оракула, и когда тот обернулся, то и впрямь обнаружил стоящего позади... Странника. Но он был совсем не таков, каким маг запомнил его по прошлым встречам, да и на обычного человека мало походил – казалось, Странник был соткан из чистейшего света. Смотреть на него, не щурясь, было просто невозможно. Лишь его лицо не излучало света, но его тело, даже одежда – были буквально переполнены энергией и светом.       - Вы... что с вами? – непроизвольно спросил потрясённый Химмериш, хотя на самом деле собирался задать совсем другой вопрос.       - То же, что и с вами некоторое время назад, - усмехнулся Игорь. В глазах его мелькнул озорной огонёк. – Хотя, признаюсь честно – весть о вашем воскрешении стала для меня большим сюрпризом. Тем более что я лично видел, как вы были убиты.       - Я и сам немало удивлён этому, - кивнул Оракул. – Вы сказали, что с вами случилось то же, что и со мной. Вы умерли и воскресли?       - Да, - как-то совсем скромно и застенчиво ответил Игорь. – Хотя раньше я думал, что такое под силу только Богу.       - Немыслимо, - прошептал маг. – Что же творится с миром, если мёртвые начинают возвращаться с того света? – пробормотал он, глядя вверх, в чистейшее синее небо и словно испрашивая у него ответа.       - В священной книге христиан – «Библии» - такое поведение почивших есть верный признак приближающегося конца света, - философски изрёк Игорь. Взгляд его был устремлён вдаль, за прозрачные стены Цитадели. – Но я не думаю, что «Библия» говорит именно о нашем случае. Думать так с нашей стороны было бы крайне высокомерно и горделиво, - усмехнулся он, посмотрев на Оракула и отметив про себя, что магу, всё-таки, не мешало бы обзавестись шевелюрой.       - Но мир и вправду в опасности, - отозвался Химмериш, тяжело вздохнув. – Я уже говорил со стражницами. Они всё рассказали... Но... Я не смог им помочь, - с горечью и разочарованием сказал он, посмотрев в глаза Странника. У Оракула было много вопросов, много мыслей и версий, которые он хотел бы обсудить с нежданным собеседником. Но он понимал, что сейчас для этого не время.       - Заблуждаетесь, - качнул головой Игорь. – Вы всегда умели подбирать правильные слова и давать ценные советы. Уверен – что бы вы ни сказали им в этот раз – это им поможет.       - Зачем вы здесь? – вдруг резко спросил Химмериш. - Наверняка не для того, чтобы вернуть мне уверенность в собственных силах и отвечать на мои вопросы. Что вам нужно?       Странник молчал. Он созерцал завораживающую картину плывущих под крепостью облаков, раскрашенных солнцем в яркие тона. Казалось, что зрелище это его полностью захватило, и он пропустил вопрос мимо ушей. Но он слышал его. И, всё же, молчал. Пытался разобраться в себе... Все считали, что он умер, однако фактически он не был мёртв – лишь его физическое тело распалось на составляющие и слилось со Вселенной. Однако его душа не проделала того пути, который надлежало в соответствии с тем, что говорят об этом мировые, да и все прочие религии. Она осталась в мире, хотя едва не преобразилась. Но в итоге он смог вернуться... Но, всё-таки, был ли это он? И если да, то изменился ли он? А если не он? Смерть была частью плана, но что будет после – он не знал никогда. С одной стороны вроде бы ничего не изменилось, и он остался таким, каким и был прежде. С другой – знания, полученные давным-давно и, наконец, открывшиеся полностью, прямо сейчас меняли его мировоззрение и восприятие всего происходящего. Но одно – он знал это абсолютно точно – осталось таким, как и прежде. Огромное чувство вины из-за смерти Ольги и из-за того, что он виновен во всём, что происходит здесь и сейчас. А ещё не изменилось сильнейшее желание исправить свои ошибки и их последствия.       Странник тяжело вздохнул. Он бы мог ещё долго копаться в себе, выискивая какие-то новые или старые правдоподобные мотивы, изменения и то, что осталось неизменно после его возвращения, но времени было слишком мало.       - Мне нужно от вас то же, что и стражницам, - после долгого молчания, наконец, сказал Игорь, прекращая лучиться светом и обретая привычный Оракулу облик молодого человека в матово-чёрном плаще. – Мне нужна помощь.       - Вам? – маг не сдержал усмешку. – Никогда и подумать не мог, что вы обратитесь ко мне с такой просьбой.       - Правда? – удивился Странник. – Я не всемогущ... Да и сами видите – с тех пор, как я вам помогал, многое изменилось.       - Да, - согласился Оракул. – Слишком многое. Если бы хоть что-то осталось неизменным...       - Многое изменилось, но не всё, - кивнул собеседник. – Или вы ещё не достаточно уверены в своих силах, чтобы ответить на мою просьбу положительно?       Брошенное Странником прямо в упор, это сомнение очень задело Оракула.       - Нет... Я помогу вам. Если это будет в моих силах.       - Вот и славно, - улыбнулся Игорь. – Тем более то, о чём я хочу вас просить, всегда было в ваших и только ваших силах.       - Неужели вы хотите...       - Да! Оракул, я прошу вас вновь поднять Завесу над Меридианом, заблокировать всю эту солнечную систему, когда я подам знак, - сказал Игорь, и сразу стало тихо. Даже ветер, носившийся по коридорам Цитадели, вдруг успокоился.       - Зачем вы просите меня об этом? – посмотрел ему в глаза маг. – Вы же знаете, что это – крайняя мера, которую Совет использовал лишь однажды.       - Да, знаю, - спокойно ответил Странник. – А почему прошу... Завеса - не абсолютный барьер, но именно она сейчас может стать решающим фактором... по крайней мере, одним из ключевых факторов нашей победы над ящерами и их поводырями. Если вы исполните мою просьбу, то ни один их корабль не сможет покинуть систему Меридиана. Никто и ничто не сможет сбежать... Он не сможет сбежать. Я выяснил это совсем недавно.       - Он? О ком вы говорите?       - О своей самой первой и самой большой ошибке. О её первопричине, архитекторе. О грехе, который искупить я смогу только одолев его. Именно тот, о ком я упомянул, создал меня как Странника... а я после по незнанию освободил его. По большому счёту мы с ним – соучастники, - ответил Игорь, сунув руки в карманы плаща. Он был спокоен, даже безстрастен, но Оракул не обманулся этой «маской». Маг чувствовал, насколько внутренне напряжён Странник. – Мы виновны почти во всём, что произошло с тех пор, как я впервые оказался на Меридиане... Впрочем, вам знать это было вовсе не обязательно.       - Похоже, это очень много значит для вас, - тихо произнёс Химмериш, посмотрев вдаль. – Тот, о ком вы говорите – ведь это он стоит за вторжением Шао’ссоров, верно?       - Да.       - Кто он?       - Это тоже вам знать не обязательно.       - Возможно, - согласился Оракул. Он глубоко вдохнул, наслаждаясь непередаваемой свежестью воздуха. Посмотрел на облака под крепостью – огромное, от горизонта до горизонта – белое «одеяло», клубящееся и завивающееся, медленно плыло за запад, расцвеченное солнцем. – Хорошо, - наконец сказал маг. Он знал, что должен так сказать, должен помочь. Он лишь хотел ещё мгновенье насладиться безмятежностью, царившей здесь. – Я сделаю это для вас, Странник.       - Благодарю, - кивнул тот, едва заметно улыбнувшись.       - Но для этого моих сил не хватит. Нужны ещё как минимум двое магов...       - Тибор, Галенор и Люба всё ещё в строю, - кивнул Игорь.       - Я знаю. И свяжусь с ними. Как я пойму, когда нужно восстановить Завесу? – спросил Оракул, хоть и понимал, что вопрос этот, по большому счёту, излишен.       - Битва в Меридиане уже идёт, так что времени у нас немного, - вздохнул Странник. – Как я и сказал – я дам знак. В общем, вы поймёте, когда надо начать действовать, - ответил он. Казалось, он хотел сказать ещё что-то, но лишь пожал плечами. – Вот, похоже, и всё, о чём нам нужно было поговорить.       - Пожалуй, - согласился Оракул. Эта встреча со Странником почему-то заставила Химмериша задуматься над тем, что же за человек этот Странник. И сейчас он понял, что, по большому счёту, почти ничего не знает об этом путешественнике между мирами. Кроме того, что тот сам о себе рассказал – вот, собственно, и всё, что было известно Оракулу. Но теперь Странник рассказал о своей ошибке, о... соучастии, об «архитекторе» его как Странника. И теперь магу становилась более понятна судьба этого человека и его мотивы.       - Прощайте, - Игорь махнул рукой и начал таять, словно утренний туман, исчезать.       - Обещайте мне! – вдруг вдогонку крикнул Оракул. – Обещайте спасти стражниц!       - Обещаю, - ответил призрак, и растворился в воздухе окончательно, вновь оставляя Химмериша одного. Один на один с собственными сомнениями, мыслями и страхами.       И лишь сам этот мир в Сердце Вечности сохранял безмятежность, невероятно далёкий от всех страстей смертных. И облака всё так же нескончаемым белым караваном плыли на запад, подгоняемые ветром и окрашенные в жёлтые, оранжевые и алые цвета лучами здешнего, никогда не заходящего, солнца...       Корабль менял курс. Об этом Мэтт Олсен догадался благодаря Т’хассу, проведшему большую часть жизни на кораблях, и знавшему, как себя ведёт космическая машина при развороте. Знал юноша и почему корабль меняет курс. Из того же источника.       Эвакуация ящеров завершена!       Этот этап плана был выполнен и осознание того, что очень скоро им – и ему, и стражницам – предстоит вновь оказаться на Меридиане, где решиться всё, заставляло сердце юноши биться чаше.       «Ожидание битвы так пьянит», - подал голос Т’хасс. Его речь Мэтт воспринимал именно как голос, сухой и скрипучий, шипящий, раздающийся прямо в голове, под костями черепа.       - Я не битвы жду, - качнул юноша головой, глядя в иллюминатор. После того, как Пирсон отправил его в каюту, он сидел здесь безвылазно. Небольшое помещение с серыми металлическими стенами, койкой, тумбочкой и несколькими полками скорее походило на тюремную камеру. – А того, когда эта битва закончится. И надеюсь, что план сработает.       «Он уже работает», - усмехнулось в ответ сознание ящера.       - Почему ты так жаждешь битв и сражений? – спросил юноша.       «Это очевидно – я рождён для этого. Моя каста – воины. Война, сражения – это смысл нашей жизни. Пожалуй, именно поэтому мне никогда не понять вас, людей. Вы тоже воины. И это у вас в крови. Вы постоянно сражаетесь, вечно воюете между собой, уничтожая тысячи жизней в славных, а временами – безчестных битвах. Но при этом говорите, что война – это зло, что она вам противна. Что же это? Самообман? А может – лицемерие?»       - Не знаю, - вздохнул Регент. – Никогда не думал об этом. Но могу сказать точно – мы не ищем войны, не упиваемся ею, не ждём её с наслаждением... Для нас она не смысл жизни.       «Неужели?» - усмехнулся ящер. «Значит, именно поэтому ваш народ не жил мирно ни одного цикла. Не было такого времени, чтобы на вашей планете где-нибудь не шла война, чтобы люди не убивали людей».       Мэтт молчал. Ему нечего было возразить в ответ. А Т’хасс продолжал:       «Это в природе людей, хотите вы это признавать, или нет – значения не имеет. Вы – такие же хищники, как и мы. У наших народов вообще много общих черт. Гораздо больше, чем может показаться на первый взгляд...»       - Зачем ты вообще начал этот странный разговор? – оборвал монолог ящера Мэтт.       «От скуки. Оказавшись в таком положении, в котором нахожусь я, очень быстро понимаешь, что самый твой главный враг теперь – именно скука».       - И как? Помогает?       «Да».       - Рад за тебя. Но, пожалуй, пора прекратить этот безсмысленнй разговор о сущности человечества, - сказал юноша. – Скоро у нас будут другие заботы.       И, как будто подтверждая его слова, дверь каюты с тихим шелестом ушла вправо, спрятавшись в стене. На пороге стояла Вилл.       - Мэтт, - произнесла она, войдя.       - Уже скоро, да? – посмотрел на неё парень.       - Ты знаешь?       - Ещё бы мне не знать, - улыбнулся он. – Это ведь в моей голове сидит сознание инопланетянина, которое всё устроило.       - Нам пора собираться, - кивнула стражница. – Через десять минут отправляемся в Меридиан.       - Ясно, - кивнул Мэтт. – Похоже, скоро тебя перестанет мучить скука, Т’хасс.       «Скоро меня перестанет мучать вообще всё», - проворчал ящер.       - Остальные уже ждут нас в кают-компании, - продолжила Вилл, выходя из каюты, и жестом зовя Регента за собой. Он двинулся следом, мельком бросив взгляд на стоявших у двери суровых охранников с автоматами. Пирсон явно не шутил, говоря, что ему не нравится, когда по кораблю разгуливает инопланетный разум в человеческом теле. – Капитан направил корабль к руинам Вашингтона – тот генерал, О’Нил, сказал, что выжил кто-то из правительства и этих людей надо срочно забрать...       - Но от этого не будет никакого толку, если у нас не получится, - угрюмо сказал Мэтт, поравнявшись с девушкой – они как раз подошли к лифту. Двери послушно открылись, впуская молодых людей, и кабина тронулась вниз, вызвав секундное ощущение лёгкости во всём теле. А ещё мгновение спустя пассажиры вышли двумя ярусами ниже.       Дальше шли молча. Отчего-то вдруг нахлынувшее волнение, с которым, казалось, прежде можно было легко справиться, заставило обоих замолчать. Так они и шли рядом, держась за руки, провожаемые взглядами некоторых членов экипажа, пока не оказались у кают-компании.       В помещении – точь-в-точь таком же, как и на «Одиссее», их уже ждали стражницы, Хаглз, Наполеон и Джайна. - О, ну наконец-то, - увидев вновь прибывших, буквально промурлыкал Наполеон. Он, как и Хаглз был в волшебном облике, и те немногие люди, что пришли сюда отдохнуть, поглядывали на двух Регентов с недоверием и сторонились их. – Значит, теперь мы все готовы.       - Да, – мрачно сказала Ирма, кивнув.       «Мэтью Олсен, теперь вновь моя очередь», - прозвучал в голове юноши голос пришельца, и в следующую секунду сознание Регента померкло... С тем, чтобы мгновение спустя уступить место личности Т’хасса.       - Это опять ты? – пристально посмотрела в глаза юноше Тарани. – Т’хасс?       - А ты ждала кого-то ещё? – вопросом на вопрос ответил пришелец. – Здесь наша задача выполнена. Пора отправляться.       - Ты уверен, что те из твоего народа, которых мы отправили домой, расскажут там то, что узнали? – спросила Хай Лин. Она всё ещё сомневалась в том, что план сработает. Тем более после слов самого Т’хасса о том, что разоблачение Советника ничего не изменит по большому счёту. И, всё же, девушка не могла сдаться – на карту было поставлено слишком многое.       - Уверен – они уже это сделали, едва только соединили свои сознания с ментальной сетью Метрополии. Впрочем, от них там уже ничего и не зависело – их знания влились в общие знания тех, кто остался в нашей базовой системе, - ответил «Мэтт». – Наверняка Метрополия и все Центральные миры сейчас взбудоражены той правдой, которую мы им открыли. Но даже при этом Армада в системе Меридиана не получит сообщения с Родины ещё несколько часов.       - Значит, у нас куча времени, чтобы внести смятение в ваши ряды на Меридиане, - ехидно заметил Наполеон.       - Которое, как я и сказал, не остановит Армаду. Довольно разговоров, стражница, - Т’хасс посмотрел на Вилл, - дело за тобой.       Та кивнула, вынув Сердце Кандрокара из кармана куртки...       Удар русских кораблей был столь же мощен, как и предыдущий. Казалось, флот прикрытия Шао’ссоров вместе с флагманом обречён, ибо ничто до сих пор не было способно противостоять мощи того оружия, которым обладали серебристые корабли, успешно уклонявшиеся от кварковых брандеров – боевые «струнные» генераторы... У флота ящеров не было ни единого шанса, когда его накрыл выстрел орудий русских машин... Но в этот самый момент произошло то, чего никто не ожидал – ярчайшая вспышка полыхнула на месте флота, затопив ближайший космос светом нового солнца и вынуждая русских отступать, чтобы не быть уничтоженными последствиями собственной атаки...       Корабль шатало из стороны в сторону, наномашины уже не справлялись с ремонтом, но «Александр Невский», всё же, стремительно удалялся от чудовищного взрыва, как и другие корабли. Наконец, отойдя на безопасное расстояние, «флотилия» землян остановилась.       - Какого чёрта там произошло? – пробормотал Крутов, стиснув кулаки, подробно рассматривая картинку, что посылала ему прямо на зрительный нерв система визуализации «Невского» - глава ФСБ всё ещё был в кокон-кресле: участок космоса, где раньше был вражеский флот, бурлил энергией, порождая потоки экзотических частиц. – Что это такое?       - Сожалею, но в моих базах данных нет сведений о подобных явлениях, - извиняющимся тоном отозвался Кондратий.       - Звягинцев! – вызвал Крутов учёного, и тотчас в его ушах зазвучал голос Николая:       - Да, я вижу это, - предупредив вопрос Сергея Ивановича, сказал он.       - И что это, по-твоему, такое?       - Если честно – не имею понятия, - ответил Николай, пытаясь говорить спокойно. Но Крутов всё-равно уловил растерянность в его голосе.       - А предположения? Теории? – происходящее нравилось главе ФСБ всё меньше и меньше. Тем более его уже некоторое время не покидало ощущение, что худшее ещё только впереди. И его опасения были не напрасны, поскольку то, что он видел сейчас, противоречило всякой логике и законам физики: яростное «пламя» взрыва угасало, и там, где не должно было остаться ничего, проступали очертания... корабля! Одного-единственного! Но невредимого! Это был флагман ящеров!       - Глазам своим не верю, - потрясённо прошептал Звягинцев.       - Как, Николай, как они уцелели? – с надрывом спросил Крутов, вдруг почувствовав – как будто наваждение какое-то – словно на него сверху посмотрел кто-то большой и грозный.       - Нет ничего, что может устоять перед выстрелом из «струнника»! Ничего! – яростно ответил учёный, словно говоря: «этого не может быть потому, что этого не может быть никогда». Сказал он это так, что было понятно – он пытается убедить сам себя в том, что говорит.       - Факты говорят об обратном, - хмуро отозвался Сергей Иванович. – Кондрат, просканируй их корабль...       - Их могло спасти только «абсолютное зеркало», такое же, как создают наши корабельные генераторы, - тем временем, немного придя в себя и собравшись с мыслями, продолжал Звягинцев. – Но Шро’так ясно дал понять, на каком уровне развития находится его народ. У них нет таких технологий.       - Прошу прощения, - подал голос Кондрат. – Но сканирование вражеского корабля невозможно, - сказал он удивлённым тоном. – Какое-то поле неизвестной природы мешает работе сканеров.       - Это не поле изменённых законов? – уточнил Крутов, мысленно запросив у Кондрата все сведения, которые тот сумел добыть. Поток информации системы визуализации дополнился экранчиком, где отобразились эти данные – в основном параметры неизвестного поля.       - Нет. Не оно, - ответил ИИ.       Ещё пару секунд Крутов размышлял над полученной информацией, а затем его вдруг осенило – будто молния пронзила:       - Я знаю, как уцелел этот корабль, - сказал он тихо. Он знал, что его догадка верна. И знал, что это плохо.       - Как? – спросил Николай, отчаявшись найти ответ на вопрос «как такое возможно?».       - Это всё он, - процедил Крутов. – Двойник Странника. Они равны по силе и возможностям. И пределы их возможностей нам не известны.       - Но если так..., - понимание серьёзности ситуации, в которой они оказались, выразилось дрожью неуверенности в голосе учёного, но Сергей Иванович его уже не слушал.       - Внимание всем кораблям! – тотчас закричал он. – Огонь по противнику! Из всех орудий! Непрерывный огонь и постоянно маневрировать! Защиту на максимум!       «Невский» тотчас рванулся с места с невероятным ускорением – Крутову показалось, что это он сам помчался в космосе по замысловатой траектории – и открыл огонь из всего своего арсенала: плазменные пушки, деатомизаторы, дезинтеграторы, аннигиляторы, «раздиратели кварков», нейтрализаторы межатомных связей и даже боевой «струнник», как назвал его Звягинцев – все корабельные орудия изрыгнули смерть, устремившуюся к вражескому флагману. Точно так же атаковали и «Маршал Жуков», и «Ушаков», и «Муромец», и «Дмитрий Донской». Даже половины мощи этой атаки хватило бы, чтобы разорвать в клочья планету...       - Нельзя давать ему передышку, иначе он уничтожит нас! Заставляйте его использовать силу, истощите его, тогда у нас есть шанс! Не ослаблять натиск! – продолжал командовать Сергей Иванович, и флотилия русских усилила натиск. Флагман ящеров вновь скрылся в испепеляюще яркой вспышке, которую подпитывал огонь с кораблей...       Но было уже поздно!       Внезапно яростное свечение – сама чистая энергия, окутавшая трёхголовый корабль пришельцев – втянулась, буквально всосалась в одну точку в корпусе флагмана и исчезла вместе со всеми смертоносными гостинцами, которыми вражеский корабль непрерывно одаривали русские!       - Внимание! Неполадки в оружейных системах! Недостаточно энергии для ведения огня! – завопил Кондрат. – Резкое падение мощности реактора!       - Что за чёрт! – выругался Крутов, уже понимая, что его план запоздал всего на несколько мгновений и поэтому не сработал. - Уводи корабль!       - Не могу! Не хватает энергии! – ответил ИИ. – Как будто этот флагман вытягивает её из всего вокруг.       - Что же это такое? – зло процедил Сергей Иванович, пытаясь придумать, как спастись и пристально глядя на космического «Змея Горыныча» ящеров, угрюмо висевшего вдали и производившего жуткое, гнетущее впечатление.       - Внимание! Отказ системы энергообеспечения! – выдал ещё одно предупреждение Кондрат и затих. Кокон-кресло Крутова тотчас раскрылось, как и остальные кресла в зале. Свет погас, а большинство систем отрубилось.       - Чёрт! – зло сплюнул Крутов, выбираясь из ставшего жёстким кресла и разминаясь. Девять человек, занимавшие другие кресла – пять мужчин и четыре женщины в военной форме – так же поспешили покинуть рукотворные коконы.       - И что нам теперь делать? – разминая лицо руками, спросил тот самый мужчина, что осуществлял сеанс связи с «Одиссеем» несколько часов назад.       - Энергии у нас нет, - сказала одна из женщин – миловидная брюнетка, - аварийный генератор тоже не работает. Удивительно, как ещё держится система жизнеобеспечения...       - Ядрён-батон! Связь отрубилась напрочь! – молодой парень, возившийся у одного из кресел, в сердцах треснул ложемент кулаком.       - Что нам делать, спрашиваете? – посмотрел на них Крутов, снедаемый злостью на самого себя и свою нерасторопность. – Если Звягинцев ничего не придумает в ближайшее время, то единственное, что нам останется – это ждать, - сказал он, понимая, что такая перспектива не вызовет оптимизма...       Советник вновь был огромен. Хотя сейчас он был даже больше, чем когда искал скрытые корабли врага. Сейчас он ощущал себя не просто всей системой Меридиана, но огромным пространством за её пределами. Его разум, его ощущения, его восприятие – всё стало абсолютным. Он чувствовал стук собственного сердца, ток крови в сосудах, ощущал колебания атомов своего тела. Он видел, чувствовал и был каждым атомом, каждой мельчайшей частицей и каждым объектом в системе Меридиана и за её пределами.       Он едва успел! Ещё мгновение промедления и всё было бы кончено! Но в этом состоянии он обладал знаниями и мощью достаточными, чтобы отразить удар русских кораблей, достаточными, чтобы совершить невозможное!       Время уже не имело значения и послушно замедлило свой бег. Он видел, как чёрные жгуты пространства с изменёнными свойствами тянулись к нему, к его кораблю, от сияющих «стручков», какими Советнику виделись сейчас корабли русских. Точно ядовитые щупальца медузы, чёрные жгуты уже обвивались вокруг флагмана Шао’ссоров – огромной драконоподобной конструкции о трёх головах, сиявшей внутренним жёлтым светом и пронизанной прожилками, точно сосудами и нервами. Ещё немного, и щупальца задушат дракона...       Советник сконцентрировался, собрав всю доступную энергию отовсюду – из окружающих его приборов, из безконечного движения самих атомов, замедляя их и резко понижая температуру в огромной области космоса, отовсюду! И тут же выпустил её, создавая непроницаемый барьер вокруг флагмана!       Щупальца коснулись барьера и стали корчиться в агонии, они разорвались на тысячи кусков, выплёскивая в космос огромное количество бешеной силы, которая лишь подпитывала барьер!       И, всё же, удерживать щит становилось всё труднее. Советник чувствовал, как медленно, но неуклонно тают его силы. Решение пришло само – увеличить область поглощения энергии, захватив в неё русские корабли. Лишившись энергии, они будут безобидны... и безпомощны.       И Советник устремил свой взор на пять сияющих в туманной тьме точек. И вдохнул!       Облако энергии, разбившейся о барьер, мгновенно втянулось в него. Энергия приходила отовсюду, концентрируясь в одной точке, рассеивалась, и корабли врага уже были в зоне поглощения, теряя свой яркий блеск. Вскоре они превратились в чёрные, кажущиеся сухими на вид, скорлупки, внутри которых просматривались яркие огоньки сознаний живых существ.       «Видящий Хосс’н!» - метнулась мысль к уже знакомой искорке сознания внутри флагмана.       «Да, о великий!» - отозвался видящий тотчас же, пребывая в благоговейном трепете перед Советником. Он видел, что чудовищное оружие врага сделало с армадой всего за несколько мгновений. Он, и все, кто были на флагмане. Видящий был уверен, что К’хор постигнет та же участь, что и уничтоженные в мгновение ока корабли, когда враги начали атакующий разворот, проигнорировав посыпавшиеся из гиперпространства как из рога изобилия кварковые брандеры. Но то, что случилось потом... Это было выше его понимания. Единственное, что видящий знал наверняка – всему причиной был Советник. Его невероятная сила уберегла флагман от гибели, хоть и не спасла остальной флот. Сила воистину почти божественная! И старика не занимало, что его мысли могли бы счесть за ересь...       «Свяжитесь с Армадой», - приказал Советник, всё ещё пребывая в состоянии Повелевания. «Сообщите, что угроза устранена. Пусть они возвращаются».       «Как прикажете, господин», - подобострастно отозвался Хосс’н, и Советник утратил к нему всякий интерес, вновь обратив свой взор на пять русских кораблей, безвольно дрейфовавших в космосе. Он видел сквозь обшивку сияние искорок – сознания людей.       - Что же теперь с вами делать? – пробормотал он...       За те пятнадцать минут, что «Невский» был без энергии, Звягинцев уже успел раза три проверить и перепроверить реактор, аварийные генераторы и вообще всю энергосистему. Но так и не понял, почему вдруг исчезла вся энергия, и как теперь всё исправить. На шестнадцатой минуте Крутов застал учёного в реакторном отсеке, чахнувшим над чудом сохранившей работоспособность консолью управления. На её монитор была выведена схема реактора, пестревшая красными надписями и указанием различных параметров.       - Я думал, у нас совсем нет энергии, - глянув на консоль, сказал глава ФСБ.       - Да, я тоже, - криво усмехнулся Николай, продолжая что-то высчитывать и поглядывая время от времени на реактор – огромный, высотой с пятиэтажный дом, чёрный цилиндр, опоясанный на разных уровнях металлическими рабочими площадками и дорожками, точно кольцами. Само помещение реакторной было огромно и хорошо экранировано. Сюда можно было войти с любой палубы корабля. Крутов с Николаем были на нижнем уровне, на других – тех, что выше, работали несколько человек.       - И что это значит? – с интересом осматривая помещение – он был здесь всего второй раз – спросил Крутов.       - А то, что реактор продолжает вырабатывать энергию, - хмуро и нервно ответил учёный. – Но она не доходит, так сказать, до конечного потребителя – пользуясь метафорой можно сказать, что её как вампир – кровь что-то высасывает. Эта консоль, по сути, часть реактора, потому и продолжает работать, а вот всё остальное... Это как насос при затоплении корабля на море – воду откачивает быстрее, чем она прибывает...       - Только в нашем случае пробоина – наш реактор, а вода – энергия, - кивнул Сергей Иванович.       - Да. И я, чёрт побери, не понимаю, как такое возможно!       - Есть мысли как всё исправить?       - Исправить? – учёный оглянулся и посмотрел на начальника так, как профессор, убелённый сединами и отмеченный множеством наград, глядит на студента, сморозившего несусветную глупость на экзамене. – Я не могу бороться с явлением, причину которого не понимаю... Нет, конечно, можно увеличить количество энергии, выдаваемой реактором, чтобы её не успевало «откачивать». Это бы нам что-то дало... минут на десять. Пока реактор не пойдёт вразнос и не взорвёт нас вместе со всей этой солнечной системой.       - Причина ясна – это дело рук двойника.       - Знаю. Не знаю только, что именно он сделал и как, - качнул головой Звягинцев. – Он использовал те законы физики, которые нам ещё не известны.       - Эй, народ! – вдруг раздалось с верхнего яруса. – Похоже, у нас проблемы!       - Да неужели? – саркастично хмыкнул Николай, посмотрев вверх.       - Кажется, ящеры возвращаются! – проорал всё тот же парень в костюме техника.       - Чёрт! Николай! Делай что угодно, но нам нужна энергия! Хотя бы для орудий! – крикнул Сергей Иванович и выбежал прочь...       Корабли ящеров, выныривавшие из сизо-фиолетовых окон перехода, сыпались из гиперпространства подобно саранче, атакующей беззащитное поле. Их уже было не счесть. Казалось, весь космос кишит ими, а всё новые и новые корабли продолжали прибывать в систему. Армада возвращалась. Но все корабли флота Шао’ссоров держались на почтительном расстоянии от трёхглавого флагмана, чтобы не угодить в зону поглощения энергии. И продолжали прибывать.       Ментальный взор Советника всё ещё был прикован к русским кораблям, дрейфовавшим рядом с городами Предтеч, так же лишёнными возможности к сопротивлению.       - Что же с вами делать? – вновь проговорил Второй. Хотя он знал, что должен сделать.       - Так сделай же это, - вдруг откуда ни возьмись настойчиво вылез внутренний голос. – Единственное, что правильно в твоём положении – уничтожить их.       - Заткнись! – зло ответил Советник мыслью. – Я не желаю им смерти...       - Всем остальным тоже не желал. Но они умерли. Так давай же, будь последователен! – ехидно, точно змей-искуситель, вещал внутренний собеседник.       - Я не сделаю этого... снова, - качнул головой Советник, не теряя концентрации и видя ментальным взором всю систему Меридиана. – Не хочу...       - Ты знаешь, что придётся, - на этот раз внутреннее «Я» было совершенно серьёзно. – Но совесть не позволяет тебе с этим примириться. Похвально. Вот только сейчас ты всё ещё не готов пойти наперекор всему, что сделал за эти долгие годы... Но прогресс есть. Интересно, чем всё это кончится, - и голос второго «Я» стих, оставив Советника в замешательстве.       Советник посмотрел через панорамное окно на бездну космоса, которую вновь заполонили корабли Армады. Где-то там, далеко впереди, невидимые глазу из-за огромного расстояния, висели беззащитные корабли землян и города-крепости Древних. Он не хотел их уничтожать, но знал, что не сможет вечно выкачивать из них энергию. Даже сейчас, используя не только свои силы, но и волшебные кристаллы, поддержание зоны поглощения отнимало слишком много сил и внимания, ведь необходимо было постоянно контролировать физические процессы и флуктуации констант в огромной области пространства в нужных пределах. Даже с большим числом волшебных камней это было бы нелегко.       «Внимание орудийному расчёту главного калибра!» - скрепя сердце, бросил Советник в ментальную сеть. «Зарядить орудия! Уничтожить вражеские корабли и космические крепости Предтеч!» - скомандовал он, ощутив немой укор совести...       Флагман, носивший гордое имя К’хор, шевельнулся. Словно титан, очнувшийся от векового сна. Казалось, стоит ему тронуться с места, и космос развалиться на куски – такое монументальное впечатление производил этот трёхголовый космический «дракон», окружённый своими меньшим собратьями. Все три «головы» его пришли в движение и грозно «посмотрели» куда-то вдаль. Куда-то, где находилась добыча дракона. Корабли людей и города Древних. «Пасти» всех трёх голов – створки орудий главного калибра – разверзлись...       Крутов вбежал в отсек ручного управления орудийными системами меньше чем через две минуты после разговора со Звягинцевым. Ему пришлось преодолеть более полукилометра по лестницам и извилистым коридорам на двух палубах «Невского», и по пути он видел в иллюминаторы, что ящеры и вправду возвращаются, вся их армада вновь затопила систему Меридиана. И, наконец, добравшись сюда, Сергей Иванович надеялся лишь на одно – Николаю удастся восстановить подачу энергии хотя бы частично, и корабль не будет беззащитен.       - О, и что у нас плохого? – с характерным грузинским акцентом, воззрившись на запыхавшегося Крутова, спросил мужчина кавказской наружности с роскошными усами, которому на вид было лет тридцать пять.       - Вано, ты шутник, однако, - усмехнулся Крутов, отдышавшись. – В окно давно не смотрел?       На деле «отсек управления орудийными системами» только назывался так, хотя воображение упорно рисовало нечто вроде «фонаря», ощетинившегося пулемётами и лучевыми пушками, когда название слышалось в первый раз. В действительности отсек был похож на операторскую, где каждая консоль управляла огнём одного отдельного орудия. Впрочем, отсек имел ряд дверей, ведущих в кабины ручного управления вооружением корабля. Иными словами тот самый «фонарь» пулемётчика.       - А-а-а, ты про это, - усмехнулся грузин. – Ну, извиняй – стрелять не могу... Если конечно Коля ничего не нашаманит.       - Шаманит вовсю, - кивнул глава ФСБ. – Только бы успел, - и тут, словно по волшебству, все системы отсека ожили, прозрели экраны систем наведения, и из динамика зазвучал голос Звягинцева:       - Я запитал часть орудий и систему наведения, но это всё, что я могу! Энергия всё ещё утекает быстрее, чем реактор её производит. У вас от силы пять минут, Сергей Иванович!       - Ясно, - Крутов воспрянул духом. – Вано, бей по их флагману!       Тотчас руки оружейника запорхали по консоли управления, а на экране наведения высветилось изображение чужого корабля. И едва Вано увидел разинувшую пасти махину, как чертыхнулся, в разы ускоряя свои манипуляции:       - Не успеем! – крикнул он Крутову, и...       Трёхголовый звёздный дракон был готов. Его кошмарные разинутые пасти источали яркое, ощутимо опасное свечение сдерживаемой до поры чудовищной силы. Но вот наведение на цели было завершено. Головы смотрят каждая на свою добычу. Пасти раскрываются шире, и...       Взрыв!       Внезапный мощный взрыв вспухает прямо на средней «морде» флагмана!       - Что за чёрт?! – удивлённо смотрят на монитор уже было попрощавшиеся с жизнью Вано и Крутов.       «Взрыв?» - Советник, едва устояв на ногах – корабль прилично тряхнуло - моментально вошёл в изменённое состояние сознания. И едва только его ментальный взор охватил всю систему, как Второй застыл в изумлении!       Атаку на флагман совершил корабль!       Но что это был за корабль!       Никто и никогда не ожидал увидеть нечто подобное в... реальности!       Ибо корабль, обративший своё орудие против К’хора едва ли уступал флагману ящеров в размере. И был он столь же мощен, монументален и грозен на вид, как и сам звёздный дракон, хотя совершенно отличался от него, более похожий формой на клин или лезвие ножа, треугольник и неправильной формы ромб!       Все замерли, затаив дыхание от удивления – и русские на своих кораблях, и Советник на флагмане. Даже ящеры. Вся Армада! Ибо корабль, который ударил по К’хору, попросту не мог быть здесь! Его не существовало!       Но он был здесь.       Звёздный разрушитель класса «Затмение». Корабль, способный одним выстрелом уничтожить целую планету. Невозможный, выдуманный корабль был здесь!       - Немыслимо! – шёпотом, потрясённо, произнёс Советник. – Это просто невозможно!       Это то, о чём я подумал? – глядя то на Крутова, то на монитор, ошалело спросил Вано, заядлый любитель «Звёздных войн».       - Понятия не имею, о чём ты подумал, - ответил Сергей Иванович, уже совершенно сбитый с толку такими резкими поворотами судьбы. Но одно он понимал точно – орудия флагмана ящеров уже заряжены, а энергия русских кораблей утекает. И если бы не новый игрок на поле боя, то все корабли землян давно были бы рассеяны по космосу...       Флагман Шао’ссоров, тем временем, тяжеловесно развернулся и уставился всеми своими «головами» на корабль, посмевший столь нагло помешать его славной победе над врагами. Ощетинившийся орудиями, словно бы вдруг выросшими из его тела, флагман ящеров был сейчас похож на вздыбившего шерсть разъярённого тигра, которого только что огрели метлой по голове. Пасти его всё ещё были раскрыты, но цель уже изменилась...       А звёздный разрушитель всё так же недвижно и величественно оставался на месте, словно игнорируя опасность. И, тем не менее, все его орудия – мощные турболазеры, один выстрел которых был способен разорвать на куски даже средний крейсер, были направлены на «трёхглавого дракона».       Древние, казалось, уже смирившиеся со своей участью, воспрянули духом и с нарастающим любопытством следили за происходящим. Ждали. Это единственное, что они сейчас могли, лишённые почти всей энергии и находившиеся в полубезсознательном состоянии.       «Странник! Только он мог прислать сюда такой корабль... Но как? Он ведь мёртв! Что всё это значит?» - мысли лихорадочно проносились одна за другой в мозгу Советника.       И вот, когда напряжение достигло пика, Вано, следуя приказу Крутова, дал залп! Маленький серебряный кораблик, казавшийся беззащитным и безпомощным, плюнул цветными огнями и лучами, моментально вонзившимися в правый борт «Змея Горыныча» ящеров!       И началось!       Гибель почти неминуема. Крутов понимал это. Понимали все, кто пошёл за ним сюда, чтобы остановить ящеров. Время, казалось, замерло. Мгновения вдруг стали тянуться нескончаемо долго. Удивительно, как близость смерти изменяет восприятие. Каждый в этот миг подумал о чём-то своём. О чём-то очень личном. О семье. О детях. О любимом человеке. О том, что стало с родными и близкими после атаки пришельцев на Землю. Или о том, что всех ждёт теперь, когда ящеры достигнут успеха. О том, что сделано в жизни и то, чего уже не сделать никогда. О своих ошибках. Но самое главное – о том, как же сильно хочется жить!       Но вдруг флагман Шао’ссоров содрогнулся! Брюхо чудовищной звёздной машины расцвело бутонами взрывов, вырывавшими куски из стальной плоти дракона!       Корабль тряхнуло так резко, что Советник не смог удержаться на ногах, и упал. Это было совершенно внезапно – он никак не ожидал удара в спину от русских, лишённых, как ему казалось, энергии, и он потерял концентрацию!       