3. Сложности отношений

Харука тяжело вздохнула перед входом. Как бы стыдно не было признавать, а коленки у неё дрожали так же, как и года два назад. Она тогда была ещё совсем девчонкой, не знающей мира. Мечтала путешествовать, найти верных друзей и вляпаться в самое захватывающее приключение. Вляпалась. Теперь ей почти восемнадцать, и не было бы ни одного человека, который бы не знал её имени. Она — Чемпион. Владелица древних Богов, что послушно спали в её кармане. Харука вновь вздохнула, перекатываясь с носков на пятки и пытаясь заставить себя успокоиться. Подумаешь, вновь увидеться с ним. Ха! Да она виделась с такими людьми и чудовищами, что у остальных бы уже волосы давно поседели. Подумаешь, не виделись несколько месяцев. Подумаешь, она мечтала хотя бы глазком заметить его среди толпы. Подумаешь... Ха. Но Харука всё равно ощущала дрожь по всему телу, словно вновь оказалась с ним на одном поле боя. В качестве противников. Снова. Она зажмурилась и, резко выдохнув, отворила тяжёлые двери. Стивен лишь поднял на неё глаза и легко кивнул, продолжая подписывать какие-то бумаги. Харука напряжённо сглотнула и, слегка подёргиваясь, прошла в кабинет, усаживаясь на мягкое кресло перед его столом. Вообще-то это было единственное приятное место в душной комнате — мягкое, словно мех алтарии, в нём хотелось сидеть вечно, видя приятные сны. Стивен шуршал бумагами, сосредоточенно вглядываясь в буквы. Харука не видела его уже несколько месяцев. Она всё это время была в Калосе, где помогала разобраться с последствиями возрождения Ивелталя и деятельности команды Флэр. И была поражена, какой ребёнок смог все предотвратить. Поражена, что это сделал такой же ребёнок, какой была когда-то и она сама. Серена, милая светловолосая девушка с бездонными печальными глазами, приютила в своих тонких ладонях саму Смерть, что надёжно прикрывала ей спину. Харука любовно погладила покеболлы Рейквазы и Квайогра. За два года она правда полюбила их. Перестала бояться и дрожать от страха и паники, когда перед ней возникали их величественные тела. Да и они сами привязались к ней. И было так тепло и радостно на душе от осознания такого простого факта, что хоть кому-то она нужна. — Как всё прошло? — внезапно спросил Стивен, отчего Харука вздрогнула, нервно передёрнула плечами и облизнула пересохшие губы. — Мы всё... ум... всё, что можно было, я сделала. И... всё, что требовалось от меня, тоже. — Что именно? — Стивен отложил документы в сторону и прямо посмотрел ей в глаза. Харука вся сжалась, но старалась не показывать этого. Примерно как год она просто боялась его. Боялась говорить в его присутствии. Боялась улыбаться, когда он смотрел. Боялась даже появляться в поле его зрения. Ведь осознание вязкой жижей растекалось у неё внутри. Тупой болью и разочарованием. Харука сбегала в небо, подальше от его пытливого взгляда. От желанного запаха. От него. — Встретилась с Сереной, — вздохнула Харука. — Девочкой, которую признал Ивелталь. Это самое главное, что я должна была сделать. — А что с Диансией? — ей показалось, или Стивен вздохнул с примесью какой-то усталости? Харука сглотнула, удобнее устраиваясь в кресле и поглаживая покеболл Рейквазы. Волны спокойствия растекались по её телу, и она даже позволила себе чуть растянуть губы в улыбке. И, кажется, это не скрылось от глаз Стивена. Харука прикрыла глаза, пытаясь не замечать его пристального взгляда. — Она больше не Чемпион. Серена заняла её место. А ещё... Мы хорошо провели вместе время. Я вытащила её из больницы, чтобы она развеялась. — Ей сильно досталось? — спросил Стивен, и нотки беспокойства