Дурные оттенки +6

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Pet Shop of Horrors

Основные персонажи:
Граф Ди IV, Кристофер Оркотт, Леон Оркотт
Пэйринг:
Леон/Ди
Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Мистика, Детектив, Мифические существа
Размер:
Миди, 6 страниц, 1 часть
Статус:
заморожен

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Детектив Оркотт почему-то странно реагирует на некоторые цветовые сочетания, Ди ждет какие-то особенные яблоки и совершенно не хочет помогать Леону, а Крис пытается примрить их обоих.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Фанфик был начат около девяти (на самом деле, уже одиннадцати... ==" Я даже сделаю вид, что мне стыдно, но нет.) лет назад и примерно тогда же и был заморожен. Мне бы соавтора, а Шурпанюшка?
Может быть, когда-нибудь и будет дописан.

Часть 1

22 сентября 2015, 12:21
      Детектив Оркотт мучился от головной боли уже третий день подряд. Его новое дело было еще более странным, чем какое-либо до него, но больше всего Леона раздражало то, что ненавистный китаец Ди при всем его, Леона, желании был непричастен.
      Так вот, Леон уже третий день безвылазно сидел в отделении, мучился от мигрени и раз за разом пересматривал улики: видео с камеры наблюдения, пучок травы со следами крови и горстку необычного жемчуга – полупрозрачного, голубого и непривычно крупного. Несколько этих жемчужин были более мутными, перепачканы в крови и имели более вытянутую форму, чем остальные – они были извлечены из колотой раны в груди убитого.
      У убитого три дня назад Хейли Крайса, рыбака из Ньюпорта, обнаруженного возле закусочной N, в груди напротив сердца была внушительных размеров дыра, нанесенная чем-то чертовски острым и длинным, похожим то ли на заточенный каким-то идиотом ломик, то ли на немецкий десантный кинжал. Оркотт больше верил в версию с ломиком, так как недавно из местной психиатрической лечебницы сбежала мисс Дамптон, судимая несколько лет назад за убийство своей семьи, но признанная судмедэкспертами невменяемой.
      «Большой тогда был скандал с этой мисс Дамптон, весь город на ушах стоял», - меланхолично размышлял Леон, катая между пальцев одну из жемчужин – сплюснутую немного с двух сторон, напоминающую по форме двояковыпуклую линзу. Детектив даже посмотрел ее на просвет, в очередной раз ничего не увидел, отложил в сторону и вздохнул.
      Три дня назад.
      Солнце палило нещадно. Асфальт плавился под ногами, мороженое в руках Криса, детектива и Ди неумолимо таяло, а до зоомагазина было еще далеко.
      - Мой дорогой детектив, - в своей обычной манере поинтересовался граф, - неужели вы настолько не любите сладкое, что откажетесь даже от этого замечательного мороженого? Ваш племянник крайне огорчится, если ваш редкий выходной будет омрачен испорченными брюками, не так ли? А ведь сегодня фестиваль фейерверков.
      Крис согласно кивнул, и они с Ди принялись за сахарные рожки с утроенным энтузиазмом. Леон поперхнулся и снова удрученно посмотрел на сладкий прохладный шарик, медленно тающий у него в руках. Ну почему ему досталось именно дынно-черничное?! Сочетание фиолетового и золотистого в последнее время вызывало у детектива какое-то неоформленное смутное чувство, приводившее его в легкий ступор и заставляющее шумно сглатывать слюну и чаще дышать. И вот опять. Потеки мороженого в рожке как-то причудливо смешивались, и сочетание фиолетовых и золотистых полос снова гипнотически влияло на мужчину. Леон очнулся лишь от настойчивого гудения телефона в кармане.
      - Детектив Оркотт! Убийство на Набережной Уиллесс!

      - Да… Не повезло парню, - Джилл из отдела криминалистики в очередной раз щелкнула фотоаппаратом, снимая рассыпанный по асфальту жемчуг. - Жена осталась, двое детей…
      Леон стоял в стороне и нервно, в долгий затяг, курил. Его пугало выражение лица убитого – несчастное, испуганное, жалкое, но было в нем и что-то такое, что навевало мысли о том, что убийцей был кто-то из семьи Крайс. Отбросив окурок, Леон вместе с бригадой судмедэкспертов, грузивших труп в неприметную машину со скромно нарисованной на боку цифрой 200, поехал в участок.
      В участке все стало еще хуже – при проверке документов убитого обнаружилось, что он был прямо-таки ангелом божьим – ни криминала, ни врагов. Не было даже невинных штрафов из патрульно-постовой службы. Обычный средний американец. Колледжа не заканчивал, продолжал дело отца, оставившего ему в наследство небольшой рыболовецкий траулер. В 28 лет женился на Мередит Селкриш, уроженке южной Дакоты, завел детей. Старшему сейчас 16 лет.
      Бедный Оркотт! Знали бы вы, чем обернется для вас это дело!

