Я никогда не буду бояться

- Уродец! Как таких Земля носит? - Катись на своей коляске, ты пугаешь наших детей! Со всех сторон лились потоки ужасных слов, которые ранили Диму сильнее ножей. Он, поежившись, нахохлившись, как воробей, закутался в плащ, пряча лицо. - За что мне это наказание? - жалостливо вздохнула димина мама и торопливо повезла мальчика к дому. Он привык. Люди ведь ко всему привыкают, верно? Вот и Дима смог. Почти. Оставив его в комнате напротив окна, в которое он любил смотреть, димина мама ушла. Жалобно брякнули ключи, им отозвался, недовольно щелкнув, замок. Пустая комната. Душный замкнутый плен. Иногда хотелось завопить от собственного бессилия. Но жалеть себя и пускать слезу – не по-мужски. Хотя какой он еще мужчина? Так, жалкое подобие. Мальчик подъехал поближе к окну. Хотелось бегать, гулять, дружить. Хотелось любить. И Дима мог. Он любил все живое, эту кошку, лениво греющуюся на солнце, эти молодые деревья с робкими взглядами, будто стесняющиеся старых мудрых дубов, каждую травинку, букашку, солнце. И в каждом легком несмелом дыхании ветерка он улавливал музыку. Он называл ее мелодией Начала. Дима и сам умел играть, и все удивлялись, как этот больной и слабый мальчик сам научился играть на скрипке. Он чувствовал фибрами души Великую музыку и творил без всяких нот. О да, тогда он уже не был тем, кем является. Казалось бы, они сливались со скрипкой в единое целое, и будто его кровь вибрировала по струнам. Скрипка, Дима, и музыка Времени – неделимый организм, живущий по одному ритму. Ритму Жизни. Больше не было ничего. Мерное и ленивое течение его мыслей прервал мячик, влетевший, как пуля, в его раскрытое окно на первом этаже. - Извини пожалуйста, ты не мог бы подать мне мячик? – послышался звонкий, как тысяча маленьких колокольчиков , голосок. Дима повернул голову. На его подоконнике сидела веснушчатая рыжая девочка, виновато улыбаясь, но хитро поглядывая на Диму своими зелеными глазами из-под опущенных пушистых ресниц. Вся она была будто соткана из самих лучей солнца. Дима неловко нахмурился. - Ты меня не испугалась? - Я ничего не боюсь! – бойко заявила гостья, - Подумаешь! Чего тебя бояться? - Меня пугаются окружающие из-за того, что я… инвалид. Девочка охнула и грозно нахмурила рыжие тонкие брови. - Значит так! Не смей говорить это гадкое слово - «инвалид». Ты просто… особенный, вот! – девочка гордо ухмыльнулась, подобрав нужное слово. - Это как? – недоверчиво буркнул Дима. - А вот как! У тебя наверняка есть такой дар, которого нет у других. Я угадала? – озорно глянула на Диму девочка. - Ну… есть, – нерешительно ответил мальчик. - Вот видишь, а я что говорила! Меня кстати Лучик зовут, - девочка протянула маленькую загорелую ладошку. - Лучик? – удивленно поднял брови Дима и протянул белоснежную тонкую ладонь с изящными длинными пальцами, – а меня – Дима. - Вообще-то Люся, но для всех я – Лучик. Так как-то волшебно, и есть связь с солнышком, - весело закивала головой девочка. - Тебе и правда идет, - несмело проговорил Дима. Он отъехал от окна и окинул взглядом небольшую скромную комнату. - Вот твой мячик, - мальчик взял в руки мячик, и по рукам пробежало незнакомое тепло. Шершавый мячик слегка царапал изнеженные руки. Лучик улыбнулась и вдруг негромко вскрикнула и указала тонкой ручкой в угол комнаты. - Дим, это что… скрипка? Ты умеешь играть на ней? – девочка восхищенно хлопала глазами. - Ну да, умею, - слегка нехотя ответил мальчик. - Сыграй, умоляю, ну пожа-а-а-луйста! – умоляюще сложив руки, нетерпеливо заерзала по подоконнику Лучик. - Ладно уж, - немного поколебавшись, согласился Дима. Он положил мяч у подоконника и подъехал к скрипке. Еще немного поколебавшись, робко взял ее в руки. Скрипка будто потеплела в его ладонях. Дима верил, что его инструмент – живой пушистый зверек, и смычок гладит его. Мальчик прикрыл глаза и заиграл одну из мелодий, что недавно нашептал ему юный беспокойный ветерок. Звуки будто рассыпались по полу жемчугом, то превращались в облака и обволакивали, щекоча ребят, то озаряли комнату лучами только пробудившегося ото сна солнца и переливались, постепенно раскрывая мощь и силу Музыки. Лучик восхищенно всхлипнула, утерев маленькие блестящие слезинки. - Дим, ты самый настоящий гений. Ты должен играть на сцене. Я никогда ничего подобного не слышала, - бормотала девочка, постепенно отходя от сладкого гипноза музыки. - Да ладно уж тебе, - смутился Дима, постепенно расплываясь в предательски счастливой улыбке. - Дим, а давай дружить? Я так рада, что попала тебе мячом в окно! Ой, то есть, мне стыдно, но… Эх, я так хочу тебе помогать. Мы будем вместе гулять. Да-да, ты не ослышался! Я буду вывозить тебя. Дим, я заставлю тебя поверить в себя, хочешь ты этого или нет. Вот, - прервала свою пламенную речь девочка, на секунду удивившись своей наглости. Дима неожиданно улыбнулся. Неужели это не сон? Если он, пусть же он никогда уж не проснется. - Я… понимаешь… Очень хочу, Лучик, правда. Но тебе не стыдно гулять со мной? Меня обзывают и… - Даже слушать не хочу эти глупости, - звенящим голосом перебила его Лучик, - я сама предложила дружбу. Запомни и всегда тверди себе: « Я никогда не буду бояться!» Ой, мне кажется пора, - глянув на часы, сказала Лучик. Дима подал ей мячик. Крепко обхватив его руками, девочка озорно ухмыльнулась и сказала: - Я прибегу завтра в 13:00 и мы пойдем гулять в парк. До завтра, Дим! С этими словами девочка резво соскочила с подоконника и вприпрыжку убежала. - Пока, - негромко прошептал Дима, еще не веря в произошедшее. После этого подъехал к окну и открыл шторы до конца. Солнце бойко озарило комнату, будто светлый воин, борясь с тенями тьмы и мрака. Дима прищурил глаза от удовольствия, глубоко вздохнул и сказал: - Я никогда не буду бояться. Вперед, навстречу новой жизни!