были слышны в его голосе. Харука сжала челюсти, пытаясь не скривить лицо. Чёрная зависть бурей захватила всё её существо, но быстро успокоилась, когда пальцы коснулись холодного (и даже, кажется, немного мокрого) покеболла, где тревожно хлопал водяными плавниками-крыльями Квайогр. Она попыталась незаметно вздохнуть, чтобы успокоиться. Конечно, если бы сама Харука попала бы в больницу, этот напыщенный чатот ни за что бы не беспокоился так, как за свою дорогую Диансию. Конечно, они ведь почти в одно время стали Чемпионами и всегда поддерживали друг друга. Конечно, ведь он не знает, что за ужасное чувство цветёт и увядает в её сердце. — Да, — вздохнула Харука. — Были переломаны почти все рёбра, руки и тазовые кости. Чудо, что она вообще может ходить. Я рада, что она осталась в живых. Харука не врала. Она правда была счастлива, что Диансия не умерла. Ведь эта красивая женщина, что, казалось, светилась изнутри, была первой, кто поддержал её. Не боялся её. И даже жалел её. Стивен облегчённо выдохнул, откидываясь на спинку обшитого кожей стула. Хакура облизнула губы, снова ловя его стальной взгляд, и непрошенный румянец показался на её скулах. — А что с Флэр? — Все в тюрьме. Лидера допрашивали, но тот даже на момент моего отъезда всё ещё отказывался что-либо говорить. Крепкий, гад, — прошипела Харука, вспоминая его надменное лицо. И как он бесстрашно смотрел на неё. И на Богов за её спиной. Настоящий Бог... уже скоро придёт. Харуку передёрнуло, но она не показала беспокойства на своём лице. Не время показывать себя слабой и трясущейся от страха. Не сейчас. Не здесь. Не перед ним. Стивен вздохнул, и Харука внезапно заметила синяки, темнеющие под глазами. — Ты сколько уже не спал? — тревожно спросила она, порываясь вскочить с кресла, но заставила себя остаться на месте. — Несколько дней... — пробормотал Стивен. — Но это не так важно. Ты лучше скажи, как умудрилась снова прийти ко мне в неподобающем виде? Харука удивлённо хлопнула веками. — В смысле? — не поняла она. — Деловой костюм, как ты всегда и говорил мне. Юбка до колена и блузка, а что не так? — нервно сглотнула Харука, одёргивая рукава. — Волосы, — коротко бросил Стивен, разминая шею. Он казался слишком помятым и вымотанным. Но даже так его костюм был идеально выглажен, ботинки — начищены, причёска — опрятной и аккуратной. Харука пристыжено пригладила свои густые волосы, которые забыла расчесать после очередного полёта на Рейквазе. Прекрасного полёта, где никому не была важна её личность. — Сколько раз я уже говорил тебе, чтобы ты прекратила эти полёты, Харука? — процедил Стивен, сжимая кулаки. — Ты должна подавать пример тренерам, а не вести себя, как ребёнок. То, что ребёнок оседлать Рейквазу вряд ли сможет, она решила умолчать. — Но Стивен... — начала Харука, пытаясь защитить последнее, что давало ей чувство свободы. — И эти твои подводные вылазки, — недовольно прошипел он, скрещивая руки на груди. — Думаешь, разгуливать по морю на Легенде — это то, что должен делать Чемпион? Квайогр грозно заплескался в покеболле, словно бы пытаясь вылить всю свою злость на обидчика. — Как ты не можешь понять, что однажды всё это плохо кончится, — прошептал Стивен, тяжело вздыхая. Харука поражённо замерла, не веря своим ушам, но в следующий момент ярая злость захватила её. Как... как... да как он не может понять этого?! — Всё это, — передразнила она его, вскакивая с кресла, — единственное, что ещё заставляет меня держаться на плаву! — прошипела Харука, сжимая челюсти, и слова желчными иглами вываливались из её рта. Стивен прищурил глаза, грозно стискивая кулаки. — Ты — всего лишь маленькая девочка, которая совершенно ничего не знает о жизни. Спряталась за своих Легенд и мнишь их своими единственными друзьями. Однажды... Поверь мне, однажды они запросто смогут убить тебя. — Как это пытался сделать запертый вами Гроудон? — закричала Харука, распыляясь. В душе у неё плескалось бушующее море, грозящее вылиться разъярённым штормом наружу. Как же давно она хотела увидеть его! Хотела улыбнуться и поздороваться! А он... он... вновь пристыдил, словно напоминая о различии. Между ними. О том, что высокородный принц и девочка из леса никогда не смогут быть вместе. — Тебе напомнить, что именно благодаря мне вы смогли его запереть? Или напомнить, что Диоксиса и тот чёртов метеорит тоже благодаря мне удалось устранить? Или правильнее будет сказать, что благодаря мне, по доброте душевной сделавшей всё это в одиночку, вы все ещё живы?! Харуке хотелось плакать. Рыдать, рвать и метать. Уничтожить всё вокруг. И это его каменное выражение лица. Стереть его. Увидеть удивление или радость. Увидеть хоть что-то, кроме усталости и раздражения. Харука задрожала, не зная, как успокоиться. Как остановиться. И как перестать ненавидеть его. За то, что не увидел её чувств. И до сих пор не видит. — Разве маленькая девочка может сделать всё это? — прошептала Харука, обессилено падая в кресло. Одинокие слёзы потекли по щекам. Слишком долго она держала их в себе. Целых два года. С того самого момента, как заняла место Чемпиона. — Разве я так многого прошу? Стивен встал из-за стола, потерев переносицу. — Я же сам волнуюсь за тебя, Харука, — тихо проговорил он. И вдруг стало заметно, что всегда идеальная причёска сейчас была не такой идеальной. И несколько мятых складок внезапно обнаружились на рубашке. И неприкрытое, искреннее удивление, и что-то ещё, о чём Харука запретила себе думать и мечтать уже больше года назад. — Ты... ты же такая... — Замолчи, Стивен, — резко произнесла Харука, вставая с кресла. Нельзя. Нельзя было думать об этом! Не сейчас, когда внутри бушевал океан, готовый вылиться на берег огромным цунами. Не сейчас, когда в душе было столько гнева и боли, которые молниями пронзали необъятное грозовое небо. — Я доложила тебе про всё, что должна была, а потому мне уже пора. Стивен замолчал, прикрыв глаза, и прошёл обратно за свой стол. И что-то в его широкой спине заставило Харуку всхлипнуть. Тихо, незаметно, рвано. Она поджала губы и развернулась, чтобы уже покинуть эту душную комнату. Неудобная рубашка давила на горло, неприятно прикасалась к телу, сковывала привычные широкие движения. Харука скривилась и быстрыми шагами дошла до двери. — Не смей уходить, — прошипел Стивен напряжённо, даже с нотками тревоги и беспокойства. Но Харуке было плевать на это. Внутри всё вспыхнуло ярчайшей молнией, забуянило высочайшими волнами. Харука медленно обернулась, нацепляя на лицо милую улыбку, которая сопровождала её эти два долгих года. Бесконечно долгих и тяжёлых. Ненавистных и обожаемых одновременно. Квайогр торжественно разлился океаном в покеболле, побуждая к действию. Рейкваза завертелся кольцами, пытаясь успокоить. Харука взглянула в напряжённое лицо Стивена: такие любимые стальные глаза, высокий лоб, тонкий подбородок. Он стоял и мрачно смотрел на неё, сжимая кулаки. И что-то было непонятное в этой позе, в этом выражении. Что-то странное и пугающее. — Ты ещё и указываешь мне? — отчаянно ухмыльнулась Харука, сглатывая вставший поперёк горла комок. — Тебе напомнить, кто я? — она покачала головой, пытаясь прекратить дрожать расплывающуюся улыбку. — Я Чемпион, Стивен. Я чёртов Чемпион, который