Трудная жизнь в Киркволле

декабрь 2213 г.

— Селя, твою ж бифидобактерию! Что ты творишь?! Тогда я в последний раз увидела прекрасный закат Монте-Милиса. Вдохнула его воздух и почувствовала дуновение ветра. Не то, чтобы я шибко переживала по поводу того, что опять пересекаю реальность этого мира, но что-то было не то. Как выяснилось позже, это перемещение вышло мне боком. Я погрузилась в глубокий сон. Сон, который длится уже около десяти лет. И я не знала, сколько он будет продолжаться ещё, но я обещаю, что тот, кто это сделал, ответит. Селия Росс ещё пожалеет, что появилась на свет… — Лесли, да что с тобой?! Ледяная вода окатила меня с ног до головы. Всё тело пронзила дрожь, и я готова была поклясться, что мне никогда не было так холодно. Как говорится, утро добрым не бывает. А уж если это утро начинается с ледяного душа, то точно жди беды… Что ж, позвольте представиться. Я элетанка Элен, а точнее, была ею когда-то. Давно, очень давно. Некогда я жила в прекрасном мире под названием Мираклия. В волшебном графстве Монте-Милис, где ты не знаешь ни забот, ни хлопот, разве что ежедневно терпишь швабру бабы Дуси. А теперь… я просто Лесли. Маленькая тощая городская эльфийка с большими печальными глазами и острыми торчащими ушами. И, наверное, глаза печальные у меня были не от того, что я живу в одном из самых ужасных районов города Киркволла, а от того, что тут у каждого третьего эльфа глаза созданы лишь для того, чтоб делать из них ожерелья. Ужасные мысли, но поистине я согласна с этим мнением, не помню вот только, чьё оно. Живу я… в хибаре. Хотя эту убогую конуру и хибарой-то сложно назвать. У нас туалет в мираклийской общаге и то больше и чище был. По соседству со мной живут мыши, крысы, тараканы и надоедливая эльфийка по имени Мерриль. Даже не знаю, кто хуже. Скорее всего, последняя, ибо тараканы не вызывают демонов и не заставляют таскать тяжелые вещи. Раньше со мной жила тётка эльфийки, в чьё тело я когда-то вселилась. А вселилась я в тело подростка. Вот представьте, стошестидесятилетняя элетанка стала пятнадцатилетней девочкой-эльфийкой, чья жизнь, как оказалось, была не сахар. Моя прежняя жизнь была не лучше, но не до такой степени. И, наверное, это было самым ужасным для меня событием в день моего прибытия сюда — осознать то, что тебе вновь придется испытать на себе все муки Ада. Вновь повзрослеть, потерять всё и… но было вовсе не так. Я уже не была той элетанкой, которую изгнали в день ее совершеннолетия с родной планеты. Я была эльфом, который уже был, по сути, почти взрослым. Голова раскалывается. Тело онемело. В горле точно образовалась пустыня. Перед тобой стоит какая-то гражданочка в одёжке девяностых годов тринадцатого века и орёт на тебя за то, что ты спёрла булку с прилавка. Ну чё, офигела я. Хотя нет, офигела я тогда, когда увидела себя в зеркале. Естественно, я в тот день лишилась своих никчёмных крылышек и любимого хвоста. Вместо коротких синих волос у меня теперь были две длинные рыжие косы, которые, впрочем, вскоре укоротились и попытались вернуть прежний цвет. Из-под них торчали два огромных лопуха, которые назывались ушами, а эти глаза… мне хотелось плакать. Я всегда мечтала о таких милых глазках. Конечно, в основном в моей новой сущности были сплошные минусы, и главный минус — это, конечно, возраст, но вот глаза… за них бы я убила. Тётка Лесли вскоре померла, и она осталась сиротой, благо имелись крыша над головой и хорошие соседи, готовые помочь бедняжке в трудную минуту. Так вот и началась моя новая жизнь в новом для меня мире. Почему бы и нет? Я привыкла, что меня перекидывало из одного мира в другой. Из одной Вселенной в