Гарант

Комната Кингсли оказалась квадратной, светлой и довольно большой, при этом обставлена она была скромно. Одну стену полностью занимал высокий шкаф-купе с зеркальными дверцами, у другой стояла двуспальная кровать с тумбами по бокам, на полу - мягкий ковер коричневого цвета. У окна расположился небольшой диван и кофейный столик. Верхний свет не горел, а на всех горизонтальных поверхностях были расставлены горящие свечи - приземистые и широкие, узкие и длинные, небольшие и округлые, они дарили теплый свет, настраивали на романтический лад. Нервозность, охватившая было Драко, отступила, словно убаюканная покоем, царившим в этой комнате и исходившим от Кингсли. Тот как раз заканчивал расставлять последние свечи на подоконнике. Драко скользнул взглядом по его широкой обнаженной спине, по крепким ягодицам, обтянутым махровым полотенцем, по сильным рукам, бережно державшим сполохи света, и судорожно выдохнул. Он потянулся к небрежно повязанному поясу своего халата, развязал узел, повел плечами и ощутил, как ткань скользнула по икрам, укладываясь у его ног неровной горкой. - Сейчас, подожди, - проговорил Кинг, не оборачиваясь. - Осталась последняя... - он замотал головой, выискивая место, куда поставить свечу, наткнулся взглядом на Драко и выронил ее из рук. Драко слегка поежился, подавляя порыв прикрыться руками и сбежать. Запахло жженым, Кингсли, придушенно выругавшись, затушил небольшой пожар, не сводя с него обожающего голодного взгляда. Оставив свечу там, где она упала, он выпрямился во весь свой немаленький рост и шагнул к нему навстречу. - Я... вот, - Драко чувствовал себя глупо и не находил слов, чтобы связно выразить свои мысли. Возьми меня? Я твой навсегда? Мне страшно и холодно? Что вообще говорят в таких случаях, почему учителя по этикету ничего не упоминали о тех ситуациях, когда один человек, полностью обнаженный, стоит перед другим, тоже, в общем-то, не слишком одетым, и они собираются заняться сексом? - Ага, - взгляд Кингсли постепенно терял осмысленность, по мере того, как он заворожённо водил самыми кончиками пальцев по рукам Драко от запястий до локтей и выше по белоснежной коже, до шеи, зарывался в льняные волосы, массируя затылок, посылая мурашки вдоль позвоночника. Драко слегка откинул голову, доверчиво открывая шею и внутренне обмирая от волнения. - Ты очень красивый, знаешь? - хрипло произнес Кингсли, поглаживая большими пальцами линию его челюсти. - Иногда мне хочется запереть тебя в самой высокой башне, чтобы никто не смел смотреть на тебя. Ты совершенен, - выдохнул он, наклоняясь к его лицу и легко целуя его скулы. Драко вздрогнул и подался навстречу, упираясь ладонями в мощные плечи и прижимаясь к нему всем телом. - Хочу тебя, постоянно хочу, не могу ни о чём думать, наваждение мое, хочу, чтобы ты стал моим... - речь его, перемежаемая поцелуями, потеряла всякую связность, руки жадно шарили по прохладной коже, а в живот Драко недвусмысленно упирался твердый подрагивающий член. - Сделай это, - приглушённо выдавил он. - Давай сделаем это, сделаем меня твоим, - тихо проговорил он, обнимая его за шею. Трение ткани о возбужденный член, осознание того, что Кингсли хочет его, хотел все это время, так долго - реальность рассыпалась на мелкие детали, чтобы снова сложиться в прихотливый узор. Кинг согласно рыкнул и рывком приподнял его за ягодицы, практически усадив на себя. Полотенце, державшееся на его бедрах на одном честном слове, не выдержало и свалилось, но этого никто не заметил. Они переместились в сторону кровати, и Кингсли, как мог осторожно уложил Драко поверх простыней, устроившись между разведенных ног. Заметив, что Драко возбужден не меньше, чем он сам, Кинг издал приглушенный стон и вцепился в его бедра, наверняка оставляя отметины. Склонившись над его пахом, он широко мазнул языком по стволу, накрыл ртом нежную