Всего миг!       Сгустки энергии, чей свет разорвал вечную тьму космоса, накрыли серебряные корабли и города Предтеч! Взрыв огромной мощи взвился во тьме. Ещё миг – и лавина энергии обрушилась на звёздный разрушитель, полностью скрыв его из виду миллионами световых вспышек...       Советник поднялся и отряхнул плащ. Здесь, на мостике – просторном зале с огромным овальным обзорным окном, зелёными ребристо-жилистыми стенами, матово-чёрными полом и потолком, с которого на длинном кожистом отростке свисала кожистая «груша» синапса управления – он был один. Никто, кроме Ревнителя Веры и Командующего армадой, не имел права входить сюда и тревожить Советника.       - Хорошо, - хмуро сказал он, вновь вгоняя себя в изменённое состояние сознания и обращая взор на поле боя. Но то, что он увидел...       Армада продолжала поливать огнём гигантский звёздный разрушитель, вернее – то место, где он должен был быть, когда по её рядам сверху внезапно ударил вихрь смертоносных энергий, выкашивая корабли точно жнец – пшеницу! Они взрывались, разлетаясь на куски, разбрызгивая вокруг зелёную жидкость и расплавленный металл...       Это были корабли! Чужие корабли, зависшие над плоскостью эклиптики! Многие и многие тысячи их каждое мгновение выныривали из гиперпространства, из порталов или появлялись ещё каким-нибудь иным эффектным способом! В систему Меридиана в атакующем порядке входила ещё одна армада!       - Эти корабли! – процедил Советник, окидывая ментальным взором прибывающие силы врага. – Не может, чёрт побери, этого быть! – зло шептал он, когда взгляд вылавливал знакомые очертания имперских звёздных разрушителей класса «Победа» или «Император», эсминцев, крейсеров и других кораблей, знакомых фанатам «Звёздных войн». Но они были лишь малой частью громадного космического воинства. Другие корабли Советник не видел никогда в жизни, и не слышал о народах, создавших их. Странные многокилометровые «кактусы» и «гроздья винограда», «медузы» и «каракатицы», тысячи ещё более причудливых машин вроде тех, что походили на многокилометровые готическое соборы! Большинство из них явно делали не люди. Даже не гуманоиды. Но были и корабли вполне удобоваримой конструкции, созданные, вероятно, похожими на людей существами. И все эти корабли по какой-то непонятной причине были здесь!       Внезапное появление нового и очень опасного врага заставило Армаду Шао’ссоров, растянувшуюся на несколько астрономических единиц, начать перестроение в боевые формации, одновременно встретив огнём всё прибывающий разношёрстный вражеский флот.       Сотни тысяч лучей ежесекундно вспарывали пространство с обеих сторон. Всюду носились энергосгустки, истребители самых разных форм и размеров, включая и знаменитые TIE-истребители с крестокрылами, играли в смертельную чехарду с «птеродактилями» ящеров, оказывавшими достойное сопротивление. Юркие машинки плевались огнём, лучами, разрядами, искристым туманом, ракетами и ещё Бог знает чем, выписывали самые замысловатые фигуры высшего пилотажа, взрывались, разлетаясь на куски...       Корабли с обеих сторон искусно вспарывали друг другу нутро, полосовали лучами, прожигали, дезинтегрировали, разваливались на части, разодранные взрывами, выбрасывая в космос и сталь, и экипаж...       Артиллерийские корабли Шао’ссоров, совершавшие манёвр уклонения, чтобы выйти на удобные для ведения огня позиции, оказались перехвачены «кактусами», и завязался бой. Ящеры обстреливали матово-чёрные шипастые корабли огромными искрящимися сгустками, жадно вгрызавшимися в обшивку и буквально проедавшими её, а противник отвечал залпами чёрных молний, пронзавших корабли ящеров насквозь даже несмотря на их защитные поля...       Бомбардировщики обоих флотов делали своё дело, уничтожая тяжёлые и неповоротливые корабли, попадали под обстрелы, взрывались сами...       Звёздные разрушители палили изо всех орудий, заливая космос вокруг себя смертоносными лучами. И во всём этом внезапно начавшемся хаосе никому уже не было дела до того, что случилось с русскими, Дервишем, Предтечами и гигантским крейсером империи.       Зря.       Вспышки взрывов угасли, и во всей своей грозной и величественной красе показался Разрушитель «Затмение». Колосс был слегка потрёпан, но нисколько не утратил своего, внушающего уважение, вида.       А там, где горстка земных кораблей и города древних ещё несколько мгновений назад доживали свои последние секунды, обречённые на неминуемую гибель, красовалась огромная абсолютно чёрная сфера! Она вдруг пошла трещинами, из которых лучился яркий свет, и лопнула, разлетевшись на тысячи мгновенно истаявших осколков!       Пять серебряных кораблей, и уцелевшие космические города вновь были в деле!       - Ну что, как обстановка? – ловко забираясь в ожившее кокон-кресло, спросил Крутов – менее чем за минуту он сумел добраться до мостика.       - Ситуация резко изменилась в нашу пользу, - живо отозвался Кондрат. – В систему, похоже, прибыл неизвестный флот и вступил в бой с ящерами.       - Занятно, - пробормотал Сергей Иванович, пока его с тихим шелестом окутывали «лепестки» кресла. В следующую секунду он и сам убедился в достоверности слов искусственного интеллекта: масштабное побоище армад уже приобретало системный и продуманный характер. Очевидно, эффект неожиданности, которым неизвестный флот воспользовался по максимуму, сошёл на нет, и военачальники с обеих сторон начали применять свои полководческие таланты...       «Весело», - прокомментировал увиденное Сергей Иванович, присвистнув. «Это будет посильнее «Фауста» Гёте... И «Звёздных войн» Лукаса»...       - Кстати о «Звёздных войнах», - отреагировал Кондрат. – В неизвестном флоте присутствуют корабли, по параметрам идентичные аналогам из... фильма, - смущённо сказал он. – Не представляю, как такое возможно.       - Зато я, кажется, представляю, - прошептал Крутов, видя, как только что в бою один звёздный разрушитель, с большим трудом, но разорвал залпами в клочья диплодокообразный крейсер ящеров. – Странник. Только ему было по силам провернуть нечто подобное.       - Каковы будут приказы? – приняв к сведению услышанное, осведомился ИИ.       - Приказ флоту прежний – уничтожить противника. И свяжитесь с Предтечами – пусть они не лезут в бой и отойдут подальше. «Муромец» их прикроет.       - Есть, - ответил Кондрат, и все пять кораблей пришли в движение...       Шок.       Удивление.       Растерянность.       Советник чувствовал всё это и даже больше. Сейчас он окончательно осознал, что план, которому он следовал всё это долгое время, стремится с почестями накрыться медным тазом. И лишь одно имя было сейчас у него на уме. Странник. Именно он стоял за всем происходящим, продолжая дёргать за ниточки даже из могилы.       - Чёртов хитрец! А я-то думал, почему всё было так просто! Всё самое интересное ты приберёг напоследок! – в капюшоне балахона зловеще клубилась тьма. Ментальный взор Второго неотрывно следил за полем ожесточённого сражения, в которое внезапно превратилась почти вся система Меридиана...       И вдруг он почувствовал... Это было ни с чем несравнимое, полузабытое, но незабываемое и очень знакомое чувство. Чувство, что он не один!       - Вот, значит, как?! – воскликнул Советник. – Это остальные привели сюда флоты!       Он ощущал присутствие в системе как минимум троих своих квантовых братьев-двойников. И впервые за долгое время Второй почувствовал себя неуютно. Он взглянул в огромное окно мостика, из которого открывался вид на застывший вдали звёздный разрушитель «Затмение», который определённо являлся флагманом прибывшего в систему флота.       - Не-е-е-ет, Странник, - прошептал он. – Я ещё повоюю... Я докажу тебе, что был прав!       «Внимание брандерам!» - тотчас метнул он мысль в ментальную сеть Шао’ссоров. «Атаковать вражеский флот с тыла! Группе из сорока машин – приоритетная цель – вражеский флагман!» - скомандовал он, и вновь обратил взор на поле боя, видя, как его приказ мгновенно начал претворятся в жизнь...       И в этот самый миг «Затмение» нанёс удар! Десятки мощных, толстых зелёных лучей впились в защитное поле трёхголового К’хора, немного ослабли, но пробили защиту, вонзившись в тушу звёздного дракона!       Змей содрогнулся от взрывов и моментально ответил из всех орудий лавиной сверкающих белых шаров, стремительно понёсшихся к разрушителю, начавшему разворот, чтобы уйти с линии огня. И это бы ему удалось, но корабль был слишком велик и тяжёл – белая лавина вонзилась в бок «Затмения», миновав щит, и практически весь его правый борт покрылся цепочкой взрывов!       Дуэль титанов началась.       Тем временем в бою между флотами установилось своего рода равновесие – оказалось, что прибывший флот отлично показывает себя на средних и дальних дистанциях, довольно успешно уничтожая корабли Шао’ссоров. А вот армада ящеров напротив била врага вблизи, на дистанциях клинча, выкашивая целые кластеры и формации, отрезая от вражеского флота кусок за куском... Хотя и сами ящеры при этом несли немалые потери.       И тут вдруг ярчайшая вспышка разорвала тьму космоса где-то вдали, в самом тылу позиций разношёрстного флота, прибывшего в систему! А за ней – ещё одна, и ещё, и ещё! Это были кварковые брандеры, на перемещения которых в гиперпространстве никто в союзном флоте, похоже, не обратил внимания, сочтя эти мелкие корабли не представляющими большой угрозы! А тем временем всё новые и новые вспышки озаряли космос, превращая в ничто тысячи и тысячи кораблей!       