Дважды в одну реку...

ROV Мэрилин.

      Я проснулась ранним утром от того, что правая сторона тела катастрофически замёрзла, зато с левой было ощущение включенного на полную мощность обогревателя. Мягкий свет ночника освещал комнату, а я спросонья сначала даже не поняла, где нахожусь. Слегка повернув голову, мои глаза тут же наткнулись на крепко спящую Вику, намертво ухватившую своей рукой мою талию. Её голова прислонилась к моему плечу, а лицо во сне было безмятежным и спокойным, делая его невероятно нежным и трогательным. Её губы были чуть приоткрыты, от чего она казалось настолько домашней и очень милой, что у меня мгновенно сжалось сердце от тоски.       Господи, как же я хочу быть с ней! Проводить вместе дни и ночи, засыпать и просыпаться — да просто всегда быть рядом, так обыкновенно и так совсем по-человечески. Пожалуй, при таких обстоятельствах я была бы не прочь прожить долгую-долгую жизнь и умереть от старости…       Вместе… Вот только это мне уже не суждено…       Подцепив пальцами ног, валявшееся внизу одеяло и изо всех сил стараясь не разбудить сладко спящую Вику, я укутала нас обеих поплотнее и, немного повозившись устраиваясь поудобнее в кольце её крепких, но очень нежных рук, вновь провалилась в свой тревожный сон.       Моё второе пробуждение было не столь приятным. Кто-то упорно тормошил меня за плечо, а я, лениво отбиваясь, перевернулась на другой бок, так и не открыв глаз. Ну что за люди? Я спать хочу… Неужели не понятно?       Но этот кто-то никак не успокаивался, подсунув мне под ухо громко орущий телефон с какой-то бодренькой мелодией! Вновь отмахнувшись от надоедливой приставучки, я накрыла голову подушкой…       — Керро! Сейчас же вставай, соня ты эдакая! — донёсся до меня грозный голос, впрочем, с явно проскальзывающими в нём смешинками. — Живо поднимай свою прекрасную задницу. Уже день давно на дворе, а ещё надо успеть кучу дел переделать!       Мой сон, как рукой сняло. Мигом сев на кровати, я пыталась вникнуть в происходящее. Память услужливо и быстро подбрасывала картинки вчерашнего дня…       Испытание… Лес… Видения… Ледяная земля… Вика… Её квартира… Ночь… Сказочно потрясающая ночь… Может, лучшая в моей жизни…       А сейчас Виктория меня упорно будит и торопит. Она сказала что-то про дела… Ну да, конечно, у неё же, наверное, куча дел! Вчера я попросила её остаться со мной. Она согласилась и была эта совершенно необыкновенная для меня ночь…       Но это было вчера…       А сегодня ни «доброе утро!», ни «как ты себя чувствуешь?», ни даже банального и невинного утреннего поцелуя… А ещё сегодня у неё «куча дел» и мне здесь явно больше нечего делать…       Моя маленькая сказка как-то очень быстро и нелепо закончилась… Ну, а что ты хотела? Что она будет возиться с тобой всё оставшееся время?       Нет конечно. Нафига ей это надо-то?! Давай, Мэри, поднимайся и быстренько выметайся!       — Вик, где моя одежда? — сдержанно спрашиваю её.       Райдос, вытащив из шкафа вешалку с моими вещами, сообщила, что пошла ставить чайник и очень быстро покинула комнату. Почти убежала… Вот это да! Да ей настолько неприятно моё общество, что она не может побыть со мной и лишней минуты? Круто… Удовлетворив свои сексуальные инстинкты, Вика на меня и смотреть теперь не хочет?!       Ай… Да какая мне разница-то? Мне уже всё равно, кто и как ко мне относится… Не стоит даже забивать себе этим голову… Ты же не рассчитывала…хм…на что-то типа любви?! Напоследок…       Хм… Нет, конечно, нет… В этом безумном мире для меня не нашлось этого красивого чувства, как, впрочем, и просто места в нём для меня самой… Я здесь совсем чужая и ненужная…       Мрачные мысли вовсе не мешали мне быстро одеваться и приводить себя в порядок, так что спустя минут десять я появилась на пороге кухни при полном параде. Я не буду плакать и унижаться! Просто поблагодарю её и быстро уйду…       — Собралась уже? Это хорошо… — Вика заметила меня и тут же поставила чашку с дымящимся чаем на стол и, уже через секунду вновь отвернувшись к плите, быстро выкладывала на тарелку омлет.       