***


      Детектив в очередной раз нервно сглотнул слюну и потянулся за новым пирожным, больше напоминавшим шедевр архитектурного, нежели кондитерского искусства. Отчаявшись разглядеть хоть что-то необычное в обычных жемчужинах, наш давний знакомец решил проведать Криса и, как впрочем и всегда, застал Графа и племянника за чаепитием. Только в этот раз была одна проблема, и эта проблема сидела прямо напротив Леона. У проблемы были янтарного цвета глаза и длинные пшеничные волосы, заплетенные в толстую косу, а изумительную, с точки зрения Леона, фигуру, не портили даже последние месяцы беременности. Длинное нежно-сиреневое шелковое платье, расшитое золотыми перьями и звездами, переливалось под тусклым светом настольной лампы, точь-в-точь как глаза посетительницы, смотревшей на Леона в упор.
      - Ди! Почему так темно?! Или ты хочешь от меня спрятать что-то запрещенное? – Оркотта от накатившей волны смущения внезапно понесло не в те словесные края.
      - Мой дорогой детектив, я уже не раз предлагал вам обыскать мой магазин, дабы удовлетворить, наконец, вашу паранойю, но сейчас ваши подозрения абсолютно беспочвенны. Приглушенное освещение же будем считать капризом нашей гости. В силу ее воистину уникального положения, ей многое позволительно.
      - О, Граф, не стоит так переживать, разве вы не видите – ваш друг просто слегка не в своей тарелке, - подала голос очаровательная гостья, не переставая пялиться в упор на детектива и поглаживать Криса по голове. Мальчик млел и ластился к большому и теплому животу. Истинный облик гостьи мало его смущал.
      - Так, Ди, - Леон от более чем холодного тона женщины встряхнулся и настроился на деловой лад. - У вас в Чайнатауне полно всякой подозрительной шушеры, так что может ты знаешь, кому могло принадлежать это? – И детектив положил на стол перед собой небольшой пластиковый пакет, в котором перекатывались с глухим звуком несколько тех самых жемчужин. Ди аккуратно поднял пакет, изящно придержав при этом широкий рукав чеонгсама. Показавшееся при этом тонкое запястье заставило Леона на секунду потерять ориентацию в пространстве – слишком резким был контраст темно-бордового полумрака и белой кожи.
      - К сожалению, нет, - Ди вздохнул и покачал головой. Черные волосы качнулись, будто длинные прямые трещины рассекли белоснежную маску. Сверкнули в темноте разноцветные глаза.
      - Может вы знаете, что это, госпожа? – граф с почтительным полупоклоном передал пакет женщине. Та внезапно рассмеялась. Леону показалось, или откуда-то донесся легкий перестук, как будто кто-то нервно барабанит ногтями по столу? Крис разглядывал на свет откуда-то взявшееся золотистое перо с фиолетовым в неверном свете краем.
      - Не думала, что когда-либо снова увижу их! Дай боже памяти, последний раз был в Копенгагене! – проговорила гостья, утирая с глаз слезы. - Их хозяин, я так полагаю, мертв?
      - Вы знаете что это? Откуда вам известно про убийство? – детектив в возбуждении подскочил на месте, расплескав чай.
      - Про убийство вы сказали сами, только что. Я лишь утверждала, что их хозяин мертв. Насчет того, что это, разве вы сами не видите? Это обычный морской жемчуг. Еще скажу вот что – тот, рядом с кем вы это нашли, получил по заслугам, только и всего.
      - Вы явно что-то скрываете от следствия! Будете так любезны, явиться завтра в участок, на допрос!
      - Леон, поумерьте свой пыл…
      - Хватит, - спокойный тон женщины был словно льдинка, спущенная за ворот, - вы слишком много о себе возомнили, юноша, - она порывисто встала, чего никак нельзя было ожидать от женщины в ее положении.
      Оркотту показалось, или все то время, которое она шла до двери, Ди барабанил ногтями по столу? Или это был Крис?
      Мальчик мой, - женщина остановилась у дверей и в последний раз погладила Криса по встрепанной голове, - оставь перышко у себя, дарю. И помни – я всегда тебя услышу, где бы ты ни был, и приду на помощь.
      Ди и Крис печально и укоризненно смотрели на непутевого детектива.
