Tree of Life

Его воля была его мыслями. Он был всего лишь инструментом в его руках. Тауншенд понимал это лучше, чем кто-либо другой. Уолтер потерял свою душу, обретя бессмертие за гранью. Всё, что от него осталось — это лишь следование своим бывшим догматам и воли, которая поработила его разум. Он смотрит на него с ожиданием. Обездвиженность. — Я... — Генри не может произнести ни слова. В горле пересохло, — Я... Краем глаза он замечает машину смерти, к которой идёт неуклонно Айлин. Он может её спасти, стоит лишь только захотеть этого. Его голос звучит в его мыслях. Он не может избавиться от этого наваждения. Голова раскалывается от боли. Воспоминания перематываются обратно без его желания. Тошнота подступает к горлу. Нет, всё было не так. Всё было не так. — Ты видел, как они умирали. Они были жертвами. Твоими жертвами. Он падает на пол. Дышать тяжело, как никогда прежде. Ботинки Уолтера, запачканные кровью. Крик Айлин, тело которой было перемолото смертью. Ошметки кожи и органов, разлетевшиеся по всему полу. Его воспоминания, смешанные с собственными. Восемь апостолов. Шесть из них являются двумя столпами, центральными принципами, на котором построен Сфирот. Двое из них являются шагами для двух последних, кто есть мужское и женское начало. Все они были искусственными жертвами божественного начала, приколотые копьями Лонгина. Сами люди насмехались над их жертвами, считая их еретиками. Его мысли проникают всё глубже. Его ненависть. Жажда мщения. — Ты распоряжался их жизнями, как было угодно тебе. Ты использовал принципы, запирая их жизненный цикл в бесконечности. Он не знал этого. Он не мог знать этого! Силы уходят. Сознание наполняется чужеродным дыханием.