Я только отрицательно покачала головой. Впрочем, она, стоя спиной, этого не видела… Из-за моего поганого настроения, ни есть, ни пить совсем не хотелось. Интересно, а когда я вообще последний раз что-то ела? Не помню…       — Не надо этого ничего, Вик. — я произнесла это негромко, но очень твёрдо, стараясь казаться сильной. — Я не хочу завтракать и не буду тебе больше мешать. Если у тебя дела, что же ты раньше меня не разбудила? Сейчас бы не нервничала и не злилась так. Ты  не   переживай, я уже ухожу! Мне хотелось только сказать тебе спасибо… За всё спасибо…       Слова давались мне нелегко. Последние силы ушли на то, чтобы не показать ей своей боли, поэтому, кое-как быстро вывалив всё это, я тут же развернулась и собралась уйти, но грозный приказной тон, заставил меня вздрогнуть и замереть.       — Стоять! И далеко ты собралась, я не поняла?! — спросила Вика таким властным голосом, что у меня по спине побежали мурашки. — Идиотка! Мои дела — это ты! А нервничаю я потому, что у нас с тобой поезд через три часа. Поэтому давай, быстро садись за стол и ешь!       Я опешив, молча смотрела на неё.       — Марусь… — моё переделанное на русский манер имя прозвучало невероятно нежно сейчас, от командирского тона не осталось и следа, а я катастрофически не успевала за сменой её настроения. — Садись, пожалуйста, завтракать… Понимаешь, это проклятье на тебе само по себе никуда не денется. Мы едем в Питер. Просто я подумала — если ты сама не можешь снять эту хрень, то и мне одной это будет не под силу. А Ковен это очень мощная штука, можешь не сомневаться! Так что, давай быстренько завтракай, а я пока пойду переоденусь, хорошо?       Я ошарашенно кивнула, усаживаясь за стол и беря в руки вилку… Виктория, тепло улыбнувшись, умчалась переодеваться, а я с наслаждением отправила в рот первый кусочек и тут же поняла, что просто неимоверно хочу есть! Желудок, правда, возмущённо заворчал. Ну как же — его снова заставляют работать впервые за прошедшие…эм…сколько дней?! Послав куда подальше нахального лентяя, я быстро поглощала пищу, запивая омлет чертовски ароматным чаем. Лучше бы какао, но я понимаю, это уже полная наглость с моей стороны. Пока переполненный в кои-то веки желудок нехотя переваривал еду, мысли носились у меня в голове, словно обезумевшие…       Это что же получается? Вика не только не прогнала меня, но и мы едем в Питер! В ковен… В самый сильный Ковен России… Тут же вспомнилась Наталья Бантеева, пришедшая поддержать именно меня на финале два года назад… И её предложение быть с ними. Мой отказ… Хм… Мне тогда, кроме Саши никто не был нужен, а теперь… Да хрен она теперь станет мне помогать, а Виктория не знает всей этой не особо лицеприятной истории. Только я не буду ей ничего говорить. Надо, наверное… Но тогда…ведь мы никуда не поедем, и она меня отправит сейчас домой… А я не хочу домой! Блин, веду себя, наверное, как маленькая… Только…       Я хочу быть с Викой! И мне всё равно — где и как…       Спустя два с половиной часа мы уже удобно устроились в двухместном вагоне СВ, и под мерный стук колёс Виктория завела, наконец, интересующий её разговор.       — Ну давай рассказывай всё в самых мельчайших деталях… Сама понимаешь, как это важно! Кто, когда, как? И почему ты, засранка, помалкивала?       Ох… Сколько же вопросов сразу свалилось на мою несчастную голову… Я полезла в свою дамскую сумочку и положила на стол тот самый маленький чёрный камушек.       — Это обсидиан. Ты разбираешься в камнях?       