      - Но она явно что-то скрывает! - машинально повторил Леон и нервно ткнул пальцем в только что закрывшуюся дверь.
      - Просто цена за знания, которые она дает, слишком высока. Я сам хотел воспользоваться ее услугами, как информатора, но, увы, нам с вами, Леон, нечем ей заплатить… - Ди погрустнел еще больше. Обиженный непонятно на что Крис хмуро допивал чай, скармливая кусочки печенья сидевшему под столом еноту.
      Про этот странный больше обычного визит в зоомагазин Леон так никому больше и не рассказал. Как бы на него посмотрели в участке, если бы он сказал, что вышитые перья, на платье странной гостьи на секунду показались ему настоящими? А от съеденных, как будто под гипнозом, пирожных, его тошнило еще два дня.
      Спустя три дня…
      - Ди-и! Открывай, кому говорю! – пьяный в дым детектив отчаянно молотил кулаком по узорчатой двери магазинчика. Ди и Тотетсу упорно висели на ручке двери с обратной стороны.
      - Открывай! Ди! Я знаю, что ты там! Мне нужна твоя помощь!
      От неожиданности подобного заявления, Граф выпустил многострадальную дверь из рук, и она рельефно отпечаталась на лбу у Леона, послав последнего прямиком в сладостную нирвану.
      Детектив приходил в себя медленно и неохотно. Все вокруг расплывалось и постоянно меняло очертания, как будто он смотрел на мир через мокрое стекло. В воздухе плавал густой сладкий дым, от которого голова начинала сильнее кружиться, а желудок конвульсивно сжимался, благо, после злополучных пирожных и алкоголя, злосчастный орган последние два дня больше ничего не видел. Плотные пласты дыма коврами опускались к полу и поднимались обратно, вспугнутые чьими-то неосторожно-резкими движениями. Это бесконечное движение завораживало несчастного в своем похмелье детектива всполохами золотистых пылинок в сиренево-сизом тумане.
      - Не стоит, мой милый граф, не стоит. Это несчастное дитя нисколько мне не помешает. Напротив, - голос давешней гостьи напоминал шепот листьев в парке. Что-то прохладное коснулось щеки Леона. Ему показалось, или по коже осторожно провели пером? Он попытался разглядеть хоть что-то. Детектив лежал на диване, напротив него сидел граф и, изящно отставив пальчик, пил чай. Оркотт проморгался и потряс головой: неужели под его щекой длинный птичий хвост? Нет, хуже… Это было то самое сиреневое, с золотыми вышитыми перьями, платье той гостьи, чьего имени Леон так до сих пор и не знал. Детектив лежал и тупо разглядывал аккуратную вышивку. Его щеки снова коснулось что-то прохладное – это женские мягкие пальцы легко отвели со лба упавшую прядь. Сознание начало проясняться, картинка дополняться деталями. И без того неприятный ему запах благовоний приобрел неожиданно трупный привкус, платье под щекой оказалось все-же, надетым на гостью, а гостья казалась, как это ни странно, совсем не беременной, как это было в их первую встречу. Или детективу в прошлый раз показалось?
      Леон мученически застонал и поднялся, пытаясь собрать воедино картинку, но реальность расползалась, как тараканы из помойки. Во рту было примерно так же.
      - На-ка, пожуй, легче станет, - женский голос, в котором явно слышалась саркастическая усмешка, очень приятно обволакивал отравленный алкоголем мозг. Даже эта мерзкая тяжелая боль в висках как-то сразу съежилась, стала меньше и незначительнее. В ладонь Оркотта ткнулось что-то круглое и теплое, размером с теннисный мячик. Детектив, справедливо рассудив, что хуже уже точно не будет, куснул не глядя и зажмурился от удовольствия – яблоко! Кисленькое! Не торт, и даже не пирожное, обычное яблоко! Как же мало нужно простому человеку для счастья. Головная боль уходила стремительно, будто в черепе сработала кнопка слива. В глазах прояснялось, и вот уже абсолютно трезвый и полный сил детектив изумленно разглядывал яблочный хвостик, зажатый в пальцах.