уже целых, что б их, чёртовых два года влюблена в директора Девона, который, что б тебя, пытается изо всех сил не замечать этого. Харука истерично засмеялась. Вспомнились внезапно разрушенные города, бушующее море, кипящая лава и вопли умирающих людей. Вспомнились кошмары, преследующие её уже целых два бесконечных года. — До свидания, председатель, — она резко развернулась на каблуках и, выйдя из кабинета, хлопнула дверью, оставляя удивлённого Стивена там, за этой стеной. И вдруг что-то порвалось, что-то очень важное и нужное. Что-то, что держало её целых два года. Что не позволяло плакать и жаловаться. Харука сделала шаг дрожащей ногой, сглотнула и упала на пол. — Я... — она прикрыла глаза, судорожно вздыхая, и прошипела, почти выплюнула единственное слово, которое окутывало её железными цепями: — Чемпион. Харука тяжело поднялась и направилась дальше по коридору к выходу. В Лиге сегодня ожидался новый претендент. Вот там она всю свою злость и выльет. *** Стивен всегда заставлял себя быть строгим и серьёзным. Особенно по отношению к новому Чемпиону, что оказалась сильнейшим тренером в Хоэнн в свои шестнадцать лет. Он никогда и не думал, что сможет проиграть девчонке, с которой встретился совершенно случайно и на которую позже рассчитывал, как на своего близкого товарища. Харука была светлой, улыбчивой и быстро находила общий язык как с людьми, так и с покемонами. В отличие от Стивена. А ещё она была до ужаса одинокой. Хоть и не показывала этого никому. Она была одинока среди друзей, но улыбалась им и потом сбегала к покемонам, чтобы свободно хохотать и дышать. Стивену казалось, что ей так легче — держать себя в руках на людях, нацепляя улыбку и неся ответственность. Как, например, было, когда Латиас решила пойти с ней. Харука понимающе улыбнулась и приветственно раскрыла покеболл. Только потом она отпустила её. Отпустила без сожалений и, кажется, даже с облегчением. Или когда они боролись против Аквы. Харука без нытья и лишних разговоров согласилась помочь ему. Стивен до сих пор не хочет себе признаться в том, что его привлек в маленькой пятнадцатилетней девчонке не только её тренерский талант. Но признать это — преступление. Что-то неправильное и инородное. Стивен запрещал даже думать об этом. Харука брала ответственность даже в самых безвыходных ситуациях со спокойной улыбкой на лице. Словно смирялась заранее. И с последствиями, и с риском, и с возможной смертью. Так было всегда. И с Квайогром, когда она с отчаянной усмешкой вошла в пещеру. И с метеоритом, когда она с усталым вздохом вышла из обсерватории. И когда в её руках оказалось два покеболла с древними Богами. И когда перед ними разбушевался пленённый Гроудон. Харука покорно кивала головой и шла в самую гущу битвы, молча улыбаясь. Стивен ненавидел эту улыбку. Но ведь так было легче самой Харуке, да? И Стивену, что греха таить, так тоже было легче: вести себя, как обычно, не обращать внимания на округлившиеся контуры тела, на румяные щёки и нежные пальцы. Не оправдывать свои долгие внимательные взгляды или ревнивые замечания. Харука злилась, боялась, волновалась, но не перечила и покорно кивала, шипя сквозь зубы. Она сбегала в небо, к облакам, где кричала и хохотала на пару с Легендой, которого смело называла Богом. И Стивен был уверен, что добром это не кончится. Добром это, как он и ожидал, не кончилось. Харука, сидящая перед ним на стуле, смущённо и обиженно шмыгала носом или тихо вскрикивала, когда Стивен сильнее нужного стягивал бинты. Она проводила языком по разбитой верхней губе, отводила взгляд, пряча его под длинными ресницами, и