Глава 20. Нежданные встречи.
1 февраля 2022 г., 17:16
Глава 20. Нежданные встречи.
«Случайности не случайны» Мастер Угвей, М/Ф «Кунг-фу панда» «Случайная встреча — самая неслучайная вещь на свете…» Хулио Кортасар, «Игра в классики». - Этого не может быть! – безапелляционно заявил Доктор, с какой-то отстранённой тоской глядя на монитор и читая данные. - Ну, очевидно – может, раз уж мы здесь, - констатировал Игорь, заглядывая Двенадцатому через плечо, чтобы разглядеть выводящие данные. Смысла, конечно, в этом не было – язык повелителей времени ему не был знаком, но кое-какие схемы и модели, мелькавшие на экране, позволяли составить представление о том, где они оказались. И, пожалуй, ещё пару лет назад заставило бы его удивиться. - Констатация очевидного – это самое разумное, что я слышал от вас за последний час, - проворчал Доктор, сдвинув брови домиком. «Домик» оказался настолько суров, что Странник едва удержался, чтобы не улыбнуться. - Чего нельзя сказать о попытках это очевидное отрицать, - легонько поддел он собеседника. Похоже, он уже привык к этому ворчливому эксцентричному старику. - Я бывал в таких местах и временах…, - Доктор горделиво приосанился, кинув на человека слегка надменный взгляд. Человек в долгу не остался, не зав закончить фразу: - Знаю-знаю. Я бы тоже мог много чего рассказать, - Игорь вздохнул, кивнул на монитор. – Можете перевести это на русский? Доктор пожал плечами – что-то щёлкнул, нажал пару кнопок, и информация теперь стала куда более доступной для понимания. Конечно, и сейчас её мог понять лишь выдающийся учёный, сведущий в квантовой физике, физике межпространственных перемещений и ряде смежных областей. К счастью, в ТАРДСИ сейчас таких специалистов было двое. Игорь углубился в изучение данных, собранных ТАРДИС. Эта реальность была… необычна. Как и все, соседние с ней. И «необычная! – это самое тривиальное, самое скучное опеределение, которое можно было подобрать для описания того места, координаты которого ему дали Смотрители. Как сказал Доктор – эта реальность и впрямь была невозможной. По крайней мере – согласно всему, что знал Игорь. Координаты вели туда, где ничего не должно было, не могло быть. Как будто – в центр мультивселенной, но одновременно на её край, внешнюю сторону, на «поверхность», словно эта реальность так и не определилась, быть ей в составе мультивселенной, или нет. Равно как и остальные, связанные с ней миры. По всем законам весь этот конгломерат должно был либо разорвать приливными силами, порождёнными разностью законов, на неё воздействующих – внешних законов запределья и внутренних законов самой мультивселенной. Но этого почему-то не происходило. И почему-то у Игоря было чувство, что эта реальность преподнесёт им с Доктором ещё немало других сюрпризов. Игорь в деталях помнил свою встречу со Смотрителями. И пусть она происходила во сне, а сами Смотрители с ним больше не связывались, на душе было тревожно. Теперь он знал, как можно исправить изменения, которым подверглись Меридиан и Земля стражниц. Знал… Но смотрители сказали, что они должны предотвратить изменение здесь, по этим координатам. Возникал резонный вопрос – как это сделать? С чего начать поиски? Как понять, на что нацелилась сила, по вине которой мириады реальностей уже были изменены и погрузились в пучины парадоксов? С Кандрокаром всё было понятно – Центр Вечности связан со множеством миров потому и стал целью. Но здесь… ТАРДИС мерно гудела, «переваривая» непривычную энергию этого мира. Доктор, не привыкший бездействовать, дёрнул рычаги управления, заставляя корабль тронуться с места. - Полетим и посмотрим на всё сами. Я впервые оказываюсь в мире, которого не может быть. Это интересно, - с долей энтузиазма пояснил он свои действия, так же, как и Странник, размышляя о причинах, приведших его сюда. Почему он согласился отправиться на подмогу Страннику, когда Наблюдатель передал ему послание оного? Что это было? Альтруизм? Сиюминутный порыв? Просчитанное действие? Всё сразу? Доктор склонялся к мысли, что виной всему интуиция, подсказавшая, что его участие просто необходимо. Все последовавшие события показывали правоту этого предположения. - Думаете, просто прогулявшись по улицам… Лондона или любого другого города, мы поймём, что к чему? - Определённо. Я всегда так делаю. Работает безотказно. - Ха… - Что «ха»? - Ничего. Лондон? - Да. - Почему? - Потому. - Нет, я серьёзно – почему вы чаще всего сажаете ТАРДИС в Лондоне или другом британском городе? - Мой корабль – я капитан. Где хочу, там и сажаю. - Ёмко, доходчиво, - усмехнулся Игорь, вспомнив, как нечто подобное говорил капитан Джек Воробей. Глянул на Доктора, прикидывая, пойдут ли тому бандана, дреды, заплетённая в косички борода, тени под глазами и мушкет. Зрелище выходило жутким. И забавным. Впрочем, самому Доктору знать об этом было не надо. ТАРДИС издала уже ставшую привычной череду звуков и замерла, хотя для тех, кто находился внутри корабля, момент приземления мог остаться незамеченным – технологии повелителей времени были настолько совершенны, что для пассажиров любой ТАРДИС всегда казалось, что она находится в состоянии покоя, даже если она в этот момент неслась по неистовым волнам воронки времени. Доктор не стал звать Игоря, всё ещё с сомнением глядящего на монитор, где показывалась одна из улиц Лондона – какая именно, он не знал – в другом конце которой виднелась Трафальгарская площадь. Игорю сразу вспомнились школьные уроки английского, пресловутое «London is the capital of Great Britain», изучение «past perfect», который ему никак не давался, строгая учительница английского, и лондонские достопримечательности. На одну из них он смотрел прямо сейчас – Колонну Нельсона трудно было не узнать, пусть на мониторе она и казалась маленькой и едва заметной. Хмыкнув, и выражая этим всю смесь чувств, которые он сейчас испытывал по поводу странной привязанности Двенадцатого к Англии, Игорь двинулся вслед за «бравым капитаном». Когда он перешагнул порог, перемена оказалась разительной – внутри ТАРДИС было лихо и спокойно. Город же, в который он вошёл, бурлил жизнью. Он шумел, сигналил клаксонами, гудел сотнями двигателей проносившихся по дороге авто. Он говорил сотнями голосов разных людей – мужчин, женщин, детей, молодёжи. Он встречал его красной телефонной будкой на той стороне улицы, классическим двухэтажным автобусом, трогавшимся от остановки, что была неподалёку, запахом свежей выпечки, доносившимся из близлежащего семейного магазинчика, и многим, многим другим. Казалось, что Лондон во многом схож с другими крупными городами, разве что британские флаги развевались кое-где на флагштоках, а их младшие братья трепетали на ветру в сувенирных лавках. Но в целом – всё как у всех. Но это лишь казалось. Едва ступив за порог ТАРДИС, Странник ощутил Лондон, почувствовал его нутро, настроение, его уникальный чопорно-размеренный, местами даже педантичный с вкраплениями прагматизма характер. Он почувствовал древность города… Экстрасенсорика настраивалась ощущать всё вокруг, фильтруя нужную информацию в фоновом режиме. Теперь это уже было легко. Гораздо легче, чем в начале этого путешествия. А потом Игорь заметил, что никому – абсолютно никому вокруг нет никакого дела до внезапно появившейся на углу улицы синей полицейской будки! Это было настолько неправдоподобно, что поначалу Игорь даже не поверил. Но – нет, даже суровый полисмен, что стоял через дорогу, скользя уставшим взглядом по той стороне улицы, где был Игорь, не взглянул ни на Игоря, ни на ТАРДИС. - Интересно девки пляшут, - пробормотал Странник любимую присказку одного из персонажей отличного комедийного сериала «Солдаты», которую тот использовал в любых непонятных ситуациях. Оглянулся на ТАРДИС – вот она, стоит. Синяя. Материальная. «Так почему же, чёрт побери, никто не обращает внимания? Я думал такое только в сериале возможно. Или здесь срабатывает что-то вроде эффекта очков Кларка Кента?» Он ещё раз взглянул на синюю будку, на людей вокруг, снова на будку. И решил, что изменение внешнего вида – далеко не единственный способ маскировки, который есть в арсенале ТАРДИС. В конце концов, эта машина имела собственное телепатическое поле! Так почему бы ей, например, не транслировать с помощью этого поля всем окружающим какое-нибудь лёгкое внушение вроде «всё в порядке, не обращайте внимания»? Решив, что этот вопрос его собственного внимания не стоит – не замечают, и ладно – Игорь поискал взглядом Доктора, ибо рядом с кораблём того не оказалось. К счастью, найти Доктора было достаточно просто – его старомодный костюм слишком выделялся на фоне современного облачения прохожих, и мелькал около газетного киоска. Странник уверенно направился в ту сторону, благодаря собственную предусмотрительность за то, что явившись на ТАРДИС из разгара боя с чудовищами на гибнущей «Тени», он переоделся в корабельном гардеробе. К счастью, ему удалось там отыскать одежду более привычную, чем строгий чёрный деловой костюм, делавший его похожим на агента из «Матрицы». Но, желая немного поддразнить Доктора, Игорь выбрал коричневый плаз, кеды, синие штаны с белой рубашкой и приправил всё это галстуком-бабочкой. Возможно, именно поэтому во время путешествия Доктор смотрел на него волком. Что ж, на то и был расчёт. Игорь подошёл к киоску, когда Доктор, читая разворот какой-то газеты, вдруг громко воскликнул: - Ха! Вот это интересно! – воскликнул, привлекая внимание прохожих, что теперь косились на него. - Что именно? – спросил Игорь. - Вот это, - Доктор развернул газету, буквально всучив её Игорю. Кричащий заголовок на развороте – теперь это было очевидно – жёлтого таблоида гласил: «Охота на «Гусей»! Лучшую частную армию в мире ощипали в дубайском штабе!» - Серьёзно? – пробежав статью взглядом наискосок, спросил Игорь с таким скепсисом, что от него могло скиснуть молоко, и поглядел на Доктора, склонив голову набок. Принялся вслух зачитывать заголовки газет в киоске: - «Снежный человек живёт с