розовую головку и вобрал в горсть аккуратные яички. Драко почувствовал, что краснеет лицом, шеей, плечами - удушливая волна стыдного, сладкого удовольствия, лишала его способности мыслить, говорить и чувствовать что-либо, кроме горячего влажного рта вокруг своего члена. Через мгновение он с удивлением осознал, что эти низкие гортанные стоны издает он сам, что простыни под его ладонями безнадежно измяты, а на изнанке опущенных век расплываются разноцветные круги. Какое-то время для него не существовало ничего, кроме ритмично движущегося кольца губ, сомкнувшегося на его члене, а когда Кингсли стиснул его задницу и вобрал его еще глубже, упираясь головкой в глотку, Драко кончил, выкрикнув что-то бессвязное и выгнувшись дугой, выплескиваясь семенем в требовательный горячий рот. Кингсли удовлетворенно облизнулся и потерся носом о внутреннюю сторону бедра Драко, ослабил хватку на его ягодицах и потянулся за полотенцем, забытым на полу, чтобы вытереться. - Смотри, что ты со мной делаешь, - сипло произнес он, стирая с члена остатки спермы. - Я к себе даже не прикоснулся, - в его голосе было столько неприкрытого восхищения, что неловкость, которую испытывал Драко, тут же испарилась без следа. - Я о таком только читал, - признался он и прикрыл лицо руками. - Это... это вообще ни на что не похоже, - донесся его приглушённый голос. - У тебя никого не было? - полуутвердительно произнес Кингсли. Драко, не отнимая от лица рук, лягнул его и покраснел еще больше, хотя и сам с трудом представлял, как такое вообще возможно. - Я отказываюсь отвечать на этот вопрос без своего адвоката, - пробубнил он. Кингсли хмыкнул и поцеловал его в колено, отвел руки, закрывавшие обзор, и полюбовался на залитое краской лицо. - Выглядишь потрясающе, - довольно промурлыкал он и потянулся за поцелуем. Целовались они не в первый раз, но Драко по-прежнему удивляло, как многое будило в нем это простое движение губ и скольжение языков. Он чувствительно прикусил нижнюю губу Кинга и оттянул ее, прошелся по ней языком, Кингсли перехватил контроль, и поцелуй стал более яростным и страстным. Видимо, от аперитива его супруг намеревался перейти к главному блюду. - М-м-м, подожди, - Кинг ненадолго оторвался от его губ и отклонился назад, запустил руку под матрас и выудил небольшой продолговатый тюбик. - Смазка, - пояснил он. - Эта штука нам точно понадобится, - он многообещающе посмотрел на Драко, так что у того поджались пальцы на ногах. Драко кивнул и постарался принять независимый вид, словно его ни капли не пугало предстоящее. Краска отлила от его лица, и он судорожно выдохнул. - Не бойся, - Кингсли снова наклонился к его лицу, уперевшись руками в матрас по обе стороны от его лица. - Я ничего не боюсь, - шепотом произнес Драко, не отводя взгляда от его лица. Кингсли потерся носом о его скулу, лизнул мочку уха, провел влажную цепочку поцелуев до адамова яблока, то и дело прикусывая кожу, на мгновение замер и вдохнул запах Драко, в котором смешалась и яблочная отдушка мыла из его душевой, и одеколон, и запах самого Драко - чистого тела, снега, чего-то неуловимого, но очень приятного. Он провел руками по его плечам, мимоходом огладил маленькие торчащие соски, очертил пальцами мышцы пресса, куснул выступающую тазобедренную косточку и тут же, извиняясь, зализал укус. Драко ахнул и беспокойно заерзал, явно не зная, куда деть руки. В конце концов, он снова вцепился в многострадальные простыни, комкая их в ладонях. Кингсли, не прекращая покрывать его бедра поцелуями, открыл тюбик и выдавил немного смазки, осторожно и нежно погладил сморщенный вход, слегка надавливая на него пальцем. - Сначала будет немного... странно, - предупредил он и протолкнул палец на одну фалангу внутрь, второй рукой поглаживая мошонку. Драко слегка поморщился - ощущения пока и вправду сложно было назвать иначе как странными. Было