С детства

Нью-Йоркские улицы, огромные стеклянные здания, цветные, как кучка просыпанного конфетти, люди и яркие светофоры мелькали за окном. Солнце светило непривычно ярко, отчего маленький мальчик со светлыми взъерошенными волосами щурил большие темно-карие глаза. – Томас, не хмурься, мы будем там недолго, – произнесла ласково женщина, обернувшись к сыну, сидящему на заднем сидении. Мальчик кивнул и снова отвернулся к окну, надеясь хоть так отвлечь себя от волнения перед предстоящей "пыткой". Томас был маленьким, но невероятно рассудительным для своего возраста мальчиком. И он абсолютно точно был уверен в своей нелюбви к общению с незнакомыми людьми. Они стесняли его, иногда даже раздражали. А вот его родители, напротив, привитые своей профессией, любили как и обязательное общение по работе, так и неформальное, в какой-нибудь шумной компании артистов и музыкантов. За взрослыми Томас порой любил только наблюдать: ему нравилось следить за их речью, жестами, поведением. Он считал это довольно интересным занятием. А вот находиться среди своих ровесников... Ни в школе, ни на улице это не приносило ему никакой радости, один лишь дискомфорт. Смотря в свои неполные десять лет на других детей, он не понимал, как можно капризничать из-за какой-то игрушки, или бегать целыми днями без дела на улице, или же не начинать самостоятельно принимать решения, пусть даже в самых незначительных делах и проблемах, во всём полагаясь лишь на родителей. Пусть эти проблемы даже и заключались в невыполненном домашнем задании или ссоре с лучшим другом. Дети его возраста не задумывались ни о чём надолго: в их головы влетали самые разные мысли, но надолго они там не задерживались, сменяя друг друга, переключая внимание с одного на другое, словно в большом круговороте. Томас видел это, подмечал. И всё больше отдалялся от остальных ребят. Нелюдимый, но закалённый примером собственных родителей, Томас перенял от них одну важную вещь - умение держаться в обществе, если это было необходимо. Маленький Томас вынуждал себя выходить из своей уютной комнаты к папиным гостям и маминым коллегам, вежливо здороваться, даже иногда разговаривать с ними на какие-нибудь темы, о которых может поговорить десятилетний мальчик и взрослый, состоявшийся человек. А в нужный момент он возвращался наверх, в свою комнату, снова закрываясь в своём обособленном мирке. В гостях же никуда не денешься, никуда не спрячешься. И сейчас ему снова предстояло перетерпеть очередное испытание. Автомобиль остановился у двухэтажного дома со светлыми стенами и тёмно-синей крышей. За аккуратным забором, обвитым плющом и ипомеей, были видны движущиеся фигурки людей. Томас глубоко вдохнул, унимая неприятное щекочущее чувство в животе - так случалось каждый раз перед очередной вылазкой в гости с родителями. – Поторапливайся, Томас, опаздывать не вежливо, – с лёгким укором в голосе произнесла мама. Мальчик торопливо отстегнул ремень безопасности и выпрыгнул из машины. Мать положила руку на плечо сына и подтолкнула к дому. На небольшой лужайке перед домом был накрыт стол с белоснежной скатертью. На нём стояли симпатичные графины с водой, апельсиновым и яблочным соками. Пахло свежей выпечкой и печёным картофелем. Томас огляделся: приятные на вид мужчины и женщины стояли у крыльца дома и непринужденно смеялись. Среди них было и несколько молодых людей. На первый взгляд, маленькому Томасу здесь даже понравилось: не было особого напряжения. Но к ним никто не подходил, и поэтому он ждал, с какой же стороны на них налетят серьёзные дяди или говорливые тёти. Иначе их Томас бы и не назвал. Но, на удивление, к ним подошла всего лишь приветливая женщина с короткими тёмными волосами и удивительно лучистыми светло-карими глазами. – Добрый день, – женщина с улыбкой пожала руки родителям