моей женой», «Инопланетянин похитил кожу моего мужа», «Вратарь «Манчестера» пропустил гол, засмотревшись на НЛО»… Это же жёлтая пресса! - А заодно – самый надёжный источник правдивой информации по интересующим нас вопросам, - то ли всерьёз, то ли шутя – Игорь так и не смог разобраться в этой манере своего «коллеги» - произнёс Доктор, поправив свои солнцезащитные очки. – Впрочем, «Таймс» тоже иногда везёт. - И сколько раз вы нападали на след чего-то стоящего таким образом? – спросил Игорь, а сам подумал, что сейчас Доктор очень сильно напоминал ему агента «К» из одного известного фильма, как и вся ситуация в целом – сцену из него. Это было даже забавно – два раза меньше чем за десять минут вселенная подкидывала ему такие, вызывающие ностальгию, моменты. Интересно, с чего бы вдруг? - Достаточно, - ответил Двенадцатый, и тут же обратился к продавцу, сворачивая газету, которую забрал у Странника: - мы берём всё. - Всё, сэр? – продавцу показалось, что он не расслышал, и он даже подался вперёд. - У вас есть деньги? – с не меньшим изумлением молвил Игорь, памятуя о том, что Доктор и деньги – понятия несовместимые. Если только повелителю времени не взбредёт в голову ещё раз ограбить банк. - У меня всё предусмотрено, - заявил «шотландец», доставая из нагрудного кармана пачку банкнот. Продавец, увидев деньги и уверовав в серьёзный настрой странного покупателя, споро собрал по одному экземпляру каждой газеты на прилавке, и они перекочевали в руки Доктора, как только деньги оказались в руках торговца. - Держите, - старик протянул Игорю половину «улова», который, признаться, был весьма внушительным. - Полагаю, в скором времени нас ждёт очень увлекательное чтение, - принимая ношу, съязвил Игорь, особо выделяя интонацией слово «увлекательное». - Ваша проницательность не знает границ, - выделяя всю фразу той же интонацией, парировал Доктор. - Предлагаю чай. Нет ничего лучше чтения жёлтой прессы за чашечкой хорошего чая, - Игорь поддержал своеобразную пикировку., указав взглядом на ближайшее кафе. Наконец-то он встретил достойного в этом плане соперника – обычно люди, над которым он подтрунивал, неправильно его понимали, порой даже обижались. Доктор же просто начал отвечать ему тем же. – Только, чур, платите вы – я на мели. - Ну, ещё бы, - хмыкнул Двенадцатый, направившись к кафе. – Вы ведь даже одеваетесь за мой счёт. - Зато у меня есть конфетка. Хотите? – и действительно – Странник выудил из кармана плаща конфету, протягивая её Доктору. Взгляд последнего, подкреплённый суровостью бровей, был сокрушителен… Что ж, такого я действительно не ожидал. Да и кто мог ожидать, что ритуал, способный вызвать катастрофу, и проводимый для того, чтобы выяснить, куда сбежал тот, кого мы встретили в темнице Ян Лин, возымеет совершенно не тот эффект, на который все рассчитывали? Второй моей мыслью было: «Это же магия. С ней сложно что-либо прогнозировать». А потом – спустя всего пару-тройку секунд, на протяжении которых длилась немая сцена – события начали развиваться, и решил обдумать всё потом. На досуге. Рука уже сама нашла рукоять «Неймса», и моё чудовищное оружие уставилось на дезориентированных, но уже начавших приходить в себя незнакомцев, коих изрыгнула кружащаяся под потолком и постепенно затухающая воронка энергии. Маги впорхнули в окна по периметру зала, держа наготове боевые заклинания. Буквально – у кого-то руки были объяты пламенем огненных шаров, у кого-то – искрились от зажатых в них молний, и так далее. Сейчас я был рад, что они не выдохлись полностью, поддерживая барьер ритуала, и быстро оценили обстановку. Незнакомцы – иного наименования для них мне в голову не пришло – тоже быстро оценили обстановку. В ту же секунду на нас уставился десяток внушительно выглядящих даже по сравнению с рельсотронами «Диких гусей» стволов. А затем я чуть не потерял дар речи – у каждого из них на правом плече брони буквально из ничего выросла внушительная турель, а из их спин высунулись то ли штыри, то ли антенны. - Потрясающе, - пробормотал Дарлинг, который вместе с Оракулом оказался буквально в эпицентре происходящего. Так уж случилось, что «незнакомцы» высадились из воронки аккурат вокруг них, в порядке, предполагавшем круговую оборону. И только теперь, когда учёный подал голос, они, похоже, заметили, что у них за спинами кто-то есть. - Какого...? – услышав русский язык из-под шлема одного из незнакомцев, я сразу шагнул вперёд, полнимая руки, в надежде разрядить ситуацию. Конечно, дипломат из меня был хреновый, но, по крайней мере, я знал русский. К сожалению, из Драка дипломат был ещё хуже, чем из меня, а мысль его посетила примерно та же. Очень примерно. - Это было эффектно! – громыхнул он басом на весь зал, шагая прямо к отряду чужаков, и я понял, что сейчас мы как никогда близки к сражению. И какая муха его укусила? Естественно он привлёк к себе внимание. А кто бы не обратил внимание на огромного, закованного устрашающую шипастую броню, говорящего ящера? – А теперь у меня два вопроса. Первый – кто вы такие? Второй – почему я не должен размазать вас в кровавую кашицу прямо сейчас? – молнии нехорошо обвили его молот, а в воздухе пахнуло озоном и надвигающейся бурей. - Драк из клана Накмор, - и в этот момент навстречу ему из своеобразного окружения выступил Оракул. – Ответ на оба твоих вопроса один. Они – гости Кандрокара. - Оракул? – раздался удивлённый возглас, изданный динамиков шлема одного из незнакомцев, и тот, глянув на остальных, приказал: - Опустите оружие! - Но командир! - Опустить, я сказал! – властно громыхнул голос того, кто был назван командиром, и остальные гости подчинились, пусть и нехотя. А потом их броня как будто потекла на них, превращаясь в лёгкие скафандры и являя нашим взорам лица обычных людей! - Нанотехнологии! – тут же подал голос Дарлинг, судя по интонации пребывающий в экстазе от увиденного. Так мы и стояли пару мгновения, глядя друг на друга – я, давно опустивший руки и спрятавший оружие, Драк, который всё ещё поигрывал молотом, Оракул с десятком магов глядели в центр зала, а оттуда на нас – двенадцать человек, явившихся столь необычным образом. Правда, один из них лежал на полу и, похоже, был без сознания. - Как… это может быть? – первой нарушила затянувшееся молчание Ян Лин. Наша Ян Лин, облачённая в одежды Братства. Я решил её называть «нашей», ибо с той стороны на неё смотрела её точная копия, только одетая в лёгкий боевой скафандр. И глядела она на «нашу» с не меньшим удивлением. И только сейчас, похоже, гости заметили всю необычность ситуации. - Что… происходит? – чужая Ян Лин глядела в глаза «нашей», а затем оглянулась на седобородого старца из своей группы, а потом – на того, кто был назван командиром. И, должен признать, в том, на кого она смотрела, я действительно сразу ощутил ту властную неколебимость и решительность, которые и должны быть присущими командиру. Этот мужчина был немолод – где-то за сорок. Коротко стрижен, светловолос, высок, и жилист. Несмотря на свой рост, он не производил впечатления атлета, но в нём чувствовалась скрытая сила. Лицо его было, что называется волевое, слегка продолговатое, с резкими чертами и твёрдым подбородком. Но больше всего запоминались его глаза. Не просто голубые, а цвета холодной оружейной стали. Они, казалось, заглядывали в самую душу. И сейчас эти глаза смотрели на всех нас, оценивали, выносили вердикт. - Ба… бушки? – а вот глядеть на удивлённую взрослую версию Хай Лин, прибывшую вместе с «гостями», мне было даже немного забавно, хоть ситуация до сих пор оставалась неоднозначной. Да и сама группа «гостей» была неоднозначной. Я ещё мог понять присутствие в ней взрослых Вандом и Хейл, которые волком глядели на всех вокруг, будто готовые ударить в спину или сражаться за свои жизни – это, кстати, меня настораживало. Едва взглянув на них, я понял – они мне не нравятся. Есть в них какая-то гнильца. Я мог понять присутствие странного мужика, вокруг которого порхали три энергетических шара. Но что с ними делал глубокий старец с длинной седой бородой и угольно чёрными бровями? - Оракул, это не можете быть вы… Или можете? – стальные глаза командира встретились со взглядом Химмериша. - Мы с вами не знакомы, - задумчиво произнёс Оракул, ощупывая взглядом лицо командира. Что ж, здесь действительно было от чего задуматься. Сам я уже успел запутаться в попытках объяснить себе происходящее, и был только рад, что разбираться в ситуации предстояло не мне, а Химмеришу. – Или… вам кажется иначе? - Что ж, видимо, с вами – и впрямь незнакомы, - а вот командир «той стороны» был довольно спокоен. Как будто подобные ситуации для него в порядке вещей. Протянул руку. - Крутов Сергей Иванович. Генерал. Бывший глава Федеральной службы безопасности Российской Федерации, - произнёс он, другой рукой пряча в заплечные ножны меч очень необычного вида. – Но я действительно знаком с Оракулом. Похоже – с другим Оракулом. - Другим? – переспросил Химмериш, пожимая протянутую руку. Выглядел он в этот момент настолько удивлённым, что это было невозможно описать словами. Взглянул на взрослые версии стражниц. – Хотя… Всё может быть. Наверное. - Альтернативные реальности! – на этот раз Дарлинга не смог проигнорировать никто – он вновь начал возиться с аппаратурой, проверять полученные данные, почти не обращая внимания на крайне подозрительно глядевших в его сторону хмурых мужчин с оружием. При этом он продолжал выплёскивать поток своих мыслей. – Это же элементарно! Достаточно лишь вспомнить цель экспериментального ритуала и посмотреть на состав прибывших. Всё это настолько захватывающе, что у меня даже нет слов, - он, наконец, отлип от приборов, и направился с каким-то детектором в сторону молодого парня. - Но-но! Только без рук! – произнёс тот на чистом английском, красноречиво поведя оружием. Дарлинг остановился, но нисколько не смутился. - Кто это такой? – покосился на Каспера Крутов. Конечно же это были они – беглецы, покинувшие «Ira justorum» под огнём космодесанта