Любимый враг

      Три дня, которые Елена находилась без сознания, были для него самыми трудными. Он практически ничего не ел, и старался надолго не покидать палату. Вечером первого дня ему пришлось встретиться с Дженной и подругами Елены, чтобы рассказать им все, что было известно о состоянии Елены. Сама же девушка была в порядке, только никак не могла прийти в себя. - Это нормально, - успокоил его Аларик. – Такое бывает в случаях, когда человек некоторое время проводит без кислорода. С ней все будет в порядке. Лучше скажи спасибо, что Лиз увидела, как машина падала с моста и вызвала на место водолазов и спасателей. Иначе Елену мы тоже вряд ли спасли бы. Единственное что возможно, - продолжил Зальцман, - это кратковременная потеря памяти. Так что это твой шанс, а уж как ты им воспользуешься…       Первое, что хотел сделать Деймон, да и ожидали от него все, в том числе Кэролайн и Бонни Беннет, это собрать свои вещи и уехать подальше, чтобы Елена его даже не вспомнила, а если и вспомнила, то не жалела бы о нем.       Второе же решение, и как он считал, самое верное, принял он сам, и, увидев одобрение в глазах брата, отправился в палату. Кто знает? Может, этой аварией судьба решила преподнести ему шанс все исправить, показать, что он может быть не только жестоким циником, но и вполне себе нормальным человеком, которого может полюбить такая девушка, как Елена, или, по крайней мере, стать его другом.       Отослав куда подальше всех его отговаривающих, Деймон отправился в палату. Шли минуты, за минутами часы, за ними дни, а Елена так и не приходила в себя. Спустя три дня, он стал молиться и уповать на чудо. Глядя на бледную девушку, лежащую на белых простынях больничной палаты, он понимал, что не хочет ее потерять. Дело даже не в любви, нет, просто за те короткие промежутки, когда они были вдвоем, он был счастлив. Ему нравился ее смех, ее привычка постоянно закусывать губу, вечно спорить с ним.       Тишину в палате нарушало только мерное пиканье аппаратов, подключенных для жизнеобеспечения Елены. Казалось, она просто спит. Уставший за несколько бессонных дней и ночей, Деймон опустился на стул у ее кровати, и, взяв за руку, незаметно провалился в сон.

***

- Лекси, Лекси… - всхлипывала Елена, захлебываясь водой. – Лекси!       Высвободившись из оков ремня безопасности, Елена помогла выбраться из машины подруге. На помощь подоспели вовремя подъехавшие спасатели. - Лекси… - проговорила Елена, обращаясь к приходящей в себя подруге. - Пусть он думает, что я умерла, - проговорила в ответ та. – Пусть лучше думает, что меня нет, чем бросит беременную девушку из-за жалости ко мне, - заплакала она. – Лиз, пожалуйста, - протянула она, обращаясь к шерифу Форбс. – Пусть он никогда не узнает, где я. - Хорошо, - ответила Лиз после долгих раздумий. – Я позвоню твоей сестре, но чтобы ни ты, ни Изабель больше не появлялись здесь. - Хорошо, - шмыгнула девушка. - Елена? – обратилась к ней шериф. - Я не …       Потеряв сознание, она не успела договорить. Она не скажет. Никому.