немного неприятно, скользкий от смазки палец продвигался с трудом, и он не представлял, как в него может поместиться что-то, хотя бы примерно походящее размерами на член Кингсли. Его не столько пугала длина, сколько толщина. Кинг тем временем полностью ввел палец и подвигал им взад-вперед, всматриваясь в лицо Драко, следя за его реакцией. Немного погодя он добавил второй палец и слегка согнул их, двигаясь всё так же плавно и неторопливо. Собственный член, несмотря на то, что он кончил совсем недавно, встал по стойке "смирно", стоило ему только начать растягивать Драко, одно осознание того, что он первый, кто это делает, что Драко никто там не трогал, даже он сам, неимоверно заводило. Кингсли пережал свой член у основания и решил уделить более пристальное внимание члену Драко, который пока не выказывал к происходящему никакого интереса. Когда добавился третий палец, Драко уже вовсю стонал, вскидывая бедра навстречу его рту и получая странное, с примесью боли и дискомфорта, удовольствие. Смазки было столько, что она буквально вытекала из его задницы, пальцы ходили уже свободно, а Кингсли нашел ту самую точку, от прикосновения к которой у Драко подкашивались колени, а сам он превращался в плохо соображающее желе под раскаленной кожей. Растянув его четырьмя пальцами, Кингсли, наконец, решил, что пора переходить к самому главному. Он посмотрел на Драко - распаленного, задыхающегося, с разведенными в разные стороны коленями, и крепче сжал собственный член, изнывающий от желания кончить. Он небрежно выдавил на себя остатки смазки из тюбика и отбросил его. Приставив головку к растянутому анусу, он выдохнул и наклонился, чтобы поцеловать Драко. - Готов? - срывающимся шепотом спросил он, мелко двигая бедрами вперед. Дождавшись утвердительного кивка, он толкнулся внутрь и зашипел - несмотря на внушительную подготовку, Драко был невероятно узким, тесным и горячим, таким нетронутым и только его... Он вцепился в белоснежные ягодицы, мысленно прося у него прощения и осторожно, дюйм за дюймом, продвигался вперед. Драко прикрыл глаза и выгнул спину, впиваясь короткими ногтями в ладони. Больно не было, было только странное ощущение заполненности, задницу пекло, но в целом было терпимо. - Расслабься и выталкивай меня, - хрипло прошептал Кингсли, всё так же крепко держась за него, видимо, боясь в последний момент не удержаться и сорваться, начав с утробным рыком вколачиваться в теплое и тесное. Драко сдавленно застонал и подчинился. - Какой же он огромный, - просипел он. - Сочту это за комплимент, - выдавил Кинг и вошел на всю длину, коснувшись его задницы своими яйцами. Он сморгнул с ресниц пот и присмотрелся к Драко - тот хватал ртом воздух и крепко сжимал кулаки. - Сейчас-сейчас, - прошептал он, уговаривая его потерпеть. - Сейчас, Драко, сейчас... Кингсли подхватил его под колени и осторожно задвигался, не выходя на всю длину, а надвигаясь волнами, качая Драко, давая ему привыкнуть к себе и к новым ощущениям, подстраиваясь под него, выискивая тот угол, который заставит его забыть собственное имя. Через какое-то время Драко издал невнятный полувсхлип-полустон, и Кинг прибавил темп, начав двигаться более размашисто, раз за разом проезжаясь головкой прямо по простате, вырывая из груди Драко все новые восхитительные стоны. Он думал о том, что никогда не устанет любоваться этой картиной - тонкий, красивый, как девушка, Драко, его супруг, делит с ним ложе, принимает его, подается ему навстречу, с охотой отвечает на его поцелуи, подставляется под его ладони, его метки, его укусы. Молочные бедра и острые коленки в его, Кингсли, руках, резкий контраст черного и белого, слияние двух противоположностей, союз дня и ночи... Он высвободил одну руку и накрыл ей член Драко, подлаживаясь под тот ритм, в котором двигался внутри него. Ему хватило нескольких уверенных движений, и