и ментальной атакой хора астропатов. - Один из лучших учёных на планете Земля, Каспер Дарлинг, - молвил Тренч. Я уже и забыл о его присутствии, полностью сконцентрированный на группе гостей и Драке. И теперь, оглянувшись, я обнаружил, что директор, вновь пыхтя сигаретой, выглядел настолько убийственно невозмутимым, будто ничего и не произошло. Захария Тренч. Директор «Федерального Бюро контроля» США, к вашим услугам, генерал, - Тренч склонил голову на миг. – Похоже, вся ваша группа попадает под мою юрисдикцию. - Крутов хотел уже что-то ответить, но Оракул его опередил: - Господа! Полагаю, нас ждёт долгий и обстоятельный разговор. Поэтому прошу всех следовать за мной. Могу вас заверить – здесь, в Кандрокаре, вы в полной безопасности. Оружие вам не нужно, - а затем он кивнул магам. – Братья и сёстры, вы можете быть свободны, - волшебники тотчас выпорхнули в окна или исчезли в ярких вспышках, и Оракул двинулся к выходу из зала, жестом приглашая всех следовать за ним. Чай был хорош. Весьма хорош. Как и кексы. Как и вид из окна. Чего, конечно, нельзя было сказать о содержании газетных статей, которые был вынужден читать Игорь. - С куда большим удовольствием я бы сейчас занимался чем угодно другим, - пробурчал Странник, кинув на Доктора колючий взгляд. Кажется, Двенадцатый наслаждался своей маленькой местью за то, что Игорь посмел подшучивать своим внешним видом над его прошлыми воплощениями. - Неужели вам не нравится чай? – донеслось из-за газеты, которой был скрыт читавший её Доктор. Это было сказано до того искренне, что сразу становилось понят но – Доктор был превосходным актёром. Они сидели в кафе уже пятнадцать минут, пили чай, ели кексы и читали газеты. Ко всему, кроме газет, у Игоря претензий не было. Он не верил, что в жёлтых изданиях может отыскаться что-то стоящее, а тем более – что-то, что позволит им определиться с тем, куда может быть направлен удар таинственной силы, желающей изменить и эту реальность. Можно было, конечно, предположить, что если в этом кластере миров есть какой-то, по параметрам сходный с Кандрокаром, то именно он заинтересует врага. Но Игорь совершенно не представлял, можно ли полагаться на подобные теории, учитывая все странности пакета реальностей, куда их с Доктором привели координаты Смотрителей. А даже если и можно – эти реальности ещё не исследованы, не нанесены ни на одну карту, так что где искать гипотетический нужный мир тоже было не ясно. В итоге ситуация, в которой они с Доктором оказались, очень напоминала русские сказки, где главному герою порой нужно было «пойти туда, не знаю, куда и принести то, не знаю, что». И вот, они действительно оказались «незнамо где», выглядящем как привычная Земля. Оставалось понять, что «нести». И вряд ли здесь могла помочь жёлтая пресса. Доктор отложил газету, так и не дождавшись ответа. С подчёркнутой чопорностью отпил чая. Путешествие с этим Странником было… весьма интересным, хоть и не благодаря компании последнего. Одного взгляда на Игоря Доктору было достаточно, чтобы понять – тот до сих пор ещё не разобрался в себе. До сих пор не справился до конца со смертью возлюбленной. Он вспомнил, как встретил его впервые, пребывавшего в депрессии на «Перекрёстке». С тех пор Игорь, конечно, преодолел большой путь, но окончательно не оправился. А потом он попал в руки к нацистам и подвергся чудовищным экспериментам, что не могло на нём не сказаться. Своеобразной защитной реакцией на пережитое было обострившееся стремление Странника подтрунивать над другими. А ещё Доктора тревожило то, что Сила Игоря росла, а в его душе творилось, похоже, не понятно что. И вот уж в чём сейчас Двенадцатый с досадой признался сам себе, так это в том, что никогда не был силён в психологии. - Честно признаюсь – содержание этих, с позволения сказать, изданий, лично меня не наводит ни на какие мысли, - посетовал Игорь, отложив, наконец, газеты и перестав мучать себя их чтением. Мало того, что в статьях писали откровенный бред, так этот бред ещё был и исполнен бездарно! Хотя, может, дело в том, что у него слишком придирчивый литературный вкус? - Ну, здесь же всё просто, - чопорность Доктора – безусловно, наигранная – уже слегка раздражала. Но повелитель времени мог себе это позволить. Взял газеты Странника, лишь мельком кинул на них взгляд, и начал пояснять: - Например, здесь говориться об активности Сливинов. - Это там, что ли, где про пришельца, укравшего кожу? - Мерзкий, но стандартный способ маскировки уроженцев Раксакорикофаллапаториуса, - последнее слово, очевидно являющееся названием планеты, Двенадцатый произнёс скороговоркой и без единой запинки. - Хм… Допустим, - Игорь не стал комментировать маленькие лингвистические победы своего визави. Куда интереснее ему было, что тот увидел в заголовках газет такого, чего сам Странник не сумел. Очевидно, здесь была какая-то хитрость, основанная на личном опыте Доктора. – Что ещё пишут интересного? - А разве Сливины не интересны? - Если бы они были интересны, то вы бы сразу начали работать в этом направлении. - Занятный вывод. Сливины опасны, да. Но действительно не интересны. - О чём я и говорю. Так что дальше? - Здесь, - Доктор указал на заголовок про вратаря «Манчестера», - говорится о бегстве с планеты посла аркилиан. Тут, - ещё одна газета, - о паранормальном феномене, ставшем причиной исчезновения уже трёх человек. - И вы не знаете, что это за феномен? - Выясню, когда появится время, - отмахнулся Доктор. Ему и самому уже порядком надоело сидеть без дела. Деятельная натура требовала действия. Но пока ТАРДИС собирала данные о мире, в котором они оказались, у него в какой-то мере отсутствовала свобода манёвра. Конечно, можно было дождаться окончания аналитических трудов ТАРДИС. Наверняка она уже их закончила. Но это было слишком скучно и тривиально. - Полагаю, здесь на самом деле нет ничего более существенного, чем вот это, - Странник подтолкнул к Доктору ту самую газету, которую тот взял в киоске первой, с заголовком про «ощипанную частную армию». Доктор поднял взгляд на собеседника. В кафе было уютно и относительно тихо. За удобными деревянными столиками разместились немногочисленные в этой рабочий час посетители, занятые либо своей трапезой, либо тихими разговорами. На их фоне Доктор и Игорь совершенно не выделялись. Разве что внешним видом. - Да, - веско, будто уронил камень, сказал Двенадцатый. То, что он прочёл между строк в этой статье, действительно заинтересовало его больше всего. Во-первых – как такая статья вообще могла увидеть свет? Частные армии, как и любые другие, не отличаются склонностью распространяться о своих болезненных неудачах и провалах. По-хорошему, всё, написанное в статье, вообще не должно было появиться в СМИ. «Дикие гуси» - так звалась эта частная военная компания – должны были проследить, чтобы факт нападения на их штаб остался в тайне. Однако статья есть. Но ведь о нападении знал и кое-кто ещё. Та сторона, которая его и организовала. Отсюда вывод – именно нападавшие слили информацию в печать. Зачем? Очернить ЧВК? В целом это был весьма интригующий вопрос. Хотя в статье не приводилось никаких «откровений», не говорилось о многом напрямую – автор постоянно ссылался на свои источники в ЧКВ и некие с ними договорённости – но для пытливого читателя не было трудно понять, что «Гуси» были не так просты, занимались в Дубае чем-то «из ряда вон», и именно это могло послужить причиной нападения. Доктор не знал, почему, но интуиция настоятельно рекомендовала ему обратить самое пристальное внимание на события, описанные в этой заметке. Интуицию он всегда считал одной из форм анализа информации – безсознательной – а потому прислушивался к ней. - Допустим, - кивнул Игорь. – Но разве это как-то поможет нам в нашем деле? - Пока не знаю. Что говорит ваша экстрасенсорика? - Пока ничего – приспосабливается к неординарным условиям. - В таком случае нет ничего плохого в том, чтобы довериться моей интуиции. - То есть использовать метод «научного тыка»? И это говорит мне тот, кто всех окружающих порой называет «мозгопудингами»? – ироничная улыбка появилась на устах Игоря. - У вас есть другой план? Поделитесь, - Доктор изобразил приглашающий жест. - Есть. Даже два, - они действительно у Игоря были. Оформились только сейчас, но это было не важно. – Проникнуть в секретный архив ЦРУ, АНБ, Ватикана или другой серьёзной структуры. Но это опасно, нудно и не факт, что даст нужный результат. - А второй вариант? - Ноосфера. Подключиться к тому, что древние мистики Земли звали Хрониками Акаши. Информационное поле вселенной. - Будь я скептиком, то сказал бы, что вы говорите невозможные и сказочные вещи. Однако я уже давно успел пересмотреть некоторые свои взгляды. Что не так со втором вариантом? - Я могу потерять себя, - честно признался Игорь. Опыт его прошлого путешествия в Астрал там, в Пенемюнде тридцать девятого, был не из приятных. Но там был привычный мир, привычные правила и условия. Здесь всё было совершенно иначе. Игорь до сих пор приноравливался к тому, какие здесь действуют законы и правила работы экстрасенсорных способностей. В этом плане данный мир был неизведанной территорией, и Страннику приходилось продвигаться по ней шаг за шагом, уясняя для себя новые правила игры. – Уверен, вы тоже это ощущаете – здесь всё иначе, - взгляд Игоря упёрся в Доктора. - Что ж, не знаю, откуда вам это известно, но – да. Я тоже кое-что чувствую, - признался Двенадцатый. Речь шла о его способности чувствовать поток времени, видеть, к чему могут привести те или иные события и действия. Это не было прогнозом или предсказанием, но чётким знанием, основанным на связи Повелителя времени с самой энергией времени. И здесь эта энергия была очень странной. Не опасной, но непривычной. Необычной. - Однако, я не вижу другого способа узнать то, что нам нужно, - вздохнул Странник. Ему не хотелось делать этого, но в текущей ситуации выбора не было. Они не знали, сколько у них времени до того, как изменение