Флот ящеров с ещё большим ожесточением обрушился на врага, ища ближней схватки, но противник не дрогнул – едва начавшись, чудовищная вакханалия разрушения сошла на нет – целей достигли всего с десяток брандеров благодаря малым гиперпрыжкам. Союзники же быстро поняли, как враг зашёл в тыл, и тотчас приняли меры – в тыл выдвинулись имперские крейсеры-заградители, имевшие на корпусе характерные шары надстроек – генераторы гравитационного возмущения. И теперь никто в системе даже при большом желании не смог бы уйти в гиперпространство.       И в этот миг уже полыхнул тыл армады ящеров – сотни мощных взрывов пронеслись по рядам Шао’ссоров меньше чем за секунду, раскалывая корабли на части! В бой вступили русские! И теперь уже ящерам пришлось заботиться о своей безопасности. Однако справиться с этими серебристыми кораблями, каждая атака которых оборачивалась гибелью сотен кораблей, ящеры были не в состоянии даже несмотря на то, что бросили на их уничтожение внушительные силы – слишком уж манёвренны были эти русские корабли, и слишком хорошо защищены...       Воспользовавшись удобным моментом, союзный флот двинулся в наступление... И тут вновь на него посыпались брандеры ящеров – отовсюду, со всех сторон сектора, занятого Армадой, эти небольшие, но очень быстрые суда устремились на всех парах к вражескому флоту, пока обе армады ещё не слились в единое месиво и можно было не опасаться подорвать своих. Сотни юрких кораблей, похожих очертаниями на угря и тритона одновременно, молниеносно пролетая мимо сражающихся своих и чужих кораблей, устремлялись к скоплению сил противника...       Но на сей раз их манёвр не остался незамеченным – едва только представилась возможность, как союзный флот встретил надвигающуюся угрозу плотным заградительным огнём, несколько ослабив натиск на ящеров.       Брандеры летели, маневрируя, уклоняясь от вражеского огня. Взрывались, сражённые лучами или чем-нибудь из арсенала флота, но упорно продолжали приближаться к своей цели. Было очевидно, что некоторые из них всё-равно прорвутся... Но тут впереди по линии фронта всего флота союзников выдвинулись корабли-кактусы, покрытые шипами. Миг – и между кораблями заплясали разряды, создавая единую цепь. Тотчас сотни и тысячи молний потянулись к стремительно приближавшимся кораблям-смертникам, поражая их один за другим с убийственной точностью, перепрыгивая с одного на другой и испепеляя целые их группы...       Русские тем временем глубоко вгрызлись в строй ящеров, пронзая их боевые порядки с необычайной лёгкостью, точно нагретый нож – масло. Они стремились связать боем или уничтожить как можно больше кораблей противника, дав тем самым чуть больше времени союзникам, чтобы отбиться от атаки брандеров. Однако здесь, в самой гуще, русским тоже доставалось, несмотря на техническое превосходство. По сути, добровольно оказавшись в окружении, серебряные корабли, хотя и отчаянно маневрировали, поливая всё вокруг смертоносными энергиями из всех орудий, хотя и имели отличную защиту, но ежесекундно со всех сторон получали удары торпед, искрящихся сгустков энергии, синих лучей... Под таким натиском сколь бы ни была совершенна их защита, но и она всё-равно не могла держаться вечно. Щиты неумолимо теряли запас прочности...       Два гиганта – «Затмение» и К’хор кружились в смертельном вальсе, постоянно обмениваясь ударами бортовых орудий, украшая друг друга алыми бутонами мощных взрывов и всё новыми повреждениями. Но не собирались останавливаться, чтобы не дать врагу применить свой главный калибр, одного выстрела которого было бы достаточно, чтобы завершить эту дуэль.       Казалось, что ни у одного из этих кораблей-гигантов нет перевеса – оба они были равны по мощи, и их сражение могло длиться ещё долго, но тут, выполняя приказ Советника, будто из ниоткуда, позади «Затмения» появились кварковые брандеры ящеров! Скрытые маскировочными полями, они сумели незаметно подобраться сюда! И едва выйдя из скрытого режима, понеслись к звёздному разрушителю, который мгновенно открыл огонь и выпустил тучу перехватчиков, но было слишком поздно – все, как один брандеры, управляемые синтетическими сознаниями, взорвались, затопив ближайший космос бушующим светом!       Флагман швырнуло так, будто он был ничтожной щепкой на волнах океана в шторм. Впрочем, в какой-то мере так оно и было. Трёхголовый звёздный «дракон», подхваченный ударной волной энергии, стремительно уносился прочь от места схватки с «Затмением», поглощённым мощнейшим кварковым взрывом. Его бросало из стороны в сторону, неся в самую гущу боя двух армад, и единственное, что его спасло от той же участи, которая постигла звёздный разрушитель – защита, созданная Мудрецами Шао’ссоров, которые так же дали армаде и кварковые заряды. Они знали, что делали.       Советник стоял в самом центре мостика у огромной, свисающей с потолка на тонком жгуте, кожистой «груши» - синапса контроля, касаясь его рукой. Стоял с закрытыми глазами. Сейчас он лично управлял кораблём. Он был кораблём! Чувствуя интуитивно опасности и «течения» энергии, что подхватила флагман, он вёл его безопасными путями, точно сёрфингист, укротивший гигантскую волну...       Наконец, энергия начала рассеиваться, и К’хор замедлился. Советник открыл глаза – они всё ещё были затянуты белой пеленой, поскольку Второй непрерывно наблюдал ментальным взором за полем битвы, где ситуация резко изменилась с появлением русских. Армада медленно сдавала позиции.       «Сколько же ещё придётся с вами возиться?» - пробормотал Второй, отыскивая в гуще битвы, в этой безчисленной и хаотичной массе кораблей те серебристые машины, с которыми, казалось, уже давно должно было быть покончено. Один, другой, третий... Машины были теперь в его поле зрения. Ко всем пяти потянулись ниточки его воли. «Зря, зря вы не уничтожили наш флагман сразу!», - мельком подумал Советник с грустью. «Теперь уничтожат вас».       - Давай! Выжми из реактора всё, Коля! Мы должны их удержать! – чуть ли не кричал Крутов, весь в напряжении, поскольку сейчас вместе с Кондратом управлял кораблём, и ему приходилось – пусть и мысленно – совершать столько действий в секунду, что подобную нагрузку на психику далеко не каждый бы выдержал.       - Мы уже и так на пределе! – хрипел в ответ динамик голосом Звягинцева. – Если мы не выйдем из-под обстрела, то через пару минут нас размажут!       - Я знаю, - досадливо процедил Крутов. – Всем кораблям – отступить и перегруппироваться!- тотчас скомандовал он.       - Внимание! Фиксирую кварковый взрыв повышенной мощности! – вдруг объявил Кондрат.       - Что? – вырвалось у Сергея Ивановича, уже получавшего данные по взрыву. – Это же... Чёрт! Им удалось уничтожить флагманский разрушитель! Зря мы не добили «змея Горыныча»... Думал, и без нас справятся. Внимание всем! Новая цель – флагман противника! Кондрат!       - Слушаюсь. Начинаю разворот! – ответил ИИ... а корабль внезапно дёрнулся, и застыл на месте!       Замигали лампы освещения, раздались скрипы и скрежет, будто это был не космический корабль, а подводная лодка, на глубине, заметно превышающей ту, на которую она была рассчитана.       - Что такое? – удивился Крутов, анализируя данные со множества внешних и внутренних сенсоров корабля. Весьма странные данные.       - Двигатели в порядке, - с небольшой заминкой ответил Кондрат. – Уж если на что происходящее и похоже, так на то, что как будто нас кто-то держит... или что-то. Но это невозможно.       - Советник, - одарив злым взглядом изображение вражеского флагмана, нёсшегося на волнах энергии, сказал Сергей Иванович. – Открыть огонь по этому проклятому кораблю!       - Орудия не реагируют на команды, - уже тревожно отозвался искусственный интеллект. – Давление на корпус усиливается...       - Николай, можешь что-то сделать? – спросил Крутов, выведя перед собой изображение реакторного отсека.       - Нет, - качнул головой учёный. У него всегда был бледный, измождённый вид, но сейчас он вдобавок ко всему выглядел обречённо. – Абсолютное зеркало не срабатывает, а больше мы не можем ничего противопоставить Советнику.       - Хочешь сказать...       - Да... Это... конец, - тихо ответил мужчина, и у Крутова сердце на миг замерло. А в голове, внезапно опустевшей, осталась лишь одна мысль: «Неужели ничего нельзя сделать?»       Грохот, скрип, треск и скрежет усиливались. Переборки и перекрытия не выдерживали, гнулись и лопались от немыслимых нагрузок. Корпус в нескольких местах уже дал бреши, и в них со свистом вырывался воздух... Но пока ещё исправно работала аварийная система герметизации, отделив повреждённые отсеки мощными затворками.       Освещение моргало, из трещин в потолке и стенах сыпались искры – проводка была повреждена, разорвана чудовищным давлением неведомой силы, удерживавшей корабль на месте и стремившейся его раздавить...       Где-то что-то вспыхнуло, воздух наполнился дымом, под стон и скрежет металла прогнулись стены...       Всё было... кончено?       Советник видел их. Он чувствовал их. Он владел ими. Четыре русских корабля, окутанные нитями его воли, были в его власти... Его могучая воля корёжила и сжимала корабли, давила, стремясь превратить их в лепёшки...       Вот, не выдержав давления, вспыхнул «Маршал Жуков», и, разодранный изнутри взрывом реактора, испарился в чудовищном буйстве энергий... Остальные корабли вскоре должны были последовать за ним.       Флоты, занятые ожесточённым боем, конечно, заметили, что произошло, что флагман союзников уничтожен, что серебряные корабли почему-то замерли и начали взрываться. Но армады продолжали сражаться несмотря ни на что. Оба флота уже поредели, но накал битвы не стихал, а облако обломков и мусора с обеих сторон всё росло, становясь своеобразным «полем астероидов».       