Не бросай меня в терновый куст

- Боже, перестань дергаться, Баки, - буркнул Стив из-за спины. - Но мне больно, - плаксиво пожаловался Зимний и попробовал посмотреть назад, вывернув голову. Раздался звонкий шлепок. - Перестань вертеться, я почти закончил, - миролюбиво добавил Роджерс. Баки уставился хмурым взглядом в миленькие бежеватые обои в квартире Стива и погладил ударенную задницу. - Когда ты достанешь уже? - Кто заставлял тебя лезть в терновый куст? - вместо ответа спросил Кэп и выдернул очередную колючку. - Мне казалось, ты был в опасности, - буркнул тот себе под нос. - Это очень мило, - Стив наклонился к его уху и мазнул по нему носом. Зимнего прошили мурашки и он против воли улыбнулся. - Но я сам могу за себя постоять, - и вытащил последнюю, самую большую колючку. Баки завопил и резко развернулся. Стив пощелкал перед его носом Наташиным пинцетом, за который она обещала оторвать им руки, если с ним что-то случится, и состроил невинную рожицу. Барнс криво усмехнулся и, опершись металлической рукой о кровать, повалил Роджерса. Тот слегка расставил ноги, чтобы Зимнему было удобнее, и провел кончиками пальцев по новым, почти затянувшимся шрамам на боках. - Тебе не стоит перенапрягаться, - он слегка нахмурился. - Кто сказал, что я перенапрягусь? - прошептал Баки прямо в губы Стива и прикусил за нижнюю губу. Роджерс улыбнулся, огладил широкими движениями голую спину Зимнего и утянул его в медленный, ленивый поцелуй. Баки запустил обычную руку под футболку Стива и потянул ее вверх. Роджерс рефлекторно приподнял бедра, выпутываясь из футболки, его пресс напрягся, когда он поднял руки, снимая вещь с шеи. Барнс не выдержал и провел языком между кубиками, глядя потемневшим взглядом в распахнутые глаза Стива, скользнул языком в пупок и, подтянувшись наверх, поцеловал Роджерса прямо в улыбающийся рот. Кэп закинул ноги на спину Баки, скрестив лодыжки, и потерся скрытым джинсами членом о ширинку Зимнего. Тот зашипел и прихватил зубами кожицу на белой, без единого шрамика, шее. Сам Баки еще до того, как стать Солдатом, отмечал каждую победу в битве парой-тройкой ран, заживавших, тогда казалось, вечность. Стив подставил шею и свистяще выдохнул, прижимая его еще ближе. Барнс, нежничая, широким мазком языка провел от шеи до ключицы, чувствуя бьющуюся жилку, оставил на горле мгновенно заалевший засос, вырвав у Стива полувздох-полустон. Прикусил косточку, тут же зализав выступившую кровь. Роджерс рыкнул и, вцепившись в длинные волосы, вполне понятным жестом толкнул Баки вниз. Тому нравилось, когда внешне правильный до зубовного скрежета Капитан Америка показывал свое жадное до секса и удовольствий нутро. Зимний расстегнул ремень, и, дразня, погладил твердый член сквозь джинсы. Роджерс сфокусировался на нем: - Если ты сейчас меня не трахнешь, я вырву тебе руку. Сжав член посильнее, Баки усмехнулся: - Меня заводит, когда ты ругаешься. Пуговица расстегнулась. Стив приподнял бедра и Барнс стащил с него джинсы. Он поцеловал натянувшую ткань головку сквозь боксеры и успел перехватить летящий к его голове кулак. Усмехнувшись, Зимний оттянул резинку, и стоящий член, покачиваясь, оказался прямо перед его лицом. Искушение было велико. Баки мягко коснулся кончиком языка головки, очерчивая ее по кругу. Стив запрокинул голову и что-то невнятно пробормотал. Барнс усмехнулся, спуская боксеры ниже, стаскивая со штанами, открывая полный доступ, и сразу насадился ртом до конца. Головка упиралась где-то глубоко в горле. Он чувствовал языком бешено бьющиеся венки, проводил по ним языком. Стив положил руку на его голову. Барнс тряхнул головой, ненавидя