преобразит этот мир. Не знали, где будет нанесён «удар». Не знали ничего. Доктор не любил чего-то не знать. И сейчас Игорь был с ним согласен. Вряд ли смотрители просто решили пошутить, дав ему координаты этого места. Значит, им действительно предстояло столкнуться с противоборствующей силой. – Мне придётся постучаться в небеса и послушать отзвуки. - Я помогу, - с готовностью отозвался Доктор. Всё-таки, Странник порой умел удивлять. Не то, чтобы другие люди не отличались тем же… Но Странник умудрялся удивлять Доктора так, что уже сложившееся было о нём мнение приходилось корректировать или вовсе менять. Конечно, Доктор и до этого знал, что ради пользы дела Игорь готов на риск. На большой риск. Но иногда Двенадцатый об этом забывал, видя, как тот ведёт себя в обычной, не критической обстановке. – У меня есть большой опыт в трансцендентных практиках. Мне, например, ведомы медитативные техники безголовых монахов, ментальные тренировки послушников церкви Тишины… - Надеюсь, там не нужно быть голым под голографической маскировкой? – с лёгкой скептической иронией осведомился Игорь. - О, так вам известны некоторые нюансы… - И насчёт этой темы с безголовыми монахами – их медитативные техники предполагают наличие или отсутствие головы? – вопрос не был праздным, ибо Странник знал, кто такие «безголовые монахи». Религиозный орден, в определённый период времени получивший широкое распространение во вселенной Доктора. И монахи там были безголовыми в самом буквальном из всех возможных смыслов. Игорь не понимал, как такое возможно, но факт оставался фактом – тело и голова монаха после разделения продолжали существовать как два отдельных самостоятельных организма. И, признаться, Игорь даже не хотел понимать, как это работает. - Нет, не нужно, - заверил Доктор. Однако ситуация его слегка позабавила. Тем не менее, сейчас он был серьёзен. Мало кто знал – в том числе и среди его прошлых спутников и спутниц – но у него за плечами и впрямь был богатый опыт духовного самосовершенствования. Несколько лет, проведённых в средневековом монастыре, чего только стоят! - Знаете, если это возможно, то я предпочту использовать телепатическое поле ТАРДИС для собственной поддержки и подстраховки. - Думаю, это возможно. Но! сначала мы всё-равно проверим эту заметку! – Доктор взвился из-за стола, сгребая в охапку газеты, и небрежным жестом оставляя на нём деньги. - Но время… - Вы серьёзно? – взгляд из-под суровейших бровей Доктора впился в Странника, и тот понял, что сморозил глупость. Потому, что глупо безпокоиться о времени, когда у тебя есть машина времени… Двери зала закрылись, и мы принялись занимать места за круглым каменным столом, занимавшим почти всё свободное пространство. И – должен признать – это помещение настолько не вязалось с уже сложившимся у меня представлением о Предвечной Цитадели, что вызывало своеобразный когнитивный диссонанс. Это было слишком похоже на конференц-зал или зал совещаний. Естественно – с учётом местного колорита: белый мрамор, витражи в окнах, роспись и барельефы на стенах и потолке. Да и на самой крышке стола искусными резчиками были выгравированы картины из славного прошлого Кандрокара. Однако, когда выяснилось, что мест за столом на всех не хватает, я удивился ещё больше, увидев, как этот предмет мебели вдруг раздался в размерах, отращивая недостающее количество мест и каменных стульев, и даже сам зал как будто стал чуточку больше. Драк привычно хохотнул, когда стул перед ним принялся менять форму, подстраиваясь под его анатомию. Крутов изогнул бровь. Но больше никакой реакции со стороны гостей на увиденное не последовало. И я сделал единственно возможный вывод – все они сталкивались с вещами куда более странными, чем растущий каменный стол. «Гости» оказались на редкость молчаливы и не стремились к общению пока мы шли сюда, следуя за Оракулом. Пожалуй, на их месте я бы вёл себя так же. Вопрос доверия друг к другу всё ещё был открытым. А мне бы не хотелось с ними сражаться. Ещё меня тревожил тот парень, что был без сознания, которого несли под руки двое бойцов Крутова. Именно бойцов – спецназ я ни с кем не спутаю. Что-то в этом парне было… Не знаю. Кажется, что его лицо я где-то уже видел. Но где? Когда? Да и видел ли? - Итак, - слово взял Оракул, и я на время отвлёкся от рассматривания усаженного за стол безсознательного «тела». – Теперь у нас достаточно времени, и никто посторонний не услышит того, что здесь будет произнесено, - он сложил пальцы домиком, и от него в стороны прянула едва видимая волна зеленоватой энергии, окутала зал и растворилась. - Думаю, для начала будет правильно представиться по всей форме, - кивнул Крутов. Полагаю, он не меньше нашего хотел понять, что происходит, и как он тут оказался. То, что их появление в Ритуальном зале Цитадели являлось не запланированным, было понятно ещё в тот момент, когда они «посыпались» из энергетической воронки. По крайней мере, я склонялся к такому мнению. – Члены моей группы: Павлов Александр Георгиевич, Первин Николай Петрович, Петров Иван Васильевич и Соловей Илья Ильич, - он называл имена, и поочерёдно вставали те, кому они принадлежат. Угрюмый мужчина с хмурым взглядом из-под чёрных как ночь бровей. Молодой, с открытым простым лицом и русыми волосами парень. Коренастый приземистый мужик, напомнивший мне моего армейского старшину. Сухопарый высокий блондин интеллигентного вида, выглядевший настолько слащаво в этой компании, что его хоть в фильме про мальчиков-вампиров снимай. – Должности и звания значения не имеют, - продолжил Крутов. – А вот некоторые из остальных наших… попутчиков вам, пожалуй, знакомы, - лёгкая, едва заметная усмешка появилась на его лице. Он прекрасно понимал, что их появление оказалось такой же неожиданностью и для Оракула с Братством. Я встретился взглядом с Хай Лин, сидящей напротив меня. Это был взгляд бойца. Жёсткий, строгий, суровый. Такой взгляд не мог быть у юной девушки, если только она не прошла в своей жизни суровые испытания. И мне было интересно, что же превратило эту Хай Лин с ту, кто сейчас сидела передо мной. Хотя порой в её взгляде мелькали искры той непосредственности, что была присуща куда более юной Хай Лин, которую я знал. - Знаем – не то слово, - прогрохотал Драк. Да, вот уж кому были чужды чувство такта и дипломатичность. – С их мелкими версиями мы вместе сражались, - он ткнул пальцем в сторону Вандом и Хейл, которые держались обособленно, и, выдавая себя некоторыми едва заметными особенностями поведения, начинали меня тревожить всё больше. Глядя на них, у меня в мыслях крутился один вопрос: «Что с ними не так?» - А её, то есть – её, - кроган кивнул сначала в сторону «чужой» Ян Лин, а потом – «нашей», - мы спасали. - Занимательно, - при взгляде на Драка лик Крутова посуровел, стал каменным. Интересно, почему? Не сталкивался с пришельцами? Или… - Драк из клана Накмор. Воевода кроганов, - ящер ударил себя кулаком в грудь, от чего звон брони разнёсся по залу. Сузил глаза: - Ты уже сражался с нами? – он произнёс это с особой интонацией, похожей на шипение, в котором слышалась радость битвы. - Не с вами. Не с вашим народом. Но они тоже были ящерами, - коротко ответил генерал. И мне стало понятно, почему он так холодно смотрел на Драка – что бы ни случилось там у них с этими, другими ящерами, это было крайне серьёзно. - Занимательно, - кроган скопировал интонацию Крутова, когда тот произносил это слово пару мгновений назад. - Позвольте и я представлюсь, - слово взял седой старик, сидящий рядом с другой Ян Лин и мужчиной, вокруг которого вились три энергетических шара. – Магнус. Архимаг. Бывший ректор академии Тиарана в Меридиане. Для меня честь встретить вас, Оракул. - Тиаран? – кивнув на приветствие, Химмериш задумчиво посмотрел в глаза волшебнику. – Насколько я знаю, на Меридиане такого города нет. - На вашем Меридиане, - поправил Магнус. - Значит, это действительно правда – там, откуда вы прибыли, есть и другой Кандрокар, и другой Оракул? – что ж, лично я не видел в этом никакой проблемы. За непродолжительное время общения с Дарлингом, который сейчас был на удивление молчалив, по пути сюда я оказался посвящён в основы нескольких теорий, каждая из которых по-своему объясняла возможность существования параллельных миров, похожих друг на друга в целом, но различающихся в деталях. Не то чтобы я хотел слушать подобную лекцию, но зато теперь не «плавал» в теме. Но выражение лица Оракула говорило о то, что ему трудно принять факт существования где-то ещё другого Оракула. И это наводило на мысли о том, что до появления «гостей» он был уверен, что этот Кандрокар и он сам – единственные. - Да, - холодно, сдерживая явное негодование, ответил старик. – Но встречи с ним я бы пожелал только для того, чтобы высказать всё, что о нём думаю… - Скорее уж чтобы набить ему морду, - усмехнулся мужчина с энергетическими сферами. Немолодой, но и не старый. С жёстким взглядом воина и аристократическими чертами лица, подкреплёнными короткой бородкой-эспаньолкой. – Фрейнар Абель, боевой маг с Зоата. - Хоть что- то в… других мирах неизменно, - улыбнулся Химмериш. – у вас Зоат так же предоставляет услуги боевых магов любому, кто хорошо заплатит? - Не любому, но в целом верно, - кивнул Фрейнар. - И почему же вы хотите набить морду тому, другому Оракулу? – вопросов было слишком много, и я решил задать один из них. Всё равно рано или поздно гостям придётся отвечать на наши вопросы, а нам – на их. Так что уж лучше раньше. - Потому, что Кандрокар не пришёл на помощь, когда был нужен. А потом было поздно, - кулак архимага рухнул на стол с такой силой, что оставил на крышке трещину, которая тотчас затянулась. – Вы довольны ответом, мистер… - Грей. Джек Грей, - я решил поддержать «славную» традицию и представиться пафосно, по всей форме. – Бывший наёмник. Временный агент «Федерального бюро контроля». По совместительству мы с командой работаем на некую сверхъестественную сущность или сущности, известные как «Совет». - Пафосно, - усмехнулся Первин. - Я старался, - в тон ему ответил я, встретившись взглядом. – Магнус, ваш ответ порождает массу других вопросов, - обернулся я к волшебнику. Старик понимающе кивнул. Похоже, после того, как я представился, он стал смотреть на меня как-то… иначе. - Понимаю. - Сколь ни прискорбно мне это произносить – в какой помощи вам было отказано вашим Кандрокаром? – Химмериш был хмур и задумчив. Я его не видел таким даже после похищения Ян Лин. Вообще я его не слишком много раз видел, но таким – точно ни разу. - Спросите об этом у них, - полный неприязни и чёрной ненависти взгляд старика впился в седоволосую Вандом и Хейл. Они с гордостью приняли его, ответив надменностью. - Стражни… - Не стражницы, колдун, - Вандом встала, дерзко глядя в глаза Оракулу. – Члены особого боевого отряда «Валькирии», подчинённого лично фюреру Вечного Рейха, Адольфу Гитлеру… - Кладовка, Доктор? Серьёзно? – Игорь с трудом спихнул с себя швабры, мётлы и прочий инвентарь, предназначенный для уборки помещений, который обрушился на него едва только он вышел в отворившиеся двери ТАРДИС. Похоже, доктор нарочно пропустил его вперёд, прекрасно представляя, что будет дальше. Кладовка, в которой появилась ТАРДИС, и без того была не самой большой, а теперь же она и вовсе стала походить на остановленный в последний момент пресс мусорного отсека «Звезды смерти» - зазор между стенами помещения и синими боками будки был таким же, как и в том случае. Радовало одно – их точно не могли услышать, поскольку из-за двери доносились выстрелы, периодически гремели взрывы, но всё это меркло и бледнело на фоне нарастающего тиканья часов. - Вполне серьёзно, друг мой, - Доктор деловито просочился мимо Игоря к двери. Замер, ловко вскрывая замок звуковой отвёрткой. – в кладовках никогда никого не бывает. Замок щёлкнул, и Доктор легонько приоткрыл дверь, выглянув наружу. Да. Они были здесь, в Дубае, несколько дней тому назад от момента их прибытия в этот безумный мир. Доктор был непреклонен в своём желании проверить то, о чём прочёл в статье. И поэтому им пришлось хорошенько изучить всё, что ТАРДИС отыскала на «Диких гусей», чей штаб сейчас атаковали неизвестные. Достаточно было сказать, что организация представляла собой настолько грозную силу, что с ней считались даже крупные страны. Однако тот факт, что сейчас за дверью звучали выстрелы и взрывы говорил о том, что неизвестным было на это плевать. Странник, наконец, справился с коварными швабрами, отряхнул от пыли коричневый плащ, в котором так любил прежде ходить Десятый, и шагнул к Двенадцатому. - У вас же есть наногены. Их можно было использовать, их можно было использовать, чтобы следить за всем происходящим в здании в реальном времени, - проворчал Игорь. Сейчас ему совсем не хотелось лезть на рожон. - Нет, я должен всё увидеть своими глазами, - ответил Доктор. Удостоверившись, что в коридоре за дверью никого нет, он вышел в темноту. - А как же невмешательство в течение времени и все дела? Если нас кто-то здесь заметит, то события… - Не заметят, - бросил Доктор. Здесь, во тьме коридора, звуки боя, доносившиеся с нижних этажей, стали громче. А ещё здесь пахло пороховыми газами. Но часы… - Что за часы? – повертел головой Игорь, пытаясь понять, откуда исходит громоподобное тиканье, уже перекрывавшее собой стрельбу. Оно было многоголосым и ужасающе громким. Здесь происходило что-то странное. - Пойдёмте, - Двенадцатый зашагал влево по коридору мимо распахнутых настежь кабинетов. В коридоре было темно – электричество отключилось по всему зданию, и единственным источником света оставались окна кабинетов, сквозь которые струились лучи закатного солнца. Это было на руку путешественникам, поскольку камер наблюдения тут оказалось предостаточно. - Атриум? – догадался Странник. Отправляясь сюда на вылазку, они с Доктором раздобыли подробный план здания, включавший подземные секретные этажи. Ну, как раздобыли? Просто ТАРДИС просканировала здание и составила его подробную схему. Однако, самое интересное Доктор решил оставить на последок – не было сомнений, что целью нападавших являлись именно подземные этажи штаба «Диких гусей». - Атриум, - подтвердил Доктор. - Я пойду первым, - Игорь нагнал повелителя времени, уже привычно – рывком воли – заставляя свой разум войти в изменённое состояние сознания. Сфера восприятия расширилась, вобрав всё здание, город, планету, идя вглубь, на микроуровень, вплоть до частиц, вплоть до их истинной сути – волновой, вибрационной компоненты, гармоники всего сущего! Но это было избыточно для его текущих целей. Нехотя Игорь сжал восприятие до уровня здания и всех его коммуникаций, с лёгкостью отмечая искорки чужих сознаний, перемещающиеся по «муравейнику» из стекла и бетона. В работу включились скорость реакции, скорость обработки информации. Боевой транс. С каждым разом это давалось всё проще. С каждым разом он чувствовал, что становится сильнее. Как будто то, чего он лишился в качестве платы за встречу с Абсолютом, возвращалось. Как будто он вспоминал. Как будто дар, полученный им от него же самого из другой временной линии, наконец, начал приносить плоды, а знания, данные Наблюдателем, становились понятны. Он шёл впереди, контролируя всё вокруг. Сейчас ни у кого не было и шанса подойти к ним незамеченными. Но люди, которые тоже были на этом этаже, находились далеко и были заняты боем. Однако было кое-что странное. Кое-что, чему не находилось объяснения. Необычное сияние багровых тонов, что пробивалось сквозь пол и перекрытия, застилая собой всё, что происходило внизу. Оно было… чужеродным. У него не было аналогов, с которыми Игорь мог бы его сравнить. И это тревожило. - Видите что-то интересное? – спросил шедший следом Доктор, и его голос прозвучал сильнее громового раската для Странника, способного сейчас слышать топот лапок мухи по стене. - Да, вижу, - ответил тот, никак не развивая мысль. Он знал, что Доктор тоже что-то видит через свои звуковые очки – он видел их излучение. Наконец, спустя чуть больше минуты, они добрались. Коридор выходил к атриуму, превращаясь в открытую справа площадку, огибавшую его дугой. Атриум был огромен – он уходил вниз на добрых два десятка этажей. Стекло и сталь, ажурные конструкции. От размаха захватывало дух! Внизу творилось нечто невообразимое! Кто-то стрелял, где-то рвались гранаты, выбивая стёкла, но всё это происходило на фоне самой настоящей, перехлестнувшейся через перила одного из нижних этажей, горы деревянных часов с кукушкой, от которых и стоял просто невыносимый шум! Это и впрямь была гора – она, обрушиваясь вниз этажа, наверное, с десятого, засыпала атриум более чем наполовину. И она продолжала расти! Игорь даже не поверил своим глазам, когда увидел, как вдруг все часы на поверхности, едва заголосили кукушки, оглушая всех вокруг, породили свои собственные копии, отпочковавшиеся от оригиналов как живые клетки в процессе деления! Гора моментально увеличилась чуть ли не в полтора раза, новые часы хлынули по склонам, «затапливая» всё, что не было «затоплено», сметая сражающихся, и учиняя настоящий хаос! - Это… действительно странно, - глядя вниз, произнёс Доктор с выражением лица учёного, столкнувшегося с удивительной загадкой. Часы и были источником того багрового свечения, которое в изменённом состоянии сознания продолжал видеть Игорь. Более того – сейчас ему показалось, будто он слышит шёпот на незнакомом наречии, складывающийся из миллионов различных голосов. Чем бы ни были эти часы, но никогда в жизни он не видел ничего подобного. Или… Единственная аналогия, которую он сумел подобрать, происходила ещё из мультфильмов про охотников за привидениями, которые он смотрел в детстве. Там пару раз были показаны могущественные призраки, способные порождать низших духов. И вторых никак нельзя было одолеть, если не обезвредить духа их породившего. Но уместна ли была подобная аналогия сейчас? - Только не говорите, что вам нужен образец, - сардонически молвил Игорь, взглянув на Доктора. - Отличная мысль. Надо спуститься. - И получить шальную пулю. Нет уж. Лучше использовать щепотку «магии»… - Магии не… - После всего, что вы уже видели? – Изогнул бровь Странник, напоминая этим жестом Спока. А потом он устремил свою волю к горе часов, что для него сияли слабым багрянцем. Он захватил одни из них, сконцентрировался, и часы взмыли в воздух, устремившись вверх со скоростью пули, и уже миг спустя висели рядом с Игорем в метре над полом. Аккуратно приземлились. - Позёрство, - прокомментировал Доктор, тут же принимаясь изучать часы всеми доступными для его звуковых инструментов способами. – Обычный сосновый корпус… Часовой механизм произведён в Швейцарии, девятнадцатый век… Странник продолжал наблюдать за происходящим в здании. Он уже приноровился различать воюющие группировки. Хозяева здания, «Дикие гуси», имели ауры загрязнённых, агрессивных цветов. А вот нападавшие… Их ауры были совершенно странные. Сияющие невозможными цветами, они несли на себе остаточный след некой могучей силы и странные узоры, складывавшиеся в гармонические сплетения. Более того - Игорь – готов был поклясться, что как минимум две ауры в здании не принадлежат людям! Но и это ещё не всё – он видел энергетический силуэт того, что просто было невозможно создать в этом мире при текущем уровне его технического развития – совершенного андроида! - Доктор, вы должны это увидеть, - продолжая наблюдать, сказал Игорь. Он был взволнован. Доктор определённо оказался прав, настояв на том, чтобы они прибыли сюда. - Увидеть? – Двенадцатый оторвался от часов и посмотрел Игорю в глаза. И увидел в них Бездну. Но не отшатнулся. Не отвёл взгляд. Он уже смотрел в Бездну однажды. Смотрел в разлом самого времени ещё на Галлифрее. Давняя традиция посвящения и инициации повелителей времени. Тогда он смотрел в воронку бушующего времени, и не поддался безумию, в отличие от своего друга. И сейчас он спокойно смотрел в Бездну, которую являл ему Странник. Стрельба