другую. Это уже стало смыслом моей жизни. Да я уже и представить себя не могла без всего этого. Новый день, новая жизнь, и вот я снова в полной жопе. А точнее, в Киркволле. В принципе, это почти то же самое. — Лесли, проснись?! Что с тобой?! — вновь послышался взволнованный писклявый голосок у меня над самым ухом. Я лениво открыла один глаз, а потом вновь закрыла, ибо поняла, кто нарушил мой покой. — Мерриль, твою ж бифидобактерию, какого хера ты облила меня водой? — безо всяких эмоций спокойно протянула я. — Ты это… я это… Лесли! Ты жива! — закричала радостно девушка. Вот только мне было что-то не до радости. И с чего это, интересно? Может, потому, что я ненавижу ледяной душ с утра пораньше? Или же потому, что я не люблю, когда по моему «дому» шныряют всякие эльфийки, которым не спится в шесть утра! Я всё же, кряхтя, соизволила подняться и наконец посмотреть на причину своего незапланированного раннего пробуждения. Как я и думала, передо мной «возвышалась» худенькая, как, впрочем, и все в этом мире, эльфийка с большими щенячьими глазищами и куриным гнездом на голове. Она крепко сжимала в руках посох и, судя по всему, хотела им кого-то огреть. Кого именно, я определённо не хотела знать. — Ты на меня так смотришь, будто демона увидела. Хотя… сомневаюсь, что у тебя была бы такая реакция. Скорее ты бы тут начала ремигольд плясать. Ты что-то хотела? — выжимая край пижамы, спросила я. — И, кстати, спасибо за душ. Ты даже не представляешь, как я «люблю», когда меня таким образом будят. — Ты… ты долго не просыпалась. Я… я подумала, что ты… что ты… — заикаясь, начала она. — Что я в Тени? — спросила я. Мерриль кивнула. — Не переживай. Я не маг, чтоб туда-сюда шастать по Тени. Да и моя Тень шибко отличается от твоей. Скорее это воспоминания прошлой жизни. Девушка облегченно выдохнула. — Ох! Я так напугалась! — И ты так и не ответила, что ты хотела? — поднимаясь с промокшей постели, спросила я. Хлюпая по полу босыми ногами, я скрылась за неким подобием шкафа, точнее, это я так его называла. На самом деле это была лишь перегородка в стене, к которой было приколочено несколько ржавых гвоздей и полочек. Найти хоть какую-нибудь чистую сухую одежду оказалось сущей проблемой. Одна часть моего гардероба, а именно — «рабочая одежда», была настолько «чиста», что носки Джона Рида нервно курят в сторонке. А другая слегка… эмм… своеобразна. Ужасное платье, которое не прикрывает даже зад, будет вечно сниться мне в кошмарах. Спасибо одной пиратке, притащившей меня в день моего совершеннолетия в «Цветущую Розу». Да сохранит Создатель мою душу грешную, да простит он мне мои грехи и бла-бла-бла. Мерриль всё то время, пока я рылась в своих немногочисленных шмотках и пыталась хоть что-то найти, топталась на месте и подбирала, по всей видимости, нужные слова. — Эээ… да. Я пришла, чтобы… чтобы… — Не тяни, Мерриль! — стягивая с себя промокшую пижамку и закидывая её в угол, проскулила я. Пришлось надевать то, что относилось к первой категории одежды. Буду как Изабелла, ёпт. — Да-да конечно! Ой, что это я. В общем, мне… то есть нам… нужно немного денег. Не могла бы ты нам дать? В смысле, одолжить? — посмотрев на меня своим щенячьими глазами, протараторила она. Ну конечно. Одолжить. Ради чего эта эльфийка-магичка могла меня ещё разбудить ни свет ни заря? Не на праздник же пригласить, в самом деле. Для этого у неё имеются более влиятельные друзья, вроде Защитницы Киркволла. А что я? Я просто эльф, который имеет хороших «друзей», разрешающих финансовые проблемы населения как Эльфинажа, так и других нищих. — Конечно! Почему бы и нет? У меня ж денег куры не клюют, — нервно усмехнулась