Армада Шао’ссоров теснила противника – ящерам всё-таки удалось развернуть артиллерийские корабли, и теперь группы из десяти-двадцати судов, размещённых в стратегически важных, выгодных позициях, вели непрерывный огонь по союзникам с разных сторон, нанося разношёрстному флоту серьёзный урон...       Советник видел всё это. Он был доволен. С одной стороны. Но с другой...       - Что, совесть мучает? – злорадно возник внутренний голос. Второй сразу попытался его подавить, но... не хватило сил.       - Да, - с трудом согласился он. – Все эти смерти из-за меня.       - Всё в твоих руках, - ехидно отозвалось второе «Я». – Откажись, отступи, отзови войска...       - Нет, - качнул головой Советник. – Не могу.       - А в чём смысл? Странник мёртв, и ты ему уже всё-равно ничего не докажешь. Или это ты делаешь для себя? Хочешь самоутвердиться в собственных глазах? Каким же нужно быть эгоистом, чтобы задумать изменить ради этого целую вселенную? Даже так – вселенные.       - Мы хотим исправить..., - не слишком уверенно возразил сам себе Второй. – Закон справедливости вновь должен заработать...       - Как будто он сейчас прохлаждается, - фыркнул внутренний голос. – И потом – «мы»? А ты уверен в своём компаньоне? И вообще кто вас просил лезть во всё это?       - Это необходимо...       - Кому?!?! Для чего?!?! – сурово крикнуло второе «Я», окончательно выбив Советника из колеи. – Наивный дилетант-идеалист!       - Разве может чёртов внутренний голос так себя вести?! – разозлился Советник, всё ещё удерживая корабли русских путами своей воли... И тут вдруг он вспомнил! У русских было пять кораблей! Пять, а не четыре!       - Да! Тебе следовало внимательнее смотреть по сторонам! – язвительно заметило второе «Я», усмехнувшись и тут же умолкнув.       Однако, было уже слишком поздно! В это же самое мгновение зелёный луч невообразимой мощи вспорол брюхо гигантскому звёздному дракону, К’хору, попутно зацепив ещё с десяток кораблей ящеров, мгновенно рассыпавшихся фонтанами искр и пламени!       Могучий взрыв разворотил внутренности гигантского синтетического корабля, разбросав огромные осколки и пузыри вязкой зелёной жидкости, обильно хлынувшей из чудовищной пробоины, сиявшей раскалёнными добела краями!       «Затмение» уцелел! Этот суровый удар нанёс его главный калибр!       Звёздный разрушитель, изрядно потрёпанный и побитый, исходящий дымом во множестве мест, глядел прямо на своего недавнего противника по дуэли, а рядом с ним – всего в нескольких километрах – холодно сверкал серебром веретенообразный кораблик!       - Невозможно! – прошептал Второй, сорвав с себя чёрный капюшон. Абсолютное зеркало! Только так этот русский корабль мог ускользнуть от Советника и спасти «Затмение»!       - «Муромец»! – радостно воскликнул Крутов. – Ай да чертяка! Ай да сукин сын! Как выберемся – капитана Смирнова к награде представлю!       - Внимание! Корабль свободен. Сила, державшая нас, исчезла, - тотчас же возвестил Кондрат. И его интонации не оставляли сомнения – этому искусственному интеллекту не было чуждо чувство радости, как и другие эмоции. – Мы снова в строю.       - Отлично! – недобро усмехнулся Сергей Иванович. – Уничтожить флагман противника! Огонь из всех орудий! – приказал он, вызвав бурю одобрительных возгласов в эфире, один из которых принадлежал Звягинцеву...       Но прежде, чем русские машины начали разворот, второй мощный зелёный луч, ударивший из носовой части «Затмения», полоснул по трёхголовому кораблю ящеров, пропоров его насквозь! Чудовищные взрывы сотрясли гигантский звездолёт, алые их бутоны вспыхивали по всей его длине, вспарывали корабль изнутри, предвещая его скорую гибель. Но даже несмотря на это К’хор сопротивлялся, огрызаясь огнём из всех орудий, что ещё могли стрелять, высвобождая лавину энергии и выпуская рои истребителей с бомбардировщиками, понёсшиеся к звёздному разрушителю...       - Хорошо шпарит, зараза! – воскликнул Крутов, наблюдая за эпическим зрелищем и восхищаясь мощью «Затмения».       - Могём и лучше, - донёсся до его слуха из динамика голос Вано, тоже следившего за битвой двух космических титанов.       Затишье внезапно опустилось на поле боя. Армады замерли в ожидании, прекратив огонь. Ящеры, не веря в то, что такое происходит наяву, наблюдали за гибелью своего флагмана, отстреливавшего спасательные капсулы. А союзники... Пусть они и были слишком разными – множество не похожих друг на друга народов, вступивших по неизвестной причине в бой с сильным врагом. Пусть они проигрывали этот бой. Но сейчас надежда на победу загорелась в них с новой силой!       Первый Советник всё ещё был на мостике гибнущего, сотрясаемого взрывами, гигантского корабля, ставшего могилой для многих тысяч ящеров. Помещение уже не было похоже на себя – всюду трещины, «груша» синапса управления корчится на полу в агонии и горит. Горел и потолок, чадя едким чёрным дымом, горели стены... Почти весь мостик был объят пламенем, и жар здесь стоял невыносимый. Но Советник всё ещё был здесь. Он не собирался погибать вместе с кораблём, но, всё же, почему-то решил немного задержаться. Пламя окутывало его, языки огня лизали его балахон, однако не причиняли никакого вреда. Он не чувствовал ни боли, ни страха. Лишь разочарование и досаду – он надеялся, что всё пройдёт иначе. И именно в этот самый момент второй услышал голос. Свой собственный и чужой одновременно:       «Сдавайся! В твоих силах остановить всё это, Второй! Не губи себя и тех, кто доверили тебе свои жизни!» - прозвучало у него в голове.       - Ха, - горько усмехнулся Советник, отвечая на ментальный зов. – Третий... Ты всегда был благороден. Это ведь ты командуешь всем флотом с «Затмения»?       «Да. И если придётся, я нанесу последний удар по твоему кораблю... Прошу, не вынуждай меня», - совершенно искренне ответил собеседник.       - Для меня уже нет пути назад, Третий. И ты прекрасно должен это знать, - вздохнул Второй, проведя рукой по своим волосам, объятым пламенем, но почему-то не горевшим. Огонь продолжал пожирать мостик. – Я совершил слишком много такого, чем не могу гордиться ради того, чтобы быть здесь сейчас. Ради заветной цели, которой, как я думал, невозможно достичь иначе...       «Но сейчас ведь ты так уже не думаешь!»       - Сомневаюсь – да.       «Тогда остановись, отзови Армаду. Выбор есть всегда».       - Знаешь, Странник мёртв. Из-за меня, - сказал вдруг с отчётливой грустью Второй.       «Знаю», - после долгой паузы пришёл ментальный ответ. «Он предполагал, что может погибнуть раньше, чем всё кончится».       - Неужели даже зная, что я виновен в его смерти, ты всё ещё будешь играть в благородство и станешь просить меня сдаться? А даже если и сдамся – что тогда меня ждёт?       «Суд».       - Вот оно как..., - вздохнул Советник. – Справедливо. Но я ещё не готов к этому. Не желаю сдаваться, когда до цели остался всего шаг! Если бы ты знал, что я собираюсь сделать...       «Я-то знаю», - перебил его Третий. «Знаешь ли ты сам?»       - Я не отступлю. Я покажу вам, что был прав и изменю этот мир к лучшему, - холодно ответил Второй. Сверхпрочное стекло обзорного окна мостика треснуло от невероятного жара, и разлетелось на сотни осколков. Воздух с рёвом ринулся прочь, в космос, увлекая за собой мелкие обломки и сгоревшую «грушу» синапса. Пламя тотчас погасло.       А Второй стоял, не шелохнувшись, будто ничего не случилось.       «Значит, это – твоё решение?» - с горечью спросил Третий.       - Да.       «Тебе не сбежать. Нас здесь трое. Мы не позволим».       - Я знаю, - ответил Второй. – И ещё я знаю, что тебе следовало сразу уничтожить мой флагман, а не играть в благородство. А теперь уже слишком поздно – ОН уже здесь! – «крикнул» Советник в ментальном поле, и стремительнее пули выпорхнул с мостика в открытый космос за доли секунды до того, как «Затмение» нанёс К’хору последний, смертельный удар! Зелёный луч прочертил тьму космоса и вонзился в израненное тело звёздного дракона, разрезав его надвое! Сотни взрывов вспухли на месте разрыва, начиная цепную реакцию – тысячи мелких вспышек сыпанули по всей поверхности агонизирующего, разорванного корабля, и в следующий миг взрыв необычайной силы затопил всё!       К’хор, флагман Первой Великой Армады, погиб в бою, как и тот полководец, чьё героическое имя он носил...       На мостике «Затмения» - в огромном клиновидном зале с треугольными окнами, по периметру которого разместились рабочие консоли и терминалы управления всеми системами исполинского корабля, за которыми корпели навигаторы, пилоты и другие специалисты, царило воодушевление. Светофильтры на окнах защитили членов экипажа от чрезмерно интенсивной вспышки, порождённой взрывом флагмана ящеров, и щиты – хоть и с трудом – сдержали натиск бушующей энергии.       Третий, одетый в белую форму имперского гранд-адмирала, задумавшись, глядел в окно, на разгул сил, в горниле которых сгинул главный корабль противника. Третий. Квантовый двойник Странника. Сердце и мысли его были отравлены тревогой и безпокойством. «Он уже здесь!». Так сказал Второй. И это насторожило Третьего. Он чувствовал, что самое сложное ещё впереди.       - Адмирал, - прервал размышления Третьего один из операторов системы слежения. – Флот противника начал отступление к границе системы. Но пока наши заградители не дают им уйти в гиперпространство и враг несёт большие потери.       - Не расслабляйтесь, - кивнул адмирал. – Ещё ничего не кончено. Чувствую, эти ящеры ещё преподнесут нам неприятный сюрприз.       - С нами вышел на связь союзный корабль неизвестной конструкции, - сообщил связист. – Один из них спас наш корабль от кварковых брандеров.       - А, эти, - кивнул собственным мыслям Третий. – Хорошо.       