Драко забился в оргазме, пачкая спермой подтянутый плоский живот. Кинг закинул его ноги себе на плечи и начал трахать его еще быстрее, практически каждый раз задевая головкой чувствительные растянутые стенки ануса. Драко всхлипывал, раскидав руки в разные стороны и безвольно мотая головой. Кингсли, зарычав, кончил в него и замер, впившись несильным укусом в его лодыжку. Он призвал все то же полотенце, вытер себя, с затаенным удовольствием наблюдая, как из задницы Драко толчками вытекает его семя. В этом было что-то грязное, собственническое, немного постыдное. Но какой стыд может быть между супругами? Рассудив так, Кингсли развернул Драко на бок и вытер его, а потом не удержался и коснулся его ануса языком, лаская и успокаивая. Драко до этого момента казалось, что стыднее ему быть уже не может, но он ошибался - ощущение чужого члена в заднице не шло ни в какое сравнение с тем, как нежно и в то же время его ласкал чужой язык. - Что... что ты делаешь? - он попытался отодвинуться, но руки и ноги предали его, отказавшись слушаться простейших приказов, а Кингсли его возмущение во внимание не принял, невозмутимо продолжая начатое. - Как ты? - поинтересовался он, закончив и укладываясь позади Драко на манер большой ложки, целуя его в плечо. - Я устал, - внезапно зевнул Драко и покраснел еще сильнее. Ему казалось, что он ведет себя как слабак, но отчего-то не хотелось строить из себя кого-то и доказывать, что это он тут самый смелый и выносливый. - Спи, - ответил Кинг и обнял его, подтягивая ближе к себе, так что Драко чувствовал его расслабленный член, прижатый к своей заднице. - Сплю, - согласился Драко и провалился в сон, не успев додумать мысль, возникшую в его сознании. *** Следующим утром Драко проснулся от того, что ему стало жарко. Сам он был тесно прижат к своему спящему супругу, поперек его груди были скрещены мускулистые руки, а между ягодиц покоился напряженный член. Впрочем, "покоился" - не то слово, подумалось ему. Пульсировал, подрагивал, нежно и напористо касался - так будет точнее. Драко с трудом высвободил одну руку и задумчиво погладил тыльную сторону ладони Кингсли, каким-то бессознательным жестом дотронулся до кольца. Теплый металлический ободок смотрелся на темной руке непривычно, и он незаметно коснулся большим пальцем левой руки своего кольца. Женаты. Они теперь женаты. А вчера ночью они занимались сексом. Драко занимался сексом с живым, настоящим человеком. Он порозовел и потеребил кольцо на пальце своего мужа, не зная, чего ему хочется больше - чтобы тот проснулся или продолжил спать дальше. Его жизнь явно никогда не станет прежней. - Привет, - его затылок обожгло теплым выдохом. Драко поерзал, пытаясь немного ослабить захват, но вышло так, что вместо этого он только потерся задницей о стоящий член. Дышать легче не стало, как раз наоборот. В конце концов, ему совсем недавно стукнуло восемнадцать, а девственником он перестал быть меньше двенадцати часов назад. Проблема утренних стояков была для него привычным делом. - Привет, - хрипло ответил он, кляня себя за неуверенность в голосе, и откашлялся. - Как себя чувствуешь? - спросил Кингсли, касаясь теплыми губами его уха. Драко прислушался к себе и честно ответил: - Пока толком не понял. Наверное, хочу есть. И, если ты хочешь еще раз... - он запнулся, но продолжил. - Еще раз трахнуться, то у меня ничего не болит, - он зажмурился, радуясь, что Кинг не видит его лица, но предательский румянец залил не только щеки, но и шею. В этот момент Драко готов был проклясть свою аристократическую бледность, которой всегда так гордился, потому что сейчас эта особенность его внешности явно играла не в его пользу. - Не будем торопиться, - с улыбкой прошептал Кингсли. - Не то чтобы я не хотел, - в подтверждение этих слов его член дернулся. - У нас с тобой впереди целая жизнь, а я не хочу, чтобы