Сборник драбблов по Seventeen

      Вону знакомится с Сокмином, в одном из подпольных клубов, и отчего-то проявляя к парню щенячью нежность и какой-то непонятный, для него самого, материнский инстинкт спонтанно предлагает жить вместе, лишь услышав краем уха, что тот ищет соседа. Докём грезит мыслью снять двушку в центре, почти на последнем этаже недавно достроившейся высотки с большими окнами в пол. У Чона в голове что-то дёргает и он, недолго думая тянет парня за руку к себе и шепчет в ухо по-гейски стрёмное: “ты нашёл меня”. Ли на такую выходку лишь пьяно смеётся, но на сожительство соглашается – чем чёрт не шутит. На следующее утро они просыпаются в обнимку в квартире старшего, и после едва ли сытного завтрака, состоящего из кофе и пары печенюшек, начинают собирать и паковать вещи Вону.       Почему-то никаких проблем не возникает. Парень лишь протягивает руку, и хриплым голосом представляется: “Ли Докём”. Позже, при оформлении документов выясняется, что имя настоящее лишь наполовину, но Вону не обижается, - мало ли, что в голове у этого странного парня. Переезжают они так же быстро. Разбирают вещи, раскидывая по местам оставшийся в коробках хлам, вроде маленьких стеклянных статуэток, которые на кой-то чёрт припёр со старой квартиры Чон, и пьют дешёвый растворимый кофе, пытаясь вести светскую беседу. Разговор не клеиться, и Сокмин материться, на чём свет стоит, ругая всё подряд: и старушку, которая запросила больше договорной суммы, и кофе, который, по его словам “слишком не то”. А позже материт и Вону, спрашивая девичье, розово-сопливое: “почему именно я?” . И вроде “NO ALKOGOL”, и вроде всё хорошо начиналось, и повода для истерики нет. А потом парень открывает окно и курит. Медленно, затягиваясь с наслаждением и чуть откидывая голову назад, выдыхая струйки дыма в и без того отравленный, грязный воздух ночного города. Беспочвенные психи проходят и он улыбается старшему своей самой искренней улыбкой.       Сначала Вону думает, что вместо табака в сигарету напихана трава. Позже, когда парень чуть пошатываясь, подходит к нему, обнимает, и всё с тем же блаженным выражением лица шепчет в шею: “прости за внезапную истерику” он думает, что наверняка прав по поводу запрещённых веществ, но сдавать только приобретённого сожителя не собирается. Ему хочется поцеловать нежного, и разморённого дымом Сокмина, но Вону вроде как гетеро, и вроде как, совсем не должен об этом думать. Зато об этом думает Ли, и, не стесняясь своих мимолётных желаний, лезет к нему за поцелуем. Лезет, промахивается и попадает губами в подбородок старшего, после чего хихикает и отрубается прямо на руках у ошарашенного Чона. И вроде бы за такую выходку надо ударить, и вроде бы не нужно тащить мелкого до кровати и переодевать, запихивая в смешную пижаму с ромашками. Но Вону тащит. Потому, что тот слишком милый, слишком потерянный, а ещё немного взъерошенный, и похож на цыплёночка. Мило причмокивает губами, уже полностью проваливаясь в сон, и Чон ещё несколько раз за вечер успевает себе напомнить, что гетеро, и, что нельзя так на парня смотреть. Он плюёт на всё это, и идя в разрез своих же принципов касается губами щеки младшего, после чего, как заботливая мамаша поправляет одеяло, едва ли не подпихивая его края под тело парня, а выходя из комнаты, думает, что, возможно это всего лишь грёбаный материнский инстинкт или дружеская симпатия и ничего больше.       