Уйти, чтобы вернуться.

Неделя до школы пролетела незаметно. Киро сдержал свое обещание и гонял братца три раза в день. Было тяжело. Тсуна буквально валился с ног и доползал до своей комнаты после ужина, а утром все начиналось с самого начала. Не сказать ,что рыжик бездумно его избивал, нет. Он ставил брату правильный удар, стойку, показывал, как нужно двигаться и падать. Грубо говоря, Солнце делал из Савады бойца. Шатен понимал это и не возмущался. Даже не жаловался. Он знал, что все это делается только ради его блага. Хватит полагаться на пламя, нужно достичь чего-то и своими силами. Не всегда же можно перейти в гипер-режим. И в этом случае он оставался полностью беззащитным. До этого времени. Симони пообещал, что сделает из брата настоящего монстра сражений. Тсунаеши только посмеивался. Где он, а где боец? Но у Солнца было другое мнение на этот счет. Он верил, что даже из шатена можно сделать воина и шел к этой цели. Иногда, к их тренировкам присоединялся и Данте. Пару раз Симони и Марино даже провели спарринг между собой, показывая, к чему должен стремиться Тсуна. Эти показательные бои имели положительный эффект: Савада с новыми силами продолжил тренировки. Он хотел двигаться так же легко ,как друзья и тогда… Тогда он станет сильнее Хибари и вернется в Намимори, что бы доказать всем, а в первую очередь себе, что произошла ошибка и только он должен был стать Дечимо. Но до этого дня еще нужно дожить. В таком ритме они и жили неделю до школы. Утром, днем и вечером тренировки, между ними приемы пищи и сон. Теперь же в это расписание должна была войти учеба. Конечно Киро обещал ,что поможет брату, но шатен хотел добиться всего самостоятельно. Конечно, было понятно, что сам он не разберется во всем и попросит помощи у Симони, но это только в начале. Савада решил, что после первого месяца учебы будет делать все сам. Ну, кроме тренировок. И вот настал вечер воскресения. Он подкрался совершенно незаметно. Тсуна сидел в своей комнате и смотрел на фото бывших Хранителей, когда в дверь постучали. Недоумевая, кто это мог быть, ведь до тренировки есть еще время, он пригласил гостя войти. Дверь распахнулась, и человек вошел внутрь комнаты. Им оказался Жерардо. Мужчина держал в руках несколько пакетов, которые тут же протянул приемному сыну. - Что это? – парень удивленно посмотрел на пакеты и, отложив фото, взял их. - Там учебники, тетради и прочие принадлежности для учёбы. Ну и твоя новая форма, - Симони-старший присел рядом с шатеном и посмотрел на отложенную фотографию, - Скучаешь по ним? - Не знаю, - юноша опустил глаза, - Мне кажется, что я их простил, но в груди все еще болит, когда я вспоминаю о том, что они сделали. Меня никогда раньше не предавали и оказалось, что это чертовски больно, - Тсуна горько улыбнулся, - Если бы не вы, то не знаю, что бы со мной сейчас было. - Не говори глупостей. – Жерардо потрепал Саваду по волосам, - Ты сильный и выдержал бы это и сам. Просто мы оказались рядом и помогли тебе. Не волнуйся, скоро станет не так больно. Прошло очень мало времени, чтобы ты мог полностью простить своих Хранителей. Но лет через пять-семь ты с уверенностью сможешь сказать, что забыл все обиды. Парень только кивнул. Пять лет… Слишком долгий срок, а он хотел забыть все в эту самую секунду, чтобы сердце не разрывалось на части, чтобы не видеть во сне стального цвета глаза, не искать их в толпе, не прислушиваться к чужим голосам, в надежде услышать хоть один родной. - Ложись спать, - мужчина встал с постели, - Киро отменил вечернюю тренировку на сегодня. Выспись хорошенько и утром для тебя начнется новый виток жизни. Спи. Чмокнув подростка в лоб, Жерардо вышел из комнаты. Шатен задумчиво посмотрел ему в след. Пока не прошло нужное время, следует углубиться в учебу и тренировки. Хорошо бы еще как-нибудь развить пламя, но как это сделать юноша пока не представлял. Да и придумать, что сделать с кольцами Гведиче тоже нужно. Все же нельзя оставлять сильную семью без столь сильных артефактов. Но об этом можно будет подумать позже. Пока еще не все Хранители собраны. Решив, что подумает об этом в свое время, Тсунаеши собрал сумку на утро, развесил форму и лег на кровать. Все же, Симони-старший прав, ему нужно выспаться перед первым учебным днем. Погасив ночник, парень прикрыл глаза. Сегодня он шел по какому-то помещению, заполненному людьми. Он не понимал, где оказался. С одной из сторон послышался холодный голос. Савада мог узнать его из тысячи. Не долго думая, парень поспешил в ту сторону, откуда раздавался этот голос. То ,что он увидел, повергло юношу в шок: у алтаря стоял Хибари Кея в белоснежном костюме, а рядом… Рядом с ним стояла Мико. И девушка сейчас произносила слова свадебной клятвы. Упав на колени, парень продолжал наблюдать за происходящим. Вот произнесены последний слова, и священник объявляет о том, что жених может поцеловать невесту. Из горла вырывается громкий крик, полный боли и отчаяния, когда тонкие губы ГДК прикасаются к пухлым губкам Мико. Теперь он точно потерян. Потерян навсегда. - Тсу-кун, - слышится откуда-то сбоку, - Проснись. Это только сон, Тсу-кун. Давай же, открой глаза. Открыв глаза, он увидел обеспокоенного брата, который склонился над ним. Проведя рукой по своей щеке, парень обнаружил ,что она мокрая от слез. Тяжело вздохнув, юноша несмело улыбнулся. - Прости, просто кошмар приснился. - Не пугай меня так, - произнес рыжик, - Я с кровати упал ,когда услышал твой крик. - Я не хотел, - Тсунаеши приподнялся, - Ну что, на тренировку и в школу? - Так рано же еще, - Солнце улыбнулся. - Рано, не поздно. А я все равно уже проснулся. Парни засмеялись. Все же, хорошо иметь брата.