Вика отрицательно качает головой:       — Неа. Совсем не моя тема…       — Понятно… — продолжаю я. — Этот камень сам по себе обладает невероятной мощью и энергетикой. Это защитный оберег и исполнитель желаний… А если его ещё и зарядит кто-то не слабый, вроде Шепса, так вообще чертовски мощная штука получается…       — Что? Это… Он тебя… — Вика, кажется, потеряла дар речи.       — Нет-нет! Успокойся, пожалуйста! Сашка дал мне его для защиты и для работы. А ещё…хм… Для исполнения какого-нибудь одного самого заветного желания на мой выбор… Ну это что-то типа прощального подарка… Только вот вся фишка в том, что он мне его вручил не в самый подходящий момент.       Я замолчала, уставившись в темноту за окном поезда и мелькавшие мутно жёлтые фонари, сливавшиеся в одну сплошную полоску от большой скорости движения состава. Совсем не хотелось ворошить прошлое и выставлять себя в глазах Вики полной неудачницей и идиоткой, но она молча и упрямо ждала продолжения…       — Мы встретились в кафе незадолго до начала съёмок Битвы и он вручил мне его… А я… Зачем-то полезла с глупыми вопросами к нему… Хм… Знаешь, мужиков вообще лучше ни о чём не расспрашивать — здоровее будешь! Ну короче, взяла и спросила: любил ли он меня хоть когда-нибудь?       Дальше рассказывать стало совсем невмоготу. Скинув туфли, я забралась с ногами на вагонную полку и подтянув к себе коленки, обхватила их дрожащими руками… Через несколько секунд Вика оказалась рядом, мягко обняла за плечи и, аккуратно, но настойчиво притянув к себе, положила мою голову на плечо, нежно поглаживая рукой подрагивающую спину… Очень хотелось закрыть глаза и полностью раствориться в этом кайфе, но она ждала продолжения…       — Он не стал врать и сказал, что нет, не любил… Они с Аброром на меня поспорили…       Рука вмиг застыла на моей спине, как и сама Вика, кажется, забывшая выдохнуть.       — Воот… Камень был крепко зажат в моей ладони, а меня всю трясло… Понимаешь, Вик, я для него оказалось… Вещью, игрушкой, этакой красивой куклой… — Ого, как на Вику действует мой рассказ — она аж передёрнулась вся! Блин, надо его как-то по-быстрому уже закончить… — Выскочив из кафе, я стала ловить машину, чтобы оказаться побыстрее дома, а в голове засела одна единственная мысль: «Я не хочу больше жить в этом дерьмовом мире!»…       Райдос ошарашенно отстранилась и во все глаза уставилась на меня.       — Так… Ты сама… Ты сама себя прокляла? Блять!       Вика вскочила с места, нервно хватая сумку и выуживая оттуда пачку сигарет, резко развернулась и выбежала из купе, хлопнув дверью так, что у меня в голове, кажется, что-то взорвалось…       Я уставилась в одну точку и просто ждала… А что мне ещё оставалось делать? Сейчас покурит и вернётся читать мне нотации. Можно подумать, я сама не знаю, что самое мощное проклятие — это проклятие, произнесённое на сильнейших эмоциях! Да ещё и с этим чёртовым камнем в руке…       Проклятие, брошенное в сердцах охренительно сильной ведьмой… Да-да, я о себе сейчас говорю без ложной скромности…       К тому же, проклятие на себя саму! Можно подумать, я не знаю, что такие проклятия практически невозможно снять… И да, мы, скорее всего, зря едем в Питер…       Зато, побуду ещё немного с Викой, а она посетит хоть ненадолго родной город. А потом, наверняка, как только мы вернёмся домой она меня пошлёт так далеко, что я оттуда точно уже не вернусь…       Виктории не было уже слишком много времени. Похоже, всё гораздо хуже, чем я думала… Наконец, дверь медленно, словно нехотя приоткрылась. Вика, опустив голову и так и не поднимая глаз, мрачно плюхнулась на своё место. Не рядом, а на своё…       — Хм… Вик, да не расстраивайся ты так! Ну прости, что сразу не сказала…       Я внимательно смотрела на неё, но она, отвернув голову к окну, упорно молчала.       — Вик… Я…просто хотела ещё немножко побыть с тобой… Прости идиотку… Да не переживай ты так и не злись, пожалуйста. Как только приедем, я сразу возьму обратный билет и не буду тебя больше напрягать…       Молчание… Тяжёлое… Давящее…       — И вообще, знаешь, за всё прости: и за то, что так нелепо и не вовремя ворвалась в твою жизнь, и за то, что просто хочу быть рядом… Я — эгоистка, да… Вик… Ну скажи хоть что-нибудь, а?       Райдос, кажется, меня совсем не слышала… Или не хотела слышать… Её молчание давило так сильно, что мне реально казалось — я умру сейчас, прямо здесь, а не на этом чёртовом шоссе в какой-то непонятной серой машине… Сердце болезненно сжалось, отказываясь гонять кровь. Мне катастрофически не хватало воздуха.       — В-и-к-ааа…       Не выдержав, я схватила куртку со своей сумочкой и выбежала в коридор. В тамбуре, распахнув на распашку окно, я судорожно пыталась вдохнуть воздух. Пока шальная мысль не посетила голову — а зачем? Зачем тебе это всё? Неделей раньше, неделей позже — какая нахрен разница?!       Побросав свои вещи прямо на пол, я устало сползла по стене и, обхватив колени руками, прикрыла глаза. Полная апатия и тоска овладели мной…       Сколько прошло времени, я не знаю, только из ступора меня вывели чьи-то сильные руки, поднимавшие с пола.       — Пиздец, Керро! Ты всегда такая шустрая?! А какие-то идиоты ещё утверждают, что эстонцы медлительные, блять! Лично я за тобой нихрена не успеваю… — выговаривала Вика, усердно стараясь меня привести в вертикальное положение. Я подчинилась, нехотя вставая и облокачиваясь спиной о стену, потому что ватные ноги всё ещё плохо держали моё тело.       — Далеко ты умчалась-то, стрекоза? Да. Я в шоке от того, что ты мне рассказала… Только, знаешь, я думаю, усилиями целиком всего ковена нам удастся справиться с твоим проклятьем. Ленку же вытащили с того света! И тебя туда не отпустим — даже не надейся…       — Ленку?!       — Ага. Ясевич. Она же, когда поняла, что с братом сотворила, тоже себя прокляла… ООО… Никогда не забуду тот ритуал — я от него целую неделю в себя приходила потом…       Я во все глаза смотрела на Вику и отчётливо понимала — она не врёт, не пытается меня просто поддержать… Значит… Твою мать, значит у меня есть шанс?!       — Только тут в другом заморочка… — как-то странно и нерешительно произнесла питерская ведьма, а я мгновенно насторожилась. Ну что ж такое? Только начинаешь верить и…  Что? Какая ещё «заморочка»-то?!       — Понимаешь, Наташка с Леной перед этим ритуалом несколько месяцев беседы вела на тему, что надо жить не смотря ни на что, что все могут ошибиться, что все мы не боги… — я, замерев, смотрела на Вику, пока не понимая, куда она клонит. — Марусь, да не хотела она, точно так же как и ты, жить! Сама понимаешь ведь! Можно провести хоть сотню ритуалов, только, если у человека нет стимула и желания жить — всё бесполезно…       Хм… Я наконец поняла, о чём она говорит… Ну да, у меня нет этих месяцев, а лишь неделя или чуть больше… Виктория пыталась узнать, а хочу ли я жить? Передумала ли я с тех пор, как проклинала себя и весь этот мир…       Я молча смотрела на неё и не знала ответа…       Да. Хотела… Но только с ней…рядом…       Правда не знала, а чего хочет она? Вика никак не обозначила своё отношение ко мне. Кто я для неё? Красивая игрушка на ночь? Только, чего она тогда так со мной нянчится? Просто по-дружески, наверное. А как ещё? Она помогает мне просто из-за обычного человеческого сострадания к коллеге-ведьме…       Хм… Тогда получается, что с тех пор, как я себя прокляла ничего не изменилось!       Не выдержав, я отвернулась к открытому окну, подставляя лицо под обжигающе холодные порывы ветра. По щекам катились капельки слёз, сдерживать и прятать которые я и не собиралась потому, что очень отчётливо поняла вдруг…       Мы совершенно точно зря едем в Питер! …