я. — Элен добрая душа, всем одалживает. Сама при этом живёт в конуре, — пробурчала я уже чуть тише. Мерриль продолжала выжидающе наблюдать за тем, как я натягиваю сапоги и передвигаюсь по комнате в поисках заначки. — Эх, и чего я не Защитница Киркволла! Была бы бедной сироткой, живущей в огромном особняке Верхнего города, — продолжала ворчать я, тем самым намекая на то, что денег ей могла бы «одолжить» и прославленная подружка. Мерриль при упоминании Хоук тут же залилась краской до самых кончиков её длинных ушей. — А… эээ… Ну, я стесняюсь у неё просить. Как-то неловко, — понурив голову, пропищала она. Действительно. Лучше попросить у собрата, эльфа-бомжа, чем у лучшего друга. К тому же, чтоб дойти до Хоук, нужно топать через весь город, потеряться при этом, ещё и не обнаружить её дома и в итоге остаться ни с чем. А тут раз, прошел два метра, наколдовал холодной воды, и на тебе — деньги с неба упали! — Держи, вот всё, что есть, — протягивая ей мешочек с монетами, проговорила я. — А теперь иди, давай уже. У меня ещё важные дела. Важные дела, ага. Бессмысленное блуждание по Клоаке в поисках одного мага. — Лесли, спасибо! — воскликнула Мерриль. Исчезла она так же быстро, как и появилась. Пфф, чёртовы маги. Так вот и живу. Сплю, жру и граблю… точнее, одалживаю безвозмездно деньги у богатых и отдаю их бедным. Таким, как Мерриль. Хотя Мерриль сложно назвать бедной. Милое с виду создание, на самом же деле долийский маг-отступник, балующийся магией крови. Я поначалу не понимала, что это за магия такая и почему её все боятся. Но, прожив тут десять лет, поняла, что это самый настоящий капец этого мира, не считая драконов и дяденек в дурацких костюмах, которые, кстати, и гоняются за этими самыми магами. Храмовники или маги, если честно, не знаю, кто хуже. Одни колдуют, поджигают, вызывают демонов. Другие носятся за первыми, ловят, а потом и сами не знают, что с ними делать. В итоге некоторым вырисовывают какие-то солнышки на лбу, а некоторых просто-напросто убивают. Вот и думай — кто из них хуже. Вроде и те, и эти — непосредственные убийцы. А с другой стороны — вот чего эти маги колдуют всё? Вот не колдовали бы, так их никто и не ловил бы. Прям вот живу столько лет, а никак не пойму их логики. Может, для этого магом родиться нужно? Может, я бы тогда смогла их понять. А может, не стоит вызывать всяких демонов, как это делает Мерриль. Если вспомнить те выкрутасы Сели, то можно предположить, что эта засранка в тот самый день применила ту запретную магию, за которую тут усмиряют или даже убивают. Ей несказанно повезло, что она была не здесь, ибо тётушка Мередит давно бы её запихнула в Круг и поставила бы на лбу то самое солнышко. Если честно, то даже не жалко бы её было. Меньше нужно руки резать и всякую фигню вызывать. Порой вздрагиваю от каждого прихода Мерриль, вдруг ей взбредёт в голову тоже кого-нибудь вызвать в моём присутствии. Мне хватило того злосчастного зеркала, которое мы пёрли от самой Расколотой Горы. До сих пор спина болит от этой проклятой поломанной развалюхи. Новый день не предвещал ничего дурного. Я, как и обычно, решила позавтракать в «Висельнике», ибо мир изменился, тело изменилось, а вот способности остались всё те же — я ни хера не научилась готовить. До сих пор удивляюсь, как у меня тараканы тут выживают. Схватив со стола два кинжала и распахнув слегка покореженную дверь, я вдохнула помойный запах Нижнего города. Кхе, ну а что поделать? Беднякам выбирать не приходится, да и воздух здесь всяко лучше, чем в Клоаке. Оглядев улицу, я поняла, что за все эти года здесь всё осталось прежним. Дерево в центре всё так же стоит, дети вокруг него, как и