Как же я влюбилась в тебя, Уизли?

Джо уставился на Эмили большими глазами. — Ну? И что вылупился? Не в музее, — улыбнувшись, сказала Блэк. Парень вышел из ступора и накинулся на девушку с объятиями, буквально. — Эмили Блэк? Серьезно? — улыбнулся блондин, не выпуская Эми из объятий. — Отпусти… — прохрипела девушка. — Задушишь же. — А, да, извини, — Кромвелл виновато улыбнулся. — Не думала, что ты учишься в Дурмстранге. Твоя мать же хотела отправить тебя в Шармбатон? — Хотела, — ответил Джо. — Но отец не дал, были крики, скандалы, и все из-за какой-то школы. Если говорить короче, то родители сейчас не живут вместе. — Так, завтра идем, на­валя­ем кру­гов вок­руг Хог­вар­тса и ты, да, ты, — де­вуш­ка ука­зала на не­го паль­цем. — Рас­ска­жешь мне всё. — Хорошо, да и завтра суббота. А теперь, нам пора на корабль, до встречи. — Джоердэйн обнял на прощание Блэк и пошел вместе с друзьями к выходу.

***

По субботам ученики спускались завтракать позже. Но в этот выходной не только Гарри, Рон, Гермиона и Эмили встали пораньше. В Большом зале уже собрались человек двадцать. Кто-то жевал тосты, и все глазели на Кубок огня. Он стоял в центре зала на табуретке, на которую обычно клали Волшебную шляпу. Его обегала начерченная на полу золотая линия, образуя окружность радиусом в три метра. — Интересно, кто-нибудь уже бросил в Кубок пергамент со своим именем? — спросил Эмили. — Дурмстрангцы бросили все, — ответил подошедший с тостом в руках Джо. — А из Хогвартса я еще никого не видел. — А ты кто? — хором спросили Рон и Гарри, повернувшись к Кромвеллу. — Это Джо. Помните, я вам вчера рассказывала, — сказала Эми, и Гермиона кивнула. — Я Гермиона Грейнджер, — улыбнулась девушка. — Это Гарри, а это Рон Уизли. — Еще один Уизли? — удивился блондин. — Я сегодня видел, как МакГонагалл отчитывала двух близнецов Уизли за то, что они варили зелье в туалете. — Кажется, я догадываюсь, что это за зелье, — вздохнула Блэк. Кто-то позади них хохотнул. Обернувшись, Эмили увидела Фреда, Джорджа и Ли Джордана. Они бежали по лестнице вниз, вид у всех троих был вдохновенный. — Свершилось, — шепнули они брату и его друзьям. — Мы его выпили! — Что? Что? — не понял Рон. — Зелье старения, тупая ты башка, — пояснил Фред. — Всего по одной капле, — потер руки сияющий Джордж. — Нам до семнадцати не хватает совсем чуть-чуть. — Если кто из нас победит — делим тысячу галлеонов на троих! — лицо Ли расплылось в широченной улыбке. — Думаю, из этого вряд ли выйдет что-нибудь хорошее, — хмыкнул Джо. — Уверен, уж это-то Дамблдор предусмотрел. Гермиона одобряющие посмотрела на парня и кивнула. Отчаянные головы пропустили слова Джо мимо ушей. — Готовы? — спросил Фред у дрожащих от нетерпения дружков. — Я иду первый! За мной! Фред вынул из кармана пергамент со словами: «Фред Уизли, Хогвартс», подошел к линии, остановился, переминаясь с мысков на пятки, как пловец перед прыжком с пятнадцати метровой вышки. И, глубоко вздохнув, у всех на глазах переступил черту. «Неужели сработало?» — поверила на какой-то миг Эми. Младший близнец тоже поверил. Издав победный клич, он без промедления прыгнул за братом. А у Джо в глазах плясали чертики, он злорадно усмехнулся. Он начал считать: — Три… два… один, — тут же раздался громкий хлопок, и близнецов, словно невидимой катапультой, выбросило из золотого круга. Пролетев метра два, они приземлились на холодный каменный пол. Было не только больно, дерзость еще и кончилась бесславно: хлопнуло во второй раз, и у близнецов выросли длинные бороды. Все помирали со смеху — даже Фред с Джорджем — поднявшись с пола и увидев бородатые лица друг друга. — Я же предупреждал, — послышался низкий голос Дамблдора: в глазах у него плясали веселые искорки. — Ступайте к мадам Помфри. Она уже лечит мисс Фосет из Когтеврана и мистера Саммерса из Пуффендуя. Им тоже захотелось себя состарить. Но, признаться, их бороды ни в какое сравнение не идут с вашими. Фред с Джорджем отправились в больничное крыло в сопровождении хохотавшего до колик Ли. — Идём, — улыб­нулся подошедший к Эмили Джо и пред­ло­жил ей ло­коть. Та взя­лась за не­го и на­чала за­давать воп­ро­сы. Последний раз Эмили видела Джоердэйна, когда ей было десять. Мать, Арабель, француженка, отец, Свейн, родом из Северной Скандинавии, но на недолгий срок Джо переехал жить в Лондон. Арабель всегда хотела, чтобы ее сын закончил Шармбатон, но мистер Кромвелл был против этого. Сейчас парень живет с отцом. На