***

      Сильная пульсирующая боль отвлекала ее от мыслей. Еще и этот дурацкий сон об аварии с ее участием. Только почему она никак не может проснуться?       Вдалеке раздаются голоса. Вот Дженна, чем-то расстроенная разговаривает с ней. Слезы Бонни и Кэролайн. Что с ней случилось? Она умерла? Но вот все стихло, и только чей-то тихий и нежный голос постоянно разговаривал с ней, просил, звал. Она хотела вернуться, проснуться… Деймон, вот кому принадлежал этот голос. Но почему он здесь? Они ведь утром расстались, да они и не были вместе… Обрывки воспоминаний, никак не укладывающиеся в ее голове. Нужно уйти, забыться,… Тяжело вздохнув, Елена открыла глаза.       Вокруг находились белые стены палаты, слева пикал какой-то аппарат. Опустив глаза, Елена заметила спящего рядом мужчину. Наверное, ему было неудобно, улыбнулась про себя Елена. Он сидел на стуле, склонившись над ее постелью и держа в руке ее руку. Елена попробовала освободить свою руку, чтобы не разбудить спящего. - Елена? – услышала она сонный голос. - Деймон, - непроизвольно сорвалось с ее губ. - Ты меня помнишь? - Да. Нет. Я не знаю, - тяжело вздохнула Елена. – Как я здесь оказалась? - Ты попала в аварию. Машина слетела с моста. - А ты? - Ты совсем ничего не помнишь? - Не знаю, все происходит как в каком-то сне. Я не помнила тебя, - честно призналась она. – Но твое имя сорвалось само по себе. Мне кажется, что лучше бы мне тебя не знать, но что-то упорно заставляет меня вспомнить тебя. - Возможно, лучше было бы наоборот. - О чем ты? - Ты еще слаба. Я сейчас позову доктора, а потом мы с тобой поговорим. - Подожди, - остановила его Елена. – Посиди еще чуть-чуть. Со мной все в порядке. Так кто ты? - Знаешь, - усмехнулся Деймон, - а это должно быть круто, потерять память. Раз – и не помнишь, что ты натворил. - Не очень, - скривилась Елена. – Я что-то натворила? - Нет, как раз наоборот, - вздохнул Деймон беря ее руку в свои, и пересаживаясь рядом на постель. – Я бы сейчас мог сказать, что я твой парень, любовь всей твоей жизни, и так далее, но это не так, Елена. Я тот, кто заставил тебя страдать целый месяц, ставил палки в колеса, но думал что умру, когда понял что могу потерять тебя. Утром, перед аварией, ты ушла из моего дома. До этого мы…- он тяжело вздохнул, - А потом утром я тебя отпустил. Отправил домой. Все тебе вернул и сказал, что не буду преследовать тебя. Так что ты теперь все знаешь. - Почему ты отпустил меня? – услышал он ее тонкий голос. - И это все что ты хочешь узнать? – усмехнулся он. – Не почему я мешал тебе работать, почему выкупил акции твоей фирмы, почему спал с тобой, а только почему отпустил? - Да, - коротко ответила она. - Не знаю, - вздохнул он, и Елена поняла, что Деймон не врет. – Наверное, просто потому, что я понял, что за то некоторое время, когда мы были вместе, я был по-настоящему счастлив. Я не находил себе места, когда ты меня отвергла. Вначале, взыграло чувство обиды, и я пришел к выводу, что будет правильнее и твою жизнь сделать невыносимой. Но когда несколько дней назад ты пришла в мой дом, словно фурия выгнала мою девушку, пусть на тот момент уже и бывшую, я понял, что больше не хочу тебе мстить. А когда утром ты потерянная сидела на моей кровати, я понял, что ты пожалела о том, что случилось. Это, наверное, моя самая длинная речь с момента нашего знакомства, - усмехнулся он. - Знаешь, я почти ничего не помню, - покачала головой Елена. – Неужели ты был настолько невыносим? - Три дня назад, ночью, ты сказала, что ненавидишь меня, - невесело усмехнулся он. - Спасибо за правду. Думаю, если бы ты был очень уж плохой, то не сидел бы сейчас передо мной и не изливал душу. - Ты только не говори никому об этом, - заговорщицки подмигнул Деймон. – А то решат все, что я с ума сошел. - Хорошо, - улыбнулась Елена. - Мир? – тихо спросил Деймон. - Мир, - вздохнула Елена. – Уверена, ты не все мне рассказал. - Я был честен, - серьезно посмотрел на нее Деймон. – Я не враг тебе, Елена. Я хочу быть твоим другом. - Сколько дней ты уже здесь? - Три, - не раздумывая ответил Деймон. - Ты хотя бы ел что-нибудь? - Медсестры несколько раз приносили обед. - Тебе нужно поесть и хорошенько отдохнуть, а еще поспать. Видел бы ты себя сейчас.       В палату вошел доктор. - Елена, рад, что ты пришла в себя, - приветливо улыбнулся он. – Как ты нас напугала. - Аларик Зальцман, твой лечащий врач, - негромко произнес Деймон. - Вижу, у тебя все-таки есть некоторые провалы в памяти. - Я помню события и лица, но не могу описать или назвать их, - вздохнула Елена.       Аларик настороженно посмотрел на Деймона. - Не волнуйтесь, - усмехнулась Елена. – Деймона я вспомнила, и что он сделал – тоже. Мы с ним позже разберемся.       Деймон удивленно посмотрел на нее, на что девушка только неопределенно пожала плечами. - Хорошо, - протянул Аларик. – Я к тебе позже зайду.       Оставшись одна, Елена тяжело вздохнула. Она помнила почти все. За исключением некоторых последних событий. Но она определенно вспомнила все, что касалось Деймона Сальваторе. Несмотря на события последнего месяца, впервые он вызвал у нее уважение. Он сказал правду.       «Он не стал врать», повторяла она в голове отдельно, по словам, фразу. «Он. Не стал. Врать»