Незапланированная игра к настоящей любви.

***

      На столе давно грязном и немытом спали два человека, которые скатились ниже некуда. Былая хорошая квартира стала притоном для всяких алкоголиков, наркоманов и шлюх. Хозяева квартиры брали плату за справление нужд, чтоб обеспечить все необходимое для клиентуры и были довольны относительно такой жизнью. Они уже не помнили точно, как так докатились и жили, как могли. Хотя порой приходили обрывки воспоминаний, и сегодня проснувшись, мужчина завел разговор. — Ань, интересно Павел мазохист и его семейка уже выкинули Марго в больничку или умертвили, так как им надоело за ней убирать? — Не знаю, вот честно, но думаю, она мертва давно. — И все-таки я хочу поискать по ней информацию. Ну, так интересно кто-нибудь будет, отбирать нашу квартирку или нет? — Ну, давай поищем. — Хорошо, Анюта. Только вот их стараниями от нас все друзья отвернулись. Хотя можно сделать официальный запрос по поиску моей бывшей невесты, а можно сказать и жены. — А давай, попробуем. — Конечно, Анюточка. А теперь надо поесть и заняться одним делом, а то вчерашние клиенты меня довели, и я хочу тебя. — Хорошо, милый.       Они поели и занялись сексом там же где ели. Это было обыденно, и так заканчивался каждый прием пищи, если не с клиентами. Соседи пытались жаловаться, но когда приходили участковые, и следователи в прихожей и на кухне с гостиной было все убрано лишнее и даже чуть убрано и те уходили. Что все им сходило с рук и возвращалось все к привычному образу жизни нехорошей квартиры. Все шло и дальше, пока за их хатой не установили, слежу, но и то клиентов было мало, чем обычно и они просто занимались сексом без буйств и без звуков и те отстали временно от них. Игорь написал заявление в полицейском участке о пропаже почти жену и его на удивление приняли и обещали поиски. А через неделю ему сказали: — В базах нет такой женщины, ее вообще не существует. — Как? — Нету ни одной Маргариты Ребровой. Может быть, у нее была другая девичья фамилия, а Ребровой вы ее называли, потому что она ваша почти жена невеста? — Эм, а если Мария Васильева, ну короче она теряла память и решила после восстановления оной и со мной уже была и сменить все до кучи данные, чтобы порвать прошлое свое навсегда. — Щас поищем. Так это не быстры процесс с новым именем, искать, и мы вам перезвоним. — Хорошо.       «Точно сучку Пашка грохнул и перед этим возможно сменил ей документы на Машку. Я уверен ее нет в живых. Тогда бы нас по-любому давно махнуло телами, и я бы был ей и инвалидкой в кресле и лежал бы тупо в потолок смотрел или села бы на горшок для инвалидки!» — Заржал, — «Да лучше уж смерь от руки чьей-то из семейки Шульгиных, чем такое овощное состояние! И так ей и надо. Не захотела, чтобы я любил ее тело и душу, так сама виновата, и я хочу убедиться, что никто не будет претендовать на эту хату, а то всплывет шмарка или ее прислужники и отберет жилье незаконно и все тут отберет через суд или через нанятых людей». И дальше он спокойно начал слегка готовить для клиентов бутеры и пиццу и ждать клиентуру. Анна ушла за продуктами в магазин, а он ждал то, чего не было для пиццы. И вскоре Аня пришла, вручила ему продукты и упала на диван. Она стала ленивой уж очень и запустила квартиру и связалась с ним. Теперь и непонятно, кто кого использует, так как оба прогнили до конца и ничего хорошего в них не осталось и, наверное, это и держало их рядом друг с другом, но они всем завидовали и всех друзей и приятелей растеряли, так как они увидели какие они грязные шмары и мрази. Отвернулись все. Соседи обходили их десятой дорогой. Они привыкли жить обособленно и одиночно. Все стало им привычно жить так и принимать отбросы общества в хате ранее приличной и с любовью обставленной Маргошей в Гоше. То щас полный бардак и похоть сквозила в ней, к сожалению и все из-за Сомовой и НедоГоши. Ужаснулись бы предки Гоши, что решили тоже их вычеркнуть из жизни.       А потом через месяц все-таки их усадили в тюрьму до выяснения обстоятельств в убийстве одного клиента, на которого написала заявление о пропаже мать. И тогда он и узнает, что где-то видели по описанию невесту Реброва, но это не точно и свидетель в этом не уверен.

***

      На другой день после новостей о возвращении-воссоединении Калугина и Егоровой Марго решила довериться Рите Шульгиной о своих проблемах борьбы с собой: сердца, что боится верить в возникшие чувства, разума, что говорил: не верь и не доверяй и тела, что желало Павла. Ей это надо было обсудить с новой подругой именно женщиной. Для этого она назначила встречу Шульгиной после курсов своих и та согласилась. Они встретились на квартире Шульгиной, так как это был тайный серьезный разговор от всех. — Ну, тут эм такое дело я снова борюсь с собой, в этот раз все еще хуже борются уже все: сердце, разум и тело, но первое боится верить в чувства, разум не верит и не доверяет полностью, а тело просто хочет кхм поняла чего. — Секса и любви? — Да. Я не знаю, как быть… — Ну, я знаю, ты доверяешь и Паше, но есть сомнения и неуверенность. Попробуй чуть выпустить на первое место сердце и тело, а не разум, который не помогает, а тормозит все твоя боязнь любить. — Я понимаю, но не знаю, выйдет ли так, как ты советуешь. — Попробуй. — Хорошо, я испытаю. — Вот и умница. Пообедаем? — Да.       Они обедали сушами и ролами, и обе их любили очень, им было в удовольствие обедать и в тишине. Думали про себя о том, как сойтись с Пашей Марго, а Марго победить свои страхи и сделать счастье всем и все будет хорошо. Они обе с улыбками доели и разошлись.