Томаса. – Очень приятно с вами познакомиться. Меня зовут Лиза О'Брайен, для вас просто - Лиза. Я рада, что вы всё-таки сумели заехать к нам. – Здравствуйте, – подал голос старший Сангстер. – Извините, что мы немного припозднились - в центре большие пробки. – Ничего страшного, Патрик всё ещё ждет вас. – Взгляд женщины упал на замершего в ожидании Томаса. – А это ваш сын, верно? – Да, решили взять его с собой. Столько дел, а Том дальше парка у отеля, где мы остановились, не был, – пошутил его отец, на что сам Томас мысленно закатил глаза: ему и в номере было очень даже неплохо. – У нас с Патриком тоже есть сын, ему недавно исполнилось девять лет, – сказала Лиза, оглянувшись по сторонам в поисках то ли мужа, то ли того самого Дилана. – О, они с Томасом почти ровесники! – радостно произнесла мама, взглянув на своего сына. Томас понял её намерения: она надеялась оставить его с незнакомым мальчиком, в надежде, что её сын найдет себе хотя бы временное занятие на скучной взрослой вечеринке и, наконец-то, начнет нормально общаться с детьми своего возраста. Только этого ему не хватало! – Дилан скорее всего гуляет на заднем дворе. Он всё время там играет в бейсбол, – произнес подошедший мужчина, видимо тот самый, с которыми была запланирована встреча родителей - Патрик. Поздоровавшись с семьей Сангстеров, он махнул рукой в сторону сада. – Вот только компаньона в игре у него нет, если не считать Скрэпи. – Думаю, ты мог бы туда пойти и тоже поиграть вместе с ними, – добродушно предложила хозяйка дома Томасу. Отказать он не мог - это было бы слишком неучтиво. Лиза проводила гостя до заднего двора, находящегося позади дома на огромной лужайке. В её центре одиноко стоял маленький мальчик. Он был одет в бейсбольную форму, на его руке была большая кожаная перчатка, а на голове мальчика сидела повернутая назад кепка синего цвета и с ярко-красной надписью "Mets". К матери и Томасу паренёк стоял спиной, поэтому он не замечал их прихода и продолжал заниматься своими делами. – Ох, круглыми днями носится по полю, – произнесла Лиза. – Сейчас я тебя с ним познакомлю... – Нет, нет, не нужно, миссис О'Брайен, – поспешил остановить женщину Томас. На её удивлённый взгляд он ответил: – Я сам. – Как скажешь, Томас, – рассмеялась она. – Развлекайтесь. Теперь у Томаса появился отличный шанс незаметно уйти с лужайки и отсидеться несколько часов где-нибудь в другом месте. Всяко лучше, чем пытаться безуспешно налаживать контакт со сверстником. Пока Томас оглядывался по сторонам, решая, куда можно ускользнуть, мальчик не обращал на него никакого внимания. Он, приставив ладонь козырьком и закинув на плечо большую, видимо отцовскую, биту, смотрел в сторону густых зарослей у забора. На секунду и Томас остановил свой взгляд в том месте - в кустах что-то шевелилось. Через мгновение оттуда пулей вылетел лохматый, пятнистый щенок с бейсбольным мячиком в зубах. В припрыжку, неуклюже заваливаясь, щенок подбежал к своему хозяину и, положив мячик перед его ногами, преданно взглянул на мальчика снизу вверх. – Молодец, Скрэпи, – донеслось до слуха Томаса. Звонко тявкнув в ответ, довольный Скрэпи застучал хвостиком-крючком по земле. Побоявшись быть замеченным этой парочкой, Томас пошёл вдоль стены, направляясь к углу дома. Там он рассчитывал скрыться за поворотом, но его планы разрушил приближающийся громкий, заливистый лай. И вот, маленький щенок уже прыгает на него, в силу своего маленького размера допрыгивая не выше колен. – Ну привет, – с неловкостью проговорил Томас, пытаясь отойти ближе к своей цели, за угол, и отвязаться от гиперактивного щенка. Но тот, как обезумевший, порывался любым способом заставить гостя не то взять его на руки, не то уйти прочь. У Томаса собаки никогда не было, поэтому угадать желания этого пятнистого волчка он