Тотчас в самом центре зала над голографическим проектором соткалось светящееся синим изображение – лицо мужчины со строгими чертами и пронзительно-голубыми глазами. Однако, вместо ожидаемого приветствия или чего ещё в этом роде человек, увидев Третьего, удивлённо спросил что-то на незнакомом языке. И лишь мгновение спустя прозвучало: «Неужели Странник?»       - Что с синхронизацией кибер-перевода? – грозно глянул на подчинённых Третий. – Исправить.       Ответственные тотчас засуетились.       - Ты ведь мёртв! – всё так же удивлённо сказал человек. На этот раз перевод не отставал.       - Нет, - качнул головой капитан «Затмения». – Я не тот человек, которого вы знали под именем Странника.       - Хм... понятно. Квантовый двойник, - кивнуло голографическое изображение. Похоже, у человека с той стороны тоже был аналог кибер-переводчика. – Моё имя – Крутов. Сергей Иванович. Я хотел поблагодарить вас за помощь. Если бы не ваше своевременное появление, Советник уничтожил бы нас.       - Мы делаем одно дело. Не стоит благодарности, - улыбнулся Третий. – Странник рассказывал мне о вас, Сергей Иванович. Рад, что мы, наконец, познакомились.       Но тут в разговор вклинился ещё один голос:       - Сергей Иванович... Тут... Тут что-то странное...       - Что у тебя, Кондрат? – спросил Крутов.       - Не знаю... Но это... что-то огромное. И оно подходит к границе системы... Никогда таких размеров не видел... И подходит оно как раз с той стороны, куда драпанули ящеры...       - Что происходит? – спросил Третий.       - Похоже, наш ИскИн засёк приближение невероятно огромного объекта, - мрачно отозвался Сергей Иванович таким тоном, что стало понятно – самое главное и опасное сражение ещё только впереди.       - Вы знаете, что это может быть?       - Догадываюсь. Нет, абсолютно уверен – это Левиафан, - хмуро ответил Крутов. – А это значит, что сейчас всем нам придётся очень жарко.       - Ясно, - кивнул Третий, резко развернувшись и сделав широкий жест рукой. – Передайте приказ по флоту! – скомандовал он. – Вступить с врагом в бой на ближней дистанции. Подойти вплотную к вражескому флоту и смешаться с ним!       - Но если мы это сделаем, ящеры порвут нас на дистанции клинча! Их корабли в таком типе боя имеют преимущество! – воскликнул кто-то из офицеров.       - А если мы этого не сделаем, то ещё раньше нас уничтожит вражеское супероружие! Живо выполнять! – рявкнул капитан, услышав в ответ короткое «Есть», и обернулся к изображению Крутова. – Что вам известно о Левиафане?       - Это самое мощное, что есть у ящеров. Мощнейшее оружие, мощнейшая защита... Поле изменения, способное преобразовать целую систему, если он займёт орбиту над солнцем, - ответил глава ФСБ. Его лицо было спокойно, однако в душе его зрело сомнение – возможна ли победа теперь?       - Как же это похоже на битву за Эндор, - вдруг усмехнулся Третий. – Вплоть до мелочей. Но тогда мятежники вырвали победу из рук Империи. Думаю, и мы справимся.       - Мне бы ваш оптимизм, - проворчал Крутов и отключился.       А Третий застыл на месте со взглядом, устремлённым вглубь самого себя. Он, так же, как и Советник, умел многое. И сейчас он уже видел Левиафан, мчавшийся в гиперпространстве к системе Меридиана, и спешащий ему навстречу, серьёзно поредевший флот ящеров...       Пустота, заполненная тьмой...       Мирная, безмятежная, жестокая...       Скучная. Потому, что здесь никогда ничего не происходило. Мрак, что холоднее самой смерти, рассеиваемый лишь светом далёких звёзд... Место далеко за орбитой последней планеты в системе Меридиана, где даже собственное светило сливается со звёздами далёких галактик.       Битва, разыгравшаяся в центре системы, но уже на всех парах двигавшаяся сюда, была ещё далеко.       Но...       Что-то двигалось в этой тьме, сокрытое тенями. Словно хищник. Словно акула, о приближении которой узнаёшь по бугру на воде и плавнику, выныривающему в самый последний момент. Что-то огромное. И определённо – опасное!       Тени. Они двигались. Они заслоняли звёзды. Они были огромны! И оставались невидимы во тьме.       Но вот уже вдали видна планета – пёстрый газовый гигант всех оттенков фиолетового, с сотней спутников на орбите. И лучи солнца... Они коснулись тени, что двигалась во мраке...       И началось!       Тени, словно чудовищный хищник, сожравший что-то несъедобное, стали исторгать то, что скрывали! Будто бы разорванные в клочья, они начали осыпаться, сползать, обнажая то, что было внутри. Сияющие серебром шипы, длиной в десятки километров, отполированные до блеска части обшивки, округлые бока... Процесс всё продолжался и продолжался, и казалось, что ему не будет конца! Сокрытое тенями было невероятно – создавалось впечатление, будто сейчас прямо посреди космоса из ниоткуда вдруг вырастет циклопическая стена-барьер поистине космических размеров, усеянная мишурой шипов, каждый из которых размерами превосходил звёздный разрушитель «Затмение» - эту двадцатикилометровую махину – в несколько раз!       Тысяча километров...       Две...       Три...       Левиафан, казалось, пытался прорваться из иного пространства наружу через узкую дыру в тенях, окутывавших его, и до сих пор была видна лишь сравнительно малая его часть – кусок невероятной конструкции, шарообразная форма которой едва угадывалась по слабо наметившейся округлости «стены», уже освободившейся от теней!       И вдруг сверкнуло!       Сначала слабо, а потом всё сильнее и ярче, затмив на миг само Солнце!       И чудовищный Левиафан, точно кит, выбросившийся на берег, тяжеловесно и величественно проявился полностью, прорвав, наконец, покрывало теней, скрывавшее его! Форма его была прозаична – обычный шар, усеянный шипами, отчего Левиафан сильно смахивал на каштан-переросток. Колючий брат-близнец «Звезды смерти». Но вот размеры... Десять тысяч километров в диаметре! Целая искусственная планета, подвластная злой воле Шао’ссоров и их Императора, вывалилась из иного пространства неподалёку от последней планеты системы – газового гиганта.       А позади, из разверзшегося за титаном огромного окна гиперперехода в систему хлынул флот сопровождения. Элитные силы на новейших кораблях с новейшим оружием. Личная гвардия Императора. Десятки тысяч кораблей, моментально выстроившихся перед Левиафаном в защитном порядке – сетке, чтобы гигант мог использовать своё оружие, не задевая своих и поддерживать его огнём.       Крутов молчал. Молчал и эфир. Величественное появление Левиафана, обустроенное ящерами с особой помпезностью и буквально сочащееся пафосом, не оставило равнодушным никого. Шок и трепет – вот как можно было назвать состояние, в котором пребывали сейчас не только земляне...       Молчание царило и на мостике «Затмения». Все, кто там были, не веря своим глазам, рассматривали голографическую модель Левиафана и его характеристики, наспех собранные тактической системой корабля.       «Пятый, Четвёртый, вы тоже это видите?» - вопрошал Третий своих квантовых братьев в ментальном поле, посылая им вместе с вопросом и своё сильнейшее чувство тревоги.       «Да».       «Видим», - пришло в ответ. «И не верим своим глазам».       Левиафан двинулся. Тяжеловесно. Медленно. Величественно. Будто король, осматривающий свои владения. И флот сопровождения ящеров двинулся вместе с ним, навстречу своей потрёпанной армаде.       Вдруг спутники газового гиганта, у которой в реальный космос вырвался Левиафан, сначала мелкие, а затем и крупные замедлили свой бег по орбитам вокруг планеты, странно изменили траектории движения, а потом и вовсе сорвались со своих мест, устремившись к Левиафану, и срывая своим тяготением атмосферу с родной планеты, газовый шлейф от которой сотнями щупалец потянулся за непоседливыми лунами, самая малая из которых была лишь вполовину меньше земной Луны!       Гигантский рукотворный мир Шао’ссоров окутался шубой электроразрядов, воссияв холодным бледно-голубым светом. А сорвавшиеся со своих законных мест под действием гравитационной силы Левиафана спутники всё приближались. Столкнись с циклопическим кораблём хоть один – и ничто бы не спасло чудо научной мысли ящеров. Но вот Левиафан замер. Разряды, скакавшие по его корпусу между шипов, сконцентрировались на нескольких десятках из них и сейчас напоминали клубки змей, нанизанные на палки.       Полыхнуло!       Сотни чудовищных молний сорвались с шипов – силовых эффекторов, устремляясь к своим жертвам, несчастным лунам, лишившимся привычных мест, яростно вгрызлись в них, с сильнейшими взрывами выбрасывая в космос миллиарды тонн расплавленной, раскалённой материи и разодрали небесные тела в клочья всего за один миг! Распылили! И лишь огромное – в треть астрономической единицы – астреоидно-пылевое облако осталось там, где ещё секунду назад были нёсшиеся навстречу своей судьбе луны газового гиганта!       Крутов сглотнул. Противный липкий холодок пробежал по его спине вдоль позвоночника. Сейчас впервые за очень долгое время ему было по-настоящему страшно.       - Николай, - с пересохшим от волнения горлом позвал Сергей Иванович. – У нас есть шанс? Хоть что-то, чем мы сможем пронять этого «динозавра»?       - Только «струнник», - ответил учёный. Голос его звучал как-то странно. Похоже, он был ошарашен и подавлен. – Но я сомневаюсь, что мы сможем подойти на дистанцию ведения огня... Я произвёл анализ... Оружие этого чудовища... Я не знаю, что это, но оно не просто разрывает материю на всех уровнях. Оно разрушает сами законы, по которым она построена. «Абсолютные зеркала» нас не спасут.       - Мда..., - тихо выдохнул глава ФСБ. – Теперь это точно не звёздные войны, что бы там ни говорил этот двойник-капитан, - произнёс он, мрачно глядя на приближающуюся громаду Левиафана.