возобновилась с новой силой. Здание содрогнулось от взрыва. Игорь подошёл к Доктору и коснулся его лба. И Доктор увидел! Увидел то же, что видел Странник! Сейчас он смотрел на мир его глазами. Он видел всё здание целиком. Видел коммуникации, сияющие золотом кабели и провода, опутывавшие всё внутри подобно нервной системе. Видел красное свечение, исходящее от часов и слышал их шёпот. Видел десятки сражающихся на всех этажах. Видел ауры, не принадлежащие людям, и андроида. Он видел, как большая группа нападавших направлялась к лифту, что вёл на подземные этажи. А потом Странник вдруг взволнованным, неуверенным, дрогнувшим голосом произнёс: - Нет! Не может этого быть! И, устремив свой взор вверх, куда смотрел Игорь, Доктор увидел ещё шесть аур. На самом верхнем этаже, в кабинете директора, судя по всему. И они не были похожи ни на одну другую. Они были подобны сверхновым – столь невыносима была яркость их сияния. И у каждой был своё цвет – морская волна, бирюза, огненно-оранжевый, жёлто-зелёный и пурпур. Но шестая аура выделялась даже на их фоне. Столь мощная в своём сиянии, столь могучая, что это было невозможно описать. Странник стоял и смотрел на эти ауры. И качал головой. На устах его играла странная улыбка – как будто его попытались разыграть, но он это понял, однако оценил красоту замысла по достоинству. Вновь заголосили кукушки. Часы, что стояли с ними рядом, разделились надвое, порождая копию. Доктор взглянул на Игоря. Он знал тот взгляд, каким Странник смотрел наверх, на ауры неизвестных. - Вы что-то поняли, - констатировал Двенадцатый. Потому, что у него самого очень часто бывал такой взгляд, когда ему открывалась истина, кажущаяся странной, несуразной, но абсолютно логичной. - Я понял, что вы были правы, Доктор, - кивнул Игорь, не сводя взгляда с тех, кто сейчас заканчивал хозяйничать в директорском кабинете. - Я всегда прав, - дипломатично и из гордости Доктор решил опустить слово «почти», которое должно было идти сразу после «Я». - В этот раз вы превзошли себя. - Вы узнали их, - сощурился Двенадцатый, высказывая единственно возможную догадку. - Да, узнал, - с готовностью согласился Игорь. Буря эмоций бушевала в его душе. Потому, что невозможное продолжало происходить. Потому, что он не знал, как реагировать на открывшуюся истину. – А ещё я понял, в каком мире мы оказались, и куда будет нанесён удар силы, жаждущей перемен. - И куда же? – Доктор впервые видел Странника таким взволнованными и, пожалуй, полным странного энтузиазма. Обычно это он «брызгал» энтузиазмом направо и налево, и видеть Странника в той же роли было необычно. - Пойдёмте, - разрывая ментальный контакт, отозвался Игорь вместо ответа, тут же направившись назад, к коридору. – Мы увидели здесь всё, что нужно. - Я бы поспорил, - проворчал Двенадцатый. Резкое «сбрасывание расширенных настроек восприятия» до обычного уровня оказалось весьма неприятным и шокирующим. Но Доктор взял себя в руки, и направился вслед за Игорем, который – как оказалось – тоже умел быть загадочным… В зале царило напряжённое молчание. Сначала – шокирующее откровение о валькириях. Затем – не менее шокирующая история Крутова и Магнуса. А потом наступил и мой черёд рассказывать, «как я дошёл до жизни такой». И если во время рассказа Крутова с Магнусом удивлялись я, Оракул, Дарлинг с Тренчем и даже Драк, то когда наступила моя очередь, удивление уже появлялось на лицах гостей. И вот мы сидим теперь, удивлённые сверх всякой меры, таращимся друг на друга, и ни хрена не понимаем, что же теперь делать со всем этим дерьмом. Другой мир, другие стражницы, изменение реальности, в новой версии которой нацисты победили в войне, Странник, миссия спасения, чудовища варпа… Куча всего остального… Моя голова раскалывалась от обилия новой, не вписывающейся ни в какие рамки, информации. Наверное, мы бы так и сидели, если бы тот, на кого все уже давно перестали обращать внимание, вдруг не подал признаки жизни, хотя в его случае это было спорное определение. Парень, которого, как оказалось, звали Дейв, и который на самом деле был никакой не парень, вздрогнул, его одеяние заволновалось подобно морской глади на ветру, и он открыл глаза. Принял подобающее положение на стуле. - О, кажется, я многое пропустил, - произнёс он вполне человеческим голосом. Не знаю, может я ожидал, что услышу в его речи синтетические нотки, как это порой бывало у СУЗИ. Но этот Дейв явно был сделан из другого теста. Более продвинутого. Но от его голоса у меня мурашки пошли по спине – я точно слышал этот или очень похожий голос. Когда-то. - Хе-хе, как спалось? – тут же брякнул Драк. Похоже, для него всё услышанное не представляло сколь-нибудь значимой проблемы, над которой стоит поразмыслить. Взгляд Дейва коснулся Драка. - Кроган. Клан Накмор. Воевода. Интересно, - произнёс он, затем продолжив своеобразный анализ обстановки. – Оракул Химмериш. Совпадение с параметрами известной личности – 99,97 %. Значит… вы – другой Оракул, а это – иная Предвечная Цитадель, - он окинул взглядом помещение. – Но мы со Странником считали, что это невозможно. Что ж, вселенная любит преподносить сюрпризы. - Да, действительно, - согласился Химмериш. Всё происходящее сейчас – он совершенно не предусмотрел возможности чего-то подобного. Да и разве можно было это предусмотреть? Всё, что ему оставалось теперь – двигаться по течению и принимать правильные решения по ходу дела. - Ну, раз уж мы, наконец-то, все окончательно в сборе, пора подвести итоги, - Крутов сцепил пальцы в замок, поставив руки на локти. – Некто неизвестный похитил у вас «Духовный ключ», позволяющий менять Кандрокар и все реальности, связанные с ним. Наша реальность уже подверглась изменению… - Таких совпадений не бывает, - хмыкнул со знанием дела Тренч, пыхнув сигаретным дымом. - Согласен, - кивнул Оракул. – И это подводит нас к разумному предположению – что если источник всех событий в вашем мире, повлёкшими его изменение, и в нашем – один и тот же? Что если за этим стоит одна и та же сила? - Вам что-нибудь о ней известно? – спросил Крутов. Хоть он и выглядел примером невозмутимости, но я готов поспорить, что сейчас он так же размышлял, как выпутаться из всей этой истории. Не мог не размышлять. - Нет, - качнул головой Оракул. – Мы лишь недавно узнали о том, что в этом замешана третья сторона. После обстоятельного рассказа мистера Грея вы теперь знаете столько, сколько и мы. Крутов нахмурился, замолчал. По всему было похоже, что он сейчас взвешивает, стоит ли ему говорить нечто важное, что ему известно, или нет. Наконец, он сказал: - Странник, когда нашёл наш осколок реальности, где мы дожидались гибели, рассказал, что по его сведениям огромный сектор мультивселенной оказался отделён от остальной её части почти непроницаемым барьером. Тогда он предположил, что все миры в этой зоне подверглись изменению. И вот после такого откровения моя челюсть едва не оказалась на полу. - Можно ли верить словам этого Странника? – сомнения Тренча были вполне понятны – незнакомец, которого мы знаем меньше двух часов, ссылался на слова другого незнакомца, которые вообще невозможно было проверить. - Я готов подтвердить каждое его слово, - вмешался Дейв. Он коснулся стола, и от его ладони отделилось нечто, похожее на лужицу ртути, которая резво устремилась к центру. Замерла там, превратившись в небольшой технически сложный куб с линзами на каждой стороне. Подобно проектору вспыхнули те, что были сверху, мгновенно сформировав над столом объёмное изображение… чего-то. Оно было огромно и занимало почти всё пространство до высокого потолка, напоминая морского ежа, ощетинившегося постоянно растущими и делящимися иглами, огромный комок пены и нейронную сеть одновременно. Это нечто было непередаваемо сложным, но неизъяснимо гармоничным. В нём чувствовалось нечто абсолютно неземное, но невероятно завораживающее и гипнотическое. На него хотелось смотреть вечно. – Не смотрите долго. Карта мультивселенной способна свести с ума. - Мультивселенной? – «пискнул» Дарлинг. Но на него никто не обратил внимания. - Она завораживает и гипнотизирует, - подтвердил Дейв, кивая. Даже я не избавлен от подобной опасности. Рекомендую взглянуть на юго-западную область, - произнёс он, и моё внимание непроизвольно переключилось на указанное направление. Там явно что-то было не так. Огромная область, включавшая миллионы «игл», «пузырей» и «нейронов», была покрыта мерцающей тёмной плёнкой. И она продолжала расти, захватывая новые территории. Изображение исчезло, куб растаял, вновь превратившись в «ртутную лужицу», и метнулся к Дейву, вливаясь в его руку. Пожалуй, этот ИИ был даже жутким. «Т-1000» из второго «Терминатора» на стероидах. - Вы видели модель состояния мультивселенной на момент получения сведений о проблемах с барьером от межпространственной сущности, зовущей себя Наблюдателем, - прокомментировал показанное ИИ. У меня засосало под ложечкой – тут же вспомнился странный сон, в котором я говорил удивительными гигантскими созданиями. Могу поспорить, что одно из них звалось Наблюдателем! Шальная мысль, возникшая в сознании, робко вопрошала: «Может, это был не сон?» - Область изменения распространяется? – Оракул взглянул на Дейва. - Да. - Значит, наши миры – одни из множества, которые подверглись атаке, - заключил маг. И в его тоне не было ничего обнадёживающего. - Зато мы вышли на след тех жалких пыжаков, которые всё это затеяли, - громыхнул басом Драк. – Остаётся только найти их, убить, и вернуть всё как было… - Враньё! – взорвалась Хейл, буквально испепелив взглядом всех присутствующих, а особенно – русских и крогана. – Ты, мерзкий слизняк, не знаешь, о чём говоришь, а вы…, - взгляд её обжог Крутова с Оракулом, - Не было никакого изменения! Реальность такая, какой и должна быть! Рейх победил в войне, использовал своё законное право на мировое господство, доставшееся от предков-ариев! Но чего ещё ждать от тех, кто… - Корнелия, - жёсткий, строгий, сухой, будто треск молнии оклик