не мог. – Скрэпи! – зазвенел голос подбежавшего мальчика. Он почему-то не решился подойти ближе и остановился в шагах пяти от неожиданного гостя. Томас поднял голову. На него, такими же испуганными, большими глазами, как и у самого Томаса на данный момент, смотрел темноволосый, со вздёрнутым, смешным носиком и россыпью родинок на лице паренёк. Оба были в недоумении, а расшумевшийся Скрэпи бегал между ними, не зная, к кому же из них наконец-то переметнуться. – Прости, он сам ко мне бросился... – смущённо начал Томас. Щенок перестал лаять, будто бы понял, что разговор идёт о нём, и удивленно склонил голову на бок. А Томасу ничего не оставалось, как воспользоваться паузой и, появившейся из ниоткуда, капелькой храбрости. – Я приехал со своими родителями на ваш званный ужин. Меня Томас зовут. Он протянул руку, но ответа всё не следовало. Мальчик напротив недоверчиво глядел на Томаса, а тот уже пожалел о своём жесте - ему стало ужасно неловко. – Я Дилан, – выпалил, наконец, паренёк и встряхнул ладонь нового знакомого. Томас улыбнулся, а Скрэпи снова радостно залаял и завилял хвостом. – Ты любишь бейсбол? – как-то нерешительно поинтересовался Дилан, заметив изучающий взгляд Томаса на бите и потрёпанном мячике. – Я больше гонки люблю. – А я... А я болею за "Метс". Это моя любимая бейсбольная команда. – Поэтому ты носишь их форму? – Томас указал на синюю кепку, а Дилан, смущённо, но мило улыбнувшись, с гордостью поправил её у себя на голове. – Ага. Мы всей семьей за неё болеем. Совсем забыв про свой план побега, Томас присел на корточки, и к нему тут же подбежал неутомимый щенок. Уперевшись лапами в колени гостя, Скрэпи дотянулся и лизнул в нос засмеявшегося мальчика. Дилан тоже рассмеялся, когда извернувшись от мокрого, шершавого языка, Томас не удержал равновесия и упал на спину. – Он всегда так делает, когда хочет играть, – заулыбался Дилан и тут же осёкся. Уткнувшись взглядом в рукоять своей биты, он негромко спросил: – Пойдёшь с нами? Томас кивнул и Дилан нарочно несколько раз ударил мячиком о землю, привлекая внимание питомца. Скрэпи обернулся и его хозяин тут же швырнул мячик на противоположную сторону лужайки. Щенок бросился следом, освобождая Томаса от "слюнявого плена". Дилан протянул руку и помог Томасу подняться. Они дошли до середины поля, где тень от дома заканчивалась и солнце начинало припекать. Отсюда было видно и большой, красивый сад, и двор с гостями, и часть улицы с проезжающими изредка автомобилями. – А играть в бейсбол ты умеешь? – шмыгнул носом Дилан. – Немного...– замявшись произнес Томас. Дилан молча ждал продолжения. – Ну пару раз видел, как другие играют. Мальчик удивлённо раскрыл рот и с готовностью впихнул Томасу биту - она была поменьше его собственной и уже явно повидавшей виды. – Не волнуйся, я тоже не умею по-настоящему. Нужна целая команда, а у меня только Скрэпи... И папа с нами играет только когда не занят, – рассказывал мальчик, одновременно пытаясь забрать из цепкой пасти щенка мяч. – Ну а почему бы тебе не позвать кого-нибудь из друзей и набрать команду. Дилан взглянул на нового знакомого так серьезно, что Томас прикусил себе язык - неужели он сказал что-то не то? – Не хочу, – односложно ответил Дилан, всё еще пытаясь отобрать игрушку у питомца. Томас удивился. Это было так странно - Дилан, по словам его родителей, всё время проводил здесь, на заднем дворе, играл в командную игру практически в одиночку и частенько запинался, а сейчас теснился своего ровесника. Это жутко напомнило Томасу его самого. – Дилан, покажи мне, как правильно нужно держать биту, я... я не умею, если честно. Дилан снова улыбнулся. Скрэпи всё-таки отдал мальчику мячик и теперь послушно сидел на траве, внимательно наблюдая за двумя юными бейсболистами. – Нужно держать биту за головой