неловко улыбалась, боясь и слово вставить. Стивен незаметно ухмылялся, радуясь своей маленькой победе. Харука поджала стыдливо подбородок, втягивая голову в плечи, когда Стивен провёл пальцами по разодранному плечу. — А я говорил, что добром всё это не кончится, — спокойно сказал он, осторожно касаясь льдом огромного синяка на руке. Харука вздрогнула, отворачивая красное лицо, и надулась, обиженно поджав губы. Стивен тяжело вздохнул. Внутри у него всё жалостно сжималось лишь от одного взгляда на это побитое, израненное, покрытое синяками и ссадинами существо. Харука рвано и судорожно вдыхала, когда он нечаянно притрагивался к уже набухшим шишкам или когда йод сильно щипал ранку. — А я не виновата, что претенденты пошли сейчас такие тугодумы, — прошипела она, вся недовольная, готовая в любую минуту кинуться на обидчика. Стивен уже не мог вспомнить, когда в последний раз видел её такой. — Я ему понятным языком сказала, что с Рейквазой и Квайогром драться запрещено, а этот увалень решил в итоге меня угробить! Ты представляешь? Из-за того, что отказала ему драться с Богами, он придумал напасть на меня во время матча! Вот же сосунок, а! Бесят такие самоуверенные придурки, Гиратина бы вас всех разодрал! — Харука плевалась, злилась, дрожала от негодования и гнева. Стивен хмыкнул, потуже затянув бинт на запястье, на что она зашипела, словно разъярённая кошка. — Не ухмыляйся, словно ты здесь совершенно не причём! — возмутилась Харука, притопнув ножкой. Чем-то она была похожа на обиженную жёнушку, и эта мысль заставила растянуть губы ещё шире. — Э-э-эй! Да перестань ты уже так лыбиться, дурак! — засмеялась она, и счастливая улыбка озарила её лицо. — Ты уж извини, что я наговорила тебе утром, мм? — тихо прошептала Харука и взволнованно посмотрела ему в глаза. — Просто... ммм... Просто я очень нервничаю из-за того, что произошло в Калосе, прости меня. Правда прости, Стивен. Она сконфуженно сжалась, закусив губу, и отвела взгляд. Стивен вздохнул и просто кивнул, ничего не ответив. Вообще он мало с ней разговаривал, частенько просто даже не зная, что ответить. Он не к месту смущался и терялся, хотя в высоком светском обществе общение с дамами всегда давалось ему легко. Он чувствовал себя мальчишкой рядом с ней, и это несказанно бесило, раздражало и смущало. — И... — Харука, вся красная и до невозможности милая в своей неуверенности, стыдливо глянула на него, — давай забудем этот инцидент, как страшный сон, а? Стивен хотел отказаться, хотел замотать головой, хотел воскликнуть «Нет! Не надо!», но... лишь недовольно насупился, нахмурив брови. Просто было слишком стыдно. Почему-то было неудобно говорить о таком. Ведь Харука все эти два года была единственной, кто брал ответственность на свои хрупкие плечи. И Стивену было до безумия стыдно за это. За свою беспомощность. Харука взволнованно вздохнула, трепетно прижимая ладони к груди. Такая хрупкая, нежная, крохотная. И такая сильная. С двумя Легендами в кармане, что беспрекословно слушали её. Стивен до сих пор видел эту ужасающую картину, что произошла сегодня на поле боя. ...