Свет в ночи

      В Лагере Полукровок было относительно тихо. Большинство полубогов разъехалось по домам, поэтому Хирон вместе с мистером Д. практически днями играли в карты. Скучно, скажете вы? Раньше кентавру это быстро надоедало, но после того, как Дионис стал ещё больше раздражительным и крикливым, каждую игру происходило что-нибудь новенькое. То банка диетической колы полетит в стену или окно, то какой-нибудь бедный сатир превратится в виноградную лозу или дельфина... В общем, играть стало намного интереснее.       Этим утром Хирон стоял на берегу Лонг-Айленда и смотрел на его тихие воды. Погода была прекрасной, светило тёплое солнце, дул свежий ветерок, развевая густую бороду кентавра. Да, он многое видел за тысячи лет своей жизни, много отважных героев отправил в их последние поиски, много сжёг саванов...       — Хирон! Хирон! — на весь Лагерь раздался девчачий крик.       «Интересно, кому я понадобился в такую рань?» — вяло подумал кентавр.       Со стороны Лагеря к нему бежала Дрю Танака, староста домика Афродиты. Хирон очень удивился, увидев её, потому что детей богини любви иногда не могли добудиться к завтраку, а тут такая рань. Девушка бежала в одной пижаме, не накрашенная и с растрепанными волосами. Кто это, и куда она дела Дрю? Да она скорее бы целый день не выходила из своей комнаты, чем показалась на людях в таком виде!       — Что случилось? — спросил Хирон, когда девушка остановилась рядом и попыталась отдышаться.       — Джессика... она... сегодня... переехала в... Нью-Йорк... — проговорила Дрю сквозь все ещё сбившееся дыхание. Она уже не помнила, когда в последний раз бегала в принципе.       — Так это же хорошо! Теперь Джессика будет ближе к Лагерю и, если что-то случится, сможет помочь, — ответил кентавр, удивлённо смотря на девушку. И к чему такая спешка и испуганное выражение лица?       — Да, наверное... — рассеяно ответила Дрю, вспомнив голос из своего сна, и пошла обратно в свой домик.       «Ну зачем, зачем ты приехала сюда?» — с горечью думала Дрю, снова ложась в кровать.