вопрос, по­чему его не приг­ла­сили в Хог­вартс, ведь он жи­вёт в Лондоне, па­рень не от­ве­тил. В от­вет на воп­рос, по­чему он при­ехал сю­да, он с гор­достью ска­зал, что его отоб­рал сам ди­рек­тор Кар­ка­ров. Но учас­тво­вать он не бу­дет, ему все­го пят­надцать. Тут де­вуш­ка вспом­ни­ла, что в июле у не­го был день рож­де­ния, и поз­дра­вила с про­шед­шим. Друзья обошли вокруг Хогвартса раза четыре. На улице было уже совсем темно, поэтому они, поплотнее закутавшись в мантии, двинулись к входу в замок. Со стороны озера к замку шли приближались дурмстрангцы. Виктор Крам шагал рядом с профессором Каркаровым. Остальные тянулись сзади. Гарри, Рон и Гермиона тоже шли в замок, скорее всего, от Хагрида. Джо и Эмили вмес­те заш­ли в Боль­шой Зал, и все сра­зу пос­мотре­ли на них. Бы­ло вид­но, что они об­ща­ют­ся как ста­рые доб­рые друзья. За сто­лом её встре­тило мно­го воп­ро­ситель­ных взгля­дов пар­ней и за­вис­тли­вых — де­вушек, ведь гос­ти толь­ко пер­вый день, а она уже прис­во­ила се­бе пар­ня. Освещенный свечами Большой зал был уже почти полон. Кубок огня стоял на преподавательском столе перед пустым креслом Дамблдора. Фред и Джордж, опять с гладкими лицами, как видно, стоически перенесли разочарование. Эмили, попрощавшись с блондином, села рядом с ними. Скоро подошли и Поттер, Уизли и Грейнджер. — Надеюсь, он выберет Анджелину, — сказал Фред. — Я тоже! — горячо откликнулась Гермиона. — Теперь совсем скоро узнаем! Ужин, казалось, никогда не кончится. Может, потому что праздник длился второй день, никто не налегал, как обычно, на изысканные блюда. Все вокруг ерзали на скамейках, тянули шеи, вставали на на ноги, всеми овладело нетерпение: скоро ли Дамблдор завершит трапезу? Кто будет Тремя Волшебниками? Наконец, золотые тарелки засияли первозданной чистотой. Зал шумел, гудел и вдруг смолк — Дамблдор поднялся с места. Сидящие по обе стороны от него профессор Каркаров и мадам Максим замерли в напряженном ожидании. Людо Бэгмен, как всегда, сиял, подмигивая то тому, то другому в зале. У Крауча, напротив, вид был безучастный, почти скучающий. — Кубок огня вот-вот примет решение, — начал Дамблдор. — Думаю, ему требуется еще минута. Когда имена чемпионов станут известны, попрошу их подойти к столу и проследовать в комнату, примыкающую у залу, — он указал на дверь позади профессорского стола. — Там они получат инструкции к первому туру состязаний. Он вынул волшебную палочку и широко ей взмахнул; тотчас все свечи в зале, кроме тех, что горели в тыквах, погасли. Зал погрузился в полутьму. Кубок огня засиял ярче, искрящиеся синеватые языки пламени ослепительно били по глазам. Но взгляды всех все равно были прикованы к Кубку, кое-кто поглядывает на часы… — Осталась одна секунда… — сказал Ли Джордан. Пламя вдруг налилось красным, взметнулся столп искр, и из Кубка выскочил обгоревший кусок пергамента. Дамблдор замер, протянув руку, подхватил пергамент, освещенный огнем, опять синевато-белым, и Дамблдор громким, отчетливым голосом прочитал: — «Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам!» Зал содрогнулся от грохота аплодисментов и восторженных криков. — Так и должно быть! — громче всех кричал Рон. Виктор Крам поднялся с места, Джо ободряюще хлопнул его по плечу. Крам, ссутулив плечи, вразвалку двинулся к Дамблдору. — Браво, Виктор! Браво! — перекричал аплодисменты Каркаров. — Я знал, в тебе есть дерзание! Постепенно шум в зале стих, внимание всех опять было приковано к Кубку. Чемпионом Шармбатона стала Флер Делакур. Осталось только узнать чемпиона Хогвартса! Все опять повторилось. Огонь покраснел, посыпались искры. Из Кубка вылетел третий кусок пергамента. Дамблдор поймал его и прочитал: — «Чемпион Хогвартса — Седрик Диггори!» — Ну почему он?! — простонали Джордж, Фред и Рон. Все до единого пуффендуйцы вскочили на ноги, топали, вопили до хрипоты, приветствуя идущего к профессорскому столу Седрика. Аплодисменты не смолкали долго. Дамблдор стоял и ждал; вот, наконец, зал угомонился, и он, довольно улыбаясь, начал вступительную речь. Но в середине речи Дамблдор внезапно остановился, и все сразу поняли почему. Кубок огня вдруг покраснел. Посыпались искры. В воздух взметнулось пламя и выбросило еще один пергамент. Дамблдор, не раздумывая, протянул руку и схватил его. Поднес к огню и воззрился на имя. Повисла длинная пауза. Дамблдор смотрел на пергамент, весь зал смотрел на него. Наконец, он кашлянул и прочитал: — «Гарри Поттер»…