Харука, холодно смотревшая на претендента, презрительно сплюнула. Она стояла посреди обломков, поднявшейся пыли и дыма. И за ней громыхал, злобно пуская разряды по воздуху, Рейкваза. Он гневно извивался кольцами, подавляя своей мощью и силой. Стивен еле заставил себя не свалиться. А Харука лишь серьёзно произнесла, и ледяной холод её голоса, казалось, мог заморозить всё вокруг: — Я же говорила, что это плохая идея. Рейкваза низко опустил голову, словно бы касаясь плеча Харуки, и та ласково улыбнулась, поглаживая Легенду по носу. — Успокойся, дорогой, — нежно говорила она. И столько любви, спокойствия и радости было в её голове, что Стивен даже позволил себе ревниво стиснуть зубы. — Пожалуйста, Рейкваза, возвращайся в покеболл. Я в порядке, видишь? Легенда подозрительно сощурила яркие, светящиеся в клубах опускающегося дыма и пыли глаза. Харука рассмеялась, прикоснувшись лбом к его морде. — Ну-у-у, Рейкваза, у нас же с тобой уговор, помнишь? Легенда отрицательно покачала головой, словно маленький ребёнок, который хотел поиграть подольше. Харука весело фыркнула, хихикнув. — Ах ты ж хитрая рептилия, я же тебе в услужение отдала свою жизнь и душу. Наверное, такой договор Небесному Богу стоит запомнить, не так ли? Рейкваза приподнял морду, и по разрушенному стадиону прокатился рокот, громом раскрывающийся под крышей. Оглушительный, сокрушительный, пугающий хохот Легенды. Претендент испуганно заполз к выходу, что-то скуля. Элитной четвёрки здесь не было, а сам Стивен примчался уже на грохот. Харука легко пожала плечами, устало вздыхая. — Рейкваза, здесь нет, что б тебя, ничего смешного. Она общалась с Легендарным покемоном, как со своим другом. И Рейкваза вторил ей. — Поэтому возвращайся уже, у меня совершенно нет настроения играть с тобой. Харука нежно провела пальцами по холодной чешуе, словно извиняясь. — Мы полетаем позже, правда. Я сейчас слишком устала. И Рейкваза склонил голову, словно бы улыбаясь. Огромный дракон растворился красным лучом, вернувшись в покеболл на маленькой ладошке Харуки, которая обессилено вздохнула и повернулась к претенденту. — Ну, надеюсь, ты больше не будешь таким эгоистом, тренер. Стивен облегчённо вздохнул, когда Харука подошла к парню и помогла тому подняться. Она хромала на одну ногу, болезненно морщась, но держала на поцарапанных губах эту вежливую, рабочую улыбку, которую Стивен хотел стереть в её лица уже больше года... — Эй! — воскликнула взволнованно Харука, вглядываясь в его глаза. — С тобой всё в порядке, Стивен? Она как-то сконфузилась, стеснённо передёрнув плечами, и облизнула потрескавшиеся губы. — Ты... ты извини, что заставила так волноваться, правда. Просто, — Харука вздохнула, поджав губы. Все в ранках и кровоподтёках, — так много всего свалилось в последнее время... Я так устала... Извини, правда. Стивен не хотел даже слушать всё это. Потому что Харука, милая, хрупкая и очень нуждающаяся в заботе, никогда не была в чём-то виновата. — Это ты меня извини, — наконец произнёс он со вздохом. — Ты ни в чём не виновата. Стивен с умилением посмотрел в удивлённые глаза Харуки. Такие ясные, чистые и невинные. — Просто после Калоса прогремели взрывы... — В Синно, — перебила она его и серьёзно кивнула. — Я знаю, Стивен. — Но... Откуда? Харука утомлённо выдохнула с таким видом, словно все проблемы мира разом навалились на её плечи. — Лисандр говорил про пришествие Бога, — она взволнованно облизнула губы. — Настоящего Бога, Стивен. Того, кто создал вселенную. Это будет катастрофа. Стивен раздражённо щёлкнул языком. — Ты слишком много общаешься с Хикари, — отмахнулся он, хмуря брови. — Никаких Богов нет. Есть лишь очень сильные и древние покемоны, которых мы и зовём Легендами. Они не Боги, Харука. Стивен не верил в Богов. Он доверял лишь расчёту, голым фактам и тому, что мог сам почувствовать или увидеть. А то, что какие-то Легенды создали в древности землю... Пф, вздор. Чистой воды вздор. — Вот именно поэтому и катастрофа, — озабоченно вздохнула Харука, судорожно хватаясь за покеболлы, словно находя в них успокоение. — Когда Арцеус проснётся, первое, что он увидит, — это