Время уходит

Со стен на него смотрели собственные постеры, концертная гитара одиноко стояла у стены, на подносе у зеркала ждали своего часа несколько бутылок с молоком. Брук с наслаждением вспоминал последние аккорды – когда его поклонники, визжа и выкрикивая его имя, трясли разноцветными плакатами и делали «волну». И галдели, провожая скрывающегося за кулисами певца. Но он внезапно почувствовал, как что-то почти физически изменилось: возникло в эпицентре толпы и ударило ветром в спину. Что-то неприятное шевельнулось внутри. Брук шел в гримерку, не понимая сам себя, только крепко сжимал гриф гитары в руке. Как сквозь вату он услышал чьё-то почтительное приветствие и крепкое дружеское рукопожатие. «Поздравляю, девятнадцать лет – немалый срок», - бодро говорил кто-то, и Брука вдруг прошиб пот. Точно. Минуло почти двадцать лет с того дня, как Соул Кинг впервые вышел на сцену. Его долгая, успешная карьера… Он очнулся, услышав, как хлопнула за спиной дверь. Похоже на последний аккорд трагической симфонии. Снаружи, из-за незапертой двери своей просторной гримерки Брук слышал, как из огромных колонок грохочет чужая музыка, звенят другие голоса. Поддавшись порыву, он переодел сценический костюм и, надвинув на глаза кепку, вышел. Проходящий мимо ассистент в спешке не узнал скромно одетого певца. Минуя охрану, прячась от посторонних взглядов, он спустился в концертный зал, прошел несколько метров вглубь толпы и становился. Музыка гремела со всех сторон, люди восхищенно пищали, прыгали, надеясь рассмотреть происходящее на сцене лучше, вокруг мелькали вспышки фотоаппаратов и слышались хвалебные восхищенные возгласы. Они были молодой, ещё неопытной группой, у которой за душой несколько тысяч и пара нотных тетрадей – Брук стоял, поддаваясь ностальгии, воспоминаниям, когда он сам пришел в яркий и красочный мир шоу-бизнеса, босой и голодный. Двадцать лет назад. Его встретили так же. Сколько ему было тогда? Двадцать? Или уже двадцать пять? Сейчас ему вдвое больше, и лучшие годы жизни он посвятил творчеству, сцене и людям. Он занимал высшие позиции в рейтингах и топтал лучшие площадки мира. Фанатки просили его оставить автограф на руках, груди, лбу, умоляли сфотографироваться с ним, оглушительно кричали вслед: «Мы любим тебя, Соул Кинг!». Ему было больше нечего желать. Брук был счастлив. И закончивший свою карьеру немолодой исполнитель, поправляя тронутые сединой волосы, дружески пожимал ему руку, печально смеялся: «Кажется, у меня есть преемник». Брук занял его место, его высокий трон кумира миллионов, не помня себя от внезапно рухнувшей на плечи славы. Сегодня под звуки прощальных аплодисментов его пьедестал иконы пошатнулся. Сегодня он ощутил скоропалительное течение времени, которое нельзя остановить. Сегодня вышел его срок. Запыхавшиеся певцы благодарили публику за теплый прием, толпа бушевала и скандировала: «На бис, на бис, на бис!». Брук, как намертво приклеенный, стоял среди вопящих людей, никем не узнанный, никем не замеченный, и понимал, что пришло его время сказать «до свидания» и, пожав руку новой звезде, со старчески доброй улыбкой рассмеяться: «Кажется, у меня есть преемник».