Вандом подействовал на Валькирию подобно удару хлыста. Она воззрилась на свою подругу так, словно видела её впервые. - Мы это уже проходили, - хмуро произнёс Крутов, глядя на нацистских ведьм. – Неприятие истины не отменяет самой истины. Верно, Магнус? - Верно, - кивнул старик, давая понять, что когда-то у них с Сергеем Ивановичем происходил подобный разговор. - Закрой…, - Корнелия не успела закончить. Оракул прервал её тираду, полную желчи и презрения: - Корнелия Хейл! Вы – гостья Кандрокара. Ведите себя соответствующе и не заставляйте меня жалеть об этом решении. Похоже, блондинка порывалась сказать что-то в ответ, но взгляд Вилл заставил её сдержаться. Валькирия села. А я понял, что мне сейчас очень не хватает Джокера и какой-нибудь его дурацкой шутки, которая бы разрядила обстановку… Калеб крался в тенях, старясь не издавать ни звука. Искусственное сердце бешено колотилось, перегоняя кровь, полную адреналина. Он был измотан. Энергия держалась на минимуме. Он устал. Но он не мог позволить себе отдых или хоть миг бездействия. Не имел права! Его искали. Сейчас, замерев на мгновенье и включив систему активной маскировки, преломившую свет вокруг него и сделавшую невидимым, Калеб задался вопросом – когда же всё пошло не так? Когда они покинули корабль Доктора? Когда первая спасательная капсула с «Тени» совершила посадку на «Галилее»? когда же? Сейчас это уже не имело значения. Он должен был очистить свой разум потому, что мысли тоже можно было услышать… «Калеб!» - громыхнули динамики внутренней системы оповещения верфи голосом Нийоты. Будь это неожиданно, киборг бы даже вздрогнул. Но он ожидал этого. «Прятаться не имеет смысла. Рано или поздно мы тебя найдём…» «Найдёте, не сомневаюсь», - зло подумал Калеб, дожидаясь когда пройдёт патруль и поджидая момент, когда камера наблюдения впереди по коридору отвернётся достаточно чтобы можно было проскочить, не попав в поле её обзора. «Найдёте. Но для вас уже будет поздно», - он думал об этом холодно, расчётливо, с некоей внутренней обречённостью. Он понимал, что, скорее всего, не выберется. Но всё-равно должен был сделать то, что задумано. Иначе – никак. Камера отвернулась на достаточный угол, и киборг безшумным прозрачным вихрем метнулся к решётке вентиляции, чудом не попав на глаза патрулю – два дюжих молодца молчаливо удалась в двадцати шагах в левом ответвлении коридора. Калеб ловко вскрыл вентиляцию и змеёй заполз внутрь, возвращая решётку на место. Будь он обычным человеком, то ни за что бы не протиснулся туда. Но он был киборгом. А Нийота продолжала: «Тебе не остановить неизбежное. Ты можешь пытаться, но в итоге… мы все станем едины», - и эти, последние слова были произнесены настолько елейно и зловеще одновременно, что у парня мурашки по спине пробежали. Нужно было двигаться – времени у него оставалось всё меньше. Благодаря своим аугментациям и ряду шпионских трюков он сумел получить ограниченный доступ к сети верфи. И то, что он там обнаружил, его не радовало. В ближайший час ожидалось прибытие двух транспортов – корабль сменщиков, который должен был выгрузить новую смену техников и забрать предыдущую, а так же шаттл следственной группы, которая должна была разобраться в причинах гибели «Тени». Нельзя было позволить им сесть на верфи. Нельзя позволить, чтобы кто-то покинул «Галилея»… Сквозь решётки, мимо которых он полз, был виден коридор, ведущий к реакторному отсеку. И Калеб видел, как много здесь патрулей. Вот идёт один. Трое. Вооружены. В инженерных скафандрах. Идут, громыхая сапогами. Идут молча, настороженно. Калеб замер, вновь включая маскировку. Как назло патруль остановился прямо под ним. Нельзя, чтобы его заметили. Нельзя вступать в бой – это привлечёт внимание, и тогда всё пропало. Он не может сражаться от целой станции… этих. Один из патрульных задрал голову вверх. Калеб скривился от отвращения – из лица мужчины вырастали, колеблясь в каком-то своём ритме, сотни длинных белёсых кожистых нитей, которыми тот как будто ощупывал воздух. Заражённые. Они все были заражены! Все члены экипажа верфи, все, кто спасся с «Тени» и даже Джексон с Нийотой! Все! Кроме калеба. И на это даже десяти часов не понадобилось! Калеб не знал, почему инопланетная зараза его не затронула. Может, дело в том, что он киборг и его сочли непригодным, может ещё в чём. Но сейчас он понимал только две вещи – вероятно, он оставался единственным настоящим человеком на станции. А ещё – нельзя позволить заражённым вырваться с «Галилея». Взгляд патрульного упёрся прямо в решётку, за которой скрывался невидимый Калеб. Кожистые нити встрепенулись, потянулись в сторону вентиляционной шахты… Громкий звук стандартного оповещения технической службы на другом конце коридора отвлёк патрульных. Этого, к счастью, оказалось достаточно, чтобы патруль тронулся с места, оставляя Калеба одного. Парень пополз дальше, заворачивая в ответвление справа, и сверяясь с картой верфи. Путь до реакторного был не близкий, а на последнем отрезке и вовсе придётся покинуть вентиляцию – у реакторной была своя собственная замкнутая вентиляционная система. Но за полчаса он должен был успеть. «И там меня наверняка ждут», - подумал юноша, спускаясь в своеобразный узел, где сходились несколько вентиляционных шахт. Здесь уже можно было нормально стоять, что Калеб с наслаждением и сделал. «Ты не сможешь нам помешать, Калеб», - нежно и даже дружелюбно донеслось из-за переборок очередное обращение Нийоты, которая перестала быть Нийотой. Теперь все на этой проклятой верфи были не теми, кем казались. Чудовищами в человечьем обличье. Они оказались умны и коварны. Заражённые больше не мутировали, не превращались в тварей. Они маскировались, сохраняя человеческий облик. Чёрт! Да они даже вели себя как обычно! Идеальная, мать её, маскировка! И если бы Нийота не попыталась его поцеловать, когда они остались одни в депо роботов, где Калеб вёл проверку после внезапного выхода всех «Уничтожителей» из строя, то он бы даже ничего не заподозрил. Но когда перед самым его лицом челюсть Нийоты разошлась в стороны, являя язык, похожий на бледное извивающееся щупальце… Он думал, что убил тварь, всадив клинок ей прямо в сердце. Очевидно – она выжила. А вскоре заражённые перестали имитировать поведение людей, ибо полностью взяли верфь под контроль, заразив всех. И «Галилей» погрузился в тишину, ибо заражённым для общения речь была не нужна. «Сдайся и присоединись к рою. Это неизбежно. Мы всегда побеждаем». «Чтоб вы сдохли, твари!» - мысленно процедил парень, и в этот момент его чуткий усиленный имплантами слух уловил едва различимый звук, который донёсся из шахты справа. Это был какой-то хлюпающий шорох, который сразу не понравился Калебу. Естественно, он предполагал, что «новые» хозяева верфи не оставят без внимания те места, где их менее разумные и более уродливые сородичи на «Тени» обожали скрытно передвигаться, прятаться и устраивать засады – вентиляция, технические туннели и коридоры, пространство между стенами. Сенсоры были безполезны, чтобы обнаружить киборга сейчас. Но заражённые, похоже, нашли другой способ. Калеб решил не дожидаться, когда источник звука приблизиться, и прыгнул, скрываясь в верхней шахте. Двигался быстро, но безшумно – особая система гасила все звуки, которые он производил. Он уже не раз пытался выйти на связь с Шефом, Оракулом. Но каждый раз – безрезультатно. Впрочем, он и не рассчитывал, что будет иначе. Целых пять минут он двигался совершенно спокойно, в уверенном темпе, и по карте выходило, что он проделал почти полпути до реакторной. А потом он вновь услышал хлюпающий шорох. Тот доносился сзади. И приближался довольно быстро. Калеб ускорился, но понимал, что встреча с неизвестным «нечто», производящим этот пугающий звук, неизбежна, если только… как раз в этот момент он оказался возле вентиляционной решётки, за которой был мужской туалет! Такой подарок судьбы он просто не мог упустить. На миг включив сверхзрение, и увидев сквозь стены, что вблизи туалета ошивается десяток заражённых, производящий какие-то странные работы с кабелями и панелями энергетической системы, а позади в вентиляции к повороту приближается огромный комок какой-то гадости резво перебирая щупальцами, Калеб вскрыл решётку и спрыгнул в туалет, возвращая всё как было. И как раз в тот самый момент, когда «комок» со щупальцами вывернул из-за угла, и если бы не расторопность киборга – нашёл бы его. Хлюпающий шорох в шахте над головой сталь весьма громким. Раздалось утробное урчание. Калеб затаил дыхание и замер, активируя маскировку. В этот момент дверь туалета распахнулась, и на пороге появился один из заражённых. Судя по всему, раньше он состоял в одной из технических бригад. Кожистые бледные нити, выраставшие из его лица, омерзительно извивались. Глаза, затянутые белой паволокой, придирчиво оглядывали туалет. Калеб буквально ощущал, как его жжёт этот жуткий взгляд. Он подави желание взяться за рукоять «Прелести», единственного наследия Ватека. Он подавил даже тень мысли, ибо быстро уяснил – Доктор и Странник были предельно серьёзны, когда говорили, что инопланетные твари ориентируются в пространстве, чувствуя чужие мысли. Заражённый всё никак не уходил. Шум в вентиляции тоже не стихал. А энергия постепенно иссякала, что уже вызывало безпокойство. Ещё секунд двадцать – и маскировка отключиться, явив Калеба миру. «Калеб!» - парень чуть не выругался в голос, когда очередное обращение Нийоты разнеслось по помещениям верфи. «Тебе не добраться до реакторной. Ты ведь это хочешь сделать, верно? Перегрузить реактор и устроить взрыв антиматерии? Этот ход очевиден. Мы не дадим тебе его осуществить…», - она говорила что-то ещё, но для Калеба это уже не имело значения – как только началось обращение, заражённый убрался восвояси, закрыв дверь, и в ту же секунду энергия иссякла! Калеб стал видимым. Но он был безмерно рад, что всё обернулось именно так. По крайней мере, из шахты вентиляции его сейчас нельзя было увидеть. Аккумуляторы