то, что люди совершенно зазнались и забыли своё прошлое. Катастрофа, — забормотала она, — полная катастрофа. Стивен хотел было сказать, что это всё детские сказки, но внезапно вспомнил Гроудона. Запертого чудовища, которое чуть не уничтожило весь Хоэнн. Полного гнева, злости и желания убить всё на своём пути. И Стивен не посмел хоть что-то ответить на это бормотание Харуки. — Да, в Синно сейчас проблемы, и Хикари всеми силами пытается выяснить, кто же заправляет всем этим, — он вздохнул, устало потерев виски. — И я пытаюсь ей помочь. Харука согласно кивнула. — Они пытаются разбудить Арцеуса, — и презрительно сморщилась, — глупые фанатики. Будто Гиратины им не хватило. Стивен вновь промолчал. Для многих не было секретом, что Хикари и Харука были хорошими подругами, наоборот: это обсуждалось во многих газетах и журналах, на телешоу эта тема была одно время самой популярной, и даже в светском обществе перетирали косточки этим двум девушкам. Молодые Чемпионы. Владельцы Легенд. Прислужница Дьявола и Послушница Богов. Они обе были совершенно разные, но их дружба была такой крепкой, что Стивен даже поражался этому. Харука была совершенно обычной девочкой, немного стеснительной, доброй и простой. Она стояла горой за друзей и мечтала о путешествиях всей душой. На её открытость и доброжелательность собирались, словно на свет, и люди, и покемоны. Хикари же... была известна своей мрачностью и огромными толпами призраков за спиной. Как две настолько разные девушки могли подружиться, Стивен не мог понять до сих пор. Может быть, их сблизило наличие Легенд или, возможно, обязанности Чемпиона в таком раннем возрасте. Шестнадцать лет, чёрт раздери. Хикари стала им даже ещё раньше — в пятнадцать. Ужасающая сила. Огромнейшие обязательства. И Стивен мог понять, почему Харука сбегала в небо. И почему была так напряжена в последние месяцы. И даже почему она так яростно сражалась в битвах, хотя на деле была довольно мягкой и слегка податливой. — Не принимай это так близко, — выдохнул он. — Никакого Творца нет, это лишь сказки, которые рассказывают детям на ночь. Харука заскрипела зубами, недовольно и взволнованно пожевав губы. — Это не сказки, — процедила она, холодно смотря на Стивена. И столько гнева напополам с болью и страхом оказалось в её глазах, что ему осталось лишь удивлённо замереть. — Вы не понимаете... Никто из вас не хочет даже понять! — Харука вскочила с табурета, судорожно перебирая пальцы. — Когда он проснётся... Как думаешь, что сделает разгневанный Бог, когда посмотрит вокруг? — она отчаянно ухмыльнулась, смотря ему в глаза, словно пытаясь найти в них ответ. Но Стивен не знал ответа. Он, кажется, теперь вообще ничего не знал. Харука хмыкнула. — Ивелталь чуть не уничтожил весь Калос. Гиратина, кстати, тоже. Да даже Квайогр горел желанием утопить весь мир. Интересно, — она наигранно задумалась, — что же придёт в голову тому, кто создал всю вселенную, м? Может быть, он посмотрит по сторонам, удивится и решит устроить... ну не знаю, потоп, например, — Харука фыркнула, сжимая кулаки до хруста. — Хотя это больше прерогатива Квайогра, — она хохотнула, дрожащими пальцами обхватывая покеболл на поясе. Стивен вздохнул, прикрыв глаза. И встал, направившись к Харуке, на что та удивлённо подняла брови. Ладони у неё всегда были нежные, тонкие и мягкие — это он заметил ещё тогда, два года назад, когда начал ругать себя за совращение несовершеннолетних девочек. А ещё у Харуки были в крови губы. И она так сильно волновалась, что неосознанно кусала их, теребя уже запёкшиеся ранки. И было это так соблазнительно и невинно