      - Вам несказанно повезло, мой дорогой детектив, – голосом графа Ди можно было заморозить обратно все растаявшие льды Антарктики и нарезать их на аккуратные порционные кубики, - в этом мире живет не так уж много людей, которым довелось попробовать яблоки из самого Ирия. Надеюсь вам было вкусно? - Леон натолкнулся взглядом на раскосые цветные глаза как на два пистолетных дула, при том, весьма впечатляющего калибра. Граф был взбешен. Нет, не так, граф был в той кондиции, когда бить разозлившего уже не хочется, а вот киллера нанять – вполне.
Леон попытался как можно нейтральнее пожать плечами:
      - Яблоко как яблоко. Кислое такое.
      - Как… Кислое? – глаза графа расширились еще больше. Несчастный владелец зоомагазина выглядел, как незаслуженно обиженный хозяином спаниель. Обвисли обычно приподнятые уголки губ, бессильно упали на колени руки, даже изумрудный дракон, вышитый на очередном платье, приобрел какое-то изрядно раздосадованное выражение морды. Невыразимая словами боль в глазах графа была ужасна, в уголках глаз уже почти блестели слезы.
      - Полно вам убиваться, граф, - гостья рассмеялась. - Вы угодили в собственную ловушку! Вы просили ясности, но этому молодому человеку она оказалась нужнее, вы сами видели. Раз уж вы пока не в состоянии сам признаться в своих желаниях, я пришлю вам два яблока, на свое усмотрение. Вы не возражаете? Услуга, которую вы мне окажете, и так обязывает меня несколько больше, чем вы выразили согласие принять.
      Граф постепенно успокаивался. Когда выяснилось, что в столь редком плоде не содержалось достаточного количества обожаемого им сахара, Ди постепенно терял к фрукту интерес, но на Леона поглядывал с изрядной долей досады.
      - Что вы, несравненная, - голос китайца потеплел как никогда раньше. - это счастье для меня, помочь Вам. Двери моего магазина всегда будут открыты для Вас.
      - Граф, а вам помощь не понадобится в оказании данной услуги? – ехидно встрял в разговор Оркотт и опять заработал взгляд разноцветных глаз, полный укоризны.
      - Вообще-то не помешала бы, - тонко усмехнулась гостья, ответив вместо Ди. - Зачем делать в одиночку то, что легче и приятнее делать вдвоем? Не правда ли, мой милый граф? – спросила она, очень точно скопировав обычные интонации китайца. Граф смутился и отчего-то слегка покраснел. Женщина развернулась к Оркотту всем корпусом:
      - Ну что, уважаемый детектив, вы окажете графу посильную помощь, когда он попросит вас об этом? – все еще хитро улыбаясь обратилась она к мужчине. - Просите.
      - Разумеется, - Леон сглотнул подступивший к горлу комок и на всякий случай скрестил пальцы за спиной, надеясь что не ввязывается ни во что противозаконное. Незнакомка продолжала дырявить его своими круглыми, странно-янтарными глазами. Эти глаза заслоняли все: и танцующий в воздухе сиреневый дым, и накрытый ради гостей стол, и Ди, замершего и будто закаменевшего от каких-то своих мыслей, с нарочито-равнодушным видом буравившего взглядом стену. Янтарные глаза подчиняли и просили, стирали грани реальности и давали ощущение того, что прозвучавший далее ответ был абсолютно правильным.
      - Помогите мне раскрыть это дело!
      И без того большие глаза незнакомки открылись еще шире, она несколько раз открыла и закрыла рот, потеряв от изумления дар речи. Ди поперхнулся, закашлялся и даже побледнел сильнее обычного. В магазине повисла звенящая тишина.
      - Ди, - подала голос женщина, - он серьезно?
      - Боюсь, несравненная, - Ди, откашлявшись, подал наконец голос, - творец что-то напутал, когда создавал этого чурбана – шутить он не умеет.
      После этого, полный восхищенного недоумения взгляд достался детективу:
      - Молодой человек, вы в своих желаниях точно уверены? Хотя я и так вижу, что точно. Перефразирую. Вы точно уверены что я должна вам помочь раскрыть это уголовное дело?
      - Абсолютно. Точно. Вы даже не представляете, насколько вы мне поможете, если скажете хоть что-то из того, что вам известно, - Леон помолчал и, скрепя сердце, продолжил. - Обещаю, что все, что вы скажете в этой лавке, не выйдет за ее пределы.