ты решил, что вступил в брак с неуравновешенным сексуальным маньяком, - пояснил он, проводя руками по его груди, одну подкладывая под бедро, а второй накрывая возбуждённый розовый член. - Неуравновешенным маньяком полагается быть мне, - прошептал Драко, толкаясь в услужливо подставленную ладонь. Он представил, как они смотрятся со стороны - массивный темнокожий Кингсли и он сам, светловолосый и стройный, на кремовых измятых и перекрученных простынях, разметавшиеся по подушке белые волосы, искусанные губы, покорно-развратная медлительность движений темной руки на его члене... Эта картинка сводила с ума, заставляя дыхание сбиться, а руки - осмелеть и зажить своей жизнью. Одна присоединилась к руке Кингсли, двигавшейся вдоль ствола, а вторую он завел за спину и коснулся толстого, налитого кровью члена. На ощупь он был бархатистым, горячим и твердым, волосы на лобке были короткими, жесткими и курчавыми. Драко погладил их, и Кингсли рвано, почти неверяще выдохнул и замер. - Не останавливайся, - жалобно попросил Драко, направляя его член между своих ягодиц и потираясь об него. Кинг, кажется, понял, чего от него хотят, и дернул бедрами, попадая в унисон движениям руки. Ладонь Кингсли была гораздо больше его собственной, более широкой и жесткой, и дрочил он не так, как привык Драко - быстрее, резче, напористей. Он провел подушечкой большого пальца по уретре, размазывая выступившую смазку, легонько царапнул ногтем чувствительную головку, крепко сжал ствол и задвигал рукой, оттягивая крайнюю плоть. Драко почувствовал, как его накрывает подступающий оргазм, дыхание перехватило, закололо пальцы ног, а весь мир сжался до размеров игольного ушка, чтобы в следующий миг расцвести мириадами искр на изнанке век. Он сжался, стискивая собой член Кингсли и выдаивая из него оргазм, чувствуя, как между ягодиц становится тепло и скользко. Кинг инстинктивно толкнулся еще раз и замер, лениво перебирая в горсти яички Драко. - М-гм, - выдавил он, осторожно выворачивая затекшую руку и перекатываясь так, чтобы оказаться лицом к Кингсли. Тот выглядел невероятно довольным собой, немного помятым и сонным. Он нежно отвел от лица Драко спутанную прядь и завел ее за ухо. - В душ и завтракать? - предложил Кинг. - Принимается, - слабо улыбнулся Драко. - Миссис Уотерс наверняка приготовила королевский завтрак, - мечтательно протянул он. - Она здесь? - ужаснулся Драко, вспоминая все те стоны и крики, которые Кинг извлек из него этой ночью, да и, чего греха таить, утром тоже. - И она все слышала? - Драко, неужели я похож на идиота? - недоуменно спросил он. - Этажи звукоизолированы, а на комнаты можно просто поставить заглушки. Сегодня здесь ночевали только мы, так что я не стал ничего делать. Драко перевел дыхание и бросил на него извиняющийся взгляд. - На идиота ты похож меньше всего, - сообщил он, сползая чуть пониже и прижимаясь все еще горящей щекой к груди Кинга. - Больше всего на идиота сейчас похож я. Кингсли добродушно хмыкнул ему в макушку и подул на светлые волосы. - Давай вставать, миссис Уотерс жаждет лично познакомиться с тобой и тут же закормить тебя до полусмерти. По-моему, иные способы проявить свое расположение ей недоступны. *** В душ Драко смылся в гордом одиночестве. Кингсли понятливо не стал ни о чём расспрашивать - оба понимали, что ему нужно немного побыть наедине с самим собой, потому что он привык к покою и относительному одиночеству, а вчерашний день (как и предшествующие ему две недели) выдался на редкость суматошным. Ночь тоже нельзя было назвать спокойной, так что Драко намеревался с чистой совестью облачиться во вчерашний халат, так и оставшийся лежать на полу у двери, и отправиться в свою комнату. Встав с кровати, он охнул от неожиданности - задница благодаря чудо-смазке не болела, зато ныло все остальное тело. Он чувствовал в своем теле те мышцы, о