***

      После вечеринки Перси, Джейсон, Лео и Нико провели все выходные вместе с девушками. Они рассказывали им о своих приключениях, жизни в Лагере и полубогах в принципе. Пару раз сын Аида куда-то исчезал, не сказав ни слова. Ему нужно было поговорить с Хироном насчёт одной своей гипотезы, которая даже ему казалась бредовой. Они вместе перерыли не один десяток старинных свитков, но все же разгадали последнюю загадку пророчества. Это, конечно, казалось безумием, но само существование меча Нико доказывало обратное. Парень решил все рассказать в школе за ланчем, поэтому все время помалкивал, додумывая детали. Неужели Глория действительно... Но кто тогда, если не это? А Нико ещё думал, почему они постоянно ругаются! Ответ был на самой поверхности, нужно было только присмотреться.       В субботу Пайпер сказала, что её отец ждёт Джейсона в гости на следующей неделе. Увидев выражение лица блондина, девушка не смогла сдержать смеха.       — Да расслабься ты! Не убивать же он тебя будет, в конце концов, — сквозь смех сказала она. — Ну, по крайне мере у тебя есть пару дней, чтобы составить завещание.       Аннабет смотрела на Перси и не могла поверить, что два раза судьба всего мира была в руках этого парня. Да, он вроде и не такой клоун, каким показался сразу, но и умным его не назовешь. А их с Нико падение в Тартар? Аннабет поставила себя на их место и с трудом смогла сдержать дрожь.       «А как бы я повела себя там? Да что тут думать? Уже через полчаса на берегу какой-нибудь реки лежало бы моё бездыханное тело. Если бы даже я была полубогом, то у меня все равно не хватило бы стойкости пройти через такое».       От таких мыслей Перси ещё больше поднялся в глазах Аннабет. Сам же сын Посейдона смотрел на девушку и пытался понять, что же он все-таки к ней чувствует? Любовь? Дружбу? Обычную симпатию? Все дело в том, что парень никогда не влюблялся и не знал это чувство. А, может, было ещё кое-что? Что-то лёгкое, быстрое, но почему-то засевшее в его памяти? Поцелуй Джесс. Девушка такая добрая, слабая, стеснительная... В общем, полная противоположность Аннабет. Эти светло-русые волосы, глаза цвета полевых васильков, от природы ярко-розовые губы... Дочь Афродиты доказывала своё происхождение и ещё ни разу не подвела свою маму плохим поведением или дурным вкусом. Перси не любил её, но парня тянуло к этой девушке, ему хотелось её защищать, чтобы Джесс никогда не грустила... Сын Посейдона понял это после своего отъезда из Лагеря. Очень трудно описать то чувство, что он испытывал к Джессике, но это была не любовь. Парень не мог разобраться в самом себе, и это немного сводило его с ума.       И вот она стоит перед ним. В своём кремовом платье, которое подчёркивало тонкую талию и дополняло светлые волосы, Джессика напоминала Перси ангела, спустившегося с небес. Васильковые глаза с удивлением смотрели на него, от чего казались ещё больше (если такое вообще возможно).       — Джессика?.. — смог выдавить из себя сын Посейдона. Это что, сон?       «Что она тут делает? Она же сама мне говорила в последний день, что уедет к отцу в Лос-Анджелес. В последний день».       И снова воспоминание о том лёгком поцелуе в щечку...       — Перси? Лео? Джейсон? Нико? Что вы здесь делаете? — ошарашено спросила она. — Я думала, что вы сейчас в п...       Джессика хотела сказать «в поиске», но вовремя остановилась. Вокруг было слишком много лишних ушей, поэтому не стоило говорить так открыто.       «Он здесь! Значит, тот сон был знаком, что мы встретимся! Что может быть лучше?» — радостно думала девушка, но изо всех сил пыталась не выдать своих эмоций.       — Я думала, что вы в другом городе, — быстро исправилась она.       — Мы недавно перевелась в эту школу, — задумчиво ответил Нико. — Но почему ты не в Лос-Анджелесе?       — Отцу предложили выгодную работу в Нью-Йорке, вот мы вчера и переехали, — ответила Джессика.       — Эй, может, познакомите нас? — спросила какая-то девушка. Она и ещё четыре её подруги сделали шаг вперёд.       Одна была блондинкой с серыми глазами, вторая — её полная противоположность. Чёрная футболка с названием какой-то рок-группы, ярко-голубые, в цвет глазам, джинсы и короткие чёрные волосы, торчащие иголками, придавали девушке вид бунтарки. Та, что говорила, была шатенкой с волосами средней длины, очень загорелой кожей и глазами-хамелионами. А вот четвёртая заинтересовала Джессику больше остальных. Она была ОЧЕНЬ похожа на Лиз, её хорошую знакомую, но что-то неуловимое все же отличало их. Тут дело даже не в золотистом отливе волос... Джесс всегда могла «читать» людей, видеть их настоящими, без всех этих ненужных масок, которые мы одеваем каждый день. Это было одним из плюсов быть дочерью Афродиты и очень часто помогало Джессике в выборе новых знакомых. Так вот, внутри эта девушка и Лиз были совершенно разными людьми, но что-то все равно связывало их.       — Да, конечно, — спохватился Джейсон. — Джессика, это Аннабет, Талия, Пайпер и Лори. Девушки, это Джессика, мы с ней из одного Лагеря.       Девушки приветливо улыбнулись Джесс, а она вопросительно подняла бровь, смотря на парней.       «Неужели они все им рассказали? О Лагере, богах? А вдруг они какие-нибудь монстры?» — подумала дочь Афродиты, но тут же отмела последний вариант. Нет, они не могут быть монстрами, иначе она бы это почувствовала.       Когда Джессике было двенадцать, ей пришлось в одиночку добираться до Лагеря от самого Лос-Анджелеса. Её сатира практически сразу убила Адская гончая, но он все же успел объяснить девочке, где находится безопасное место. Это были худшие недели в жизни Джесс, и с тех пор она может без труда отличать монстров от обычных смертных. Посмотрев на девушек, дочь Афродиты с точностью могла сказать, что монстрами они не являлись.       — Приятно познакомиться, — сказала она и тепло улыбнулась.       — Джесс, у тебя сейчас какой урок? — спросил Джейсон.       — Ну, вообще-то история, но сначала мне нужно сходить в библиотеку и забрать учебники.       — О, так у нас с Перси сейчас как раз история! Давай мы тебе поможем, — предложила Талия, которой сразу понравился этот ангелок с ярко-синими глазами.       Джессика хотела отказаться, но девушка уже взяла её под локоть и потащила по коридору, а Перси пошёл следом.