Кроличья нора

— Ты совсем меня не слушаешь, красавица! — с досадой протянул Пэйган, смотря на напуганную Ники со своего любимого бархатного кресла. Девушка стояла прямо перед ним, абсолютно голая и уязвимая. — Знаешь, я всегда очень нуждался в собеседнике, правда-правда! — лукаво улыбнулся мужчина, поднимаясь с кресла. — Все эти разговоры по душам, зрительные контакты, все бы за них отдал, — Мин тяжело вздохнул, приблизившись вплотную к своей заложнице. Ники понимала, что сейчас, он чувствует свое превосходство, свою безграничную власть и силу, против которой у нее нет козырей. И от этого ей становилось вновь не по себе. Игра в «кошки - мышки» затягивалась, заставляя делать неутешительные прогнозы на свой счет. Кто знает, что будет с ней и Джосс, когда она ему надоест? — Так о чем это я? — вновь вернул из размышлений голос блондина. — Как ты думаешь, что отличает меня от других людей? М? — он с особой нежностью провел рукой по ее щеке. Ники старалась в этот момент не смотреть ему в глаза, чтобы вновь ни на что не нарваться. — Может ты такой из-за своих родных? Тебя в детстве не били случайно? А может, насиловали? — решила зло пошутить она, намереваясь унизить Пэйгана как можно изощреннее. Мужчина тяжело вздохнул и отвернулся. Она видела, что ее слова уже имели какой-то вес для короля, иначе бы он не «переваривал» их так долго. — Нет, ты ошиблась, — сухо ответил он, медленно усадив Ники на свою кровать. — Просто я всегда был одиночкой. Моя харизма, приятная внешность, аналитический ум, а также хорошее воспитание и манеры, — начал перечислять он, загибая пальцы рук. — За всем этим и стоит мое одиночество, моя дорогая! — Ты забыл добавить в этот список свое безмерное тщеславие! — закатила глаза девушка. На секунду, ей показалось, что он был готов влепить ей пощечину, за то, что она говорит. — Правда? Ты думаешь, что я излишне тщеславен? — вопросительно вскинул брови мужчина, подсаживаясь ближе к ней. — Именно так, — она кивнула головой. — Тебе чужды какие-либо человеческие отношения, для тебя нет понятия семейных уз или преданности, — девушка нахмурилась, даже сейчас они видела, что он умело, манипулирует ей, пытаясь вывести на откровенный разговор. Она попыталась встать, но рука Пэйгана ее тут же остановила. — Мне холодно, — сквозь зубы процедила Ники, пытаясь вывернуться, чтобы освободить свою руку. Пэйган вновь лукаво улыбнулся, резким движением притянув ее к себе и повалив рядом. — Я же могу согреть, — поглаживая по ее плечу, промурлыкал он. — Ты опять дергаешься, Ники! Мне это не нравится! — ее сердце вновь стало выпрыгивать из груди. — Только подумать, — задумчиво произнес мужчина, поглаживая живот своей пленницы. — Молодая американка, которая прибыла сюда для того, чтобы побыть с бывшим парнем, оказалась моей личной шлюхой, — едкий сарказм просто разъедал оставшееся самолюбие Ники насквозь. От обиды ее глаза защипали, и она отвернулась, в надежде, что он не заметит проявления ее слабости. Больше доставлять ему такого удовольствия она не хотела. — Признаться честно, ты первая, кто так усиленно сопротивляется под моим напором. Честно! — привстал он на локтях, заглядывая девушке прямо в лицо. — Многие хотели бы разделить это ложе с королем! — Ты еще спрашивал о тщеславии, дорогой король? — снова язвительно выпалила Ники, упираясь руками в его грудь, чтобы он не упал на нее всем своим внушительным весом. Блондина вновь озарила ослепительная улыбка от уха до уха. Несколько минут он, молча, разглядывал ее лицо, после чего, аккуратно заправил прядь ее волос за ухо. — На язычок дерзкая, но кроткая внутри, — констатировал Пэйган, после чего, медленно припал к губам Ники. В последние дни своей жизни она была так сильно измотана и разбита, что до сих пор чувствовала тошноту и слабость в своем теле. Как смеет Пэйган Мин делать такие выводы на ее счет и пытаться выудить откровенные признания? К сожалению, она не сопротивлялась, когда он обнял ее и поцеловал. Набрав полную грудь воздуха, Ники медленно выдохнула, когда Мин на секунду оторвался от нее. — Держу пари, ты сейчас анализируешь, чем таким тяжелым меня можно грохнуть по голове! — с издевкой в голосе сказал он. – Ты, конечно, заслуживаешь более спокойную и размеренную жизнь, дорогая, — ухмыляясь, произнес Пэйган. – Но, придется подождать! Совсем скоро Кират станет