справа, – принялся объяснять Дилан, обходя вокруг Томаса, – чтобы было удобно отбивать от плеча. Да, вот так. А встать нужно боком. – Томас всё сделал по указанию мальчика и повернулся левым боком вперед. – И чуть-чуть согни колени. Всё правильно! – восторженно воскликнул Дилан и встал рядом в таком же положении. Когда оба маленьких питчера были готовы, они по очереди, сменяя друг друга, подкидывали мяч. После подачи бегать за ним по всему полю не приходилось - их верный помощник, виляя хвостом, возвращал мячик на место и вновь мчался за ним до самого забора. Мальчики так разыгрались, что даже не заметили, как день сменился полуднем. Оба звонко смеялись, резвились и бегали по лужайке. Впервые в жизни Томас испытывал такое счастье. И, как ему казалось, Дилан тоже был счастлив. Дилану даже удалось рассказать о том, как в семь лет он пробрался на колесо обозрения без билета и родители искали его по всему парку развлечений; или как они с сестрой на Рождество ездили в Австралию и там встретили Санту в ластах и маске. Томас поражался, сколько же всего интересного приключалось с Диланом, и как много он знал! Засидевшись на траве, под тенью раскидистого дерева, Дилан поднялся на ноги, зажмурился и потянулся. – Может быть ещё раз сыграем? – обратился он к Томасу. – А давай. – Догоняй, Томми! – крикнул мальчик и побежал за оставленными на крыльце битами. Томас помедлил - так непривычно было слышать дружескую форму своего имени... Он ведь знаком с Диланом всего пару часов, они даже не друзья, а всего лишь знакомые, да и вряд ли когда-нибудь снова увидятся... Трудно было признавать, но Томасу понравилось дружить с этим непоседливым, с наивными светло-карими глазами и смешным вздёрнутым носиком мальчиком. – Дилан! – позвал Томас. – Что? – А ты кем хочешь стать, когда вырастишь? – Я хочу стать тренером Метс! – с улыбкой до ушей произнёс Дилан и вновь с гордостью поправил свою кепку. – А ты? – Может быть актёром. Ну или гонщиком... – Скучно быть актёром. Моя мама актриса и она постоянно учит огромные тексты и носит за собой огромную кучу бумаг со сценариями. – Мои мама и папа тоже актёры, но я был у них на работе и мне очень понравилось то, что они делают. Играют в спектаклях перед большой публикой... – Наверное это очень страшно, – округлил свои и без того большие глаза Дилан. – Ты один, и все на тебя смотрят... – Согласен. Поэтому я всё-таки буду гонщиком. Мальчики рассмеялись.

***

– Дилан, Томас! Все гости уже расходились, прощались с гостеприимными хозяевами и благодарили их за радушный приём. Небо потемнело, вдоль по тихой улице начали зажигаться вечерние фонари. Томас и Дилан, в сопровождении Скрэпи, вышли к родителям. – Ну что, как провели время? – поинтересовался мистер О'Брайен. – Отлично, – одновременно ответили мальчики и обменялись хитрыми улыбками. – Это хорошо, но нам уже пора. Завтра утром мы возвращаемся в Лондон, – произнесла мама Томаса, не без лёгкого удивления замечая, что её сыну здесь действительно понравилось. – Удачно вам добраться! – хозяйка дома проводила гостей до выхода. – До свиданья, Миссис О'Брайен, – вежливо попрощался Томас, осознавая, что больше никогда не увидит эту семью, так не похожую на другие... Родители вышли на улицу, Томас пошёл за ними, но что-то ухватило его за плечо. Он повернулся. Это был Дилан, неуверенно теребивший в руках свою кепку. – До встречи, Томми, – тихо произнёс он. – Пока, Дилан, – ответил Томас и вновь последовал за родителями. Мальчики будто чувствовали, что никогда больше не увидятся, не поиграют в бейсбол со Скрэпи, не будут пить сок, сидя на крыльце. Удивительно, насколько они были похожи. Но именно поэтому оба, по воле судьбы или же по собственному желанию, не решили связать свою жизнь с командным спортом или гонками Формулы-1. Они оба стали актёрами.