вновь начали накапливать заряд биоэлектричества. Использовать своё ядро парень не рисковал, так как выход его энергии можно было отследить сенсорами системы безопасности «Галилея». Поэтому ему приходилось довольствоваться малым и скрываться в тенях. Хлюпающий звук в вентиляции начал удаляться. Калеб позволил себе перевести дух, испытывая облегчение. Сейчас он как никогда был близок к провалу. Он не боялся, хотя в его ситуации это было бы нормально. Страшно было только вначале, когда он осознал масштаб катастрофы. Но когда он принял решение идти до конца, страха уже не было. А тварь, которая захватила тело Нийоты, не унималась: «Возможно, ты думаешь, что часть из нас спаслась в телах экипажа «Тени». Это так. Но правда в том, Калеб, что это ничего не меняло. Мы уже давно среди вас. И знаешь что? Мы благодарим тебя за это», - последние слова были сказаны вовсе не человеческим голосом. Эти звуки человеческий речевой аппарат просто был не способен издать. Ужасающие. Зловещие. Как и сам смысл сказанного, который зацепил сознание Калеба, вынуждая задаваться вопросами: «Что она имела в виду? Какое к этому я вообще имею отношение?» Но оказалось, что времени у него нет: система дальнего обнаружения «Галилея», к которой он был подключён через ограниченный доступ к сети верви, внезапно сигнализировала о прибытии в систему двух кораблей «Фронта». «Проклятье! Они прилетели раньше времени!» - мысленно простонал юноша, понимая, что теперь ему придётся, похоже, либо наплевать на осторожность и прорываться к реакторной с боем, либо уничтожить станцию уже вместе с вновь прибывшими. Но реальность тут же внесла свои коррективы – корабли очень быстро пошли на сближение с верфью, не оставляя Калебу выбора. Ему придётся прорываться к реакторной, чтобы успеть до того, как транспорт с погрузившейся в него сменой техников покинет «Галилея». - Ну, что ж, - вздохнул юноша. Он уже примирился с итогом. – Надо. Надо, Калеб, - произнёс он, и направил сигнал радиоуправляемой взрывчатке, размещённой им в нескольких ключевых местах верфи… «Галилей» содрогнулся от мощных взрывов, прогремевших одновременно в узлах системы жизнеобеспечения, энергосистемы и нескольких постах безопасности! Взревела сирена! Но это был только первый аккорд. Следом заработали хакерские «закладки» Калеба, внедрённые им в систему верфи сразу по прибытии – он всегда был параноиком и предпочитал контролировать ситуацию. В тот же миг часть системы безопасности перешла под его контроль, и сразу в нескольких секторах верфи автоматические турели принялись поливать свинцом, огнём и плазмой всё, что имело ДНК, отличную от человеческой. Вишенкой на торте стало получение контроля над дверями как раз в секторе реактороной, которые киборг тут же заблокировал, отсекая на время возможные подкрепления противника. Этого было достаточно. Калеб взял «Прелесть», настроив на максимальную мощность, и выстрелил, исторгая из могучего оружия Ватека всесокрушающий оранжевый луч, полоснув им слева направо. Всего мгновения оказалось достаточно, чтобы превратить внушительную часть палубы в расплавленное горнило, искрящее искрами, сипящее вырывающимся воздухом и исходящее паром из разорванных труб! Всего мгновение – и там, где были коридоры, кабинеты, технические помещения и мастерские, не осталось ничего, кроме огромной веероподобной полости, залитой раскалённым докрасна металлом! Он капал с потолка, стекал со стен, пузырился на полу, быстро остывая. Все заражённые, которые были там, оказались испарены мгновенно. Мощь «Прелести» ужасала. Но теперь оружию требовалось время, чтобы восстановить заряд. И Калеб, закрепив ей на ремне и закинув за спину, бросился вперёд, в нестерпимый для обычного человека багровый жар под надрывный вой сирены, что безполезно вопила по всей верфи. Больше не имело смысла прятаться, и юноша активировал своё энергетическое ядро. Его тут же окутал кокон защитного поля, генератор которого он взял с одного из уничтожителей в боксе сразу после неудавшегося «поцелуя» Нийоты. Теперь жар и потоки раскалённого металла были ему не страшны, пока заряд щита не иссякнет. Он стремительно пересёк огромную, созданную выстрелом «Прелести», полость в теле верфи, сопоставимую по размерам с ангаром средней руки, и ввинтился в один из уцелевших коридоров на той стороне, не заблокированных расплавом. Его «небольшая» диверсия дала определённую фору по времени, но он ни на секунду не сомневался, что дальше его ждёт ожесточённое сопротивление заражённых, ибо своим «орудийным манёвром» он резко сократил путь к реакторной. Подозрения подтвердились тотчас же – едва он пронёсся мимо заблокированной двери, ведущей к лестнице на другие палубы, как она вздулась, раскалившись докрасна, и в следующий миг была прошита насквозь лучом плазменного резака, оплывая безформенной массой. Из дыры повалили заражённые в боевых скафандрах с оружием наперевес… Но Калеб уже включил маскировку и систему подавления звука – запитанным теперь от ядра, им не нужна была подзарядка и они могли работать сколь угодно долго. Не было смысла вступать в бой – нужно было просто как можно скорее добраться до реакторной. И Калеб нёсся, петляя по коридорам и переходам, минуя вражеские патрули и приближаясь к цели. А за ним, отставая на полсотни метров, бежали заражённые в боевых скафандрах, ибо это был кратчайший путь к реакторному отсеку. И тут «Прелесть» восстановила заряд, громко возвестив об этом звонким писком в самый неподходящий момент – как раз когда Калеб миновал последний поворот перед реакторной, массивная дверь в которую показалась вдали, и увидел, что путь ему преграждают три десятка заражённых с оружием. Звук услышали все. - Твою мать! – процедил Калеб. Десятки стволов уставились в сторону невидимки и тут же дали сокрушительный залп, раскаляя воздух плазмой и лучами цвета крови! И как бы Калеб ни уклонялся, пусть даже его не могли видеть, несколько раз его задели. Защитное поле сработало как надо, отражая попадания, но тем самым выдало его своим голубым мерцанием. После этого времени не осталось совсем. Заражённые завизжали, исторгая из себя такой чудовищный звук, что слуховая система Калеба оказалась перегружена, все лампы в коридоре лопнули и даже искусственные глаза парня получили повреждения, сильно ухудшив зрение. Плевать! Сзади наступала новая волна заражённый. Новый залп! Уклонение. Бросок гранаты. Луч проходят мимо. Слепящее плазменное облако окутало большую часть заражённых, преграждавших путь. Запах горелой плоти, истошный вой и вопли боли. Миг – Калеб проноситься мимо поредевшего заслона заражённых, всё ещё невидимый для них. Миг – его замечают. Не могли не заметить на таком близком расстоянии. Вслед устремляются лучи и плазма. Но он уже рядом с дверью реакторной, так что не важно. Осталось чуть-чуть. Ещё миг – наконец прибываю те, кто бежали в полусотне метров позади, сходу включаясь в лучевую атаку. Лазер и плазма плавят дверь и стену, выгрызая из них куски, прожигая борозды, сбивая с Калеба щит, повреждая руку… Маскировка спала. Но он уже у цели. Мигом он скользнул в проём меж массивных створок открывающейся двери и оказываясь в огромном зале реакторной… где его уже ждал отряд. Полсотни заражённых в силовой броне под командованием Нийоты. Огромная махина реактора была позади них. Нийота улыбалась. Улыбалась тепло и дружелюбно, но это была улыбка превосходства, от которой Калебу стало тошно. - Я же говорила, что у тебя ничего не выйдет, - проворковала она, двинувшись к нему. Отвращение – вот что он чувствовал. Чудовище, завладевшее телом девушки, пыталось играть в человека. - Вы – идиоты,- усмехнулся в ответ Калеб, ощущая удивительное спокойствие на душе. Он активировал систему самоуничтожения своего ядра, и нажал секретную кнопку «Прелести», включавшую у мощного оружия ту же систему. – Я сделал ровно то, что и собирался. Он был спокоен. И улыбался в лицо чудовищу улыбкой победителя. - Ты… А дальше был свет. Сцена была неприятной, но ожидаемой. Впрочем – не суть. - Драк озвучил правильную мысль, - сказал я, ловя на себе взгляд нацистской ведьмы, обещающий мне самые страшные муки ада. Мне было плевать. – Найти и убить. По крайней мере, с этим, полагаю, согласны все. - Согласны, - кивнул Крутов. И теперь, зная его историю, я понимал его. На его месте, пожалуй, я бы тоже ни перед чем не остановился. - Похоже, что выбора у нас в любом случае нет, - молвил Химмериш, и в этот момент, прерывая его, двери зала распахнулись. - Оракул! – звучный молодой голос запыхавшегося мага, появившегося на пороге, возвестил о чём-то неожиданном. - В чём дело, Аталь? Я ведь просил не… - Это… В общем к нам проникли чужаки! Вы должны… - Идём, - тут же, не дослушав до конца, Оракул сорвался с места, жестом призывая всех нас следовать за ним, и покинул зал. Естественно, мы двинулись следом. Шли не долго – я даже не успел раскрутить маховик размышлений на тему того, что же это за чужаки такие, о которых сказал молодой маг. Взгляды окружавших меня людей выражали чувства в диапазоне от озабоченности до тревоги. А потом мы оказались у главного балкона, где собралась группа из двух десятков серьёзно настроенных магов, и я увидел то, что заставило меня рассмеяться в голос. Сдержаться я не мог, и мне было плевать, что все вокруг посмотрели на меня как на умалишённого. Но это был смех сардонический, смех через силу, который, вырываясь наружу, выражал лишь один вопрос: «Серьёзно?» Иного вопроса быть не могло. Потому, что в окружении двадцати суровых магов находилась самая нелепая и невероятная вещь, какая только могла оказаться в Предвечной Цитадели. Синяя полицейская будка прямиком из Британии шестидесятых. А рядом с ней были двое – кучерявый старик с римским профилем, одетый в старомодный костюм, и парень в коричневом плаще и кедах, чьё лицо было слишком похоже на лицо Дейва. И, конечно, я понял, что всё это значит. Потому, что вспомнил парня. А ещё я вспомнил, как смотрел «Доктора Кто» в детстве…
