Обычный день в Хогвартсе

      - «В …надцатом году … прибыл для…» Подметания? Нет, сомнительно. Наверное, всё-таки «подписания». Это в любом случае не объясняет, как конспект по истории затесался в стопку по травологии, – как и каждое утро раздавался в их комнате голос Ребекки. Она относилась к тому типу людей, которые просто не умели говорить тихо. Или хотя бы думать про себя. А ещё она раньше всех вставала. И оставляла свои вещи буквально всюду. Словом не лучшая соседка. Эмили лежала с закрытыми глазами и мысленно завидовала Софи. Ничто в целом мире не могло её разбудить.       Кое-как собравшись, благо этот навык был уже отработан, девочки спустились на завтрак. Большой зал лениво гудел: кто-то болтал с друзьями, кто-то повторял уроки. Софи почти плакала, разглядывая стол. Она обожала вкусно поесть и никак не могла привыкнуть питаться столь однообразно. Эмили решительно не понимала, как тут помогут жалобы вслух, но молчала. Зачем ссориться по пустякам с теми, с кем ей ещё жить вместе столько лет? - Палочка! - воскликнул кто-то. – Я забыл её в спальне. Знакомо. Эмили тоже не сразу привыкла всюду таскать волшебную палочку с собой. - Нужна она ему, - протянула Ребекка, любившая комментировать всё и вся. – Что с ней сделаешь-то? Вот научилась я вчера превращать спички в иголки, а дальше что? Куда мне деть коробок иголок? - Ты хотя бы научилась, - ответила ей Софи. - Потому что потратила на это время. Говорила вам: останьтесь в гостиной! А вы пошли на тренировку смотреть. И зачем спрашивается? - Мы хотели позаниматься у озера, - снова попыталась объяснить Эмили (хотя и знала, что это бесполезно). Да, идея тогда звучала просто здорово. Но на деле оказалось, что сидеть на земле неудобно. Сама Эмили быстро замерзла и рада была бы вернуться в замок, но Софи начала уговаривать её пойти посмотреть на квиддич и пришлось согласиться. В целом, она даже не пожалела об этом. Полеты на метлах это зрелищно.       В первые дни замок казался Эмили чудовищно огромным. Но со временем она выучила что где. И пусть школа всё ещё была большой, но она больше не казалась столь интересной. В основном, потому что состояла из самых банальных классов и коридоров, похожих друг на друга. И даже говорящие портреты не спасали положение. Откровенно говоря, Эмили ещё не решила, как к ним относиться: то ли бояться, то ли игнорировать. Всё равно большинство нарисованных людей не хотело общаться с живыми.

***

      Подперев рукой щеку, Эмили смотрела в окно. Она давно перестала записывать теорию на Чарах. Нет, профессор Флитвик говорил вполне четко и не очень быстро, но слишком часто произносил настолько длинные и сложные слова, что записать их на слух не представлялось возможным. А грифельной доски в его кабинете не было. Иногда кто-то предпринимал робкую попытку переспросить. Но все подобные просьбы игнорировались. К счастью, обычно эта болтология длилась минут 20-30, а затем была практика. К тому времени Эмили отрывалась от окна, которое уже могла бы нарисовать по памяти, и подключалась к выучиванию движений палочкой и слов. Старшекурсники говорили, что экзамен по Чарам вполне зачтут, если сдашь хотя бы практику. Хуже дело обстояло с Трансфигурацией. Макгонагалл требовала наличие всех конспектов, которые так старательно им диктовала. Эмили уже чуть ли не со слезами вспоминала свою любимую шариковую ручку. Писать пером было неудобно, весь пергамент устилали кляксы, а пару раз она переворачивала чернильницу, которая заливала всё кругом. Хорошо, хоть одежду стирали домовые эльфы. Раньше у Эмили был не самым красивый почерк, но вполне читаемый. Сейчас же она порой ужасалась корявым каракулям, что выводила её рука. Но приходилось выбирать: либо писать красиво и безнадежно отстать от диктовки, либо всё-таки быстро записать всё как получится. В крайнем случае, непонятные слова можно было переспросить у Ребекки. Её мать была ведьмой и заранее научила свою дочь некоторым премудростям волшебного мира. Например, как писать пером. Эмили, как и другим маглорожденным, пришлось учиться этому самостоятельно.       Меню обеда было невероятно предсказуемо. Эмили машинально жевала картошку, периодически запивая её тыквенным соком. Его вкус ей до ужаса надоел, но альтернативы не было. Нет, в теории, конечно, можно было испарить сок, налить в кубок воду из палочки, нагреть её заклинанием и заварить чай. А на практике до такой сложной магии им было ещё далеко. Всё же недаром Ребекка вечно возмущалась, что существует много полезных практических заклинаний, а вместо этого их учат непойми чему.       День тянулся невероятно долго. Уроки нельзя было прогулять, да и после некуда было пойти. Вокруг не было ни кафешек, ни кинотеатра, ни парка. Даже обожаемый мр3-плеер не хотел работать в стенах замках. Вынужденное существование без любимой музыки угнетало многих маглорожденных. Что уж говорить о тех, кто жить не мог без телевизора или видеоигр! Эмили сбегала на совятню, отправить родителям дежурное письмо с уверениями, что всё хорошо, она разве что самую малость скучает по ним и всё ещё расстраивается, потому что волшебнику нельзя купить себе небольшого дракончика. Всё это было ложью. Эмили хотела обнять родителей, посидеть в семейном кругу, повозиться с маленькой сестрёнкой. Она хотела позвонить лучшей подружке и поболтать о новой серии «Космических героев». В конце концов, она хотела хоть кому-то нажаловаться на всё то, что так её достало. А на невозможность получить ручного дракона ей было плевать.

***

      Шум разговоров вокруг сливался в монотонный гул. Эмили почти привыкла к нему. Почти. Но не настолько, чтобы сосредоточиться на книге. Нет, она любила читать фантастические повести, например, но в руках был скучный учебник. Его автор уже страниц десять рассуждал о свойствах магических роз. Возможно, это было бы интересным, но Эмили сильно устала за день и окончательно запуталась в названиях роз, которые были написаны на латыни. Девочка перевела взгляд на сидевших рядом. Два парня, забив на уроки, оживленно обсуждали квиддич. Они выглядели довольными. Может, и она привыкнет к тому, что в этом мире магия просто обыденность? Что день, наполненный заклинаниями, движущимися лестницами, призраками и всем-всем прочим, самый обычный? Эмили захлопнула книгу и поднялась в спальню. Сидя на кровати, Софи прижимала к себе подушку и рыдала. - Я так устала, я домой хочу, - жаловалась она не то Эмили, не то самой себе. – У меня ничего не выходит! Не могу я всё это запомнить! И тот котел на прошлой неделе… взорвался мне прямо в лицо! В лицо! Я думала… думала, я умру! Было так страшно! Эмили присела рядом с ней и успокаивающе погладила по плечу. Она понимала, что нужно сказать что-то ободряющее, сказать хоть что-то, но не находила слов.