контроль, и начал двигаться. Слюна, смешиваясь со предъэякулятом, хлюпала и стекала к основанию. Зимний помогал себе рукой, почти выпуская член изо рта, а затем снова насаживаясь. Роджерс тяжело дышал, вскидывая бедра. Когда он мелко задрожал, готовясь кончить, Баки резко отстранился, с пошлым хлюпающим звуком выпуская член изо рта, и пережал основание. Стив разочарованно застонал, не в силах даже укоризненно посмотреть на Зимнего. Тот хитро улыбнулся вспухшими, маняще розовыми губами и взялся за свой ремень. Роджерс, глядя на то, как раздевается Джеймс, скользнул рукой к члену, сжимая его и лениво водя ладонью, больше дразня, чем действительно дроча. И, судя по сожравшим радужка зрачкам Зимнего, ему это удавалось. - Чертов засранец, - прорычал Баки, откидывая штаны с боксерами и набрасываясь на губы Кэпа. Стив рванул вперед, встречая на полпути, стукаясь зубами. Поцелуй получился грязным, мокрым, восхитительно пошлым. Барнс согнул одну ногу Кэпа в колене, проводя от ступни до бедра, а вторую Роджерс забросил на поясницу, пришпорив, как коня, пяткой по заднице. Баки рыкнул и сунул два пальца Стиву. Тот понятливо взял их в рот, обсасывая, щекоча языком и обильно смачивая слюной. Барнс смотрел на пошло раскинувшегося на кровати Капитана Америку, голого, полностью раскрытого для него и терся своим членом о его, заставляя выгибаться и легко прикусывать пальцы. Он вытащил руку, проигнорировал недоуменный взгляд Стива, у которого забрали игрушку, и вставил сразу оба пальца до конца, вырвав громкий стон. Он поглаживал мягкие стеночки, разводил пальцы вилкой и пил вздохи с губ Роджерса, раскрасневшегося и явно находящегося не на этой планете. - Ты такой красивый, - хрипло произнес Баки, оставляя почти целомудренный поцелуй на кривящихся губах. Кэп открыл глаза, улыбнулся и спросил, поднимаясь к губам Барнса: - Трахнешь уже может? Баки усмехнулся, поворачиваясь удобнее, еще раз провел рукой по ноге Стива, прижав ее к груди Роджерса, и вошел одним литым движением. Кэп застонал в голос, выгнувшись так, что оторвался лопатками от простыни. Барнс, давая ему привыкнуть, замер, наслаждаясь узостью и покрывая лицо Стива легкими поцелуями. Пинок пяткой по заднице стал сигналом двигаться, и он, начав медленно и мягко, на пятом толчке сорвался на бешеный темп, приподнимая Роджерса за задницу, раскрывая еще больше. Ноги Кэпа разъехались в стороны, он уперся ими в кровать, подмахивая Баки. Барнс наклонился вперед, ложась на Стива сверху, и утянул его в грязный кусачий поцелуй, не переставая двигаться. Скользнул губами по щеке, уху, оставляя метку на шее, плече, кадыке, царапая щетиной и не особенно церемонясь. Роджерс потянулся к своему члену, чувствуя, что уже на грани, но Барнс перехватил его руку, проводя по члену металлической рукой, аккуратно держа за головку и щекоча дырочку уретры. От ощущения холодного металла Стива бросило по ощущениям с самой верхушки башни Старка, и он кончил, пачкая руку Баки и свой живот. Зимнему хватило пары сорванных движений в сокращающейся дырке, после чего он кончил глубоко внутри Стива, падая на него сверху. - Не вздумай говорить, что я тяжелый, Стиви, - пробормотал он Кэпу в висок. - Ты отвратителен, - рассмеялся тот, хлопая Зимнего по спине, чтобы тот дал встать. - Я в душ, потому что нам еще идти отчитываться перед Фьюри за твое безрассудство. Барнс просто показал ему средний палец металлической руки, даже не отрывая головы от подушки. Роджерс кинул в него своей футболкой, которая оказалась на декоративной вазе, принесенной Наташей, когда она пыталась облагородить их комнату, и поспешил в душ.