для тебя родным домом, а король Мин главным обожателем. И снова этот до тошноты дружелюбный и игривый тон. Рука короля дотянулась до груди девушки и резко сжала ее, заставляя девушку чертыхнуться. Ники чувствовала прильнувшее к ней мускулистое тело, от которого волнами исходил жар. Его теплое дыхание щекотало шею, отчего ее пробирала дрожь, которую она была не в силах унять. Ники услышала, что сердце Пэйгана билось так же часто, как и ее. Он тоже нервничал? Или это возникающее желание ускоряло его пульс? Странно, но ощущение его близости не казалось уже ей таким незнакомым или же новым. Король начал осыпать мелкими поцелуями ее шею, грудь, живот, заставляя ее чувствовать себя как можно глупее. — Пэйган… Звук собственного голоса напугал ее, и Ники поняла, что прошептала его имя вслух. От нахлынувших чувств, сердце забилось еще чаще, заставляя утопать в собственной совести. Едва она смогла разглядеть его лицо в приглушенном свете и охнуть от неожиданности, когда он накрыл ее рот яростным поцелуем. Это было безумием и глупостью с ее стороны, но она податливо приоткрыла свой рот, пуская его язык к себе и наслаждаясь тем, что он делал. Теперь, то, что должно было случиться, казалось ей неотвратимым событием. На секунду, ей показалось, что у блондина были сотни рук; у нее было ощущение, что он ласкает ее повсюду. Одна его рука скользнула вниз, по внутренней части бедра, к ее сокровенному месту. Пэйган положил теплую ладонь на ее пульсирующую плоть, при этом заглядывая ей прямо в глаза. Девушка была готова провалиться сквозь землю от этой самодовольной ухмылки. Она почувствовала, как заливается краской. Один его палец скользнул внутрь ее, заставляя издать хриплый стон. — Милая, да ты готова принять меня, — хитро прищурился Мин, чмокнув Ники в губы. Девушка тяжело вздохнула. Ища поддержки, она вцепилась своими пальцами в шелковую простынь и судорожно скомкала ее в кулаках. Все это время он продолжал медленно целовать ее, соблазнять своими прикосновениями. Первобытная, свободная от всяких условностей часть ее души проснулась, и Ники почувствовала себя более раскрепощенно. Голос Пэйгана, охрипший от желания, ласково шепнул ей на ухо: — Скажи мне, что ты сейчас хочешь, моя дорогая? Ники неожиданно дернулась. Он что, потерял разум? Разве он не видел того, что она совершенно не сопротивлялась его ласкам и не пыталась остановить? — Я…я хочу… — попыталась произнести Ники. — Так что ты хочешь, чтобы я сделал? — продолжал мучить ее тихий голос Мина. Ники судорожно сглотнула, когда он прижался к ней своим возбужденным членом. — Может, ты хочешь сказать, что желаешь этого? — с наигранным простодушием спросил Пэйган, резким толчком входя в нее. — Да! — не ожидая сама от себя, выкрикнула девушка, зажмурив глаза. Но это короткое слово не успело сорваться с ее губ, как мужчина тут же вышел из нее. Ники захотелось разрыдаться от чувства стыда и потерянности. Мужчина отодвинулся. — Сначала признайся мне… — он опять поцеловал ее в губы и положил руку на грудь. Щеки девушки просто пылали диким огнем. — Скажи мне, почему… — он опять оказался внутри нее и вновь так же быстро вышел. — Скажи! — требовал Мин, стиснув зубы. — Я хочу, чтобы ты вошел в меня, черт тебя подери! — отбросив последние ошметки стыда, выпалила она, еле дыша. Ей казалось, что она умрет, если он не продолжит дальше. На этот раз Пэйган расплылся в довольной улыбке. Она чувствовала на себе его пронизывающий взгляд. Мин выполнил ее просьбу, и они вновь соединились. Он вновь целовал ее, заглушая ее всхлипывания, и аккуратно вытирал слезы с ее лица. — Хорошая девочка, моя девочка, — довольно промурлыкал он, ускоряя свой темп. Постепенно, он терял самообладание, которое у него было до этого момента. Обладание и подчинение — это то, чем он тешил свое самолюбие на данный момент времени. Ники принадлежала ему. Девушка совсем потеряла голову от происходящего и, плача, она прильнула к нему. Слезы по-прежнему струились по ее щекам, а накал чувств настигал своего апогея. Одной рукой Мин уперся о стенку своей кровати, чтобы войти как можно глубже. Через некоторое время Пэйган резко выдохнул и излился прямо в нее. После этого он спокойно обнял ее, чем сильно удивил обессилевшую девушку. — Я же говорил, что это стоит того, моя дорогая, — лукаво улыбнулся король, прижимая Ники крепче к себе.