Ничего больше, уверяет он себя и подбирает с полу пачку сигарет. Крутит её в руках, рассматривает и думает выкинуть эту дрянь или же Ли разозлится, узнав, что Чон трогал его вещи. Он немного психует, вытаскивает одну сигарету из пачки и садится около окна, там, где ещё полчаса назад точно так же сидел младший. Вону крутит сигарету в руках и думает, что “от одной сигареты ничего не будет”, если это конечно обычный табак. А если нет, то он может после первой же затяжки почувствовать себя птичкой, и попробовать махнуть из открытого настежь окна к своим пернатым сородичам. Конечно, маловероятно, что парень до них долетит, но вот труп, размозжённый по асфальту, они поклевать всё же смогут. Он щёлкает зажигалкой и подкуриваясь смотрит на огни ночного города, что так хорошо видны из окна. Легкие наполняются дымом, и парень лишь удивляется тому, какие крепкие сигареты курит младший. И это, без сомнений обычные магазинные сигареты, разве, что тяжелее тех, которые он пару раз курил до этого. Дым, пробиваясь в легкие, будто туманит разум и Вону думает, что идея поцеловать Сокмина была не столь уж странной. И уже плевать на то, что он вроде как гетеро, что девочка с параллельного потока чрезвычайно мила и, что на следующей неделе у них уже не первое по счёту свидание. Окурок летит в окно и без сомнения парень бы хотел полететь следом, но не судьба. Не судьба, потому, что Докём заходит на кухню в милой пижамке с ромашками, и все мысли Вону о полёте улетают в окно вслед за докуренной сигаретой. Ли трёт глаза и старший думает о том, что, наверное всё же подался в геи, потому, что в штанах становится предательски тесно, и тут уже не до мыслей о том, гетеро ты или нет. Парень улыбается и садится рядом, обнимая старшего за шею. Смотрит в глаза так, что дышать сложно, и губы как-то сами собой тянутся за поцелуем, а ладонь зарывается в волосы, притягивая ближе. Поцелуй смазанный, тягуче-ленивый, с нотками сигаретного дыма, а обветренные губы младшего покрыты грубой коркой. И Вону вроде как чертовски нравится, но вот только это совсем не то, чего он ожидал. Разочарование накрывает с головой и приходит понимание того, что подружку с параллельного потока целовать куда приятнее.       Сокмину же, наоборот поцелуй нравится, и нравится очень сильно. Он не может оторваться от старшего, засасывает то верхнюю губу, то нижнюю, придвигается ближе и продолжает шарить своим языком у него во рту, не смотря на то, что тот уже около двух минут бездействует и даже не обнимает его. Чон аккуратно отстраняет парня, и смотрит немного растеряно-виновато. - Я не нравлюсь тебе, хён? – тихо спрашивает младший, печально смотря из-под отросшей чёлки. - Ты мне нравишься, но... – на полминуты Вону спотыкается и растерянно добавляет, - но это было совсем не так, как я ожидал. - Противно? - Нет, скорее этот поцелуй был похож на дружеское рукопожатие, - чуть усмехается старший, - но больше так делать определённо не стоит, хоть мы и друзья. Друзья ведь? – спрашивает он и улыбается. Так лучезарно, светло и по-домашнему уютно, что у Сокмина едва ли слёзы в уголках глаз не выступают. И если всего пять минут назад он был уверен, что Вону теперь его новый парень, то теперь этот самый парень, к которому он не равнодушен, загоняет его в клетку, под названием: “Френдзона”. - Конечно друзья, - горько усмехается он и вытягивает из пачки сигарету, что бы забыться новой порцией никотина, потому, что чёртов статус “друзья”, теперь звучит для него словно приговор. Вону извиняется ещё раз, и говорит, что ему очень жаль.       Затем желает Ли добрых снов и уходит в комнату. Почти выйдя за порог, он предупреждает, что на учёбу встаёт рано и спрашивает, нужно ли будить младшего. Тот отрицательно качает головой и усмехается – заочное обучение, и возможность появляться в колледже раз в полгода дают много свободного времени. Вот только проводить это самое свободное не с кем. Сокмин выбрасывает докуренную сигарету в окно и думает, что даже не спросил Вону, где тот учится, чем увлекается и есть ли у него девушка. Он закрывает окно, пьёт зелёный чай с мятой и думает, что у них ещё будет время пообщаться на разные темы и лучше узнать друг друга. Они ведь чёртовы друзья, как-никак.