      - Ладно уж, так и быть. Ради вашего дедушки, Граф, но имейте ввиду, мне очень не хочется говорить этого, - изящный полупоклон в сторону китайца. - Слушайте же, невероятно ретивый молодой человек, - желтые глаза недобро прищурились. - В новостях передавали, что труп нашли на набережной, ведь так? – Леон молча кивнул. - Вот в воде возле берега и поищите, убийца очень торопился, он мог оставить часть или полностью все орудие убийства. Оно на дне.
      - Но откуда вы это знаете, черт подери?! – Леон разъярился не на шутку. - А может вы и есть убийца, только сидите и мозги мне морочите этими словесными экивоками, а граф вас через границу перекидывать собрался?
      Лицо женщины сразу же сделалось непроницаемым, великолепные глаза потухли и взгляд сразу же стал страшным и пустым.
      - Еще никто не осмеливался обвинить Алконоста в убийстве! – твердо и безразлично произнесла она. - Я пощажу вас, Леон Оркотт, и не возьму причитающейся мне расплаты - не хочу, чтобы пострадали невинные. Вы забудете только меня, а так же все, что я вам говорила, - она протянула руку и ловко, будто фокусник, достала что-то, больше похожее на кусочек прозрачной как дым ткани, прямо изо лба Леона. Детектив провалился в беспамятство…
      - Детектив! Детекти-ив! – вкрадчивый голос с настойчивостью кошки скребся в сознание. Голова болела так, что проще, казалось, просто сдохнуть. И не мучиться. Попытка разлепить опухшие веки потерпела сокрушительное поражение в борьбе с вестибулярным аппаратом. В воображении мелькали обрывки нездорового кошмара, в котором фигурировали две пары глаз, что-то такое сиреневое с желтым, яблоки и это чертово последнее дело, будь оно неладно.. Чья-то холодная рука потрепала Оркотта по щеке, заставив мужчину недовольно поморщиться от сильного запаха тины и ила, исходящего от этой руки.
      - Детектив! Да придите же вы в себя наконец! От похмелья еще никто не умирал! Аспирин на столике, вода тоже, а ваша коллега Джил сейчас разобьет что-нибудь о ближайшую стену в участке, если вы сию секунду не ответите на ее звонок! – тело, лежащее на любимом диванчике, Ди реагировать не пожелало. Телу было плохо.
      - Все, с меня хватит! – на Леона обрушился ледяной, слабо пенящийся поток. Оркотт подскочил как ужаленный, схватил двумя руками мобильный и с третьего раза попал в нужную клавишу
      - Детектив Оркотт, сукин ты сын, где тебя черти рогатые носят с утра пораньше! – н-да, к Джилл в таком состоянии лучше на глаза не попадаться. - Пока ты заливал очи горе, нам орудие убийства чуть ли не на блюдечке с голубой каемочкой подали! Чтобы через десять минут был у судмедов, или можешь сдавать значок! – раздались короткие гудки. Создалось впечатление что трубку на том конце не просто бросили, а разбили и сосредоточенно, с чувством, потоптались по остаткам.
      Чуть позже
      - Ну что я могу сказать? Да, это абсолютно точно орудие убийства, - судмедэксперт Терренс задумчиво повертела перед глазами окровавленный предмет длиной около полутора футов. Потом она перевела взгляд на Леона и Джилл. - Но, черт подери, если хоть кто-нибудь мне объяснит что это за хрень, я съем свой халат и закушу перчатками!
      Хельга намеревалась раздраженно запустить орудием убийства в кювету, в которой оно благополучно лежало до этого, но потом, вспомнив что-то, аккуратно положила предмет на место.
      - Я провела все возможные тесты, но точно могу сказать только одно - оно органического происхождения, других точных сведений у меня нет! Это не кость, не коготь, даже на бивень нарвала не похоже! Это не, эээ... запчасть от рыбы-меч, это не проходило механическую обработку (за исключением пары соскобов, сделанных уже мной в этой самой лаборатории). Черт подери, но единственное мое предположение, что этого чертового Крайса насадили на чертов единорожий рог! - Оркотту еще не приходилось видеть умницу Хельгу в таком бешенстве. Ее округлая мягкая фигурка агрессивным мячиком скакала по лаборатории, вымещая свой гнев на ни в чем не повинных салфетках, обрывки которых теплым снегом устилали кафельный пол.

По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.