одновременно, что Стивен еле заставил себя перестать об этом думать. Он медленно, будто боясь спугнуть, подошёл к ней почти вплотную — между ними оставался лишь десяток сантиметром. Харука неловко сжалась, порываясь отойти, но по счастливой случайности она уперлась ягодицами в стол. Стивен осторожно взял её тонкие, красивые ладони в свои. Сжал их, словно отрезая все пути побега, и улыбнулся. Устало так, обессилено, но искренне. — Успокойся, Харука. Он погладил большим пальцем её запястья, мягко обхватил пальцы и прижал к своей груди, где спокойно, неторопливо билось сердце. — Никакой Арцеус ничего не разрушит, верь мне. Харука закусила нижнюю губу и задрожала всем телом. Прозрачные слёзы покатились из глаз, очерчивая контуры девичьего лица. Стивен порывисто обнял её, крепко прижимая к себе, будто желая сказать, что сможет защитить. А может быть, извиняясь. И за то, что был так слаб. И за то, что так долго боялся признать. Харука вцепилась в него, словно в единственную опору, и всхлипнула. — Ну-ну, — шептал он, — ш-ш-ш, я с тобой. Стивен гладил её по спине, придерживал за талию и уткнулся носом в макушку. Волосы у неё всегда были растрёпанные, торчали во все стороны подобно птичьему гнезду и пахли лесными травами. Харука кусала губы, жмурила глаза, всхлипывала и глотала слёзы. Так тихо, словно боялась показать свою слабость. — Не волнуйся, поплачь, — успокаивал он её, медленно направляясь к стулу. — Поплачь. И Харука плакала. Всё громче и громче, постепенно избавляясь от страхов и напряжённости. Стивен присел на стул, мягко усаживая Харуку себе на колени, и облегчённо выдохнул. Кажется, вместе с её слезами куда-то испарилась и его неуверенность. И стало так всё ясно, так всё понятно, что Стивен позволил себе мимолётно усмехнуться. Он невесомо коснулся губами её скулы и ласково посмотрел в распахнутые глаза. — Всё будет хорошо, Харука, а потому не изводи себя, хорошо? Она неловко закусила губу и отвела взгляд, покрываясь смущённым румянцем. Стивен улыбнулся со смешком. — Посмотри на меня, — требовательно сказал он, наблюдая, как трогательно она жевала губы, сконфуженно пытаясь вылезти из его объятий. — Ну же. Харука стыдливо глянула на него и сразу же спрятала глаза под чёлкой, что-то для себя решая. И кивнула, подняв лицо, смущённое, красное, но спокойное. — Спасибо, Стивен, — улыбнулась она, глубоко вздыхая. И чмокнула в нос, радостно рассмеявшись. Стивен усмехнулся вслед за ней. — Нет, — хитро произнёс он, — так дела не делаются. Губы у Харуки были мягкие и податливые, покрытые корочкой запёкшейся крови и паутиной свежих царапин. Стивен улыбнулся сквозь поцелуй и отстранился. Харука, покрасневшая ещё пуще прежнего, напряжённо замерла, не до конца пока понимая, что же вообще произошло. Она заморгала и поражённо облизнула губы. — А... — начала Харука, сглотнув. — Ну... — Угу, — ухмыльнулся Стивен, — и тебе спасибо. Харука зарделась, возмущённо надувшись, но мгновением позже засмеялась, утыкаясь лбом в его плечо. И благодарно прошептала: — Спасибо. Возможно, она всё ещё помнила и про Арцеуса, и про больных фанатиков, и даже про то, что ей, скорее всего, придётся отчитываться перед начальством за устроенный погром... Но Харука кротко, смущённо улыбалась, и Стивен был рад, что эта улыбка полностью принадлежала ему. — Но уже завтра нужно будет отправиться в Синно, чтобы помочь Хикари, — серьёзно произнесла она. И Стивен разочарованно вздохнул, понимая, что Харука никогда не перестанет брать всю ответственность лишь на себя. Но зато теперь он постарается быть хотя бы рядом. Стивен молча кивнул и улыбнулся.