существовании которых до этого утра даже не подозревал. Квиддичные тренировки остались в прошлом, и, хотя он время от времени выбирался полетать ради своего удовольствия, физическая нагрузка всё же была не такой интенсивной, как раньше. Кинг бросил на него понимающий взгляд и сыто потянулся, не спеша покидать уютные объятия кровати. Драко негодующе фыркнул, закатил глаза и попытался выровнять походку. Судя по тому, что он чувствовал спиной обжигающий взгляд мужа, ему это едва ли удалось. Стоя перед зеркалом в своей комнате, Драко скинул халат и пристально вгляделся в свое отражение - бедра расцвечивали синяки, налившиеся цветом, на шее и плечах были видны бледные следы укусов, волосы были растрепаны, а в глазах стояло непередаваемое выражение смущения, довольства и особой сытости. Это сложно было выразить словами, но Драко раньше замечал отголосок подобного за знакомыми парнями и девчонками, но не понимал, с чем это связано. Теперь все стало ясно. "Выгляжу так, словно меня хорошенько оттрахали", - подумал он и порадовался, что зеркала в этом доме исключительно маггловские. Насмешливо-завистливых замечаний от посеребренной стекляшки он бы не вынес, а так все были в безопасности - и обстановка дома, и его собственные нервы. Вторые были, конечно, дороже. Он достал палочку и в несколько взмахов свел те укусы и синяки, которые могли увидеть посторонние. Собрав волосы в пучок и наскоро приняв душ, он оделся и вышел в коридор. В комнате Кингсли не было, так что он спустился на первый этаж, еще на лестнице уловив божественный запах свежей выпечки. Зайдя на кухню, он обнаружил у разделочного стола сухопарую рыжеволосую женщину в строгом закрытом платье и опрятном белом переднике. - Доброе утро, дорогой, - обернувшись на звук шагов, мягко произнесла она, проявив неожиданное дружелюбие. Драко, слегка опешивший от такого приема, с удивлением осознал, что подобное фамильярное обращение его не коробит - настолько приятное впечатление производила эта женщина. Миндалевидные карие глаза, чуть вздёрнутый нос, правильный овал лица, небольшой рот, вьющиеся волосы, уложенные в узел, красивые, женственные руки - Саманта Уотерс была очень теплой. С детства Драко окружала красота другого типа - более прохладная и отстраненная, словно срисованная с полотен старых мастеров, и внешность этой сквибки волей-неволей затрагивала что-то внутри него. - Кингсли был прав, - легко улыбнувшись, резюмировала она. - Ты и правда очень красивый молодой человек. Я не слежу за новостями магического мира, но видела колдографии твоих родителей, когда сама была твоего возраста. Ты очень похож на мать, - она прищурилась, продолжая улыбаться. - Саманта, - раздался позади него низкий голос. - Что я вижу - Драко уже здесь, но все еще не умоляет перестать кормить его? - восхитился Кингсли, прижимаясь к нему со спины и кладя руку ему на талию собственническим жестом так, словно уже проделывал этот трюк миллионы раз. - И вам доброе утро, - отозвалась женщина. - Я решила дождаться вас, - она иронично наклонила голову вбок, рассматривая их. - Мои поздравления молодоженам, - спохватилась она. - Праздничный поздний завтрак уже на столе, - махнула она рукой. Драко проследил взглядом за ее движением и обомлел - вся немалых размеров столешница была заставлена так, что на ней практически не осталось свободного места. Мягкие венские вафли, пышные оладьи,яйца всмятку, бекон, яичница, свежие ягоды, помидоры, лоснящиеся от жира жареные колбаски, гранола и шоколадные маффины, украшенные творожным кремом... На барной стойке покоилось блюдо с нарезанными сэндвичами, а по соседству стояла этажерка с эклерами, профитролями, макаронс и нежнейшими трюфелями из молочного шоколада. В голове не укладывалось, как все это можно съесть вдвоем? - Я не знала, что любит Драко, поэтому приготовила всего понемногу, - жизнерадостно