прежде, бегают, а хромое подобие собаки всё ещё пытается от них убежать. Тяжело вздохнув, я пошла вверх по лестнице. Кинжалы, честно говоря, я так, чтоб народ пугать, с собой таскала. Я понятия не имела, зачем и как ими пользоваться. Один мой знакомый гном предлагал мне хотя бы научиться стрелять из лука, но я категорически отказывалась, ибо помнила, как отбила все пальцы тетивой, когда меня учил стрелять один ферелденец. Этот гад в один прекрасный момент просто взял и свалил. Через несколько месяцев я получила письмо, в котором говорилось, что он стал Серым Стражем и что вряд ли мы когда-либо встретимся. А ведь я в него чуть не влюбилась. Погода была самая что ни на есть прекрасная. Настроение, несмотря на раннее пробуждение, тоже было на высоте, и этот день ничто не могло испортить, разве что… — Эй, ты! Под ноги смотри! — взвизгнула какая-то овца, которой я случайно наступила на ногу. — А ты не путайся под ногами, тупая курица, — фыркнула я, продолжая что-то впаривать трактирщику. — Ты кого курицей обозвала, моль плешивая?! — продолжила она. — Хочешь, чтобы я тебя в ледышку превратила?! Вот спасибо. Меня уже сегодня почти превратили, думаю, хватит с меня. В конце концов, у меня тут не бутик. Так. Стоп. Что значит «в ледышку»? Только не ещё один маг… Я глянула на эту кралю и поняла, что она и впрямь была тонкая штучка. Миниатюрная, хорошо одетая девица с большими выразительными глазами и длинными серебристыми волосами. За спиной виднелся посох, а значит, она точно была магом. Судя по этой мантии, из Тевинтера. Ну че, ты влипла по полной, Элен. Феню бы сюда, эх… Но Элен была бы не Элен, если б просто так отступила. — О, так ты ещё и магичка! — театрально хлопнула в ладоши я, тем самым привлекая внимание посетителей. — Ну, давай-давай, попробуй. Испытай на себе гнев тётушки Мередит. И хотя вышеупомянутую я «любила» так же, как и всех здешних богачей, эта куколка бесила меня в данный момент больше. — Ты, наверно, не здешняя. Ну так вот, тётушка Мередит не любит всё то, что пытается пыхать огнём, пулять льдом и кидаться демонами. Правда, она ещё и воров, позарившихся на её блестящие штучки, не любит, но этого ей знать не обязательно. — Достала меня, готовься к смерти! — воскликнула девица, собирая магическую энергию в руке. Мать вашу, надо делать ноги. — Эй-эй, дамы! Только не у меня в «Висельнике»! — вмешался появившийся незнамо откуда гном. Я удивлённо зыркнула на него. — С каких это пор «Висельник» стал твоим, Варрик? Кажется, блондинка была тоже крайне удивленна. — Не переживай, Фиалка, скоро будет, — улыбнулся он своей обворожительной улыбкой и перевел взгляд на блондинку. — Ласка, позволь представить ту, которая тебе поможет в твоем деле. Лесли — лучшая воровка Киркволла. Угу, это была шутка, если что. — Что?! Вот эта мошка? — расхохоталась она. — Нет уж, спасибо. Как-нибудь сама разберусь. Я презрительно на неё посмотрела и фыркнула. — Я и не собиралась тебе помогать. Варрик пошутил. Надеюсь. — Может, всё-таки обговорим всё это в тихой обстановке? Как насчёт моего люкса? К тому же, тебе все еще нужна помощь, — улыбнулся он магичке, чем вызвал у меня приступ ревности. Не то чтобы я была по уши влюблена в этого гнома, но мне не нравилось, что он лыбится этой мымре. — Фиалка, уверяю, тебя это дело заинтересует. Оно связано с твоей хорошей знакомой Мередит. Услышав имя своей «любимой подруги», я призадумалась. Значит, Мередит. Что ж, поговорить пока можно. Но только поговорить. — Ладно, я готова поговорить, если эта уберет свои магические штучки подальше, — фыркнула я. Блондинка пафосно закатила глаза. — Пфф, не очень-то хотелось марать об тебя руки.