заявила она, разворачиваясь в сторону духового шкафа и натягивая плотные рукавицы. - Садитесь же, - шикнула на них миссис Уотерс. - Не удивляйся, Саманта обожает шокировать незнакомцев своим кулинарным талантом, - улыбнулся Кингсли, подталкивая его к стулу. - Какой же он незнакомец? - возмутилась она, ловко перекладывая на блюдо свежеиспеченные круассаны. - Я столько слышала о нем, Драко сказал то, Драко сделал это, - она неопределенно помахала в воздухе лопаткой. - Саманта! - рыкнул Кингсли. - Ты что, правда сейчас покраснел? - с недоверчивым восторгом рассматривая едва заметный румянец на его лице, спросил Драко. - А вот и нет, - буркнул он. - А вот и да, - едко вставила экономка, встретившись взглядом с Драко и заговорщицки ему подмигнув. - Какие аппетитные оладьи, миссис Уотерс, - примирительно произнес он. - Кинг, передай, пожалуйста, тарелку. Кингсли благодарно посмотрел на него и потянулся к другому краю стола. Драко подцепил вилкой пару румяных оладий и переложил их в свою тарелку. Немного подумав, он добавил к ним свежей клубники и голубики, душистого хлопкового меда - такого светлого, что он больше был похож на подтаявшее сливочное масло, пододвинул к себе поближе розетку с ежевичным вареньем, присмотрелся к круассанам и взбитым сливкам попристальней, но в итоге решил отложить их на десерт. Он покосился на тарелку Кингсли - тот споро накидал приличную гору поджаренного бекона, глазунью, золотистые тосты и нарезанные дольками помидоры. Миссис Уотерс услужливо налила обоим апельсинового сока и каким-то чудом примостила на столе кофейник. Драко немедленно наполнил свою чашку на две трети и долил сливок. Все дела мира подождут, сначала - кофе. - Если хочешь, можешь покурить прямо здесь, - разрешил Кингсли, глядя на то, как на лице Драко отражается внутренняя борьба - курить хотелось отчаянно, но вставать посреди завтрака, чтобы уединиться с сигаретой, было неприлично. - Только заклинание повесь. - Спасибо, - благодарно выдохнул он и полез в карман за палочкой и сигаретами. Прикурив, он сделал небольшой глоток и не удержался от одобрительного мычания, что вызвало у экономки довольную улыбку. Оглядев плоды своих трудов еще раз, она чинно выпрямилась и сложила руки. - Засим, господа, позвольте вас покинуть, - она кивнула головой и выплыла из комнаты, не став дожидаться ответа. - Ты ей понравился, - констатировал Кингсли, намазывая маслом тост. Закончив, он пододвинул его к Драко, и тот на автомате откусил кусочек, прожевал и ответил: - Честно говоря, она мне тоже понравилась, - признался он. - Хотя ее манера общения несколько своеобразна. Но чувство юмора у нее что надо. - О, нет! Я так и знал, - застонал Кингсли. - Теперь вы объединитесь в альянс и будете издеваться надо мной до конца моей жизни, - он сделал вид, что эта картина не приводит его в восторг, хотя Драко всё равно услышал тщательно скрываемую нежность. Драко засмеялся и затянулся сигаретой. - Отличный, кстати, кофе, - произнес он, сделав приличный глоток. - Достаточно милый? - озабоченно спросил Кинг и поморщился - Драко пребольно пнул его в лодыжку. - Ну вот, теперь синяк останется, - притворно огорчился он. - Какие планы на сегодня? - переменил тему Драко. - Я хотел показать тебе фамильное поместье в Дувре. Если хочешь, можем задержаться там на пару дней, пригласим твоих родителей поужинать. Саманта будет в восторге, - воодушевился он. - Она все время жалуется, что я слишком мало ем. Драко прыснул, уничтожая окурок. - Дувр так Дувр, - согласился он. - У меня каникулы, так что я свободен как птица, а мама будет счастлива посмотреть на твое поместье, она все уши отцу прожужжала про местные виды и внутреннюю обстановку, которая описана в справочнике. - Наше поместье, - поправил его Кингсли. - Наше, - задумчиво повторил Драко, словно пробуя это слово на вкус, и занялся завтраком.